Небылица мачехи Том 1 Глава 168

В этот самый момент появился и сам хозяин, господин Дорн, лично подметавший веником перед дверью. Элиас махнул рукой, поздоровавшись по привычке развязно:

— Эй, Дорн!

Подняв голову и взглянув в их сторону, господин Дорн внезапно выронил веник.

Пока все в замешательстве переглядывались, хозяин побледнел как полотно, а в следующее мгновение… со всех ног пустился наутек.

На столь подозрительную реакцию трое аристократов отреагировали совершенно одинаково:

— Держи его!

— Ах ты, сука!

Улица, застроенная аккуратными и элитными заведениями, на мгновение превратилась в охотничьи угодья для аристократов.

С горящими глазами, подобно диким зверям, учуявшим добычу, благородные господа бросились в погоню. Господин Дорн кричал и бежал так, словно от этого зависела его жизнь, однако у немолодого хозяина паба, не дружившего со спортом, не было ни единого шанса оторваться от двоих рыцарей, у которых вместо мозгов были мускулы, и одного меткого стрелка.

— Попался, сучонок!

— А-а-а-а-ах!

— Эй, падла, где мое кольцо?! Куда ты его сплавил?! Ты хоть знаешь, что это за вещь?!

Джереми, подоспевший первым, мертвой хваткой вцепился в грудки господина Дорна и принялся беспощадно трясти, рыча во все горло. Вид у него был такой, будто он прямо здесь и сейчас разорвет хозяина паба, годившегося ему в отцы, на куски.

Бедный господин Дорн, повиснув в воздухе, отчаянно дрыгал ногами:

— С-сжальтесь, Ваша Светлость! Я, ничтожный, как раз планирую с женой третьего ребенка! Я честно признаю поражение, только, прошу, оставьте мне мои яйца!

— Да не нужны мне твои яйца, идиота кусок!

— А-а-а-ах! Пощадите!.. Я больше никогда в жизни не стану устраивать с вами подобное пари!

— Что за ахинею ты несешь?! Где мое кольцо, я спрашиваю, где кольцо?!

* * *

— Выпейте. Похмелье как рукой снимет.

От бокала с непонятной черной жидкостью исходила тошнотворная вонь. Возникли серьезные подозрения: действительно ли это напиток от похмелья или отрава, но, учитывая недавний инцидент, все трое послушно взяли по бокалу.

— Гхм, ну и дрянь на вкус...

Смело сделав по паре глотков, Джереми и Элиас по очереди содрогнулись от отвращения. Нора же, вместо того чтобы пробовать подозрительное пойло, осторожно обратился к хозяину, у которого всё ещё сохранялась надутая мина:

— Так значит, вчера этот парень заключил с тобой пари?

— Ну, вроде того. Я и сам тогда немного вошел во вкус. Он утверждал, что обычно вообще не пьет, но в стойкости к алкоголю уверен больше, чем кто-либо, и всё набивался на пари, вот мы и поспорили...

— И ты поставил на кон свои яйца?

— ...Я не по своей воле их поставил. Этот господин заявил, что если я проиграю, он заберет оба моих яйца... В таких заведениях подобные споры — обычное дело, никто не принял это всерьез. Но когда вы сегодня втроем вот так налетели, я со страху...

Элиас, разразившись хохотом, тут же поперхнулся и зашелся кашлем. У Джереми сделался крайне неловкий вид.

— Извини, братец. Было от чего сбежать.

— Да ничего страшного. У вас были причины заподозрить неладное.

Вот уж действительно: как и подобает хозяину, годами имевшему дело со всякого рода буйными аристократами, господин Дорн отреагировал великодушно и проявил понимание.

Братья-львы расчувствовались, а Нора в знак уважения выпил похмельный напиток залпом до дна. После чего еще долго дрожал всем телом, обхватив руками гудящую голову.

Днем паб еще не открылся, поэтому внутри, кроме них четверых, никого не было. И все же Джереми, воровато оглядевшись по сторонам, теперь с гораздо более серьезным видом взял слово:

— Мы не то чтобы подозреваем тебя, но мы тут кое-что ищем.

— Я так и понял. Вы ищете кольцо?

— Что?! Нет, постой, откуда ты...

— Да что с вами опять?! Вы же только что душили меня и требовали отдать кольцо!

— А, точно. Извини.

Джереми все еще выглядел неважно. Возможно, сказывались последствия того, как он утром ударился головой об пол. Поэтому Элиас, как постоянный клиент, взял инициативу в свои руки и заговорил развязным, свойским тоном:

— Не обращай внимания, у него это норма. В общем, мы втроем вообще не помним, что вчера произошло. Ты бы не мог рассказать, что именно мы тут вытворяли?

— Про кольцо я ни сном ни духом не слышал.

— Я так и думал. Тогда просто выложи, что мы делали и о чем болтали.

— Вы действительно ничего не помните?

— Черт дери, да накой мы по-твоему с самого утра в таком виде тут страдали херней?!

Господин Дорн какое-то время с недоверием переводил взгляд с одного на другого, а затем с тяжелым вздохом выложил все, чему стал свидетелем прошлым вечером.

Трое знатных господ, с горящими глазами внимательно ловивших каждое слово, вскоре с совершенно одинаковым выражением лиц уронили челюсти.

Судя по словам господина Дорна, события вчерашнего вечера развивались примерно так.

Сначала все вели себя учтиво, вежливо и сдержанно. Элиас, как завсегдатай, заказал выпивку, как обычно, а двое других, с крайним замешательством, лишь обменивались незначительными фразами с прочими дворянами-посетителями.

Но в один момент Элиас заказал напиток с вычурным и звучным названием «Рык Льва». Господин Дорн никогда прежде не слышал о таком названии и сначала опешил, однако быстро пришёл в себя и приготовил чрезвычайно крепкий коктейль.

Похоже, остальным посетителям этот напиток показался настолько соблазнительным, что они наперебой начали заказывать напитки, в названиях которых фигурировали бы части тел различных диких животных.

В итоге, не прошло и получаса, как все в таверне оказались пьяны до беспамятства и устроили поистине буйное веселье. Пока все гости, забыв о своей аристократической степенности, распевали песни и отплясывали изо всех сил, так же захмелевший Джереми вскочил на ноги и начал пышно хвастаться предстоящей свадьбой, произнёс грандиозный монолог о жизни и угостил всех в таверне «Рыком Льва».

Тем временем Элиас на столе демонстрировал виртуозные движения, собирая настоящий ливень из золотых монет.

А Нора, вместе с остальными посетителями, наблюдала за танцами Элиаса, щедро осыпая его монетами, пока какой-то мужчина, выдававший себя за отставного рыцаря, не обронил об Элиасе: «Нынешняя молодёжь — сущие шуты», после чего Нора вспыхнул и бросился в драку.

Словесная перепалка каким-то образом плавно переросла не в поединок, а в армрестлинг, и в итоге он состязался в силе со всей таверной, и выиграл у всех деньги на выпивку.

— …В общем, вы так ещё некоторое время веселились, а потом господин маркиз внезапно подскочил ко мне и предложил то самое пари насчёт выпивки. Итог вы знаете — я проиграл. «Рык льва» я, конечно, сам смешал, но до чего же убойная дрянь оказалась…

— …

— В общем, выиграв, он от радости начал хохотать на всю таверну, а потом вдруг ни с того ни с сего схватил меня за руки и заплакал. И начал просить, мол, стань моим отцом, ведь родной отец в аду, а отчим маму украл, оба никуда не годятся, так что проводи меня за руку на свадьбе… В общем, такие странные шутки он вытворял.

Элиас, не в силах сдержаться, рухнул со стула и, держась за живот, разразился безудержным смехом. И тут же:

— Ах ты, негодник!

Рука Норы мертвой хваткой вцепилась в затылок Джереми и вонзила его лицом в деревянный стол у стойки. Джереми, которому досталось аккурат по свежей шишке, дико взвыл:

— А-а-а-ах! Ты что, слов «пьяная шутка» не понимаешь?!

— Это пьяная правда, нечестивый ты отморозок!

— А-а-ах! Я всё Шури расскажу! Шури меня как зеницу ока бережёт, ты, домашний тиран!

Трём мужчинам с весьма запутанной родословной потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя и снова чинно сесть.

Господин Дорн смотрел на них с выражением лица, на котором читалось всё меньшее понимание происходящего, но тем не менее добавил:

— А потом, спустя некоторое время, вы втроём вышли на улицу. Это всё, что я помню.

— Постой, а сколько тогда было времени?

— Дайте подумать… До семи часов оставалось немного. Как раз время подачи ужина. Я предложил подать вам что-нибудь перекусить, но господин герцог заявил, что пора на настоящий праздник, и увлёк остальных двоих за собой.

Полный отчаяния взгляд Джереми пересекся с ошеломлённым взглядом Норы.

Семь вечера… Если верить Юкратесу, в особняк герцога они ворвались далеко за полночь.

Даже если учесть заезд к Элиасу за Аннабеллой, оставался огромный промежуток времени.

Где, чёрт возьми, и чем они занимались всё это время?

***

— Ха-а…

Вывалившись из таверны, Джереми, шатаясь, опустился на ближайшую скамью. В его изумрудных глазах навернулись слёзы отчаяния.

— Всё кончено. Мне конец. Такому, как я, только пойти и сдохнуть…

Нора и Элиас лишь обменялись взглядами.

— Ты здесь частый гость, скажи: какова вероятность, что этот хозяин нам просто наплёл с три короба?

— Дорн, конечно, не самый умный человек, но чтобы обманывать аристократов — на это он не пойдёт. А, кстати.

— Что? Вспомнил что-то подозрительное?

— Да нет. Ты вчера с чего вдруг так поступил?

— Вчера? Ты о чём?

— Ну, когда тот тип обозвал меня шутом, ты за меня вступился. С чего бы это?

— …

Нора просто отвернулся от Элиаса и подошёл к Джереми.

Несчастный Лев Нойванштайн уже полностью отринул рыцарскую гордость и был готов разрыдаться прямо на публике.

— Эй, кот. Возьми себя в руки.

— Я пропал... Всё коту под хвост... Я всё испортил...