Неужели искать встречи в подземелье — неправильно? Другой ракурс: Оратория Меча (Новелла) Том 14 Глава 1 Путешествие парума

Дэймнэ был умным ребёнком.

Он начал запоминать, едва родился. Он помнил, как мать баюкала его на руках и как отец пресмыкался перед односельчанами других рас. Всё помнил.

Дэймнэ был парумом.

Все считали, что у этих маленьких и слабых полулюдей возможностей меньше всех, потешались и изводили их.

В горной деревушке парумы были ниже всех. Дэймнэ с малых лет видел, как другим парумам приходилось во всё слушаться остальных.

Необыкновенно умному мальчику не нравилось, что его родителей унижали, затыкали, порой даже обкрадывали. Он не любил маму с папой за то, как они лебезили и подчинялись. Они словно перестали надеяться просто потому, что парумы.

Почему они не думали? Почему просто уступали? Потому ли, что росту не хватало? Почему они не поднимали головы, не отбивались, как легендарная Фиана?

Дэймнэ раздражали не только родители, но и прочие парумы, которые тоже унижались. Только он не пресмыкался перед односельчанами иных рас. Он пробрался в дом старейшины, чтобы почитать старые книги. Он алчно впитывал знания: историю мира смертных, рассказы о далёких краях. Из книг он впервые узнал о Фиане и других героях. Старейшина увидел мальчика среди сотен книг и сказал, что он похож на крохотного мудреца.

Иногда находчивый Дэймнэ проучивал односельчан. Его за это били, но мальчик смирился с тем, что так уж устроен мир. Он был непохож на своих жалких родителей, на других парумов. Гордость и гнев бушевали в сердце мальчика, который пошёл против судьбы своей расы.

Дэймнэ всегда на что-то сердился. Может быть, как раз от этой злости глаза у него часто болели, а может, и наоборот – потому что злости ему не хватало. Может, его глаза только отражали яростную отвагу в его душе.

Шло время, и Дэймнэ исполнилось десять лет. В тот год он едва не погиб.

На деревню напали. В ночи с гор сошли чудовища и наводнили деревню. Тут и там загорались пожары, взрослые силились их потушить, а Дэймнэ вопреки страху бежал прямо в огонь. Он не слушал родителей, вытаскивал из огня детей – даже тех, кто обычно его обижал. Затем он помогал тушить пожары. Он словно обезумел, хотел быть смелым, как герои-парумы из легенд, как Фиана. Но малыш-парум не мог быть смелым, он просто упрямился.

В один миг перед его глазами показались клыки чудовищ. Он слишком много читал, чтобы сомневаться в себе, и самоуверенность его едва не погубила. Дэймнэ поддался гордыне и забылся. В тот день он на своём опыте узнал, что никакие знания не защищают от клыков и когтей.

Челюсти твари не успели сомкнуться на Дэймнэ, его спасли…отец и мать. Родители сразу бросились на помощь сыну, и чудовище их смертельно ранило. Другие парумы бросили Дэймнэ и его родителей и сбежали у него на глазах.

Дэймнэ видел в них отчаяние парумов. В родителях он видел слабый свет надежды, которую зажгла их храбрость. Два парума бросились защищать сына от чудовища, которое было намного больше них. Дэймнэ нашёл этот истинный свет, глаза его прослезились. Отец и мать истекали кровью, но улыбались.

Один из взрослых подбежал и убил чудовище, и Дэймнэ закричал с чувством, которое скрывал всю жизнь. Взрослые хотели его увести, но он убежал в лес. Ночное небо пролилось дождём, но мальчик не останавливался. Он бежал, падал, царапался о ветки и камни, вставал и снова бежал. На берегу реки он упал на колени, поднял глаза к небу и плакал вместе с небом.

Забрезжил рассвет, дождь прекратился, и слёзы на голубых глазах мальчика высохли. Его лицо изменилось, он будто бы понял нечто важное. Первые лучи солнца протянулись с вершины горы, заплясали в бурном потоке реки. Одинокий, упрямый лосось подпрыгнул в воде.

Дэймнэ отказался от фамилии. Он похоронил родителей своими руками и вернул им всё, что они ему дали. Всё, кроме самой фамилии Дэймнэ.

С тех пор мальчик стал зваться Финн. На языке парумов имя Финн означало свет. Мальчик навсегда ушёл из деревни с решимостью, которая вдохновила его выбрать новое имя. Он решил возродить свой народ, дать надежду будущим детям, подарить путеводный свет всем парумам. Своей мечте он посвятил себя всего, всю свою жизнь.

В тот день у него заболел большой палец на правой руке, словно бы шептал ему: «Ты не сможешь». Боль просила Финна осознать правду.

– Замолчи. Я уже всё решил.

В десять лет вновь родился Финн Дэймнэ – умный, мудрый, целеустремлённый. Всё случилось слишком быстро.

Через много лет, когда он станет первоклассным авантюристом в великом Городе-лабиринте, он по-прежнему и навсегда останется просто Финном.

Он отблагодарит родителей за то, что спасли его и показали ему свет надежды. Он своим светом выведет свой народ из бездны отчаяния. Он изменит всё, что значит быть парумом. Только годы спустя он захочет другую фамилию – Храбрец. В тот день Финн, отныне по-настоящему и заслуженно смелый, отправился в путь.

Мельницы ловили ветерок и лениво крутились.

На площади с фонтаном торговцы в рядах лавок продавали фрукты, зерно и свежую рыбу из ближайшей реки. На фоне голубого неба развевался цветной флаг, словно скоро намечался фестиваль.

Посёлок гудел.

– Хо-хо-хо! Здорово в мире смертных! – расхохоталось божество, которое рассматривало людей и полулюдей на площади. Лисьи глаза зыркали по сторонам, волосы горели алым, как закат, лицо было неестественно красивым, а стройную фигуру можно было принять за мужскую или женскую, однако на площади стояла богиня.

Локи широко раскинула руки и потянулась, полюбовалась живописной сценой.

– Какая суматоха, не то что на этих скучных небесах! Какое всё живое! Никаких богов с мёртвыми взглядами! О-о-о-о да-а-а, вот это то что надо!

Богиня Локи только спустилась с небес. Несколько часов назад она упала на равнину, и теперь кое-как дошла до посёлка, где наконец увидела хоть кого-то.

Мир смертных очаровывал, в нём было полно всякой всячины. Бессчётные люди и не только строили общества, делали разные неидеальные предметы. На бескрайних, неизменных небесах всё было спокойно и одинаково, здесь – ново и интересно.

Локи давным-давно хотела побывать в мире смертных и только сейчас наконец с боем прорвалась вниз. Теперь-то она могла насмотреться на яркие, беспорядочные жизни. Теперь она была жителем этого мира, а скоро станет божеством-покровителем.

– Фрейя и Тор меня опередили, но я соберу свою идеальную, могучую семью!

Локи слилась с толпой, в ней разгорелась радость ребёнка, который вот-вот кинется в кучу-малу с родителями. Мимо неё пробежали крохотные дети зверолюдей, и Локи широко улыбнулась.

– Герои и подвиги – это ерунда…но раз уж взялась за дело, то надо делать на славу.

Её слова потонули в шуме толпы. Она глубоко вдохнула, запрокинула голову и…

– КТО ХОЧЕТ В МОЮ СЕМЬЮ?!

Она заорала во всю глотку, десятки прохожих обернулись. Как только они узнавали в незнакомке богиню, тут же отводили глаза и шли дальше.

– Что, никто не хочет? Да уж, ребятки тут такие недотроги. Ладно же! Буду спрашивать всех прямо!

Локи кричала ещё несколько раз, но никто так и не отозвался, и богиня ушла с площади. На улицах она подходила к незнакомцам, особенно к девушкам.

– Эй, красотка! Хочешь в мою семью?

– Эм, извините, у меня дела.

– Представляешь, только наша с тобой семья! А ты в ней будешь первой!

– Эхе-хе…я, пожалуй, откажусь.

– Эй, эльфийка-красавица! Пойдёшь за меня в жёны?

– Фу, мерзость! Оставьте меня в покое!

Человек, зверочеловек, эльфийка, ещё тридцать девушек. Мир смертных бил Локи молотком реальности десятки раз.

– Э-э-эх! Что вы все такие злые! Почему так трудно?!

Локи так и не смогла склеить ни одну девушку, подняла глаза к небесам и задумалась. Вот каково это – когда твоё письмо прочитали и не ответили? Она приплелась обратно на площадь, осела на мостовую.

– Ну точно другие боги до меня нашкодничали, и теперь никто не хочет со мной водиться! Дурацкие боги!

Локи отчасти была права, но не думала о том, как вела себя сама. Она думала лишь о себе, как и любое надменное божество. Она приставала к девушкам, как старый развратник, и местные поглядывали в её сторону уже сердито.

– Труднее всего – начать, это неудивительно. Ну ничего, я ведь только начала… – пробормотала богиня.

Семья – связь между божеством и последователем, которая влияет на тело и душу. Войти в семью означало прислуживать божеству в обмен на силу благословения. Так считали большинство смертных, и были отчасти правы. Они знали, что боги иногда ссорятся. Если бездумно пойти в услужение к богу, то драться когда-нибудь да придётся. Прежде всего семью выбирали по личности бога. Смертные пытались понять, какой за божественностью характер. Смертные решали, быть семье или нет.

– В посёлке вроде спокойно. Стены высокие, на стенах стражники. Наверное, местные не боятся чудовищ, и поэтому сила благословений им и не нужна.

Посёлок, на который наткнулась Локи, назывался Преблика. Преблика была великовата для посёлка, но мала для города. У посёлка текла река, неподалёку высилась гора, а по мощёным улицам колесили повозки. В Преблику часто заезжали торговцы, которые объезжали горы, поэтому в посёлке было много таверн.

В целом Преблика понравилась Локи. Больше всего ей нравилось, что по улицам гуляло много девушек, но ещё то, как вокруг фонтана сновала орава детворы. Пейзаж мира смертных украшали мельницы, которые крутились неподалёку от посёлка.

– А всё-таки я с самого начала сплоховала. Сама виновата, что спустилась в это захолустье…

Локи снова вздохнула и посмотрела на небо. Может, задумка начать игру вдали от других игроков была не такой уж хорошей. Вдруг с ней кто-то заговорил.

– Нашёл.

– М?

Локи оглянулась и разглядела в толпе мальчика. Парум улыбался по-взрослому, хотя был крохотным. Его волосы отливали золотом, на нём была дорожная одежда, а в руках он держал длинное обёрнутое тканью копьё.

Парум протиснулся мимо прохожих и подошёл прямо к Локи. Он переложил копьё из правой руки в левую и лизнул большой палец.

– Это точно ты.

– Ты о чём?

– Ты мне подойдёшь.

Голубые глаза, похожие на поверхность глубокого озера, прищурились. Мальчик вытянул палец в сторону богини.

– Я вступлю в твою семью. – Сказал он чётко и твёрдо.

Локи обомлела. Обычно дети не просились к богам, которые не успели даже обзавестись семьёй. Зачастую связь между богом и первым последователем была особенной.

Локи внимательно рассмотрела безумного мальчика. Он по-прежнему слегка улыбался. Лицо было дерзким, уверенным. Локи подумала, что он, наверно, маленький нахал.

– Что такое? Ты богиня или нет? Не можешь принять простое решение? Я видел, как ты только что позорилась, тебе же явно нужен последователь.

«Не-а, не наверно. Точно нахал».

– Ты только-только сошла в мир смертных, и кандидаты к тебе в очередь не выстраиваются.

Всё-таки он проницателен и сразу понял, в каком богиня положении, хотя не знал о ней почти ничего. Она пригляделась внимательнее. Мальчик был красив, и в платье его можно было принять за девочку. Локи любила девушек, а это явно был мальчик, и всё-таки он ей…подходил. Он изображал спокойного, мирного парума, но Локи ощущала в нём хитрость. Хитрец подходил ей как никто другой. Локи поняла, что в мальчике есть потенциал, и улыбнулась шире.

– Мне любопытно узнать, почему ты ко мне подошёл, но сначала…хочу узнать твоё имя. Как тебя зовут?

Мальчик улыбнулся в ответ.

– Финн. Финн Дэймнэ.

Как и сказала Локи, труднее всего божеству в мире смертных в первое время. Она вдруг поняла, что выиграла в лотерею.

И вот как познакомились Финн и Локи.

– Называй меня Финном. Мне от этого Финчика не по себе.

– Ха-ха-ха, ладно, Финн так Финн! Они познакомились и пошли в ближайшую таверну.

– Значит, ты Финн, да? И сколько же тебе лет?

– Четырнадцать. Четыре года назад я ушёл из родной деревни и с тех пор тренировался. Я могу сам победить обычное чудовище и думал, что пора поискать себе бога.

Они сидели за столиком в таверне, где почти все места на обед заняли посетители. На тарелках были жареные бобы и рыба в душистых листьях, и Локи заказала несколько бутылок вина. За всё платил Финн, потому что у Локи денег не было.

– Фух! Ядрёное пойло! Выпить смертные умеют!

Локи пробовала местный алкоголь и не стеснялась в выражениях.

– Ну так что, пацан? Ты просто догадался, что я богиня?

– Да. Когда я тебя увидел, у меня заболел большой палец. За четыре года я привык доверять чутью.

– Надо же…чутьё, говоришь? Значит, я тебе подхожу?

– Верно. Пальцем чувствую, с тобой я вырасту быстро…с тобой я быстрее всего исполню свою мечту.

«Каков бесстыдник, однако! – подумала Локи. – Полегче, малой, а то я даже спокойно выпить не успею!»

На самом деле Финн не мешал Локи, потому что сразу ей понравился. Она заметила и оценила наглость и бесстрашие мальчика, хотя в целом он вёл себя сдержанно. Ещё Локи восхитилась тем, как решительно он ради своих целей обратился к богине.

– Слушай, Финчик…у а что за мечта-то?

Финн выпрямился и заявил:

– Вернуть надежду моему народу, парумам.

В шумной, тесной таверне его слова прозвучали ясно, твёрдо и неуместно.

– Парумам нужна новая надежда, новый свет, чтобы вдохновлять их вместо памяти о богине Фиане.

– Хи-хи-хи-хи…и этим светом будешь ты? Ты вообще понимаешь, что говоришь?

– Конечно. Я стану героем поколения.

Локи встретилась с его твёрдым взглядом и рассмеялась. Любой другой решил бы, что это безумная выдумка, бред, дурацкая шутка. Локи была божественно проницательна и увидела в Финне истинную решимость. Ей подумалось, что все смертные такие же глупые, смешные, такие же яркие.

«Такой крохотуля, зато с огромной мечтой!»

Локи взглянула на копьё, которое Финн прислонил к столу, и снова улыбнулась.

– Ну…и как же ты это сделаешь? Красиво говоришь про надежду своего народа, но если у тебя нет плана, то я разочаруюсь.

– Конечно у меня есть план. Я совершу великие подвиги на арене в центре мира. – Финн тут же стал перечислять задачи. – Стану первоклассным авантюристом в Городе-лабиринте. Прославлюсь на весь мир как глава сильнейшей семьи.

– Понятно. Вот в каком смысле ты хочешь вырасти.

– Да. Мне нужна твоя помощь, но тебе это тоже будет выгодно.

Финн предлагал чисто деловые отношения. Локи получит могучего последователя, Финн с помощью семьи исполнит мечту. Локи понравилось то, что мальчик говорил о своих планах прямо, и ещё больше понравилось, насколько великую он выбрал цель.

– Наша семья будет главной в Орарио…нет, во всём мире. Что скажешь? Нравится идея, хотя бы немного?

Локи понимала, что Финн дразнится, но его улыбка подкупала.

– Интересный ты малый…

Богиня только что сказала, что хочет стать первой среди всех богов. Значит, лучше всего было выбрать первым последователем этого безбашенного, честолюбивого пацана.

«Если уж хитрить, то, наверно, стоило бы выбрать не парума».

Люди, зверолюди, эльфы, дварфы, амазонки, парумы. Среди шести рас парумы считались самыми слабыми. Они были меньше людей, владели магией хуже эльфов, не могли тягаться с дварфами. У них было острое зрение, но у зверолюдей зрение и все остальные чувства были лучше. В бою амазонка могла бы справиться с парумом одной рукой и на каблуках. Потенциал у парумов даже с благословением был меньше, чем у других. Выбирать парума просто не было смысла.

Многие божества выбирали первыми последователями людей. Люди были обычными, но с большими возможностями. Честолюбивые боги могли выбрать дварфа, который поначалу обходился и грубой силой. Если у божества были особые предпочтения или нужды, то они выбирали своенравных, но магически одарённых эльфов. Зверолюди были надёжнее обычных людей, а амазонки под грамотным руководством были не слабее дварфов.

Любой другой игрок в божественной игре сказал бы, что Локи делает идиотский выбор. Для божества и для первого последователя создать семью было самым важным решением.

«А всё-таки…скучно это всё!»

Локи расхохоталась бы другим богам в лицо и показала язык.

«Способности, умения, оптимальная стратегия…что за нудятина! Сами вы дураки! Каждая встреча в мире смертных бывает лишь раз. Тут нельзя передумать или переиграть. Ну какой бог упустит такого очуменного пацана? Только какой-нибудь неудачник! Ну вы только посмотрите! Он же прямо сияет!»

Локи уже было решила согласиться, но тут Финн жестом остановил её.

– Локи, перед тем как ты примешь меня в семью, я попрошу тебя кое-что пообещать. Если не договоримся об этом, то я не соглашусь.

– Вот как? Ну давай, выкладывай.

Финн поднял два пальца.

– Я пойду за тобой на двух условиях. Первое: ты поможешь мне вдохновить мой народ. Второе: ты не будешь мешать мне в определённом деле.

– Мешать? И в каком же деле?

– Я понимаю, что просьба непростая. Мы обсудим подробности позже. Ну так вот…чтобы воплотить мечту, я сделаю всё.

Едва Локи открыла рот, чтобы уточнить…

– О, Финн! Не думала, что ты сегодня заглянешь!

Рядом с их столом остановилась официантка. Тоже парум, ростом меньше ста десяти целчей. Каштановые волосы тянулись до плеч, глазки были круглыми, как у бурундука. Малышку хотелось оберегать, а в платье и переднике она была…

– Очаровашка! – не сдержалась Локи.

Финн тепло улыбнулся официантке.

– Привет, Мелисса. Я разобрался с вепрем за стеной. Я тебе потом принесу мяса.

– Ой, спасибки, Финн! Как хозяйка обрадуется!.. М? Ты нашёл богиню, которую искал?

– Нашёл. Это божество подходит моим потребностям.

Мелисса нахмурилась.

– Что за непочтительность!.. Госпожа, не гневайся на него. Финн очень гордый, хотя и парум. – Боязливо объяснила Мелисса.

– Не волнуйся, лапка. Я не против. Молодёжь есть молодёжь. – Отмахнулась Локи.

Девушка вздохнула с облегчением и благодарно улыбнулась. Она словно беспокоилась за младшего брата или за мальчика, который ей нравился.

– А что ты вдруг перестала важничать? – поддразнил Мелиссу Финн. – Будешь смеяться над моей мечтой, когда исполнишь свою, коротышка.

Мелисса покраснела и хмыкнула.

– Зато я старше!

Она надула щёки и прижала поднос к груди. Локи заметила, что рост у них был почти одинаковый. Просто два смышлёных ребёнка.

– А девушки-парумы тоже ничего… – пробормотала Локи.

– Эй, Мелисса! Заказ готов! – позвал чей-то голос с другой стороны зала.

– Ой! Финн, госпожа богиня, хорошего вечера! – воскликнула Мелисса и побежала к стойке.

– Многие приходят в таверну только взглянуть на неё. – Сказал Финн.

Локи кивнула. Финн провожал Мелиссу взглядом.

– Охо-хо, да ты небось втюрился, да, Финн? Часто сюда захаживаешь? Уже строишь на бедняжку планы, да?! – с похабной улыбкой дразнилась богиня.

– Да, - ответил Финн, – я стесняюсь об этом говорить, но она моя, как бы это сказать, первая любовь.

Локи осеклась. Мигнула. Финн с лёгкой улыбкой украдкой наблюдал, как Мелисса порхала между столами. Лицо у него было не как у мальчика, который только-только стал подростком. Скорее как у отца или старшего брата.

Говорил Финн тоже странно. Он не описывал эмоции, а просто отстранённо называл. Локи не увидела в Финне никакой горячности чувств, и ей расхотелось дразнить его. Обычный мальчик на его месте вёл бы себя умилительно, а Финн говорил так, будто уже повзрослел.

«Остальные смертные тоже такие мудрёные? Ну и дела…»

Локи тут же поняла, что беспокоилась напрасно и что мальчик просто особенный.

– Итак, дело, с которым я прошу не мешать… Я говорил об этом. – Финн жестом указал в сторону Мелиссы.

– Хм? О ней?

– Да. Чтобы вернуть величие народу парумов, мне нужна жена.

– А?

– Нет смысла тяжким трудом зарабатывать славу героя, если с моей смертью всё кончится. Мне нужен наследник.

– …Что?

– Обычно каждый ищет себе пару внутри семьи. Нельзя заводить отношения с тем, кто служит другому богу. В Орарио это неписаный закон, да? Но…если я встречу достойную девушку, даже из другой семьи, то возьму в жёны.

– И ты хочешь, чтобы я тебе этого не запрещала.

– Да. Если Мелисса мне подойдёт, то я надеюсь однажды на взаимность.

– Ты что, думаешь собрать гарем красавиц?

– Если это будет необходимо ради будущего моего народа. Я понимаю, что мой характер не совсем подходит для таких отношений.

Локи несколько мгновений осознавала, что говорит Финн…

– ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!!

…откинулась на спинку стула и расхохоталась.

– Серьёзно?! Уже ищешь невесту?! Ну ты даёшь!

– Да, я говорю серьёзно, - спокойно сказал Финн.

– Ха-ха-ха-ха! Это великолепно!

Локи стучала кулаком по столу. Финн пожал плечами. Хозяйка таверны, гости, официантки и Мелисса обернулись на хохот, но Локи не обращала внимания. Через минуту она вытерла слёзы, которые выступили от смеха, хотя всё ещё содрогалась.

«Ну всё! Забираю! Такого пацана не упущу! Я не я буду, если его не возьму! Решено, первым пускай будет этот парум».

– Я бы хотела первой взять красотку, но….ладно уж. Я решила.

– Итак?

– Ты принят! Ты первый в семье Локи!

Локи высоко подняла кружку, Финн улыбнулся и поднял свою. Они чокнулись и выпили.

Так Локи и нашла своего первого слугу. Она создала семью. В тихом приречном посёлке, вдали от центра мира зародилась семья Локи – семья из одного парума.

– Отлично, тогда – за дело!

Локи одним глотком допила допила вино, вытерла рот и вскочила на ноги.

– Ты ведь живёшь рядом, да?

– В лачужке неподалёку… А что?

– Пошли! Нужно провести ритуал, чтобы закрепить договор.

– Ритуал? – Финн наклонил голову вбок.

Локи ухмыльнулась.

– Ну а как же! Нужно написать твоё благословение!

***

Они пришли в хижину Финна в тихом переулке. Внутри – жёсткая кровать, стул и стол. Дёшево, зато была мель и возможность уединиться. Последнее было важнее всего, потому что Локи собиралась свершить таинство. Посторонним видеть обряд было нельзя.

– Так, Финн! Раздевайся! – сказала Локи, как только зашла. – Можно до пояса, а можно и догола, если хочешь.

– Я, пожалуй, откажусь от такой чести. – Финн поморщился, но взялся за край рубахи. – Значит, его и правда пишут на спине.

– Хе-хе-хе, трусишь, да?

– Мне не страшно. Начнём.

Финн снял рубаху, оседлал стул лицом к спинке и с лёгкой улыбкой закрыл глаза. Он будто бы давно этого ждал.

– Бе, зануда. – Проворчала Локи, села на кровать и ножиком Финна порезала кончик указательного пальца.

Чтобы войти в семью, нужно было пройти ритуал. В нём высшее существо наделяло смертного силой благословения.

– Готов?

Финн кивнул. Ихор капнул с пальца Локи на спину мальчика. По коже пробежала волна света, и Локи стала пальцем мастерски выводить формулу.

– Готово, теперь ты мой слуга! И никуда ты от меня не денешься!

– Ха-ха, я тоже рассчитываю на долгие и плодотворные отношения… Локи, будет весело.

Богиня выводила на маленькой, но мускулистой спине мальчика алые символы: свой личный знак и истинные имена божества-покровителя и слуги. Локи увидела, какое имя получил мальчик вместе с благословением, и наклонила голову, но ничего не сказала. Ей подумалось, что даже имя Финн должно было выражать его непоколебимость.

– Ну вот и всё!

Она быстро начертала знак богини-обманщицы и формулу благословения на спине Финна. Локи пробежала взглядом текст, который проступил на коже мальчика, и замолчала. Вдруг она приподняла брови.

– Хо-хо…

– Значит, уже всё, Локи?

– А, звиняй! Да, всё-всё. Посиди ещё чуточку, я переведу всё на койнэ и запишу для тебя.

Локи вчиталась внимательнее, достала перо и пергамент и переписала показатели со спины Финна.

«Сразу два сильных навыка! И заклинание… А другие смертные тоже так начинают? Да не, вряд ли. Это Финн такой крутой. А по содержанию… Ого! Вот так повезло!»

Локи поняла, насколько же ей повезло сразу встретить именно Финна. Она почувствовала самодовольство, будто ей попался редкий персонаж в игре. Ухмыльнулась. Ей подумалось, что собирать персонажей в божественной семье как раз самое весёлое.

Зеркало взять было негде, поэтому Финн просто оделся, но ему было интересно узнать свои показатели. По взгляду было заметно. Локи усмехнулась и дописала перевод.

– Вот, держи. Это твои показатели. Чтоб всё выучил!

– Спасибо, Локи.

Финн взял лист пергамента и пробежался взглядом.

Финн Дэймнэ

Уровень 1

Сила: 10

Сопротивление: 10

Ловкость: 10

Подвижность: 10

Магия: 10

Заклинания

Безумие Финегаса

Навык

Дух парума

Усиливает эффекты заклинаний и навыков,

когда владелец навыка в опасности

Благородный храбрец

Высокое сопротивление эффектам,

которые влияют на рассудок

Финн начал читать, и у него перехватило дыхание.

– Гм, это жутковато.

Навыки тоже достались необычные, но магия, которую таил в себе Финн… Локи только лукаво улыбнулась.

Остриё копья раскроило чудовищу грудь. Олень-мечевик крикнуд и упал замертво. Финн тут же точными ударами пронзил сердца чудовищ слева и справа.

– Вот она какая…сила благословения…

Финн в одиночку истреблял стаю чудовищ, его светлые волосы колыхались от движения. Они с Локи прошли полпути к вершине горы у Преблики. Тут росло меньше деревьев, и Финн мог бить копьём с расстояния.

Финн выполнял просьбу торговца, который жаловался на засилье чудовищ в округе. В основном Финн хотел опробовать силу в деле. Его руки стали сильнее, копьё в них – легче, а зрение – острее, поэтому он чётко видел движения сразу многих противников. Он двигался быстрее и ловчее, уклонялся от любых ударов.

– Я и не думал, что станет настолько легче… Ха!

Финн шагнул вперёд, взмахнул копьём и снёс целый ряд тварей; ни одна не встала. Он улыбнулся тому, что своими тонкими руками мог бить не слабее дварфа. Его переполняла мощь, и он чувствовал ликование.

– Божественное благословение только раскрывает твои возможности, - сказала Локи, которая смотрела за боем со стороны, – сила и острое зрение уже были в тебе. Я им просто дала пинка, чтоб проснулись.

Она закинула руки за голову и ухмыльнулась.

– Торговец же тебе заплатит? Купи хорошего вина – хочу выпить за первый бой моего слуги. Родители любят, когда дети о них заботятся!

– Я куплю тебе что хочешь, но я бы предпочёл, чтобы ты ждала меня в посёлке.

Чуть раньше богиня-покровительница стояла прямо посреди поля боя. Она размахивала руками и подбадривала Финна, и ему пришлось её защищать.

Финн отбивался от оравы кобольдов, но успел развернуться и заколоть боевого кабана, который мчался к богине.

«Он силён, – подумала богиня, – вернее, впечатляет. Я не богиня войны, но даже я понимаю, что он не полагается на благословение. У него уже есть свой боевой стиль».

Локи пошла с Финном только из любопытства, однако отметила, насколько ловко он владеет копьём. Даже воину с благословением должно быть непросто драться с десятком врагов сразу, но Финн справился с лёгкостью. Финн с копьём вдвое длинней его роста уже выглядел как воин, потому что сам был силён, а не зависел от божьей милости. Финн был храбрым, как и древние герои парумов, хотя об их храбрости уже почти забыли.

Среброспин завопил и рухнул, и на этом бой кончился. Финн взмахнул копьём, и по дуге разлетелись капли крови.

– Вроде бы всё.

– Молодчина! Ну что, как тебе первая заварушка?

– Я теперь понимаю, насколько стал сильнее. Раньше я не верил сказкам стариков про воинов, которые получают божью милость и в одиночку истребляют орды чудовищ… Теперь это уже правдоподобно.

Финн перевёл дух и стал собирать трофеи. Он извлекал крохотные магические камни из груди чудовищ, и трупы рассыпались прахом. Чудовища на поверхности носили камни меньше, чем чудовища из Подземелья. Финн не выручил бы за них много, но мог доказать торговцу, что убил чудовищ. Просто так бросать трупы чудовищ тоже было нельзя. Финн привычно выкопал из кучек пепла когти, шкуры и прочие трофеи, уже намного более ценные, чем магические камни.

– Финн, а можно спросить?

– Что такое?

– Ты же хочешь стать, типа, героем парумов?

– Не совсем так, но это тоже.

– А почему сразу не выбрал семью побольше? Ты бы рос быстрее.

Благословение пробуждало скрытый потенциал смертных, но по-настоящему ценным было потому, что в трудностях смертные набирались опыта. Показатели росли,и давали больше силы, чем десятки лет тренировок. Новый уровень давал немыслимую мощь. Считалось, что благословение открывает путь к бесконечному могуществу.

Финн взял очередной магический камень и поднялся на ноги.

– Я решил, что нужно сперва развивать свой ум, а то стану сильным и не буду знать, что с этой силой делать. В конечном счёте так я достигну настоящих высот быстрее.

– Вот как?

– Культура, образование, кругозор, боевые приёмы… Четыре года я обучался у монахини-отшельницы в горах. Хотел понять, чего могу достигнуть без божественной помощи; найти свои границы, заложить основу на будущее.

Локи внимательно смотрела на Финна и поглаживала подбородок.

«Нет, таких ребят я ещё не видала».

Финн отличался от других. Обычно смертных опьяняла сила, которую давали боги. Про таких авантюристы Орарио говорили, что показатели управляют ими, а не наоборот.

Другие думали, что с силой благословения со всем справятся, Финн же сначала закалял свои разум и тело. Он терпеливо шёл по самому надёжному пути, думал только о долгосрочных целях. Локи соглашалась с его логикой.

Финн Дэймнэ не повторял ошибок многих других, особенно авантюристов из Орарио. Новички, которые надеялись только на благословение, вскоре понимали, что они просто не умеют драться. Финн мог справиться с будущими испытаниями: он много знал, он уже сражался, он разрабатывал свой боевой стиль.

Даже если кому-то везло с начальными показателями и способностями, Финн всё равно обогнал бы их. Он мог покорять Подземелье быстрее и надёжнее, и Финн не выдохся бы. Он не поддавался гордыне и распоряжался умом и телом, как опытный воин, равномерно развивал естественные и новые способности.

«Если подумать, парень для первого выбора даже хорош».

Локи поняла, что раздобыла могучего копейщика, умного и опытного уже на первом уровне.

Финн как первый слуга был перспективным, и всё же…чего-то богине будто бы не хватало. Финн сам по себе был слишком идеальным. Локи не ощутила такого взрывного роста, как если бы начала с чистого листа. Ей хотелось восторга от новой игры, новой семьи, непредсказуемых приключений. Она даже ощутила лёгкое разочарование.

«Ладно, вышло как вышло. Лучше уж сразу сильный слуга, чем слабый. Может, Финн ещё и передумает заводить десять жён».

Локи снова скривилась в мерзкой улыбке, словно была не богиней, а старым развратником.

– Ну что, малой, когда будешь признаваться симпатяжке Мелиссе?

– Локи, это как-то внезапно…

– А чего внезапно-то! Раз вы с ней будете встречаться, то она может пойти и в мою семью! Значит, надо бы наладить контакт, и поскорей!

Финн уже закончил собирать трофеи. Локи шла рядом с единственным слугой и хитро улыбалась.

– Ты же хочешь водить с ней шуры-муры! Думаешь, я не замечу?

– Гм…ты…права, но можно на меня так не давить? – поднял руки вверх Финн.

– А ты ей тоже нравишься, между прочим! Давай как нормальный пацан, глаза – в пол, лицо – свеклой – и говоришь ей: «Давай заведём деток!» Не откажет, точно тебе говорю!

– Локи, я думаю, предложение надо бы сформулировать как-то иначе…

Финн кривился и бормотал, что выболтал планы слишком рано, однако вдруг замолчал.

– Хм.

Ничего необычного в лесу вокруг не было, лишь лежали на поляне кучки пепла. Финн глядел по сторонам. Локи наклонила голову.

– Что такое?

– Торговец, который нанял меня, сказал, что чудовища спускаются с гор и нападают на путников.

– Верно, сказал.

– Это было бы нормально, если бы развелось много чудовищ одного вида. Но разные виды чудовищ нападают группами. Что-то здесь не так…

Финн истребил группу из кобольдов, оленей-мечевиков, боевых кабанов и среброспинов. Локи тут же поняла его мысль: чудовища вели себя странно.

Парум задумчиво лизнул большой палец.

– На ум сразу приходят два предположения. Первое – что кто-то отбил у этой группы вершину горы и погнал вниз. Второе…

Финна перебил грохот, который донёсся со стороны вершины.

– …Что некая могучая особь собирает войско.

Локи смотрела в сторону, с которой послышался грохот. Финн подбежал к краю скалы и посмотрел вниз, на Преблику. У парумов было несравненно острое зрение, и Финн тут же увидел, что происходит внизу.

Преблика протянулась вдоль подножия горы. Орда чудовищ уже проломила стены посёлка в нескольких местах.

– Погоди, Финн, то есть…

– Да, именно так.

Локи уже не улыбалась. Финн следил взглядом за жуткой, великанской фигурой, которая двигалась к домам.

– Чудовищами, которые спускались с гор…командует вон тот зверь.

То не был настоящий Царь чудовищ, но Финн не ошибся. Его большой палец ныл. Боль давила на него, требовала бежать прочь, кричала, что с этой угрозой он не справится.

– Что будешь делать, Финн?

Финн глянул на ладонь, сжал кулак. Он не слушал боль. Он вдруг вспомнил налёт на родную деревню четырёхлетней давности. Вспомнил лица родителей, которые спасли его ценой жизни. Вспомнил чувства, которые ощутил в тот день. Услышал в сердце голос отваги; голос велел ему не допустить трагедию вновь.

– Ясно же, что.

Какой же он Финн, какой же свет, если даст другим погибнуть у него на глазах?

Снизу подул ветер и растрепал волосы Финна. Он безрадостно улыбнулся.

– Идём спасать Преблику.

Некогда мирный посёлок сотрясал рёв чудовищ. В Преблике бушевали ужас и хаос. Орда чудовищ вдруг сошли с горы и напали на поселение. Невысокая стена их не задержала. Чудовища смели стражников, проломили стены и хлынули внутрь.

Пейзаж преобразился: мельницы горели, деревянные дома обрушились. Яркий флаг с праздничными узорами разорвали и втоптали в землю. Тут и там кричали жители Преблики. Рой из чудовищ разных видов громил дома и нападал на людей.

Посреди дороги Мелисса упала на колени. Хозяйка таверны почуяла беду и крикнула ей бежать. На улице Мелисса увидела, что её соседей и знакомых хватают омерзительные чудовища.

Когти и клыки рвали плоть. Крики отчаяния тонули в грохоте, когда рушились здания. На улицах лежали неподвижные тела.

Девушка-парум не успела убежать подальше от таверны. Её сковал ужас, и она не могла двинуться с места. Её глаза наполнились слезами, и вдруг над ней нависла жуткая тень. Клыки вот-вот вонзятся в её лицо…

Дикий вой сменился хрипом.

– Что…

– Мелисса! Ты цела?!

Мелисса боязливо открыла глаза и увидела, что тварь пала замертво, а рядом стоит знакомый мальчик с длинным копьём. Финн успел спасти Мелиссу в последнее мгновение, и теперь спокойно улыбался.

– Финн?..

– Да. Едва успел. Локи, присмотри за ней, пожалуйста.

– Угу, сделаю. – Сказала Локи из-за спины Мелиссы.

Чудовища напали лишь несколько минут назад. Финн и Локи сбежали с горы. Финн убивал на бегу, его копьё уже заалело от крови.

– Так, прибежали на выручку что теперь? Ты силён, но ты не справишься с армией один. – Локи осмотрелась, вздохнула и покачала головой. – Только спустилась в мир смертных, и сразу – в заварушку! Я бы посмеялась, если б это было не со мной.

– Я тебя не совсем понимаю, Локи, однако нам придётся разбираться. Необходимо истребить чудовищ внутри стен.

Локи шутливо пожаловалась на неудачу, но Финн даже не улыбнулся. Он как закалённый воин готовился к трудному бою. Мелисса ахнула и потянулась к нему.

– Нет, Финн! Не надо!

– Мелисса? – Финн повернулся к Мелиссе, которая схватила его за руку.

– Это опасно! Тебя убьют! Ты сильный парум, но…но тебе нельзя драться с ними одному! Мы же такие маленькие… Что мы можем?!

Мелисса цеплялась за Финна, как испуганный ребёнок. Она вела себя как остальные парумы, а Финн их презирал. Те парумы принижались лишь потому, что были малы. Слабаки, которые от опасности бежали и прятались. Мелисса в ту минуту воплощала всю их несчастную расу, она боялась за дорогого ей мальчика, и потому плакала и умоляла на коленях.

– Финн, мы же просто парумы!

Финн видел, как она добра и как им дорожит. Он ответил просто.

– Мелисса, ты неправа.

Он признавал её чувства, но не соглашался.

– Парумы должны быть смелыми. Мы малы, однако кое-что можем только мы.

Его глаза сияли решимостью. Мелисса смотрела на мальчика, который был младше неё, и не могла найти слов. Он твёрдо встретил её взгляд.

Мальчик, которого некогда звали Дэймнэ и который уже пережил трагедию, теперь был непоколебим. Финн посмотрел Мелиссе в глаза и сказал:

– Только парумы могут быть храбрыми перед любым врагом.

Мелисса молчала. Финн аккуратно высвободил руку и повернулся к чудовищам, которые бушевали на улицах. С одним лишь копьём в руках он шагнул вперёд. Локи широко улыбнулась.

– Везучий ты, Финн! Только со мной познакомился – и вот тебе приключение!

Финн бесстрашно улыбнулся, готовый отвечать на шуточки богини.

– Что ты такое говоришь, Локи?

Его глаза опасно сверкнули.

– Моё приключение началось, когда я назвался Финном.

Он посмотрел в даль, куда уходила дорога, и поднял копьё. Локи ухмыльнулась.

– Поняла. Ну, вперёд!

Финн бросился вперёд. Он пробил копьём дикую гориллу, которая замахнулась кулаком на человека, и побежал дальше по главной улице. Финн молниеносно резал чудовищам шеи, за его спиной вырывались фонтаны крови. Он убивал или обездвиживал чудовищ и направлялся к определённому месту.

– Проклятье!!!

– Чёрт, да отвалите вы!

Углом глаза Финн увидел, как бьются другие: городские стражники и наёмники проезжего каравана. Наёмники ругались на то, что их угораздило зайти в город прямо налётом чудовищ, но защищали горожан. И всё же стражники и наёмники готовы были сбежать, и тогда городку пришёл бы конец.

– Не позволю!

Финн зарезал орка на бегу к центральной площади. Сердце посёлка. Место, где он впервые встретил Локи. Здесь он мог перевернуть ход битвы.

– Слушайте, храбрые воины!

Посреди площади, где люди и чудовища рубили и рвали друг друга, Финн повысил голос. Крик парума поднялся до небес, и люди и даже чудовища замерли и посмотрели в его сторону.

– Не бойтесь чудовищ! Если потеряем город, то будет ещё больше смерти и горя! Если сбежите, то вся кровь и слёзы падут на ваши руки!

Финн говорил твёрдо, убедительно. Воинам захотелось пойти за ним.

– Остановим их тут! Защищайте любимых! Покажите врагам боевой клич! Победа будет за нами!

Финн не думал, что спасёт город в одиночку. Однажды он уже пытался. Маленький, простодушный, он боролся сам и потерял родителей в родной деревне. Финн не повторял ошибок.

Воины тяжело дышали, из свежих ран текла кровь, но они сжали кулаки. Речь пацана, которого никто не знал, зажгла их сердца.

– А может…

Несколько чудовищ бросились на парума. Горожане и наёмники закричали, и тут копьё сверкнуло сталью. Остриё неуловимо заплясало, и чудовища свалились в кровавую кучу. Время словно остановилось, и копейщик отвернулся. Он оглянулся с ухмылкой:

– Даже парум дерётся лучше вас, воины?

Он улыбался дерзко, нагло. Он бросал им вызов. У Финна был талант раззадоривать других. Его речь была тем убедительнее, что говорил парум, а над парумами обычно насмехались и смотрели свысока. Стражники заморгали, наёмники оскалились. Затем воины стали кричать:

– Усохни, сопля зелёная!

– Да мы защищали город, когда тебя и в планах не было!

– Я свой хлеб отрабатываю!

Кто-то вытеснял страх гневом, кто-то защищал воинскую честь, а кто-то – гордость наёмника. Бойцы оживились и стали теснить чудовищ.

– Защищайте деревню!!!

Их страсть излилась в боевую песнь. Воины взревели, и мечи и копья врезались в орду чудовищ. Твари дрогнули. Их добыча сразу почти сдалась, а теперь давала отпор и даже наступала. Чудовища подчинялись инстинктам и не могли понять, как люди даже ценой жизни готовы защищать нечто важное. Воины рубили их мечами и нанизывали на копья, и вскоре чудовища завыли уже от страха.

– Славно! Покажем свою доблесть! Как героиня Фиана, которая прошла несчётные битвы!

Финн улыбнулся, снова бросился в бой и продолжал взывать к воинам. Некоторые поняли, что он задумал, и кричали вместе с ним. Решимость и отвага распространились по площади и дальше. Горожане услышали крики воинов, и один за другим тоже с боевым кличем бежали к ним. Мирные люди, которые никогда не дрались, собирались вместе и гнали чудовищ мотыгами и мётлами. Голос мальчика всех обращал в храбрых воинов.

– Оружие парума – смелость… Какая интересная раса… – Одобрительно сказала Локи, которая смотрела на героическую, крохотную фигуру с колоссальными планами. Мелисса молча стояла рядом. Богиня внимательно наблюдала, как Финн сражается посреди поля боя.

Одной пламенной речи было недостаточно. Финн в один миг остановил армию чудовищ, вдохновил других, и тогда вокруг него разразилась буря. Он всё продумал – даже как применить свой малый рост. Планы Финн придумывал, но храбрость его была настоящей.

Вдруг раздались тревожные крики. Кто-то будто бы неслышно смеялся над отвагой людей, которые начали давать отпор. Из клубов пыли показалась громадная туша. По мостовой ползла омерзительная груда плоти, нечто вроде голубого слизня. Наверху была часть, похожая на верхнюю половину человеческого тела, возможно, женского. Финн уставился на чудовище. Ему подумалось, что это внутренности великана.

– Э-это… Э-эрена?!

Эрена взревела и заглушила голос наёмника. Тело длиной в три человеческих роста взметнулось, отбросило стражников и наёмников. Чудовище не остановилось. Руками оно сносило крыши домов, а изо рта лилось пламя. Один только вид повергал смельчаков в ужас.

Финн, который сам расправился, с группой врагов, развернулся. Вот что он видел с горы. Исполинское чудище погнало остальных с горы на посёлок с добычей.

– Наёмники, отступаем!

Финн помчался через поле боя, чтобы задержать эрену, главное чудовище… Тонкое щупальце на голове твари отшвырнуло его в горку камней, словно муху.

– Финн! – Закричала Мелисса.

Горожане увидели, как отбросили их предводителя, и дрогнули. Чудовища снова начали наступать.

Финн поднялся на ноги, с его лба капала кровь. Он встретился взглядом с эреной. Наземные чудовища не бывают такими сильными. То было усиленное чудовище, причина, по которой их трупы нельзя бросать. Эрена пожрала десятки других тварей, поглотила их магические камни и стала вожаком стаи из множества видов. Она ударами рушила дома.

Руки Финна дрожали. Он чувствовал слабость. Большой палец ныл сильнее, чем когда-либо. Прежде Финн без раздумий отступил бы. Он только вчера получил благословение. Бежать было единственным разумным решением. Никакие знания не защитят от бездумной жестокости – Финн это понял ещё в ту ночь, когда потерял родителей.

– Ну уж нет. Я не повторяю ошибок.

Теперь Финн мог победить. Как и сказала Локи, он пробудил свою силу. Финн осознал, что у него есть оружие. Магия внутри него жаждала вырваться на волю.

– Ты была права, Локи. Это жутко.

Финн смахнул со лба капельку крови и выпрямился. Его ноги дрожали.

– С тех пор, как из-за меня они погибли…нет, с рождения…я всегда злился на несправедливость.

Финн никогда и никому не сказал бы об этом. Ветерок унёс его слова.

Крохотной существо внизу истекало кровью, но эрена набрала воздуха и завизжала. Психическая атака, как у сирен. Горожане закрыли уши, попадали на колени, некоторых стошнило.

Финн не шелохнулся. Его способности защищали рассудок. Его голубые глаза блеснули не умом, как обычно, а яростью. Локи уже научила его словам заклинания. Эрена бросилась на бесстыжую добычу, которая не поддалась её песне. Финн заговорил:

– Копьё магии, кровью своей зову, пронзи сию главу.

Финн произнёс стих без выражения. Он лишь чувствовал жажду крови и клялся истребить врагов. Он указал себе на лоб левой рукой, которая окрасилась багрянцем, указательный палец стал как остриё копья. Свет вошёл в него, и глаза закрыла багряная пелена, но Финн успел сказать название заклинания:

– Безумие Финегаса.

Финн взвыл и заглушил все звуки на поле боя.

Когда Финн очнулся, всё было красным. Он был в крови, но не своей. Перед ним лежали куски эрены и трупы чудовищ. Живых чудовищ не было, дикий рёв затих.

Финн смутно помнил, что случилось.

Он выл страшнее любого зверя и убил всех. Пронзал копьём. Проламывал черепа древком. Маленькими парумскими ручками вырывал сердца. Его копья побагровели, как кровь. Его верное копьё погнулось, наконечник потерялся.

– Вот какая у него магия…

Алые глаза Локи видели всё от начала до конца. В городке было тихо, но никто не слушал. Горожане, стражники, наёмники молча смотрели в большем ужасе, чем перед любым чудовищем.

Безумие Финегаса: магия, которая делала заклинателя кровожадным. Она снимала ограничения, усиливала все способности. Взамен заклинатель в исступлении нападал на любое живое существо.

Багряные огни в глазах Финна погасли. Финн посмотрел на горожан, которые дрожали от ужаса, и отвернулся. Все проводили его взглядом до края площади. Там стояла девушка-парум.

– Мелисса…

– Ф-Финн…

Финн посмотрел ей в глаза, протянул руку. Мелисса вздрогнула и отшагнула. Увидела его недоумение и поняла, что сделала. В слезах она подалась вперёд.

– Нет, я не… Я…но... Постой!

Она дрожала, пыталась объясниться. Её глаза наполнились слезами. Парум перед ней, весь в крови, пытался понять, что её напугало, что её так огорчило…

Финн грустно, одиноко улыбнулся. Он молча прошёл мимо девушки.

Финн хотел, чтобы его любимая была смелой. Мелисса не могла перебороть себя, не могла принять воина с большими надеждами, и потому не годилась. Так и кончилась первая любовь Финна.

– Финн, погоди!

Финн хотел восстановить свою расу и с готовностью отказался от первой любви. Девушка со слезами на глазах звала его, но он не обернулся. И всё-таки Финн впервые выглядел на свой возраст – он горевал, но храбрился.

– Финн.

Финн прошёл по площади, по дороге. Горожане расступались перед ним. Лишь одна богиня ждала его посреди дороги. Она раскрыла руки.

– Можешь мне поплакаться!

Локи улыбнулась, подняла подбородок. Между ними подул ветерок. Финн безразлично посмотрел на неё. Тихонько вздохнул и прошёл мимо.

– Ой. – Локи просто опозорилась. – А я-то думала, сейчас буду утешать мальчика, которому разбили сердце!

– Я ценю твою заботу, но откажусь. Я свои слёзы давно выплакал.

Финн вдруг обернулся и улыбнулся.

– Спасибо, Локи. Думаю, здесь меня больше ничего не держит.

«Вот и славно».

Локи улыбнулась в ответ. Героя могла понять лишь богиня, и рядом с ней он не был одинок. Они были семьёй.

Финн бросил последний взгляд на горожан и девушку-парума и пошёл прочь бок о бок с богиней. Они покинули город, и никто их не остановил. На ветру поскрипывала единственная целая мельница

Спустя время богиня заговорила.

– Так, что теперь? Мы уже с крутым видом ушли со сцены.

– Пойдём в другой посёлок или город покрупнее. Я бы помог отстраивать Преблику, но сам буду там только мешаться.

Парума будто бы не смущало, что его боятся, он невозмутимо продумывал следующие шаги. Локи ухмыльнулась и посмотрела на аккуратную дорогу и на широкие поля по сторонам.

– У меня всё равно никаких пожитков, так что продолжим наши приключения! Ур-ра-а-а, всегда хотела путешествовать!

– Всё-то богам нравится. Хорошо быть богом.

– Хи-хи-хи, жизнью надо наслаждаться!

Богиня хлопнула его по плечу, потянулась и закричала в сторону гор.

– Будем искать красоток для нашей семьи! Ждите нас, эльфочки, кошкодевочки, амазоночки и красавицы-дварфы!

– Ничего не скажу про твои интересы, но я думаю, что у нас впереди много трудностей.

Богиня и парум вновь пошли бок о бок. Они сказали спасибо и прощай посёлку, в котором началась история их семьи, и направились к новым землям. Они ступали на долгую дорого, чтобы однажды, в далёком будущем достичь Города-лабиринта. С них двух начались приключения семьи Локи.