Азазель встречается со своим старшим братом Рафаилом, который раскрывает шокирующую правду о смерти их матери и истинных мотивах их отца. Тем временем, Людошиэль и Люцифер, ослабленные после битвы, получают медицинскую помощь, но состояние Люцифера критическое. Внезапное появление Ло Фо Бо прерывает разговор Асмодея с Людошиэлем, оставляя nhiều вопросов без ответа.
Бой. Безвоздушное пространство, усеянное редкими космическими телами, что в такой перспективе напоминали крошечные самоцветы. Невозможность двигаться из-за отсутствия гравитации. Полная тишина… И две необъяснимые ауры, сотрясающие всё вокруг.
Как долго это продолжается? Две секунды или три – казалось, прошла целая вечность. Только вот, сколько таких циклов уже случилось? Ариана потеряла счёт. Она видела лишь мелькающие вспышки в этой бесконечной схватке, а также лёгкое щёлканье пальцами одной из противниц. Та показалась ей смутно знакомой, будто они уже встречались раньше – длинные светло-синие волосы, кудрявящиеся на концах, и одеяние, похожее на платье, но с пышными рукавами и лентами.
Все мысли утратили значение, как только Ариана оказалась в этом странном месте. Её заботило лишь течение времени и скорость, с которой перемещались неизвестные ей существа. Она висела в невесомости, не испытывая никакого желания разобраться в происходящем.
«Раз, два, три, четыре… пять…» — мысленно пересчитала полукровка.
И снова раздался щелчок пальцами. Девушка в диковинном одеянии потерпела поражение – её грудь пронзило сияющее золотое копье, однако уже в следующее мгновение соперницы вновь заняли боевые позиции. Они застыли в пустоте, направив клинки друг на друга. Казалось, это тренировка, где смерть служит лишь началом нового раунда. Но странно… это повторяется каждые пять секунд, неукоснительно.
«Почему она проигрывает? Её тело бездыханно висит в невесомости, но она снова и снова возвращается к битве… Когда же ты уже победишь? Нет, ты не можешь… Тогда почему? Почему ты стремишься сражаться?.. Тебе не одержать победу – смирись…»
Ариана протянула руку к их поединку, разведя пальцы. И сквозь них она вновь увидела, как синеволосую девушку сразили десятки фиолетовых лучей. Снова смерть… Четыре, пять… И опять начинается бой. По неведомым ей причинам, полукровку стало жаль – её неудачные попытки вызывали сочувствие. Ей захотелось помочь – она увидела проблеск надежды на какое-то спасение.
Словно повинуясь её воле, это желание наполнило Ариану надеждой. Некая неведомая сила подтолкнула её ближе к только что убитой девушке. Ещё ближе. Почти наполовину удалось коснуться её рукой… Пытаясь обнять, в сознании полукровки промелькнули странные чувства, похожие на любовь.
Прикоснувшись к истерзанной теперь ветвями с острыми шипами девушке, Ариана погладила её по голове, как гладят ребенка за его старания. Обняв её наконец, она не хотела отпускать это неизвестное существо, но понимала – ещё мгновение, и всё повторится снова. Закрывая глаза, она начала считать. Только вот… Три… четыре… пять…
Шесть… семь… восемь…
Приоткрыв глаза, Ариана была поражена. Бой не возобновился? Неужели странная девица с синими волосами утратила надежду на победу? Тихонько отпустив её, та повернула голову с улыбкой на лице. Такой манящей, прекрасной, искренней, что у полукровки навернулись слезы…
— Я… не смогу сражаться за тебя… так долго… — с кончика её губ стекала густая, почти черная кровь. — Выбери уже… что ты хочешь… защитить…
Эти слова заставили Ариану потерять прежнее чувство… Любовь мгновенно сменилась страхом. Закрыв лицо руками, она думала лишь об одном – из-за её действий кто-то страдает. Отчего ей приходится так мучить незнакомую девушку? Полукровка попыталась отступить, однако в невесомости любые движения сводились к нулю.
— Всё хорошо… ещё есть… время…
«Нет!» — попыталась закричать Ариана, но ведь в космосе нет звуков…
«Нет! Нет!.. Постой!» — снова все её попытки превратились лишь в беззвучное раскрытие рта.
— Нет!
— Ариана?..
— Ч-чего?.. — стремительно вскочив с кровати, она будто что-то искала, оглядываясь по сторонам.
Азазель стоял перед ней с протянутыми вперед руками и испуганным выражением лица. Он пытался разбудить еще сонную девушку в пижаме, из глаз которой текли слезы, но такой реакции он не ожидал. Сейчас Ариана выглядела как маленький котёнок, загнанный в угол.
— С-страшный сон, наверное, пригрезился, ха-ха… — закинув руку за голову, синеволосый ангел улыбнулся. — Принести воды? Ты выглядишь совершенно невыспавшейся, хотя, признаюсь… уснуть было довольно сложно…
— Н-нет… Всё в порядке… — быстро моргнув, она вытерла слезы. — Теперь в порядке.
— Хорошо, раз так. У нас есть минут десять, чтобы привести себя в порядок. В конце концов, мы идем на аудиенцию к Императору… — начиная закрывать дверь, Азазель замер, а затем продолжил. — Асмодей уже ждет у выхода…
— Упс… Да, я скоро буду.
Маленькая комната с одной кроватью, тумбочкой, зеркалом и окном. Напоминает что-то вроде камеры… Правда, все стены выполнены из слегка красноватой древесины, что делало помещение больше похожим на уютную комнату в деревенском доме.
Начиная в спешке доставать вещи из ящика для хранения, Ариана подошла к окну. Вверху не было солнца, отчего она вздохнула. Определить, сколько сейчас времени, и как долго проспала полукровка – было почти невозможно. Видимо, усталость накопилась незаметно, раз даже Асмодей уже подошел к дому. На мгновение от этой мысли ей стало стыдно.Однако, мелькнувший образ таинственной девушки во сне снова вызвал у Арианы испуг. Был ли это сон? Поглядев на слегка дрожащую руку, она предположила, что и сейчас находится под действием иллюзии… Или же сновидения были настолько реальны.
«Возможно, это была Кориноюши?..» — вспомнив её прекрасное лицо, она улыбнулась.
Впрочем, сама она с трудом верила в это. Оставалось лишь покачать головой и как можно скорее начинать собираться.
***
Прошло около двадцати минут, как все собрались и покинули дом. Теперь они могли видеть лифт — внушительную, слегка золотистую круглую платформу, расположенную в центре нижнего уровня. Дворец Императора находился поодаль от изящных строений на верхнем этаже, куда и направлялись Азазель с Арианой.
Хоть Асмодей и мог бы их телепортировать, он решил, что такая небольшая прогулка, пусть и в тишине, поможет им расслабиться и прийти в себя после изнурительной ночи ожидания. Войдя вместе с десятками других демонов на платформу, лифт внезапно дернулся, и послышался лязг цепей. Работающее на чистой мане устройство вызвало у незваных гостей немалое удивление.
«Значит, Маундгард — не единственный город, функционирующий на подобной энергии… Асмодей упоминал о какой-то лаборатории, возможно, дело в ней», — подумал Азазель, пытаясь удержать равновесие на слегка качающейся платформе из-за непривычки.
— Да, как я уже говорил… У демонов нет особых отличий в приветствиях, достаточно лишь встать на одно колено — этого вполне хватит, — произнес Бог Перемен, слегка сонным голосом, придерживаясь за ограждение платформы. — Я передал и Людошиэлю. Он уже ожидает нас возле дворца.
— А с ним всё в порядке?.. — осведомилась Ариана. — Так быстро исцелиться от таких ран…
— Прости… Я не могу ответить.
— Прошу прощения?.. Ах, точно… — задумалась полукровка, наблюдая, как нижний уровень постепенно размывается в её глазах.
Диалог с ним порой сводился к странным недомолвкам. Ещё в том соборе, на поверхности Норсилана, она заметила, насколько строга была структура их общения. Словно существовали определённые условия или же таковы особенности демонов. Асмодей не мог отвечать на два вопроса подряд, равно как и задавать их. Правила и законы… Это кое-что напомнило полукровке.
— Я так понимаю, это какое-то проклятие, — утвердительно произнесла Ариана.
— Ты мыслишь верно, — Бог усмехнулся, закрыв глаза. — Как твое самочувствие, Ариана?
— Вполне сносно… Даже ощущаю некоторое освежение, — полукровка тоже улыбнулась, не отрывая взгляда от удаляющегося нижнего города. — Так… Как чувствует себя Людошиэль?
Она решила не расспрашивать о странной закономерности. Сейчас ей было важнее узнать состояние товарища, тем более что Азазель с удивлением смотрел на эту парочку, ожидая услышать ответ.
— Его всего трясёт — невосстановленная мана даёт о себе знать. Но, если сравнить его состояние, то это можно назвать лёгкой простудой, недомоганием, скажем так. Переживать не стоит, Людошиэль уже выбрался из предсмертного состояния…
— Понятно… — почему-то вспомнив образ бледного Люцифера, Ариана крепче сжала ограду.
— Его таким не убить — это правда, — начал Азазель. — Однако мне интересно… Я могу предположить природу проклятия, ведь это не так уж сложно, но ваша особенность ставит в тупик… Точнее, не так… Почему вы выбрали именно такие условия для него?
Подобный вопрос вызвал сильное удивление у Асмодея. Он немедленно повернулся к синеволосому ангелу, испытывая некоторую надежду, ведь он понимал, что тот достаточно умен. Бог Перемен попытался понять — догадался ли Азазель сам до чего-то или нет, ведь проклятия для ангелов — всё равно что сказки.
Мурашки, пробежавшие по телу, сменились смехом, озадачив многих демонов в лифте. Асмодей просто осознал, насколько он расслабился в присутствии двух незваных гостей, приняв их за обычных детей.
— Ха-ха-ха! А ты не так прост, — Асмодей, помахав рукой около своего лица, словно пытаясь сбить жар, успокоился. — Нелегко это говорить, но ты прав. Мой поступок несколько странный, потому что я вложил немного больше, чем требуется для проклятия. Если отвечать прямо на твой вопрос, то я просто решил проверить такую возможность на себе, вот и всё.
— Ха, а это интересно, — воскликнул Азазель, на чьём лице появилась хитрая ухмылка, но… — Спасибо за ответ, я приму это к сведению.
Это фальшь… игра слов.
«Понятно…» — ангел с синими волосами, отвернувшись ото всех, серьёзно задумался. Пытаясь скрыть свои эмоции, он начал рассуждать. — «Ведь он сейчас уклонился от прямого ответа? На вопрос Арианы он ведь ответил более чем ясно. Если это так… То это ещё не все условия его проклятия. Возможно, у него их два, если не больше…»
Азазель знал простую истину: разгадать замыслы глупцов куда сложнее, чем гениев. Асмодей ответил уклончиво, да и его громкий смех… Всё это ставило под сомнение сказанное. Предположив, что у него есть несколько условий, Азазель пришёл к выводу, что как минимум ещё одно из них — правда.
Асмодей не может лгать, отвечая на вопрос, и, скорее всего, всегда обязан отвечать. Если кто-то что-то спросил, то Бог Перемен должен сказать правду…
Всего лишь догадки, однако теперь Азазель будет исходить из своих предположений. Впрочем, к их внезапному спасителю он почти не испытывает доверия. Минувшая ночь сильно сказалась на синеволосом ангеле…
Вероятнее всего, он бы не стал демонстрировать такую холодность Асмодею, но на текущий момент синеволосый ангел не доверяет даже самому себе. И на Ариану он стал смотреть с некоторой подозрительностью, ведь именно она привела его сюда.
«На данном этапе слишком рано делать выводы о других», — отогнав подобные мысли, он встряхнул головой…
— При-и-ехали, — после этих слов лифт замер, слегка подбрасывая пассажиров. Первым на мощеную камнем дорогу, перед которой возвышался дворец Императора, ступил Асмодей.
***
Немного переведя дух после прогулки, все собрались у величественных врат. Эта аудиенция была всего лишь формальным приветствием, но у незваных гостей внутри зародилось тревожное предчувствие. Аббриан Кейн — молодой Император. Возможно, им удастся найти общий язык, ведь они примерно одного возраста, но это мнение тут же развеялось.
Асмодей тихонько постучал в дверь, и она отворилась, являя взору роскошную обстановку.
Один просторный зал, где окна располагались на высоте десяти метров от пола. Колоссальных размеров колонны, пять люстр, выстроенных в ряд, и небольшой трон. Светлое убранство несколько отличалось от привычных стереотипов о демонах, а пол из белого мрамора, отражающий лучи света, скорее напоминал об ангельской стороне.
Незваные гости приблизились на расстояние двадцати метров от Императора, одновременно опустившись на одно колено. Асмодей же отошел правее, к паре незнакомых личностей с рогами на головах.
— Добро пожаловать в Империю Лоун, — произнес Аббриан с улыбкой. — Ваши ауры столь различны, но в то же время обладают единой окраской… Можете представиться?
Он поставил их в тупик. Ему всего сорок семь лет, однако внешность вызывала смешанные чувства. Правая сторона его тела походила на изношенного старика, покрывшись морщинами неведомо почему. А на глазах была повязка. Лишь глубокий, отчетливый голос выдавал в нем молодого правителя.
— Меня зовут Азазель Фонгель, сын Рена Фонгеля, — развеял секундную тишину ангел с синими волосами.
— Людошиэль Фонгель, — безразлично ответил тот.
— Ариана… Криц.
И если с первыми двумя присутствующие невольно согласились, то с последней… С правой стороны зала послышался то ли возглас, то ли изумление.
— Это же она!.. — едва начав говорить, её рот прикрыл демон, облачённый в красную мантию.
— Сяо, прикуси язык…
— Понял… — послышалось сквозь пальцы.
Такое обращение ошеломило незваных гостей. К чему такое приветствие? До сегодняшнего дня они полагали, что их имена хорошо известны, но реакция той четырёхрогой девицы вызвала недоумение. Не понимая всей ситуации, Аббриан Кейн добавил к этому свой лёгкий смешок и натянутую улыбку.
— Благодарю, — слегка склонил голову Император, восседая на троне. — Мне известно о вашей ситуации, поэтому глупо спрашивать, зачем вы пришли. Однако. Вы уже должны были понять, что произошло с вашим прибытием в Пирсилан.
Азазель был единственным, кто понял эти слова. Раскрытие их местоположения. Асмодей телепортировал их прямиком в подземный город, но Тсуоши вполне мог отследить стихию шунканидо. Это лишь предположение, но синеволосый ангел всё равно понимал, что демоны сильно рисковали, спасая их жизни.
— Мы сполна отработаем эту доброту, — произнёс он с серьёзным видом.
— Это само собой. Но не поймите меня неправильно… Я совершенно не чувствую в вас решимости. Ничего. Ваши души пусты, вам даже не за что сражаться… Нужны ли Империи Лоун такие союзники? — Встав с трона, Аббриан одним словом будто отсёк все мысли незваных гостей. — Нет.
Людошиэль попытался возразить в своей своевольной манере, но… Вскоре он осознал, насколько прав этот демон. Сейчас каждый из них не понимал, зачем живёт, почему ещё не сдался или по каким причинам продолжает борьбу. Ради чего они существуют?..
Этот вопрос сжал горло каждого.
— Асмодей, — подняв руку, Император отдал распоряжение.
Подойдя к озадаченным ангелам, Бог Перемен передал три браслета из тёмных бусин. Это был тот самый пропуск, о котором просила Рубедо днём ранее. Он позволял беспрепятственно входить и выходить из невидимого барьера города, скрывавшего ауры, а также служил щитом, крепче которого в мире Вечного Древа не было.
Такова была сила молодого Бога, Аббриана Кейна. Абсолютный Щит, полученный им на последней стадии войны, позволил сохранить конфиденциальность демонов, но цена оказалась слишком высока. Не только самопожертвование, но и правая сторона тела Императора была отдана за спасение жизней.
Едва взяв бусы в руки, ангелы ощутили эту силу. Перед ними находилось высшее, могущественное существо, но это вызывало у них смешанные чувства. По странной логике, Аббриан был первым из Богов, кто решился на самопожертвование.
Ариана уже успела поведать о том, как демонам удалось спастись, и в связи с этим у присутствующих возник вопрос. Вообразили ли бы Рен Фонгель или Тсуоши на такое? По какой-то неведомой причине каждый из гостей склонялся к мысли, что нет… От этого предположения в душе расцвело незримое тепло к правителю этих земель.
— Пока что мы предоставим вам убежище, — вновь присев, Аббриан подпёр подбородок рукой, словно начиная скучать. — Три дня. Ровно столько я готов дать вам на осмысление вашей цели… Но не думайте, что это проявление милости. Считайте это своеобразной сделкой. И помните, что спасение ваше было не случайным совпадением…
— Мы искренне благодарим вас от всего сердца, господин Аббриан… — начал Азазель. — И прошу простить мой грубый вопрос. Почему вы решили оставить демоноидов на произвол судьбы? Возможно, именно это давало нам прежде стимул двигаться вперёд.
— А вот это уже вызывает смех, — прищурив глаза, произнёс Император.
— Ч-что?..
— Неужели это давало вам мотивацию? Знаете… Вы удивительно напоминаете мне одного Бога из мира людей. Пятнадцать веков назад он, будучи человеком, решил искупить грехи всей расы ценой собственной жизни… Все верили, что он — мессия, — издал он смешок и продолжил, — только как же грустно слышать подобное, разве не так? Добился ли он своих целей? Нет — человечество ни капли не изменилось. А теперь вы решили, что подобные мысли о спасении незнакомых вам существ предотвратят грядущие беды? Действительно ли ваши усилия направлены на спасение мира?!
Император разгорячился, повысив голос и активно жестикулируя. Слышать от них такое… На мгновение ему стало не по себе от того, что он позволил себе выйти из состояния покоя, но это чувство тут же рассеялось. Его слова пока мало что значили для гостей, поэтому и подход следовало выбрать иной.
— Приношу извинения за свои слова… Вы пока ещё дети, грезящие о фантастических подвигах. Скажу вам прямо — ваша мотивация проистекает из эгоизма. Вы всё это время пытались защитить не жалких демоноидов, доживающих свои последние дни в муках, а собственные души… — подняв взгляд, Аббриан на секунду замер, переполненный нахлынувшими эмоциями. — Вы пытались уберечь себя от правды. Вот почему это так смешно. И отвечая на твой вопрос, Азазель, скажу: лучше сохранить жизни тысяч, чем пожертвовать всем ради спасения десятков. Это мой долг, как правителя.
— Д-да… Прошу прощения за мою грубость, — ещё ниже склонив голову, произнёс Азазель.
Эта короткая встреча заставила синеволосого ангела вспомнить, к чему он стремился до сих пор. Разве не помощь отцу пленила его? Ведь он хотел защитить именно своих близких, а не каких-то безымянных демоноидов.
Эти же слова задели и Ариану, которая всю свою жизнь стремилась совершить государственный переворот… Она поняла, что мысль о спасении рогатых каким-то образом была неправильной, но причины этого ускользали. Где-то в глубине её души проснулось осознание — неприязнь к собственным действиям заставляла её непроизвольно сжимать кулаки, на лице проступила злость.
— На этом всё, вы свободны… Не подведите нас.
***
После ухода гостей Император нервно вздохнул, повернув голову к той троице, что старалась держаться тихо, слушая этот сумбурный разговор.
— Не слишком ли я увлёкся?.. Как думаешь, Асмодей, они вообще поняли, к чему я клоню?
— Несомненно, — лёгкая улыбка озарила его лицо. — Именно это им сейчас и необходимо. Осязаемая мотивация, лишь так они смогут продолжить свой путь. В конце концов… Без острой решимости им не противостоять натиску войны…
Это была лишь подготовка. Высшие чины Империи Лоун уже подозревали о грядущем противостоянии ангелов и демонов, и именно поэтому Аббриан Кейн устроил этот разговор. Ведь им придётся сражаться против своего народа. Смогут ли они спокойно поднять меч на сородичей? На данный момент — точно нет.
«Я вижу в них себя…» — с грустью на лице, он слегка коснулся правой, дрожащей руки.
Именно эта доброта и делала Императора отстранённым от прочих Богов. Неприсущее им свойство. Возможно, это и была наивность, однако именно это и сделало его столь могущественным по сравнению с «ними». Народ легко последует за правителем, которому не чужды жизни людей.
И слова про демоноидов разозлили его по другой причине — ему стало просто тошно от того, что он так легко смирился с их смертью, хотя и не мог ничего поделать.
Однако… Среди сожалеющего Аббриана находился «он». Лёгкая ухмылка на лице превратилась в чудовищную бурю в сердце, сводя с ума Асмодея. Ведь таким правителем невозможно легко управлять. Ещё немного, и он позволит себе рассмеяться в полный голос.
— А я всё ещё настаиваю на том, что их следует устранить… — цокнув на слова Бога Перемен, демон, словно презирая, посмотрел сквозь дверь на ушедших гостей.
— Да ладно тебе, Дайн… Они показались мне даже милыми, — приложив указательный палец к губам, Сяо, демоница с четырьмя рогами, задумалась.
