План вернувшегося наёмника Том 1 Глава 492 Есть кое-что, что ты должен сделать (1)

— Угх… что за чушь…?

Посланник, задыхаясь, всё яснее ощущал, что происходит нечто крайне неправильное.

Он слышал о дурной славе графа Фенриса и считал её обычной надменностью человека, возглавлявшего сильнейшую армию королевства.

Но так грубо говорить о короле?

До этого момента он был уверен, что Гислен, по крайней мере, верен трону — ведь именно он без устали сражался против фракции герцога.

Посланник полагал, что Гислен просто действует жёстко, но это оказалось роковой ошибкой.

Этот человек был изменником — тем, кто в любой момент готов поднять мятеж.

Гислен отпустил его шею и с насмешливой улыбкой сказал:

— Ну, пожалуй, я слегка перегнул палку. Я ведь говорил тебе говорить побыстрее, верно? Я не особо терпелив. Но эй, это не твоя вина — ты всего лишь посланник, да?

— Кх-кха! Д-да, да, именно так! Я лишь передаю приказы Его Величества. Пожалуйста, пощадите меня!

Дрожа от ужаса, посланник рухнул на колени и стал умолять о пощаде, украдкой поглядывая на топор в руке Гислена.

Гислен усмехнулся и спросил:

— Значит, маркиз Брэнфорд и остальные дворяне пока не пострадали?

— Д-да, да! Сейчас с Его Величеством остались только те дворяне, которых подавлял маркиз. Даже сам король, похоже, не решается действовать против них из-за возможных последствий.

— А командиры Королевской армии, которые сейчас отступают? Когда их заменят?

— Королевские рыцари были направлены заранее, так что, скорее всего, командиров уже заменили по ходу марша.

— Понятно.

Гислен мгновенно уловил суть происходящего. Маркиз Брэнфорд и его сторонники были в безопасности — пока что.

И дело было не только в Королевской армии. По всей стране оставалось множество лордов и дворян, по-прежнему ориентированных на маркиза.

Королю Берхему потребовались бы годы, чтобы стабилизировать политическую ситуацию и сосредоточить власть в своих руках. Лишь после этого он осмелился бы устранить Брэнфорда.

Если, конечно, доживёт до этого момента.

Маркиз Брэнфорд, вероятно, это понимал — потому и отступил так легко.

Взгляд Гислена похолодел, когда он посмотрел на посланника.

— Есть ещё кое-что, что меня интересует.

— Ч-что угодно, господин! Спрашивайте, — тут же ответил тот, отчаянно пытаясь угодить.

Довольное выражение лица Гислена ясно показывало: посланник быстро учился.

— Маг, который исцелил короля… он жрец Церкви Спасения?

— Х… ходят такие слухи. Однако его истинную личность никто не знает. Но кто ещё мог бы обладать подобной силой, если не жрец Церкви Спасения? И с чего бы иначе Его Величеству вдруг предлагать переговоры о мире с фракцией герцога?

— Хм, логично.

Гислен кивнул. Высокопоставленный жрец Церкви Спасения вполне мог обладать такими способностями.

Будь то их разломные магические круги, Святые воины или разрушенное ядро Мелкира — Орден всегда умел использовать жизненную силу людей для своих противоестественных экспериментов.

Было очевидно, что король, загнанный в угол, обратился к ним — и те откликнулись, преследуя собственные цели.

Но в чём они заключались?

«Неужели лишь потому, что положение сейчас не в их пользу?»

Гислен нахмурился, прижав пальцы к виску.

Это не сходилось.

Церковь Спасения упорно охотилась за королевской семьёй. Зачем исцелять короля, а не убить его?

Если бы они хотели его устранить, сделали бы это в тот же миг, как приблизились.

Оставалось лишь одно объяснение.

— Им нужно что-то от королевской семьи.

Будь то сам король, королевская кровь или какой-то артефакт королевской семьи — и фракция герцога, и Церковь Спасения искали нечто конкретное.

Атаки на Гислена и Северную армию были лишь побочной целью.

Гислен прижал лезвие топора к шее посланника.

— Последний вопрос.

Посланник замер, холод стали заставил его содрогнуться.

— Д-да… что угодно, господин.

— Уже ходят слухи, что маг — жрец Церкви Спасения. Если это так, значит королевская семья заключила союз с Церковью. Ты согласен?

— Д-да… Именно поэтому в столице царит беспокойство.

— А епископы Четырёх Великих Церквей? Они ведь наверняка против перемирия?

— Они… наблюдают молча. Скорее всего, они готовятся к бегству, — признался посланник.

Гислен сухо усмехнулся. Он прекрасно понимал их страх. Епископы не осмеливались открыто выступить против перемирия, зная, что Церковь Спасения без колебаний убьёт их.

Смена баланса сил делала открытое противостояние смертельно опасным, особенно когда король прикрывался страданиями народа.

Гислен задал самый важный для себя вопрос:

— Что король пообещал тому жрецу в качестве платы?

— Насколько мне известно, прекращение боевых действий. Силы герцога были разгромлены—

— Что-нибудь ещё?

— Н… нет. Других условий не упоминалось…

— Должно быть что-то ещё. Думай. Даже слухи подойдут.

Топор сильнее вжался в шею посланника, и тот запаниковал:

— П-подождите! Дайте мне секунду подумать!

— Думай, — спокойно сказал Гислен. — Но если хочешь жить — говори всё, что приходит в голову.

Мысли посланника лихорадочно метались, и вдруг он выпалил:

— Есть одно! Во время пира Его Величество… он был пьян и сказал кое-что магу. Это быстро разошлось среди дворян.

Глаза Гислена блеснули.

— Что он сказал?

— Он сказал… что не может дождаться, когда получит «это».

— «Это» — что именно?

— Я… я не знаю. Он сказал только это. Потом они рассмеялись, и дворяне решили, что речь идёт о каком-то подарке. Это всё, что мне известно.

Гислен на мгновение задумался, а затем широко ухмыльнулся.

— Как я и думал.

Король и Церковь Спасения заключили сделку. И чем бы ни было «это», именно оно являлось истинным условием соглашения.

Гислен опустил топор.

— Я оставлю тебе жизнь. Но передай моё сообщение.

— Д-да, господин! Всё, что скажете!

— Северная армия не будет распущена.

— Д-да!

— И я остаюсь её командующим.

— Д-да, да!

Посланник яростно закивал, прекрасно понимая, что это сообщение приведёт короля в ярость. Но спорить сейчас означало верную смерть.

— Передай им и это: я не собираюсь вести переговоры о перемирии с фракцией герцога.

— Я… я понял. Я передам.

— Хорошо. А теперь уходи. Но сначала тебя подлечат.

По знаку Гислена подошёл Пиоте и исцелил раны посланника. Едва лечение было завершено, тот со всех ног бросился прочь из лагеря Северной армии.

Когда он ушёл, Гислен сел, погрузившись в размышления.

На лицах его помощников застыло мрачное выражение. Внутренний конфликт, разразившийся накануне решающей битвы, мог легко перерасти в катастрофу.

Если они ошибутся, им придётся сражаться ещё и с Королевской армией.

Более того, отказ Гислена распустить Северную армию почти гарантировал столкновение с силами королевства.

Клод колебался, прежде чем спросить:

— Командующий… вы собираетесь отправиться в столицу, чтобы спасти их?

Гислен на мгновение задумался и покачал головой.

— Нет. В этом нет необходимости.

— Почему?

— Одного изменника вполне достаточно. Нет нужды всем нам поднимать мятеж. К тому же — как мы спасём сразу столько дворян?

Гислен слабо улыбнулся. Даже если бы он отправился туда, маркиз Брэнфорд, скорее всего, отказался бы от спасения.

Маркиз добровольно ушёл в отставку, несмотря на то что мог убить короля. Усложнять ситуацию не было смысла.

— Всё, что мне нужно, — это убить короля.

Его прямые слова омрачили лица присутствующих.

Похоже, неизбежное настало — Гислен действительно становился мятежником.

Он установил флаг на карте, обозначив столицу Кардению.

— Мы захватим столицу. Королевская семья, которую маркиз Брэнфорд пытался защитить, обречена.

Клод выглядел неуверенно, но всё же кивнул.

— Я понимаю. Королевству нужен новый правитель. Пусть для нас это и не столь важно, но народ и остальные дворяне будут этого требовать.

Гислен кивнул.

Крах королевской семьи создавал вакуум власти, который необходимо было заполнить.

— Передайте союзным силам: король вступил в союз с Церковью Спасения. Переместите наши войска к западным и северным границам и подготовьтесь к обороне. Пусть знают — теперь они подчиняются только моим приказам.

— Есть, сэр.

Повернувшись к разведчикам, Гислен приказал:

— Сообщите Лоуэллу, чтобы он начал развертывать шпионов в столице. С этого момента я хочу знать каждый их шаг.

— Есть.

Наконец Гислен обратился ко всем присутствующим:

— Скоро я сам отправлюсь в столицу. Мне нужно кое-что проверить.

— Вы собираетесь в одиночку захватить столицу? — потрясённо спросил Клод.

Гислен усмехнулся.

— Не сразу. Я всё объясню перед уходом. Сейчас есть более срочные дела.

Северная армия начала срочную передислокацию. Их нынешнее положение было уязвимо — их могли зажать между Королевской армией и силами герцога.

Политическая ситуация после отставки маркиза Брэнфорда превратилась в хаос.

— Король совершил глупый поступок.

Гислен сжал ножны меча, в его глазах вспыхнула жажда убийства.

Маркиз Брэнфорд и дворяне помогли ему вырасти быстрее, чем он ожидал, предоставив ресурсы для укрепления его силы.

В каком-то смысле маркиз Брэнфорд был оковами, подавляющиими Гислейна.

Теперь, когда эти оковы исчезли, ему больше не нужно было сдерживаться.

— С королевской семьёй покончено.

Королевство оказалось на грани краха.

— Доведём это до конца. Пока один из нас не умрёт.

Гислен ухмыльнулся — остро и решительно.

Впервые за долгое время он чувствовал себя свободным. Теперь ничто не стояло у него на пути.

Северная армия быстро сменила позицию и разместилась в передовой крепости Фенриса.

Гислен, взяв с собой лишь небольшой отряд, немедленно отправился в Бердиум. Ему срочно нужно было обсудить важные дела с отцом.

Получив известие о прибытии Гислена, Цвальтер созвал всех своих вассалов. Он также понимал, насколько опасной стала текущая политическая обстановка.

— Я услышал последние новости совсем недавно. Что, во имя всего святого, происходит? Твоё появление здесь означает, что Северная армия отступила?

Цвальтер засыпал Гислена вопросами, его голос был полон тревоги.

Все высокопоставленные дворяне, возглавлявшие военные действия, были отстраненны, а вокруг короля формировалась новая структура власти.

Как отец, Цвальтер не мог не беспокоиться за сына, тесно связанного с маркизом Брэнфордом.

Гислен кратко изложил произошедшее и продолжил:

— Северную армию нельзя распускать. Что бы мы ни делали, король заключил союз с фракцией герцога, и они никогда не оставят нас в покое.

— Как до этого дошло… — пробормотал Цвальтер.

— Северная армия — их главная угроза.

— …Все тяжёлые битвы были напрасны. Теперь мы на грани того, чтобы стать изменниками, — устало сказал Цвальтер, опускаясь в кресло.

Вассалы Бердиума выглядели так же мрачно, как и их господин.

Ещё несколько дней назад им казалось, что победа уже близка. Теперь же над ними нависла перспектива быть объявленными мятежниками.

Тишина заполнила зал, пока Гислен, обведя всех острым взглядом, не нарушил её:

— Нет. Это было не напрасно. Благодаря нашим усилиям Северная армия стала сильнейшей силой в королевстве. А с поддержкой Бердиума мы станем ещё сильнее.

— …

— Столкновение теперь неизбежно.

— …

— Если нам суждено сражаться, мы обязаны победить — любой ценой. И для этого, отец, мне нужно, чтобы ты сделал кое-что.

— …Что именно? — с тяжёлым вздохом спросил Цвальтер.

Гислен твёрдо произнёс, и его голос эхом разнёсся по залу:

— Отец, мне нужно, чтобы ты… стал новым королём этой страны.