Популярный НПС в игре, где гендерные роли поменялись местами Том 1 Глава 160 Донат

~6 мин. чтения · 1,453 слов
Ранее в Популярный НПС в игре, где гендерные роли поменялись местами...
Чэрин, успешный стример с миллионом подписчиков, проверяет свой новый ролик по игре «Сага демонов». Ролик, посвященный рейду на Амона и с участием популярного NPC Йора, получает положительные отзывы, но вызывает бурное обсуждение из-за вырезанных моментов. Чэрин также просматривает форум игры, где игроки обсуждают последние новости, личные истории и проблемы с разработкой. Взглянув на посты игроков, решающих покинуть игру ради реальной жизни, Чэрин задумывается о границах между игрой и реальностью, особенно в контексте её отношений с NPC. Внезапно Йор сообщает ей, что видит её игровой чат, что снова размывает грань между мирами.

— Ч-что вы сказали?

— Говорю, вижу.

— Что именно?..

— Чат. Тот, который всё время ползёт рядом с тобой.

— П-прямо сейчас увидели?

— Ага.

У Чэрин дрогнули глаза.

Она так и осталась стоять с приоткрытым ртом. Реакция, впрочем, была понятной. Игровой персонаж только что сообщил, что видит то, чего по всем правилам видеть не должен.

Наверное, примерно так человек чувствует себя, когда узнаёт, что кто-то незаметно подключился к его капсуле.

Молчание затянулось.

Йор неловко почесал затылок.

— Хотя нет. «Прямо сейчас» — не совсем правда. Я давно его вижу. Просто раньше не показывал.

— Д-давно — это насколько?

— С нашей первой встречи.

— С первой?!

Чэрин почти вскрикнула.

В фиолетовых глазах был настоящий ужас.

Сам факт, что Йор видит чат, уже переворачивал всё с ног на голову. Но он, оказывается, читал его с самого начала?

«Вот этих дегенератов?..»

Чат тем временем тоже начал сходить с ума.

У Чэрин по спине пробежал холодок.

Будем честны: её зрителей нельзя было назвать образцом приличия.

Они регулярно устраивали пожар из ничего, а стоило Йору появиться в кадре — начиналось такое количество сексуальных комментариев, что иногда самой Чэрин хотелось раздать вечные баны половине аудитории.

И всё это время он спокойно читал?

От одной этой мысли Чэрин прошиб холодный пот.

«Стоп. Ещё не факт».

Через секунду Чэрин заставила себя собраться.

Йор любил подколоть и вполне мог разыгрывать её. О существовании «трансляций» NPC в целом знали, так что ничто не мешало ему взять известный факт и сделать вид, будто он действительно видит текст.

Судя по сообщениям, зрители пришли к той же мысли.

[серьёзно?]

[да не пизди]

[Йор я хочу притащить тебя домой и использовать как живой дилдо ахахаха ЭТО ТОЖЕ ВИДНО?]

Йор поморщился.

— Забань нахуй ту, которая только что написала про живой дилдо.

Сомнения закончились мгновенно.

[!!!]

[!!!!!!!!!!]

[ДА ЛАДНО!!!!!!!!!!!!!!!!]

Чат захлебнулся паникой.

Чэрин тоже застыла.

Тут уже не спишешь на совпадение.

Она молча выдала автору сообщения бан на три дня и вдруг подумала:

«А ведь...»

Если покопаться в памяти, странности действительно были.

Когда они стримили вместе — если это вообще можно так назвать, — Йор иногда смотрел в пустоту рядом с ней. Порой хмурился, словно увидел что-то особенно мерзкое. Чэрин не раз замечала это, но никогда не понимала причины.

Теперь всё встало на место.

Он смотрел не в пустоту.

Он читал чат.

Голос Чэрин заметно повысился:

— То есть вы всё это время всё видели?

— Я же сказал.

— И... вы помните какие-нибудь сообщения?

— Ну, например: «Пока из него всю сперму не выжму...»

— Хватит! ХВАТИТ! Всё, дальше не надо!

[ой блядь ахахах]

[когда это говорит сам Йор становится как-то неловко]

[а по-моему наоборот горячо]

[тихо ты]

[НАПОМИНАЮ: ОН СЕЙЧАС ВСЁ ВИДИТ]

У Чэрин слегка поплыло перед глазами.

Она давно поняла, что Йор не из стеснительных. Но услышать настолько грязную цитату из его рта без единой паузы — всё равно оказалось испытанием.

Зато теперь сомнений точно не осталось.

Оставался другой вопрос.

— Тогда почему вы столько времени молчали? Наверное, тяжело было всё время делать вид, будто ничего не видите.

— Потому что раньше мне это было невыгодно.

Йор объяснил без особых церемоний.

Тогда его положение было совсем другим. Он скрывал, что является носителем Крови демона, старался не привлекать внимания и вообще предпочитал, чтобы о нём знали как можно меньше. Зачем в такой ситуации сообщать ещё и о странной способности видеть интерфейс иномирцев?

Сейчас всё изменилось.

Он уже успел сцепиться с рыцарями, получил гражданство, а лицо разошлось по всей Империи и за её пределами. Ещё одна причина для слухов ничего принципиально не меняла.

«К тому же мне самому интересно».

Загадка Глаза игрока никуда не исчезла.

Йор до сих пор не понимал, почему эта способность вообще у него появилась.

Он даже осторожно расспрашивал других н... гайанцев — успел отучить себя называть их NPC хотя бы мысленно — не доводилось ли кому-нибудь видеть систему иномирцев?

Никому.

По лицу Чэрин тоже было ясно: она впервые сталкивается с гайанцем, способным читать чат.

Значит, Глаз игрока принадлежит только ему.

И старый вопрос снова вернулся.

«Почему?»

Способность дана с какой-то целью? Это часть чего-то большего? Или просто бессмысленная случайность?

— Ничего себе... — Чэрин наконец пришла в себя. — Немного внезапно, конечно. Я чуть не умерла от испуга.

Ответов у Йора всё равно не было.

И способа их получить — тоже.

Но по крайней мере одна тайна, которую он таскал с собой с самого начала, теперь перестала быть тайной. Возможно, после такого признания когда-нибудь всплывёт новая информация.

— В общем, я сказал только потому, что теперь можно. Не думай, что я решил доебаться до твоего чата. Мне без разницы.

[наш красавчик с нами пожил и уже «доебаться» говорит]

[«я не доебался») перевод: я вас терпел, теперь сидите тихо и не отсвечивайте]

[ахахаха соблюдайте права 2D-мужчины]

На этом разговор, казалось, можно было закончить.

Дзынь!

Перед Чэрин всплыло уведомление о пожертвовании.

[Амужикчто? — 1 000 вон!]

[видео]

Обычный донат.

Тот факт, что Чэрин находилась в игре, никоим образом не препятствовал потоку пожертвований от зрителей. Порой к ним прилагались короткие видеоматериалы — как правило, нечто забавное или то, что вызывало желание увидеть её реакцию.

И в этот раз снова поступило видео.

Перед взором Чэрин развернулся голографический экран.

На записи была она сама, но очень давно — в те времена, когда ей ещё не покорился пятидесятый уровень. Тогда её канал был ещё невелик. Стремясь удержать внимание зрителей, Чэрин часто несла откровенно провокационную чушь. Ничего из этого она не принимала всерьёз; это было лишь кривляние на публику ради желаемой реакции.

И вот один из таких моментов теперь транслировался прямо перед Йором.

— Да что вообще требуется от мужчины? Сиди дома, жарь свинину как следует — и всё, большего от тебя никто и не ожидает!

— О-о...

Йор с видимым интересом провёл пальцами по своей щеке.

Глаза Чэрин затряслись ещё сильнее.

* * *

— Нет зрелища более отвратительного, чем уродливый мужчина с сигаретой.

Следующее пожертвование.

— Если у мужчины всё в порядке с потенцией, разве от него ещё что-то нужно?

И ещё одно.

— Секс.

Видео продолжали поступать одно за другим.

Как только зрители осознали, что я наблюдаю медиапожертвования, они дружно принялись раскапывать постыдное прошлое собственной стримерши.

На каждой новой записи я выдерживал паузу и ограничивался фразами вроде:

— Хм-м.

Или:

— Любопытно.

Иногда просто:

— Не может быть.

Теперь стало ясно, почему она добилась такого успеха в стриминге. Перед аудиторией Чэрин умела выдавать такие реплики, что скука никогда не посещала зрителей. Некоторые из них, однако, были настолько провокационными, что при ином стечении обстоятельств могли бы уничтожить репутацию человека далеко за пределами игры.

[Если собрать всё воедино, она выглядит как законченная]

[И ЭТО — наша стримерша?!]

[Чэрин, прощай, дальше ты сама!]

[Не человек, а какое-то недоразумение, ахахах]

— Это всё было ради стрима... Вы же понимаете? Мне приходилось раскачивать аудиторию, ну... вы понимаете, да?

После каждого ролика Чэрин торопливо оправдывалась, смахивая пот со лба.

Зрители, само собой, лишь подбадривали её возгласами.

Я едва сдерживал улыбку.

Сами записи меня не задевали. Было совершенно очевидно, что она играла на публику. А вот наблюдать, как Чэрин мучается из-за собственной давней болтовни, оказалось на удивление забавно.

Вероятно, именно поэтому зрители продолжали отправлять новые ролики. Их целью было не моё негодование — им доставляло удовольствие наблюдать, как она сама извивается от стыда.

Я им не мешал. Продолжал изображать задумчивый интерес.

Однако в какой-то момент Чэрин стало по-настоящему жаль.

— Успокойся. Ты же говорила это ради развлечения. Я не воспринимаю такую ерунду всерьёз, так что хватит нервничать.

— П-правда?

Она тут же оживилась.

Ну конечно, правда.

Мы знакомы уже довольно долго. Я не собираюсь превращаться в занудного идиота из-за пары старых шуток.

Правда, одно личное дело у меня к ней всё же имелось.

— Но вечером, когда закончишь трансляцию, зайди ко мне.

Пора уделить внимание той части тела, которую я держал на голодном пайке больше месяца.

Она и так слишком долго простаивала без дела.

А Чэрин можно и не отчитывать при зрителях. Вечером разберёмся без лишней публики.

— ...!

Её глаза снова забегали.

Выглядела она так, словно услышала свой приговор.

Через секунду Чэрин медленно кивнула — точно как овца, которую ведут на убой.

— Д-да...

Странная реакция.

Ведь на старом видео она сама говорила, что от мужчины больше ничего не требуется, если у него всё в порядке с потенцией. Вот и появится шанс проверить теорию на практике.

Зрители ещё какое-то время издевались над ней, после чего Чэрин, совершенно подавленная, побрела по своим делам.

Я остался один.

«Ну и... чем теперь заняться?»

Да, я наконец признался себе, что вижу системные окна и чат игроков.

Моя жизнь от этого, впрочем, никак не изменилась.

До появления следующего демона я снова официально бездельник.

И скучать обо мне никто не будет.

Когда-то мне было достаточно просто сидеть в лесу. Часами. Днями. Совершенно без проблем.

Похоже, за последние месяцы я слишком привык к постоянным событиям. Планка развлечений поднялась, и теперь обычная тишина начала быстро давить.

Не то чтобы мне разонравился покой.

Просто хотелось хоть какого-нибудь занятия.

Я перебрал в голове всё, что давно откладывал, и наконец вспомнил одно дело.

«Схожу в приют».

Пора было навестить людей, которых я знал ещё ребёнком.