Популярный НПС в игре, где гендерные роли поменялись местами Том 1 Глава 254 Провокация

Иногда Барбатос видела один и тот же сон. Почти кошмар.

Она приходила в себя, обнаруживая, что вновь торчит из пола около темного алтаря — наружу только голова. Вокруг царила знакомая полутьма и мертвая тишина. Это был тот самый зал, на который она смотрела десятилетиями.

Сперва Барбатос непременно осматривалась. Пусто.

Ни Ливии, которая порой утомляла до скрежета зубов. Ни Нерии, бывшей человеком, но отличавшейся удивительным спокойствием и добротой. Ни Йора, первого человека, когда-то нашедшего путь к её алтарю.

Когда вокруг не оставалось никого, одиночество переставало быть просто скучным. Оно становилось пугающим.

Странно. Ранее Барбатос не замечала за собой подобного.

Во сне она ждала. Сначала спокойно. У всех наверняка появились дела; закончат и придут. Скоро тишина вновь наполнится разговорами, шагами, чужими голосами.

Она ждала еще. Никто не приходил.

И в какой-то момент приходило понимание: они ушли. Все. И больше сюда не вернутся.

После этого время во сне словно кто-то перематывал вперед. День сменялся днем, затем год — годом. А Барбатос оставалась на том же месте, в одиночестве, все так же беспомощно торча из алтаря и проживая пустые, однообразные сутки.

Вот этого она и боялась.

Не самого одиночества. Так она прожила немало лет и раньше переносила это без проблем. Было скучно — не более.

Пугала другая мысль: что теперь, после всего произошедшего, никто больше не придет.

Не случилось ли с ними чего-нибудь? Почему они не показываются? Неужели забыли это место — и её заодно?

Стоило таким мыслям возникнуть, как они начинали медленно разъедать её изнутри.

Потому что никогда ни с кем не сближаться — это одно. Найти людей, привыкнуть к ним, а потом вновь всё потерять — совсем другое.

Барбатос сама не заметила, когда начала бояться именно этого.

Вероятно, поэтому сердце так сильно забилось, когда Йор предложил помочь ей окончательно воплотиться в мире людей.

К тому времени она уже почти отказалась от этой возможности.

Если бы воплощение шло по старым правилам, всё равно закончилось бы враждой. Завоевания её никогда особо не привлекали; роль захватчицы к тому же не соответствовала её характеру. Наиболее разумным ей казалось просто досидеть у алтаря до назначенного срока, а потом однажды вернуться в Мир демонов.

Грустно, конечно. Зато так было бы проще для всех.

Йор предложил третий путь. Отвернуться от Мира демонов и остаться здесь.

Решение далось нелегко, но Барбатос всё же выбрала современный мир. Бесцветная жизнь на родине её не манила. Здесь же было столько всего, чего она никогда не видела, не пробовала и даже представить не могла.

И, если быть с собой предельно честной, ей хотелось снова проводить время с теми, к кому она успела привязаться.

Особенно с человеком по имени Йор.

Поэтому сейчас Барбатос смотрела на него и тихо ворчала: «Бессовестный…»

После переселения в современный мир ей, признаться, было немного обидно.

Жить с Йором оказалось приятно. Вот только дома он бывал далеко не всегда. У него постоянно находились встречи, дела, какие-то поездки. И каждый раз Барбатос оставалась одна и ожидала его возвращения.

Когда Йор был рядом, он заботился о ней гораздо больше, чем был готов признать. Но это не отменяло неприятного чувства пустой квартиры.

А сегодня он сам организовал для неё целый вечер: вывел в город, водил по ресторанам, терпел её аппетит, помог справиться с чужими взглядами.

И Барбатос решила, что тоже имеет право чего-то захотеть.

Решение возникло внезапно. Она и не пыталась делать вид, будто за ним стоит какой-то возвышенный замысел. Демонам желания знакомы ничуть не хуже, чем людям.

«Если уж ты целый день так усердно меня развлекаешь, — пробормотала она, приближаясь, — не удивляйся, что я захочу тебя себе забрать».

Её ладонь легла Йому на грудь. Под пальцами ощущались крепкие мышцы.

«Эй. Погоди».

Йор всё ещё не мог прийти в себя от такого поворота.

Он вывел Барбатос в город лишь потому, что хотел отучить её прятаться от людей. И никак не ожидал, что дома всё обернется именно так.

К тому же Барбатос, вернувшись домой, вновь приняла свою миниатюрную форму. И это категорически не нравилось Йору.

Какой бы взрослой она ни была на самом деле, внешне в таком облике Барбатос выглядела слишком юной. Одного этого было достаточно, чтобы внутри него срабатывал строгий запрет.

«Даже не начинай, — сказал он. — Сначала нормальный облик».

Барбатос на мгновение замерла, затем недовольно поджала губы. «Какие же вы, люди, странные».

«Зато мне так спокойнее».

«Будь по-твоему».

Её фигура начала стремительно трансформироваться. Через несколько мгновений перед Йором стояла взрослая Барбатос в своём истинном облике — женщина ростом более двух метров, настолько массивная, что даже просторная гостиная вдруг показалась теснее.

Теперь прежнего внутреннего протеста не осталось. Зато возникла другая проблема.

«Вот же чёрт».

Сверху она смотрела на него с таким довольным видом, будто именно этого и добивалась.

«Ну? — протянула Барбатос. — Теперь тебя всё устраивает?»

«Не зазнавайся».

«Ха. Я всего лишь спросила».

В её голосе звучало явное удовольствие.

Барбатос прекрасно осознавала, что Йор не принадлежал этому миру. Ей были известны как странности его прежних взглядов, так и влияние, которое оказывала на него Кровь Асмодеи.

— Не стоит так хмуриться, — произнесла она. — У меня есть свои глаза и уши. Я давно заметила, что твоё желание куда сильнее, чем у прочих. Иначе и быть не могло с Кровью Асмодеи.

— Удивительно, сколько ты успеваешь заметить, когда не поглощена едой.

— Невежда.

Обычно Барбатос вела себя как ветреная девчонка. Однако порой она внезапно давала понять, что прожила очень долгую жизнь и вовсе не так наивна, как стремится казаться. Особенно это проявлялось, когда она переходила на этот старомодный, неторопливый тон.

— Для меня это впервые, — призналась она. — Но я хотя бы имею представление о том, что делают люди, когда желают друг друга.

К концу фразы её уверенность всё же пошатнулась.

Йор уловил это и невольно позволил себе усмехнуться.

— Что, дошло до дела — и стало страшно?

— Замолчи!

Барбатос мгновенно вспыхнула.

Однако гнев, казалось, помог ей решиться куда лучше любых уговоров.

Её платье растворилось в зелёном сиянии. Йор замер на одно мгновение, а затем вновь взглянул ей в лицо.

— Последний шанс передумать.

— Я уже приняла решение.

— Тогда иди сюда.

Вскоре неловкость быстро уступила место взаимному любопытству.

Барбатос поначалу старалась держаться так, будто всё полностью находится под её контролем. Ей нравилось само ощущение превосходства: её огромный рост, Йор под ней, возможность снова дразнить его, глядя сверху вниз.

— Хм-хм... А ведь ничего страшного, — самодовольно заметила она через некоторое время.

— Что?

— Ну как тебе лежать подо мной? Тут даже ты мало что можешь сделать.

Йор прищурился.

«Ах ты ж!»

Вот это уже стало ошибкой.

Он слишком хорошо знал эту интонацию. Барбатос вновь принялась подтрунивать над ним, как обычно, просто выбрав для этого максимально неподходящий момент.

В следующую секунду преимущество уже было не на её стороне.

— Эй! Ты что себе позволяешь?!

— Исправляю расстановку сил.

— Какую ещё расстановку?!

Йор перехватил инициативу и, для большей надёжности, схватил Барбатос за рога. На них он давно смотрел как на удобные рукоятки, и теперь не смог удержаться от соблазна.

— Я давно хотел проверить, насколько это удобно.

— Немедленно отпусти! Это часть моего величественного образа, а не ручки для тебя!

— Поздно.

Барбатос ещё немного повозмущалась, а затем сама рассмеялась. Вся напряжённость исчезла без следа, и они снова скатились в привычную перепалку.

Только теперь между ними почти не осталось дистанции.

И от этого, как ни странно, становилось спокойнее.

Через какое-то время Йор произнёс:

— Пойдём в спальню. На диване неудобно.

Барбатос не ответила. Просто последовала за ним.

* * *

Если честно, одно обстоятельство всё же выбивало Йора из равновесия.

В полумраке гостиной всё воспринималось проще. А вот в освещённой спальне от настоящих размеров Барбатос уже не получалось отвлечься.

Она была выше двух метров. Йор и сам считался высоким, но рядом с ней разница всё равно бросалась в глаза.

— Чего уставился?

— Думаю.

— Опасное занятие.

— Очень смешно.

В своём истинном облике Барбатос была буквально огромной.

Не уродливой — просто непривычно громадной, почти нереальной. Рядом с ней обычные человеческие представления о пропорциях теряли всякий смысл, и Йор впервые за вечер задумался, не переоценил ли он собственную уверенность.

А что, если он не справится?

Он слишком хорошо представлял, чем это могло закончиться.

Барбатос ещё неделю будет ходить за ним по пятам и с противной ухмылочкой напоминать:

«Ха! Столько хвастался Кровью Асмодеи, а со мной не справился!»

От одной лишь воображаемой реплики Йора захотелось скрипнуть зубами.

Нет уж. Такого удовольствия он ей точно не доставит.

— Ты опять что-то нехорошее задумал, — подозрительно произнесла Барбатос.

— Думаю, как заткнуть тебя хотя бы до утра.

— Самоуверенно.

— Вот и проверим.

После этого они наконец прекратили разговаривать.

Ночь затянулась надолго.

Оба были слишком выносливы, чтобы быстро устать: Йору силы прибавляла Кровь демона, а Барбатос сама принадлежала к высшим демонам. Они то спорили, кто будет задавать темп, то менялись местами, то снова начинали препираться из-за какой-нибудь мелочи прямо посреди процесса.

Вскоре Йор осознал ещё одну вещь: огромный рост Барбатос совершенно не делал её холоднее или неуязвимее. Наоборот, все её эмоции читались удивительно легко. Стоило ей забыть о своём достоинстве, как лицо мгновенно выдавало всё, что она пыталась скрыть.

Она злилась, смущалась, смеялась, упрямо отказывалась первой признать усталость.

И, конечно, продолжала провоцировать.

Так продолжалось до тех пор, пока дыхание Барбатос не стало тяжёлым, а сама она не рухнула поперёк кровати, уткнувшись лицом в подушку.

Йор посмотрел на неё и решил, что на сегодня хватит.

Всё-таки день выдался долгим. Сначала многочасовая прогулка, рестораны, разговоры с незнакомцами. Затем ночь почти без передышки.

Даже демонице такого ранга требовался отдых.

Он отпустил её рога и собирался лечь рядом.

Барбатос некоторое время молчала.

Затем её плечи мелко задрожали.

— Хе... Хе-хе-хе...

Йор насторожился.

Она повернула голову и одарила его той самой улыбкой.

— И это всё?

— Что?