Последнее пламя в долгой ночи (Новелла) Том 4 Глава 368 Запасной ход

В программе подготовки отряда по Старому миру было и обращение с взрывчаткой. А поскольку бомбы имели дистанционные пульты, это означало, что внутри обязательно присутствовали схемы, способные принимать электрический сигнал.

Поэтому Цзян Баймянь и Лун Юэхун довольно оперативно обнаружили все заряды и успешно их обезвредили.

Увидев, рядом с чем они находились последние несколько дней, Суна и остальные то бледнели, то в недоумении переглядывались. Им было трудно осознать, что взрывчатка всё это время находилась буквально под боком.

Цзян Баймянь постаралась их успокоить:

— Вас просто использовали. Вы сами по себе ему не были нужны.

Бай Чэнь, обращаясь к бывшим работницам секс-индустрии с Пепельных земель, добавила спокойным тоном:

— Это наш противник. Если после сегодняшнего дня вы больше никак не будете с нами связаны, то, скорее всего, подобное больше не повторится.

Суна, Ли Цюн, Цинь Сяочжэнь и прочие обменялись взглядами. В их глазах мелькали и страх, и непонимание.

Несколько секунд спустя Суна выдавила из себя натянутую улыбку:

— Вы меня спасли. Эту новую жизнь мне дали вы. Как я могу просто заявить, что мы больше никак не связаны?

— Да.

— Совершенно верно.

Остальные поддержали её слова — кто-то сразу, кто-то после небольшой паузы.

Суна посмотрела на Цзян Баймянь и Шан Цзяньяо с явной надеждой в глазах:

— Я верю, что вы сможете найти решение.

«Вот оно, житейская хватка простых людей», — мысленно подумала Цзян Баймянь и ответила предельно честно:

— Мы приложим все усилия, но полной гарантии дать не можем. И пока всё не будет завершено, вы всё ещё можете оказаться в опасности. Возможно, кто-то из нас погибнет.

В комнате повисла тишина.

Через некоторое время Суна с трудом выдавила улыбку:

— Без вас я бы всё равно умерла через год-два.

После этого и другие женщины — даже те, кто явно испытывал сомнения, — одна за другой выразили схожие мысли.

«Я ведь не прошу клятвы верности. Слова всегда можно взять обратно», — не удержалась от внутреннего комментария Цзян Баймянь.

Шан Цзяньяо тем временем улыбнулся:

— Я могу создать для вас условия, чтобы в следующий раз у вас появился шанс оказать сопротивление и пресечь опасность ещё в зародыше. Вам нужно лишь поверить мне.

Он пристально посмотрел Суне прямо в глаза.

Та вспомнила, в кого превратился её бывший хозяин Огер, после секундного колебания кивнула:

— Верю.

— Тогда пройдемте в соседнюю комнату.

Цзян Баймянь молча проводила их взглядом и не стала вмешиваться.

В соседней комнате Шан Цзяньяо снова посмотрел Суне в глаза:

— Я изложу лишь два факта. Первое: мы вас спасли. Второе: мы всё это время стремились помочь вам обосноваться в Первом городе и по-настоящему начать новую жизнь.

Он сделал паузу:

— Следовательно, если кто-то попытается заставить вас навредить нам, ты…

Суна сначала невольно закивала, а затем её лицо приобрело решительное и возмущенное выражение:

— Я немедленно выстрелю в него!

Хлоп-хлоп-хлоп!

Шан Цзяньяо зааплодировал:

— Результат даже лучше, чем я ожидал.

Суна слегка смутилась:

— Я… я пока не очень хорошо стреляю из такого пистолета.

— Научишься. Чем больше практики, тем лучше.

Он уже направился к двери.

Суна растерянно спросила:

— И всё?

Ей казалось, что с ней ничего существенного не произошло.

— Всё. Ты отлично справилась, — похвалил Шан Цзяньяо.

Вернувшись вместе с ней в комнату для инструктажа, он поочередно поговорил наедине с каждой женщиной, выстраивая схожие логические цепочки, заранее формируя настороженность к любому, кто попытается использовать их против отряда по Старому миру.

Реакции оказались разными.

Кто-то, как Суна, решил немедленно открыть огонь. Кто-то пообещал не выполнять приказы. Кто-то намеревался сделать вид, что подчиняется, а сам тайно предупредить отряд.

Шан Цзяньяо даже не стал запоминать, кто какой вариант выбрал.

Пока он был занят, Цзян Баймянь, Лун Юэхун, Бай Чэнь и Генава еще раз проверили всех бывших членов Банды Чёрных Рубашек, а затем тщательно обыскали всё «Волчье логово».

Других подготовленных ловушек обнаружено не было.

Когда Шан Цзяньяо вернулся в зал, Лун Юэхун с любопытством задал вопрос:

— Это действительно поможет им противостоять гипнозу настоящего «Отца»?

Шан Цзяньяо улыбнулся:

— Не просто противостоять. Но и дать отпор.

Его глаза заблестели почти весёлым огнем:

— Если настоящий «Отец» однажды случайно погибнет от пули Суны, я похороню его где-нибудь на пустошах северного берега, а затем буду периодически навещать могилу, включать музыку, танцевать и громко над ним смеяться.

В голове Лун Юэхуна само собой возникла мысль:

«Жестоко…»

Он задумался и спросил:

— А нам можешь создать аналогичную защиту? Как при противостоянии с Цяо Чу: заранее внедрить рассуждение, чтобы гипноз настоящего «Отца» не сработал.

Шан Цзяньяо покачал головой:

— Главная загвоздка в том, что я не могу заранее предугадать, чего именно он захочет от вас. А с Суной и остальными примерно понятно, для чего их могут использовать. Поэтому можно заранее установить условие и добиться нужной реакции.

Он оживился:

— Если ты не возражаешь, мы можем перечислить абсолютно все возможные варианты, а я по одному добавлю тебе «иммунитет».

На его лице уже появилось выражение желания немедленно провести эксперимент.

— Правда, если наложить слишком много таких рассуждений, в обычной жизни они, наверняка, начнут мешать.

— Тогда не стоит, — быстро отступил Лун Юэхун.

Цзян Баймянь также кивнула:

— В ближайшее время стараемся не разделяться. Пока рядом Старина Гэ, опасность тихого воздействия настоящего «Отца» всё-таки заметно ниже.

После этого она перевела взгляд на Огера:

— Здесь ведь стоят камеры?

Огер кивнул:

— Да. У входа есть одна. Место важное, без наблюдения никак.

Глаза Цзян Баймянь слегка загорелись:

— Тогда достань записи за последние дни.

Но Суна раньше Огера ответила:

— Эта камера сломана.

— Когда?

— Кажется… позавчера вечером, — вспомнила Ли Цюн. — Один из слуг как раз докладывал.

Позавчера вечером.

То есть в ночь перед операцией по задержанию людей Церкви Антиинтеллектуализма в поместье Чжао.

«Настоящий “Отец” приходил именно тогда?» — Лун Юэхун уже прокручивал версии.

Цзян Баймянь спросила:

— А запись осталась?

Огер честно ответил:

— Жёсткий диск украли.

— Осторожный, — вздохнула Цзян Баймянь. — Значит, техники он всё-таки опасается и понимает, что она может оставить след.

Бай Чэнь вдруг спросила:

— Другие камеры есть? Они тоже сломаны?

Огер показал в сторону потолка зала:

— Там ещё одна.

Цзян Баймянь давно её заметила: камера смотрела в глубину «Волчьего логова».

— И эта тоже не работает?

— Угу, — энергично кивнул Огер.

Цзян Баймянь уже собиралась задать следующий вопрос, но в голове внезапно столкнулись несколько деталей.

Она будто между делом сказала:

— Эти две камеры вроде разных моделей. Их ведь устанавливали не одновременно?

Огер заискивающе улыбнулся:

— У входа стоит старая, несколько лет назад поставили. Сейчас такую модель даже найти трудно. А эта… эта…

Он замолчал.

Лицо постепенно застыло.

— Я не помню, когда её установили.

— Я тоже не помню.

— И я…

Бывшие члены банды и Суна с остальными один за другим начали качать головами.

Лун Юэхуну на секунду стало трудно дышать.

«Сколько ещё настоящего “Отца” мы вообще не заметили?»

Цзян Баймянь мгновенно выдернула «Ледяной мох» и навела на камеру.

Но стрелять не стала.

Через секунду даже усмехнулась и вернула пистолет в кобуру:

— Значит, техникой настоящий «Отец» не просто умеет пользоваться. Он приготовил два исхода. Если взрывчатка нас убьёт — отлично. Если нет, камера покажет, как именно мы справились и какие скрытые средства использовали.

Бай Чэнь спокойно заметила:

— Когда в помещении и так есть видеонаблюдение, дополнительная камера почти не вызывает подозрений. Особенно если тех, кто знает систему, заранее загипнотизировали.

Цзян Баймянь вздохнула:

— Хорошо ещё, что я немного разбираюсь в электронике и обращаю внимание на такие мелочи.

Лун Юэхун всё ещё испытывал неприятный холодок, когда Шан Цзяньяо вдруг радостно сказал:

— Лисий хвост наконец показался!

Лун Юэхун на секунду не понял.

Зато Цзян Баймянь тоже улыбнулась:

— Если некоторое время ничего не взорвётся, кто-то обязательно придёт забрать карту памяти с записью.

Она хлопнула ладонями:

— Всё. Осталось подождать, кто именно явится за данными.

На этой улице — да и почти во всём квартале Зелёной Оливы — проводной сети не было, беспроводного покрытия тем более. Даже те торговцы, у кого имелись телефоны и доступ к городской сети, здесь могли в лучшем случае звонить и отправлять сообщения.