Последствия прокачки второстепенного любовного интереса Том 1 Глава 121 До титула наследного принца — сто метров (1)

Как только Элиза покинула императорские покои, оковы домашнего ареста были сняты с меня.

Августовское солнце щедро разливало свои лучи. В эти последние дни дворец, казалось, погрузился в атмосферу нескончаемого торжества: знать беспрепятственно прогуливалась по великолепным садам и оранжереям, а простым людям с подтверждённой личностью временно разрешили доступ на территорию резиденции. Всюду пестрели праздничные украшения, а изящно сервированные столики манили к чаепитию.

Ещё бы, ведь до главного события оставалось всего три дня!

— Ура! Настоящее лето!

Кристель, издав восторженный возглас, крепко обняла Деми и принялась его тискать. Я с удивлением покосился на неё, усмехнулся и вновь обратился к Туксиму, который удобно расположился прямо на столе.

Сант и Ева, успевшие за это время подружиться, растворились где-то в дальних уголках императорского сада. Наверняка они выгуливали своих питомцев, Рею и Перри. Сант и впрямь стал гораздо меньше смущаться людей. Он даже признался, что за время своего вынужденного пребывания здесь успел соскучиться по общению.

За столиком напротив леди Элизабет и маркиз Франсуа Дюэм вели оживлённую беседу, обсуждая порталы и военные аспекты.

— Ваше высочество, отведайте заодно.

— Благодарю.

Ганаэль пододвинул ко мне небольшую тарелочку с изящными заварными пирожными. По всей видимости, он снял их с одной из многочисленных пирамид из крокембуша, расставленных по всему саду.

Я то прихлёбывал ароматный чай из цветков чертополоха, то отправлял в рот сладкое пирожное, не прерывая при этом переговоров с Туксимом. В моей руке был крепко зажат блокнот.

— Так когда же ты планируешь трансформироваться? Только когда твоему старшему брату станет совсем невмоготу?

Пи-и-р-р!

— Я ведь и не думал ничего такого. Просто хочу поговорить.

Пи-и! Пи-пи!

— Хорошо... Как скажешь. Превращайся, когда сам посчитаешь нужным.

Туксим с независимым видом надул грудку. Я погладил его по головке указательным пальцем, оставляя тщетные попытки уговорить упрямца.

Принц Седрик, неспешно потягивавший эспрессо рядом со мной, нахмурился.

— Ты хоть понимаешь, что вещает священная реликвия?

— Не могу сказать, что понимаю дословно. Но интонацию уловить вполне реально.

— ...

— Сразу чувствуешь, нравится ему что-то или нет. С священными зверями точно так же.

Пока я излагал свои мысли, Давид подошёл к принцу и раскрыл перед ним роскошный футляр. Мы оба невольно заглянули внутрь. Под лучами солнца ослепительно сверкали драгоценные камни — каждый размером почти с детский кулак. Вот это размах!

— Возможные варианты броши для фиксации плаща, ваше высочество.

— Сплошные хлопоты, — недовольно отозвался принц.

До церемонии провозглашения наследника оставалось три дня, и принца постоянно куда-то вызывали, заставляя утверждать бесчисленное множество мелочей. Зачастую, едва он начинал получать от меня эфир — его тут же уводили. В такие моменты выражение его лица становилось особенно мрачным.

Зато Кристель от души веселилась.

— По-моему, вот эта — лучшая. Она и к цвету глаз подходит, и стихия у вас огненная.

Она как раз подошла к нам, усадив Деми себе на спину. Её палец указывал на великолепно огранённый красный бриллиант. Давид тут же осыпал её комплиментами по поводу безупречного вкуса. Но принц прервал его:

— Эту уберите.

— Ах, вот как.

Кристель раздражённо выдохнула. Я встревожился, что принц услышит её бормотание о том, что ему «даже угодить нормально нельзя», и поспешил вмешаться:

— И я считаю, что это лучший вариант. Вам вообще очень идут яркие цвета, ваше высочество.

Я понятия не имел, какие цвета ему действительно идут. С такой внешностью хоть мешок надень — всё равно будет красавцем. Я просто хотел сгладить неловкую ситуацию. Неужели так трудно хоть раз согласиться с выбором Кристель?

Принц некоторое время помолчал, затем отвернулся и снова взялся за кофе.

— Тогда подготовим красный бриллиант.

Давид низко поклонился и удалился. Раздался тихий смешок: Бенжамен, отложив правку рукописи, с улыбкой наблюдал за нами.

Стоило мне взглянуть на него, как мысли опять начали витать где-то в облаках. Впрочем, за последние две недели мне так и не удалось прийти ни к одному сколько-нибудь вразумительному выводу. Страницы моего блокнота были испещрены неразборчивыми каракулями и чернильными пятнами.

«Ники и подсказка»

— Существа, хранящие устройство мира и его тайны.

— Кристель, принц, Бенжамен, стул Ынсо.

— Возможно ли открыть Ковчег с моей стороны? НЕТ.

Вот что мне удалось выяснить в «Ковчеге Бирёма». Главным моментом был второй пункт.

С Кристель всё было предельно ясно: главная героиня романа «Уволилась — и стала герцогской дочерью». Принц — главный герой любовной линии. Кому, как не им, быть воплощением устройства и тайн этого мира? Но вот Бенжамен совершенно не вписывался в эту картину.

Он ведь слуга второстепенного героя, а Ынсо ни разу даже не упомянула его имени. Значит, в изначальном романе он не играл сколько-нибудь заметной роли. С чего же вдруг он обрёл такую важность?

Я задумчиво уставился на лежавшую у Бенжамена рукопись «Разума, чувства и божественности» для выпуска от пятнадцатого августа.

«Писатель».

До того, как стать моим помощником, Бенжамен был третьим сыном знатного графа и весьма популярным автором любовных романов. Похоже, именно в этом и заключалась подсказка. Только вот как её разгадать — ума не приложу.

Нет, предположений-то у меня было немало. Просто каждое из них было ещё нелепее предыдущего.

Неужели стул из квартиры Чон Ынсо появился благодаря самой Ынсо, написавшей «Я уволилась и стала герцогской дочерью»? Абсурд. Оглядываясь на весь год после начала публикации романа, становится ясно: такого не могло быть.

Тогда, возможно, настоящий автор — Кристель, сама попавшая в собственную книгу? Но ведь по официальной предыстории она работала в офисе. Впрочем, это не исключает возможности... Подрабатывала писательницей?

Шур-шур. Скрип-скрип.

Перо заплясало по бумаге. А что, если взглянуть под другим углом? Вдруг мы угодили в любовный роман, который напишет принц из будущего? Он состарится бок о бок с Кристель, захочет оставить потомкам историю их любви и...

— Ты серьёзно?

Я сам не заметил, как произнёс это вслух, и резко остановил перо.

Подсказку я, конечно, получил, вот только связать её с чем-либо логически было совершенно невозможно. Если бы Кристель написала оригинальный роман, она не провела бы первые месяцы в этом мире, мучаясь из-за непривычной обстановки и пытаясь понять, что делать с собственной жизнью. И даже если предположить, что принц когда-нибудь станет писателем, какая мне от этого польза сейчас?

Может, всё это просто хитроумная уловка, призванная обмануть меня?

— Ах ты моя прелесть! И в кого же наш Деми такой хорошенький? А?

Кви-и...

— А, в старшую сестрёнку пошёл! В Кристель, значит? Поэтому у нас такой несравненный красавчик?

Кви-инг!

— Умница какая! Наш Деми просто гений. Надо наградить, обязательно наградить!

Кристель чмокнула Деми в нос. Тот довольно заулыбался, открыв пасть. Принц тяжело, протяжно вздохнул.

Глядя на красавицу и священного зверька, я вспомнил ещё кое-что, сказанное Ники в Ковчеге.

«А Ынсо разве не здесь?»

«В этом мире чужак только один — вы».

Это было важное уточнение. Кристель тоже попаданка, однако Ники причислял её к местным жителям. Вероятно, потому, что она изначально является частью мира «Я уволилась и стала герцогской дочерью». В отличие от меня, явившегося извне, даже её «Корея» существовала внутри вымышленной истории.

— Ты выбрал владение?

Голос принца выдернул меня из размышлений. Я вскинул голову. Он хмуро разглядывал разложенную передо мной карту. Не мог же я признаться, что карта была лишь прикрытием, а в блокноте я занимался совершенно другим делом.

— Советую выбирать земли, где поменьше лесов, ваше высочество, — с улыбкой заметила леди Элизабет. — Там реже встречаются чудовища и порталы.

— С чудовищами понятно, а порталы-то чем плохи?

За неё ответил маркиз Дюэм:

— До прошлой недели по всей стране шли сильные дожди. В лесах вода размыла почву, и на поверхность стали выходить старинные, давно заброшенные порталы.

— Вот как? Любопытно.

— Ещё как! Руины прекрасные, таинственные. Большинство разрушено и давно не работает, но недавно три или четыре портала вдруг ожили. Землевладельцы теперь не знают, куда от них деваться. А вы, полагаю, не любитель неожиданных путешествий...

Маркиз весело прищурился. Я неопределённо улыбнулся.

— Что ж, тогда поменьше леса... И хорошо бы озеро поблизости.

Бенжамен с Ганаэлем одобрительно закивали. С некоторых пор мы все мечтали о доме с видом на озеро. Не выйдет построить особняк — сойдёт небольшой загородный домик. Хотя неизвестно, часто ли я вообще смогу туда выбираться.

— Среди императорских земель вам подойдёт вот это место.

Вернувшаяся к столу Ева протянула руку и уверенно ткнула в юго-западную часть империи. Когда девочка обернулась ко мне, её тёмно-карие глаза сияли.

— Вы ведь принц. Уж загородный домик я вам построю.

Юная госпожа гордо вскинула подбородок. Я замахал руками:

— Ева, ну зачем такие расходы? У меня и свои деньги есть...

— А я теперь наследница герцогства. Вот и хочу отметить это дело!

— Что?!

Все головы разом повернулись к Еве. Даже Рея с Перри настороженно подняли хвосты.

— Вообще-то пока это ещё не официально... Но герцогиня меня поддержала, и отец тоже... Они сказали, что брата надо просто изгнать из семьи. Он опозорил наш род.

Её голос то стихал, то снова набирал силу.

— В общем, в следующем месяце у меня первый выход в свет, и тогда всё объявят. Честное слово!

Кристель с восторгом обняла девочку, маркиз присвистнул, а все остальные, кроме принца, наперебой принялись поздравлять Еву. Леди Элизабет поднялась со стула и подошла к ней.

— Как же я за тебя рада, Ева. Ты столько пережила.

— Я и юному графу, и сэру Мишелю обязательно построю по домику! И госпоже де Сарнез тоже! — затараторила Ева из объятий Кристель.

Я невольно улыбнулся: девочка молодец. Значит, вот что она имела в виду, когда недавно с таким серьёзным видом сообщила, что обедала со своей матерью, герцогиней Бланкер.

И отъезд Элизы пришёлся ей на руку. Охрану границы ослабили, и герцогиня смогла вернуться в столицу и повидать дочь.

— Но почему ты всем собираешься дарить именно загородные дома? — поинтересовалась леди Элизабет, поправляя ленточку у неё в волосах.

— А! Потому что ко дню рождения его высочества и в честь его провозглашения наследником наш род решил построить ему небольшой замок.

Я открыл рот. Такое вообще возможно?!

— Заодно попросим прощения за то, как грубо мой брат обошёлся с императорской семьёй и его высочеством.

Ева украдкой бросила взгляд на принца, но тот не выказал никакой реакции. Даже в качестве извинения получить в дар целый замок… Подобное могло заставить кого угодно вспомнить, что принц есть принц. И семейство Бланкер, судя по всему, обладало несметными богатствами.

— После такого подарка мой просто меркнет, дорогая госпожа! — Маркиз, заметив, что Ева выглядит расстроенной из-за молчания принца, нарочито весело сменил тему. — Я-то преподнёс его высочеству всего лишь магическую кристальную панель!

Кристальную панель? Неужели та самая, о которой я подумал?

— Это магическое устройство, способное проецировать изображение на большую плоскую поверхность. Мы продемонстрируем его на церемонии — на глазах у всего народа империи.

— Ого…

Я не смог сдержать смешка. Романтическая задумка из первоисточника, которой так и не воспользовались во время матча по поло, похоже, теперь предстанет перед публикой на самой грандиозной сцене. Ева и Сант слушали с горящими глазами: видимо, они восприняли это устройство как настоящее чудо передовой столичной техники. Может быть, именно поэтому они так сблизились?

— А вы, ваше высочество, приготовили подарок на день рождения принца?

Ева внезапно повернулась ко мне. Я вздрогнул. Вот что значит ребёнок: мысли скачут с одного предмета на другой быстрее молнии.

— Я…

— Или вы опять намерены отделаться слезами?

Её большие глаза хитро сузились. После этого каверзного вопроса всеобщее внимание переключилось на меня. Я растерялся и не нашёлся с ответом. Да когда же я…

— Ваше высочество.

В этот самый момент раздался голос, мягкий, словно летний ветерок. Мы обернулись.

— Долго пришлось меня ждать?

На лестнице императорского дворца стоял Йохан Хейнс и смотрел прямо на меня. С ласковой улыбкой, чуть приподнявшей уголки его слегка опущенных глаз, он спускался к нам. Собственно, именно ради него мы сегодня и собрались перед императорским дворцом, а не в привычном дворце Жюльетт.

Теперь Йохан выглядел как типичный житель империи: гладко выбритый, его седые волосы были аккуратно собраны сзади, а лёгкий летний сюртук цвета морской волны удивительно ему шёл. И настроение, похоже, было превосходное.

— А сами как думаете? Мы тут уже целую веч…

— Я впервые гуляю по саду императорского дворца, поэтому даже не заметил, как пролетело время, — мягко перебил я Еву. — Как прошла аудиенция?

Девочка недовольно надула губы и крепко сжала моё предплечье. Это было даже приятно: будто сделали массаж.

— Хорошо. Теперь я смогу… забрать Херита, — ответил Йохан, и его голос слегка дрогнул. —

Мы с Кристель просветлели. Это означало, что он принёс клятву императрице Фредерике, а та приняла его и признала своим человеком. От мысли, что все обещания наконец-то воплотились в реальность, у меня сжалось сердце.

— Какой сегодня счастливый день! Само небо празднует вместе с нами! — Маркиз вскочил и театральным жестом рассыпал вокруг лепестки, извлечённые из-за пазухи.

Когда только успел подготовить этот номер?

Вслед за маркизом все начали поздравлять и подбадривать сэра Йохана. Все, кроме принца.

Я искоса взглянул на Седрика, сидевшего со скрещёнными на груди руками. Говорили, что путь до окраины столицы, куда вот-вот должен был прибыть Херит, и обратно займёт около трёх часов.

— Ваше высочество, — тихо позвал я.

Он тут же повернулся.

С самого начала августа его изводили подготовкой к церемонии и государственными делами. Неужели нельзя хотя бы на три часа выбраться подышать воздухом? После провозглашения наследником свободного времени у него станет ещё меньше.

— Если вы поедете с нами, Ева будет очень рада. Да и госпожа де Сарнез тоже.

Не хочешь — не надо. С этим чувством я и закончил. Принц негромко фыркнул.