Последствия прокачки второстепенного любовного интереса Том 1 Глава 141 Вот и появился настоящий (4)

На следующий день во дворце Ромеро...

— А вот и я! Франсуа Дюэм явился, чтобы вернуть улыбку на лицо его высочества наследного принца!

— ...

Маркиз сопроводил поклон таким бурным представлением, будто вышел на театральные подмостки. Седрик молча сверлил его взглядом.

Разобравшись с государственными делами вплоть до середины сентября, принц наконец получил возможность передохнуть. Всё остальное вполне могло подождать. Он отпустил прислугу из гостиной и соседней комнаты, а двух неугомонных священных зверьков отправил гулять в сад. И только устроился с чашкой одуванчикового чая из весенних запасов, надеясь насладиться тишиной, как на пороге возник самый шумный человек во всей империи.

Встречать такого гостя с утра пораньше — сомнительное удовольствие.

— Не припомню, чтобы я хоть раз улыбался в вашем присутствии, — процедил Седрик.

— О, зато я прекрасно помню вас девятилетним мальчиком, ваше высочество! Как раз тогда мне было слегка за двадцать. Ах, в те времена я был ещё прекраснее, чем нынче...

— Что вам нужно?

Низкий, резкий голос оборвал маркиза на полуслове. Оба носили один и тот же титул, но разница между Дюэмом и Серените была разительной.

Подумав об этом, Седрик потянулся к мечу, прислонённому к дивану. Крёстная строго-настрого велела ему не обнажать клинок нигде, кроме тренировочного двора. Что ж, никто не запрещал пустить в ход ножны. Подаренные Элизабет на день рождения, они были тонкими, лёгкими — самое то, чтобы как следует приложить кого-нибудь. К тому же жаропрочными: так просто не сгорят.

— Вы пришли морочить мне голову?

Янтарно-оранжевые глаза потемнели. Если ещё хоть один человек осмелится нести при нём чушь о принце Йесо, Седрик позаботится, чтобы этот болтун надолго разучился открывать рот.

Франсуа очаровательно прищурил светло-розовые глаза.

— Её величество повелела восстановить утраченные записи о порталах военного времени. Разумная предосторожность на случай непредвиденных обстоятельств.

— ...

— Я прибыл заручиться вашим содействием. Прошу простить за визит без предупреждения.

Он вновь изящно поклонился, и Седрик немного остыл. По характеру они друг другу совершенно не подходили, зато Франсуа знал своё дело и добросовестно исполнял обязанности. В свете о нём говорили всякое, но в его профессионализме сомневались немногие.

Принц убрал руку с меча и кивнул на диван, приглашая сесть.

— Вы необычайно милостивы, ваше высочество.

Франсуа проворно занял место. Дальнейшая беседа обошлась без пустой болтовни: они обсудили, сколько солдат имперской армии понадобится, чтобы установить расположение исчезнувших порталов, какого ранга магов следует привлечь и прочие практические вопросы. Убедившись, что разговор идёт как положено, Давид принёс маркизу чай с угощением.

Для незапланированной аудиенции всё складывалось на удивление гладко. Час прошёл без происшествий.

— Кстати, во дворце затеяли презабавную игру. Вы уже слышали?

Франсуа откинул упавшую на лоб прядь. Принц смотрел на него без малейшего интереса; Давид тем временем помогал закончившему доклад маркизу сворачивать карты.

— Весь двор гадает, когда ваше высочество соберётся в Серените. Даже ставки принимают!

— ...

Рука Седрика с поднятой чашкой застыла в воздухе. У Давида по коже побежали мурашки. Он уставился на маркиза, который, ничего не замечая, радостно продолжал. Только бы замолчал. Пожалуйста...

— Представляете, вижу: слуги толпятся, что-то обсуждают. Оказалось, деньги поставили не только во дворце императрицы, но и во дворце Шарпантье! А я считал тамошних обитателей людьми благоразумными. Вот уж удивили!

Давид покосился на наследника. Слава небесам, тот хотя бы пока не собирался снимать перчатки.

Но безжалостный Франсуа не унимался:

— Самый высокий выигрыш обещают тем, кто поставил на сегодня. Говорят, нашёлся всего один смельчак. А я вот поставил две тысячи франков на то, что вы отправитесь завтра...

Дзынь!

ХРЯСЬ!

Чашка разлетелась вдребезги, следом раздался грохот, почти не уступавший взрыву. Седрик вскочил. Давид с трудом удержал стон, глядя на диван, который не выдержал силы хозяина и развалился. Франсуа потрясённо задрал голову: воздух вокруг наследника дрожал от жара. Казалось, даже в комнате стало темнее.

— В-ваше высочество?..

— Выезжаю немедленно.

— Что?

— Простите?

Оба отпрыска маркизских домов изумлённо переспросили. Ответ прозвучал зловеще:

— Доложите её величеству: я прибуду до ужина.

— Боже всемогущий, мои сбережения! — театрально вскричал Франсуа.

Алые глаза Седрика вспыхнули. Он знал, что и так терпел достаточно долго, и собирался стойко терпеть дальше. Но зачем? Если весь императорский двор так жаждет его отъезда, разве не долг члена правящей семьи оправдать всеобщие ожидания?

— Повезло тому, кто поставил на сегодня, — бросил он сквозь зубы и стремительно вышел.

Давид поклонился, принимая приказ господина. Его трясло с головы до ног, но он стиснул зубы и сохранил невозмутимое лицо. О том, что выигрыш в десять тысяч франков теперь принадлежит ему, никто не узнает до самой его смерти.

Нет, определённо что-то не так. Почему все так старательно отводят глаза?

— После вчерашнего ужина что-нибудь произошло? — не выдержал я.

Кристель, госпожа Элизабет, Ганаэль и Бенжамен, сидевшие рядом, одновременно вздрогнули. Ну вот, теперь сомнений не осталось: от меня что-то скрывают. Прищурившись, я принялся изучать их лица.

Салон, предназначенный для чаепитий хозяина замка с гостями, был роскошно обставлен и залит солнечным светом. После завтрака здесь можно было вволю погреться на солнышке. Деми и Туксим без всякой видимой причины носились по проходу туда-сюда, а в дальнем конце просторного зала приглашённые Шанталь местные музыканты играли неспешную утреннюю серенаду.

У юной графини подозрительно дёрнулся уголок глаза.

— Если случилось что-то, о чём мне следует знать, пожалуйста, говорите прямо. Я не обижусь.

Под звуки музыки я принялся разрезать большой саварен, поданный мне к чаю. Вообще-то не хотелось первым заводить этот разговор, но уж слишком странно все себя вели.

Вчера после ужина я побеседовал с Эмилем, главой торгового дома Ас, с глазу на глаз. Как и ожидалось, он просил простить проступок старшей сестры Жоан и узнать, можно ли освободить её под залог. Предлагал даже вложить внушительную сумму в развитие здешних земель, если я того пожелаю. Каждое слово было взвешенным и учтивым. Глядя на него, любой решил бы, что такая приятная внешность непременно должна сочетаться с прекрасным характером.

Я ответил, что хорошенько подумаю и дам знать. В имперских законах я разбирался плохо, да и землевладельцем стал совсем недавно, так что поспешных решений принимать не собирался. Лучше вернуться во дворец и посоветоваться со старшими.

Уже под конец разговора Эмиль с улыбкой попросил:

«Не могли бы вы провести здесь ещё минут десять? Я пока распоряжусь подать экипаж и освобожу вам дорогу».

Обстановка в торговом доме меня тяготила, и хотелось поскорее уйти, но чай с десертами были великолепны. Десять минут можно и потерпеть. Я согласился, и Эмиль тут же вышел. Приёмная соединялась с комнатой для секретарей, а уже из неё другая дверь вела в вестибюль.

Хлоп!

За дверью кто-то один раз хлопнул в ладоши. Никаких других звуков не последовало, и я, не придав этому значения, продолжил уплетать сливовый пирог по-бретонски. Увидел запечённую сливу и вспомнил о Деми. Вот, собственно, и всё.

— Ещё когда мы садились в карету, у всех были красные лица и руки дрожали, — заметил я. — Если ужин вам не подошёл, я могу проверить вас исцеляющим кругом. Врач тоже всегда к вашим услугам.

— Маркиз, знаете, что мне кажется? — вместо ответа произнесла Кристель. Её серо-голубые глаза сверкнули. — То письмо, которое мы написали позавчера... Удивительно, какой силой порой обладают слова.

— Простите?

При чём здесь письмо?

— Мы нарочно выбирали выражения пожёстче, чтобы нас не сочли слабаками. Похоже, он решил, что вы человек очень суровый. Может, даже настоящий злодей.

Она говорила о нашем ответе Эмилю. Я задумался, припоминая вчерашнюю встречу.

— Вообще-то глава торгового дома был со мной необычайно любезен. Я думал, он всегда таков.

— Хо-хо-хо! — вдруг рассмеялся Бенжамен.

Он редко позволял себе подобное, и я искренне удивился. Неужели я настолько наивен?

— Мне и в голову не пришло, что его учтивость — заслуга нашего письма. Буду знать.

Я кивнул. Да уж, сам бы я никогда не решился написать нечто подобное. Кроме того, дурные слухи обо мне наверняка никуда не делись.

«Вопреки слухам, вы оказались таким добрым и мягким человеком, господин маркиз», — внезапно вспомнились слова Эмиля.

После того... случая накануне провозглашения Седрика наследником репутация не могла измениться в одночасье. Если Эмиль меня побаивался, винить его было не в чем.

— Но и о нём самом я ничего дурного не слышал.

— Вот это я и собираюсь выяснить, — отчеканила Кристель.

Что ещё она задумала?

— Сегодня мы останемся вдвоём. Он пригласил меня на обед.

— Что?!

У меня едва не выпал из пальцев нож. По спине пробежал холодок. Остальные трое молчали с таким видом, будто давно были в курсе.

— Но зачем?..

— Он меня заинтересовал. Хочется узнать, как он жил, о чём думает. Да и поговорить с ним кое о чём наедине.

У меня перехватило дыхание. Вот он, поворот, которого я боялся больше всего, хотя был уверен, что до такого никогда не дойдёт. Я настолько растерялся, что не мог ни придумать ответ, ни даже сохранить спокойное лицо. Надо было всё-таки притащить сюда Седрика! Хоть силой, хоть обманом, пусть даже пришлось бы всем надоесть!

— Ну... э-э...

Ударить себя по щекам при всех я, конечно, не мог. Вместо этого неспешно взял стакан и выпил холодной воды со льдом. Прохлада ударила в голову, прочищая мысли, а в ушах вдруг зазвучал голос моей сестры Чон Ынсо. Я словно вновь увидел её растянувшейся на диване с телефоном в руках: вечером буднего дня она негодовала из-за очередной главы.

«Да сделай уже первый шаг, чёрт возьми! Хочешь, чтобы её у тебя увели?!»

Всё сразу прояснилось. Я поставил стакан и решительно посмотрел Кристель в глаза. Раз наследник не может приехать, придётся действовать мне — пока сюжет не свернул окончательно не туда.

— Лучше побудьте со мной.

За столом стало тихо, словно всех окатили ледяной водой. Чувствуя, как краснеют кончики ушей, я продолжил:

— Её величество велела мне проводить опыты со священным камнем. Пока ни один не удался, а значит, мне по-прежнему нужна ваша помощь, госпожа де Сарнез. К тому же...

Щёки горели всё сильнее. С тех пор как я оказался в этом мире, я упорно отказывался играть навязанную романтическую роль. А теперь вдруг пришлось изображать то, к чему у меня не было ни склонности, ни таланта. И всё-таки Кристель нужно было удержать. Чем ближе история останется к оригиналу, тем больше шансов, что мои жалкие обрывки знаний хоть чем-то помогут в будущем. Хотя бы позволят сделать вид, что я к нему готовлюсь.

— В конце концов, я ведь ваш партнёр-жрец.

— Простите, господин маркиз, но для меня это тоже очень важно, — твёрдо отказала Кристель.

Отказ оказался куда болезненнее, чем я ожидал. Я потерял дар речи, и она сочувственно посмотрела на меня.

— Если наша встреча с главой торгового дома принесёт хорошие плоды, вы тоже будете рады. Обещаю.

Плоды... Столь обнадёживающее слово повергло меня в окончательное отчаяние.

Остаток чаепития прошёл как в тумане. Кажется, я кивал, что-то отвечал, даже поддерживал разговор, но ничего толком не запомнил.

Чирик-чирик!

Уии, уии...

— Со мной всё хорошо. Просто на душе неспокойно.

Я сидел на широком подоконнике и гладил Туксима с Деми, которые ласково жались ко мне. Здесь лежали мягкая подстилка и большая подушка, но из-за тревожных мыслей устроиться поудобнее никак не удавалось.

Кристель явно переживала за меня, однако всё равно отправилась на обед с Эмилем. Было уже за четыре, а она до сих пор не вернулась в замок. Бенжамен и Ганаэль по очереди заглядывали узнать, как у меня дела, словно боялись, что я чувствую себя брошенным. Герцогиня Изабель тоже пришла и даже извинилась с поклоном, хотя совершенно ни в чём не была виновата. Я старательно улыбался и заверял всех, что со мной всё в порядке.

Я давно вышел из возраста, когда расстраиваются из-за того, что друг не захотел с тобой играть. Только вот это была не обычная прогулка, а свидание.

Подумал было тайком отправиться за ними и всё испортить, но подобное выходило за рамки приличий в любом из известных мне миров.

— Похоже, без наследного принца сюжет совсем сбился с курса.

Уии...

— Вот как важен главный герой! А второй, сколько ни старается, ничего не может поделать.

Я тяжело вздохнул. Пригласительный билет, зажатый в пальцах, уныло затрепетал.

«Величайшее шоу на свете! Приглашение почётного гостя на аукцион дома Ас.

Первая неделя сентября — неделя священных реликвий».

Эмиль вручил мне его вчера. Как заботливо с его стороны: он приготовил целых три билета, предусмотрев и Бенжамена с Ганаэлем. Аукцион открывался сегодня. Но если там придётся смотреть, как Кристель милуется с Эмилем вместо того, чтобы быть рядом с наследником, лучше вовсе не ходить.

Туксим недовольно застучал клювом по стеклу. Усмехнувшись, я прикрыл ему клюв пальцем.

— Не надо. Пораниться можешь.

Чирик! Чи-чи!

— Ну нравится ей человек. Не могу же я её удерживать.

Чи-чи-чи! Чи-чи-чи!

— А может, это одно из испытаний, через которые должна пройти каноническая пара?

Я погладил птичку по лбу. Туксим, перевозбудившись, запрыгал у меня на коленях. Только теперь я заметил, как странно они себя ведут. Не заболел ли он? Я встревоженно склонил голову, и тут...

Уии!

— Ох!

Деми со всего размаху врезался мне под дых. Я согнулся пополам, на глазах выступили слёзы. Картина за окном вдруг оказалась прямо перед носом. Схватившись за живот и судорожно глотая воздух, я посмотрел вниз. Да что на них обоих нашло?..

— Э-э?..

Я издал совершенно дурацкий звук. Иначе и быть не могло: сначала мне показалось, что я вижу мираж. Красная панда и крошечная птичка с таким видом, словно говорили «наконец-то дошло», принялись толкать меня лапками и клевать в тыльную сторону ладони.

У ворот стояли экипажи с императорским гербом. Целых пять!

— Но ведь даже не предупредили... — пробормотал я, словно оправдываясь.

Неужели в императорском дворце что-то случилось? Чёрт возьми!

Дверца одной из карет распахнулась, и наружу вышел черноволосый красавец. Я застыл с открытым ртом, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. Роскошный мундир и красная перевязь недвусмысленно указывали на его положение. Я узнал бы его даже с вершины самой высокой башни.

Вскочив, я чуть ли не кубарем помчался по коридору, не в силах сдержать улыбку. Понятия не имею, как это вышло, но, оказывается, судьба ещё не махнула на нас рукой!

— Деми! Туксим! Скорее!

Уии-и!

Чирик!

Священный зверёк и священная птица бросились за мной во весь опор. Топот и грохот разносились по всему замку. С тех пор как я оказался в этом мире, мне ещё не доводилось бегать с такой скоростью.

— Боже мой!

— Господин маркиз?!

— Милорд!

Попадавшиеся навстречу слуги испуганно кланялись. Я приветствовал их взмахом руки или кивком и перескакивал сразу через две-три ступеньки. Ладонь, скользнувшая по перилам, горела, но мне было всё равно.

Вестибюль уже гудел от голосов. Запыхавшись, я поспешил к распахнутым главным дверям.

— Господин маркиз! Да куда же вы так спешите?! — ахнула заметившая меня Шанталь.

Камзол я оставил у окна, волосы после бега растрепались, рубашка выбилась, а несколько пуговиц и запонок были расстёгнуты. С помощью Шанталь я кое-как привёл себя в порядок и двинулся дальше. В толпе мелькнули удивлённые лица Бенжамена и Ганаэля: похоже, они тоже бросили дела, едва услышали о прибытии гостей. Все расступались, пропуская меня.

Я спешил навстречу знакомому лицу.

Статный мужчина, поднявшийся по белой лестнице, впился в меня взглядом. На лице у него было написано: «Да что с тобой вообще не так?» От этого до боли привычного выражения мне сразу стало спокойно, и улыбка сама собой расплылась до ушей.

— Добро пожаловать, ваше высочество!

— ...

Я сиял во весь рот. Седрик, очевидно не ожидавший такого приёма, изумлённо моргнул. Нет, всё-таки нельзя им разлучаться! Кристель де Сарнез и Седрик Риестер обязаны пройти эту историю вместе, до самого финала.

— В следующий раз не приезжайте так поздно. Лучше уж нам везде держаться вместе.

Теперь глаза наследника распахнулись по-настоящему широко. Я пару раз кашлянул и глубоко вдохнул. После бешеной пробежки дыхание ещё не восстановилось, но одну вещь хотелось закрепить прямо сейчас.

— Мы ведь партнёры.

Отговорка казалась убедительной даже мне самому. Седрик слегка склонил голову, а потом едва заметно приподнял уголки губ — так, что издали никто бы не различил.

Такой улыбки я у него ещё не видел.