Последствия прокачки второстепенного любовного интереса Том 1 Глава 142 Величайшее шоу на свете! (1)

Одного взгляда на него хватало, чтобы на душе стало сытно и спокойно.

Стоило главному герою и главной героине оказаться в одних краях, как с моих плеч свалилась гора. Теперь я понимал, почему зрители и читатели терпеть не могут, когда команда главных героев разбредается кто куда. И почему второстепенные персонажи встречают их возвращение радостными воплями вроде «Я знал, что на тебя можно положиться!».

Я сидел за столом напротив наследного принца Седрика и глуповато улыбался. Он поставил чашку кофе и повернулся к сидевшей рядом Элизабет:

— Маркиз выпил?

— Да нет же... Просто обрадовался приезду друга.

Сама Элизабет сперва изрядно удивилась неожиданному появлению своего приятеля, но, обменявшись парой слов с Давидом, быстро успокоилась. Оказывается, наследник закончил дела и решил сменить обстановку, чтобы немного развеяться.

Я отпил чаю из лепестков подсолнуха, испытывая непонятную гордость. Всё-таки Кристель настолько притягательная героиня, что от неё глаз не отвести. Недаром моя сестра Чон Ынсо скупала весь мерч с её изображением.

— ♪ ♫ ♪...

Музыканты, приглашённые Шанталь, заиграли прекрасную серенаду. В салоне уже сгущались краски заката. Я раскрыл блокнот и пробежался по списку дел: когда все главные действующие лица в сборе, работать сразу веселее.

Планы на пребывание в Серените:

— Познакомиться с обитателями замка — сделано.

— Подписать необходимые бумаги — сделано.

— Осмотреть владения — Шанталь подготовила расписание.

— Опыты по стабилизации священного камня — в процессе; успехов пока нет.

— Посетить ужин торгового дома Ас — сделано.

— Побывать на аукционе дома Ас!

Если бы я оставался один, идти на аукцион было бы незачем. Теперь другое дело. Раз объявился мужчина, сумевший вскружить Кристель голову, а наследник всё-таки пожаловал в Серените, избежать сюжетного события с аукционом уже не удастся. Тем более это крупнейшее, самое знаменитое мероприятие торгового дома Ас. Герцогская семья наверняка придёт.

Значит, мне оставалось одно: придумать благовидный предлог, чтобы затащить туда принца.

— Отлично.

Уии...

— Ууи...

На моё решительное бормотание тут же откликнулись Рея и Перри. Они приехали в карете наследника и теперь требовали ласки с ещё более царственным видом, чем обычно. Я усмехнулся и погладил обоих священных зверьков на коленях. Деми дремал, растянувшись на плече юной графини, словно вывешенное сушиться бельё. А Туксим время от времени весело чирикал из переноски принца.

В самом низу списка я дописал ещё один пункт:

— Повторно навестить Жоан де Ас.

И некоторое время смотрел на эти слова. Кристель наверняка вернётся к ужину. Герцог с герцогиней, узнав о прибытии наследника, поспешно отправили в город посыльного. Так что до её возвращения следовало успеть расспросить Жоан об Эмиле и его торговом доме.

Пока я кивал собственным мыслям, сидевшие по обе стороны Бенжамен и Ганаэль наполнили мою чашку и подложили безе. Жизнь сразу заиграла новыми красками. Ничего, ещё поснимаем сериал «Идеальная пара Чон Йесо»!

Кристель де Сарнез — то есть Хам Гаин — никогда не работала в отделе продаж. Зато все четыре университетских года подрабатывала в кафе возле станции. За это время она повидала столько разновидностей человеческого идиотизма, что впору было составлять энциклопедию. Клиенты попадались всех цветов радуги, а каждый новый скандалист норовил превзойти предыдущего. Потом было ещё лет семь или восемь офисной жизни. Кристель искренне считала, что познакомилась практически со всеми породами придурков.

Но такого экземпляра встретила впервые. В некотором смысле даже познавательно.

— Начать изучать торговое дело в девять лет — впечатляет.

— Мне пришлось. Старшая сестра уже тогда отказалась наследовать семейное дело. Хотя, если задуматься, именно она заслуживает восхищения: определилась с будущим всего в тринадцать.

Эмиль де Ас ответил с улыбкой. Обычный человек наверняка потерял бы дар речи, глядя на такое лицо, но Кристель оно не трогало. Улыбка принца Йесо действовала на неё куда сильнее, а по чистой красоте наследный принц и вовсе оставлял торговца далеко позади. Последнее признавать не хотелось, но против фактов не попрёшь.

Когда регулярно видишь этих двоих, заурядные красавчики уже не впечатляют. К тому же Эмиль, при всей своей молодости и смазливости, явно недополучил чего-то важного в детстве.

— Наверное, вам трудно было заводить друзей. Столько занятий, столько забот, — участливо заметила Кристель, прогуливаясь по аллее в саду торгового дома.

Здесь было красиво, но сад дворца Жюльетт, где она гуляла с друзьями, нравился ей куда больше. Кстати, они с принцем так и не осмотрели императорскую оранжерею.

— Моими друзьями были книги. Именно они открыли мне мир.

«То есть друзей у тебя вообще не было. Понятно».

Кристель ласково прищурилась.

— А романы вы тоже любите? Вот я сейчас зачитываюсь «Разумом, чувствами и божественностью».

— Разумеется. Художественная литература необычайно развила моё воображение. Благодаря ей я мечтал о заморских странах, заинтересовался внешней торговлей...

«Да хватит уже! Как выпускник на первом собеседовании, ей-богу».

Вслух она, конечно, этого не сказала. Эмилю действительно было чуть за двадцать, всего-то двадцать три, но раздражал он её совершенно по-взрослому. Что теперь, оправдывать его тем, что всё детство просидел за учебниками и учился человеческим отношениям по книгам? Мол, умеет продавать товары, зато не знает, как завоевать чью-то симпатию?

Чушь собачья. Далеко не каждый отличник вырастает подлецом, который строит козни за чужой спиной, да ещё настолько дешёвые. Кристель не знала, сколько любовных романов он проглотил, но нянчиться с ним не собиралась. И не хотела. Она вам не принц Йесо.

— И всё-таки я почти не встречала романов о простолюдинах. Сплошь любовь и политические игры аристократов. Даже упомянутый вами «Второй шанс выдающегося помощника знатного рода» — приключения богатой влиятельной семьи.

Она мягко подводила его к нужной теме. Перед её отъездом из Серените Элизабет поделилась любопытными сведениями:

«За достоверность не ручаюсь. Но, по словам Жоан де Ас, её брат мечтает подняться по сословной лестнице. Имейте в виду».

Насколько Кристель знала, у простолюдина в империи было два основных способа обрести дворянский титул. Первый — отличиться на службе или совершить выдающийся поступок, заслуживающий награды. Во время войны такое ещё могло случиться, но в нынешние мирные времена шанс был ничтожен. Да и титул никто не гарантировал. Какой-нибудь нечистый на руку аристократ вполне мог присвоить чужие заслуги.

Оставался второй путь: жениться или выйти замуж за представителя знати.

— Полностью согласен. Я тоже всегда жалел, что такие книги редко встречаются. Рад, что наши взгляды совпали.

Эмиль печально улыбнулся.

«Ага. Вот ты и попался», — мысленно хмыкнула Кристель.

— В самом деле. Несправедливо, когда талантливого простолюдина не признают лишь из-за происхождения и отстраняют от важных дел.

Продолжая произносить красивые правильные слова, она внимательно следила за лицом собеседника. Глаза распахнула пошире, голову слегка наклонила: нужно казаться милой и совершенно безобидной. Эмиль посмотрел на неё с таким изумлением, будто не верил собственным ушам. Его светло-жёлтые глаза дрогнули. А затем в них мелькнула радость человека, почуявшего удачный случай.

— Вы в самом деле так думаете, госпожа Кристель? Нет, простите... Могу ли я осмелиться обращаться к вам по имени?

— Конечно. У вас такой приятный голос, мне будет только радостно.

Она застенчиво улыбнулась. Принц Йесо был прав: даже голос наследника приятнее голоса этого типа. Правда, у Седрика и с голосом, и со всем остальным была склонность к некоторому... избытку.

— Вы так великодушны. Прошу, и меня зовите просто по имени.

— С удовольствием, Эмиль.

Торговец просиял. Кристель улыбнулась в ответ, окончательно сложив картину. Да, до титула он жаден. И собирается добиться его через брак, как через наиболее доступный путь. Судя по тому, как он распускает перед ней хвост, метит прямиком в герцогский дом де Сарнез.

Мечтать, конечно, не вредно. И даже не сказать, что замысел совершенно невыполнимый. Но ты, дружок, совсем берега попутал.

— Ах!

«Ну, держись!»

Кристель нарочно зацепилась ногой за выступавший камень и изобразила падение. Проверить догадку всё-таки требовалось.

— Госпожа Кристель!

Эмиль молниеносно подхватил её за талию. Получилась сцена как из самого романтического романа.

— А... барышня! Господи помилуй!

Шедший в десятке шагов позади слуга герцогского дома в панике закрыл лицо руками и отвернулся. Кристель упёрлась ладонью в грудь Эмиля и медленно подняла голову. Его светло-коричневые щёки порозовели. Ну конечно, он видел в ней будущую возлюбленную.

Изобразив трогательную беспомощность, она прикрыла рот рукой. «Можешь строить из себя хитрого лиса сколько угодно».

— Спасибо. Господин маркиз ни разу не помогал мне вот так...

— Немыслимо! Как можно не протянуть руку помощи столь прекрасной даме?

«Болван. Ты когда-нибудь видел, чтобы паладин падал на ровном месте?»

А вот Кристель как-то раз действительно успела подхватить споткнувшегося принца Йесо.

— Он... протягивает руку совсем для другого, — печально прошептала она.

Намёк был на то, что принц будто бы распускает руки. Лицо Эмиля мигом окаменело.

— Значит, это правда. Дурные слухи не лгут. Я слышал, что маркиз... принц держит вас и наследного принца словно две игрушки, которыми вертит как пожелает.

— Это правда.

«Вот кто, интересно, распускает такую ахинею?»

Кристель мысленно перебрала лица епископов, которых видела на ежегодном молебне. Наверняка болтают те самые твари, что тогда завидовали Йесо. Не хватает духу сказать ему это в лицо — так заткнули бы рты и за спиной!

— Боже мой! Госпожа Кристель, я искренне...

Огромная ладонь Эмиля потянулась к её щеке. Кристель вовремя подавила два зевка и добилась нужного эффекта: глаза стали влажными.

И тут...

— Барышня! Его светлость велел немедленно вернуться! Ой, простите!

Издалека донёсся крик слуги герцогского дома. Кристель мигом отскочила от Эмиля, будто её застали за чем-то постыдным. Посыльный, которого проводил сюда служащий торгового дома, раскраснелся, поклонился и заговорил скороговоркой:

— Г-госпожа Кристель, в замок прибыл его высочество наследный принц! Ваши родители просят вас вернуться и поприветствовать его.

— ...лядь.

Она едва успела проглотить начало ругательства. Стоило ей заняться паршивой лаской, вообразившей себя хитрой лисой, как пожаловал настоящий огненный лис!

Кристель перекосило. Эмиль наверняка принял её гримасу за выражение глубокой скорби.

— У меня ещё и нога болит... Пожалуй, мне пора. Отец не любит, когда я опаздываю.

— Постойте, госпожа Кристель!

Эмиль бесцеремонно схватил её за запястье. «Вот наглец».

Она эффектно повернулась к нему, взмахнув длинными волосами.

— Когда мы увидимся снова? Прошу вас, скажите, что наша встреча не последняя.

— Не знаю. Вы прислали приглашение на аукцион, но мои родители не любят называть цену, не зная, за что платят. Скорее всего, они не пойдут. Хотя, кажется, кое-какой товар их заинтересовал...

Она с сожалением умолкла.

— Ничего обещать не могу. До свидания.

Кристель трепетно взмахнула ресницами и направилась прочь. Эмиль бессильно разжал пальцы. Отвернувшись, она с яростью протёрла запястье о рукав.

Сеть расставлена. Осталось дождаться, когда добыча в неё попадёт.

А теперь домой — к принцу Йесо и остальным милым друзьям.

— Вы могли бы отдохнуть у себя в комнате... Не устали с дороги?

Я посмотрел на наследника, шагавшего рядом. Он только что проделал длинный путь, так зачем же тащиться со мной ещё и в подземную тюрьму? Седрик окинул меня взглядом, едва заметно приподнял бровь и ничего не ответил.

Не мог же он настолько буквально понять моё «давайте везде ходить вместе»? Наверняка просто захотел осмотреть замок изнутри. Кто же не любит экскурсии по чужому дому.

ЛЯЗГ!

Я снова вздрогнул. Элизабет, как и в прошлый раз, пнула решётку камеры Жоан. Троица перепуганных красных панд, прятавшихся у меня за пазухой, возмущённо запищала. Вместо юной графини я погладил зверьков по спинкам, успокаивая их.

— Подъём, Жоан де Ас. Его высочество и господин маркиз желают с вами поговорить.

— Можно хоть предупреждать?.. Я до утра занималась творчеством, спать хочу, — проворчала Жоан, стягивая с глаз ткань.

Похоже, головной платок служил ей ещё и повязкой для сна. «Творчеством?» — удивился я и подошёл ближе.

— Ух ты!

— Вот это да...

Мы с Ганаэлем одновременно раскрыли рты. На стене камеры красовался огромный портрет. Лицо мальчика, нарисованное белым мелом, выглядело настолько живым, что казалось, вот-вот шевельнётся. Я переводил взгляд со стены на Ганаэля и обратно. Поразительное сходство! Невероятный талант. Щёки юноши покраснели от смущения и растерянности.

— А... это... Почему?..

Ш-ш-шинг!

Элизабет мгновенно обнажила рапиру. В её серых глазах застыл опасный холод. Я нервно сглотнул.

— ...А в твоём маркизате куда интереснее, чем я ожидал, — невозмутимо заметил наследник.

Да не подливай же масла в огонь!