Последствия прокачки второстепенного любовного интереса Том 1 Глава 150 Самые любимые вещи (3)

— Ты что... собираешься заставить меня всю жизнь рисовать? То есть каждый день есть, спать и махать кистью?!

— Именно.

На отчаянный крик Жоан я ответил совершенно спокойно. Её лицо тут же исказилось от противоречивых чувств: предложение казалось ей одновременно прекрасным и чудовищным. Она то чуть не плакала от растерянности и облегчения, то вдруг начинала улыбаться.

— Нельзя же позволить такому таланту пропасть. Кстати, выбора у вас нет. Это наказание.

— Да поняла я!

Жоан возмущённо засопела. Пытаясь скрыть смущение, она принялась яростно чесать затылок и тереть нос рукавом. Плечи ходили ходуном от тяжёлого дыхания.

Я ещё собирался посоветоваться о деле Жоан с императрицей Фредерикой и кардиналом Бутье. Но, скорее всего, оба уважат решение землевладельца и разве что подскажут, как лучше оформить наказание.

— А Эмиль?

— ...

— Он же тоже здесь сидит? Кормят его хоть?

Голос Жоан дрожал. Элизабет нахмурилась. Вообще-то никто из нас не был обязан рассказывать преступнице о судьбе брата. Но когда графиня уже собиралась резко ответить, я мягко поднял руку и одними губами произнёс: «Всё хорошо».

— Говорят, он съедает одну-две порции в день. Почти не разговаривает и много спит.

— ...

— Завтра отправится вместе с нами в столицу.

Жоан вздрогнула. Несмотря на всё, что брат с ней сделал, она всё равно тревожилась за него. В конце концов, они росли вместе. Полностью вычеркнуть родного человека из сердца нелегко. Да и посторонним не стоит слишком смело судить о чужой семье.

Она с трудом произнесла:

— ...Ему давно пора подумать над своим поведением. Может, там наконец повзрослеет. Хорошо, что поймали.

— Согласен.

— Он был самой раздутой лягушкой в самом тесном колодце. Хочешь, чтобы тебе кланялись как принцу, — веди себя достойно. А он за спиной людям гадости строил, требовал всеобщей любви и славы, да ещё хотел выгодно жениться.

— Совсем зажрался! — без обиняков добавила Жоан.

Кристель энергично закивала.

— Позор для семьи, — вздохнула художница. — Хотя я сама ничем не лучше...

Она замолчала, посмотрела на меня и поморщилась так, словно проглотила горькое лекарство.

— Ладно. Буду работать как следует. Пока весь свой долг перед законом не отработаю.

— Прекрасно.

Я улыбнулся. Ответ был замечательный. Жоан в ответ проворчала, что влипла по полной и уж лучше бы её сослали на рудники. Разумеется, сама она в это не верила.

На этом наша беседа могла закончиться. Но стоило мне собраться уходить, как художница окликнула:

— Эй! А торговый дом? Что станет с домом Ас?

— Решение примет её величество, которой принадлежит город Ас. Пока, насколько я знаю, торговым домом временно будет управлять местная купеческая гильдия.

— ...Ясно.

Жоан поникла. Хотя она давно отказалась от наследства, семейное предприятие по-прежнему было ей дорого. Я вдруг вспомнил старый вопрос.

— Можно узнать, почему вы отказались наследовать торговый дом? Ведь живописью можно было заниматься и руководя делами.

— Я не умею считать. От одних цифр меня тошнит.

— А...

Вот оно что. Похоже, все очки способностей Жоан вложила исключительно в художественный талант. Да и трудно представить, чтобы она могла, как Эмиль, обходительно беседовать с покупателями.

Я кивнул и повернулся к выходу.

— Подожди! Теперь точно последнее! — вскрикнула Жоан, вцепившись в решётку.

Лязг!

Наследник тяжело вздохнул, собирая последние остатки терпения. Я шепнул, что он может идти вперёд, пока не взялся за меч, и снова подошёл к камере. В итоге возле меня остались лишь Элизабет, Бенжамен и Ганаэль, отступив на несколько шагов. Остальные вышли в коридор.

— Что ещё? Вас плохо кормят?

— Нет! Дело куда важнее.

Важнее еды? Я озадаченно склонил голову. Жоан наклонилась к прутьям и зашептала:

— Помнишь, я говорила, будто наш род облыжно обвинили в шпионаже?

— Да.

Я помнил её слова с первого допроса. Жоан утверждала, что её прадед, барон Ас, лишился титула по ложному обвинению, хотя доказать это не могла.

— Так вот, доказательств действительно нет. Но бабушка, пока была жива, всегда говорила нам одно и то же.

— ...

— Наш прадед не умел лгать даже по пустякам. Он скорее сломался бы, чем согнулся. Даже перед казнью по приказу покойного императора так и не признал вины.

Жёлтые глаза Жоан ярко блеснули. Я тоже понизил голос:

— К чему вы клоните? Хотите, чтобы я восстановил честь вашей семьи?

— Да где уж тебе, цветочку-маркизу, которого прислали сюда заложником? Я же не совсем дура!

Она торопливо зашептала. Кажется, она только что обозвала меня как-то очень странно...

— Я предупреждаю тебя. Семья, которая свалила свою вину на нас, наверняка до сих пор живёт припеваючи. Кто знает, может, эти люди и сейчас шпионят в пользу Священного королевства?

— ...

— ...Так что будь осторожен, маркиз. Вот и всё.

БАМ!

Жоан выпустила прутья и резко отступила. Я ошеломлённо посмотрел на неё, затем отошёл. Элизабет немедленно предложила мне руку.

Напоследок взгляд упал на остатки портрета Ганаэля, который Жоан смыла со стены. Точнее, на слабый белый след подписи почти у самого пола:

«J. T. Ас».

— Я сама волнуюсь. А вдруг подделка? — пробормотала Кристель, поднимая украшение Юлитер.

«Тогда кому-то голову открутим», — добавила она себе под нос столь жутким тоном, что я предпочёл не спрашивать, кому именно.

Вместо этого принялся спокойно прощаться с людьми, пришедшими проводить нас к порталу. Сегодня мы возвращались в столицу. Было одновременно радостно и жаль уезжать.

— Спасибо за всё, Шанталь. Я обязательно приеду снова.

— Это нам следует благодарить вас, господин маркиз. Мы тронуты вашей добротой и великодушием. С нетерпением ждём новой встречи.

Глаза Шанталь с лучиками морщинок тепло улыбались. Вместе с ней из замка приехали некоторые слуги, помогавшие с багажом. Рядом стоял епископ Серените, с которым мы познакомились во время поездок по владениям.

А вот архиепископ юго-западной области империи так и не появился. Бенжамен объяснил, что тот сознательно держится от меня подальше — рассматривает как соперника. Впрочем, высшее духовенство Риестера почти целиком погрязло в борьбе за влияние, так что ничего необычного. Удивляло лишь, что он остерегался именно меня. Куда мне ещё возвышаться выше маркиза?

— Да хранит вас Творец на пути во дворец.

— Благодарю. И вы берегите себя, владыка.

Я попрощался с добродушным епископом и поднялся на платформу портала. Все были заняты последними приготовлениями к отправлению.

И, конечно же, мои непоседливые зверьки опять что-то затеяли!

— Деми, нельзя! Не обижай младшего.

Ур-р!

— Ты ведь старший. Должен заботиться о нём...

Уии-и!

Деми, которого я насильно подхватил на руки, громко возмущался. Видимо, у него были свои доводы. Но ведь Тите и без того с трудом передвигался по суше... Неужели все трое решили носить его на спинах?

— По-моему, когда вы не можете переносить Тите сами, это вполне разумный выход, — заметила Кристель, бережно укладывая украшение Юлитер мне на голову. — Священные звери ведь умные.

Возможно, но всё-таки...

Уии!

Уии-и!

Когда центральное место в процессии освободилось, Рея и Перри недовольно запищали. На двоих нести тюленёнка им было тяжело.

Я посмотрел на белого малыша, лежавшего поперёк спин красных панд и забавно шевелившего бровями.

Мы уже отвозили его на берег моря в Асе. Три часа ждали, не появится ли его семья, но Тите только плавал у одного места и не сводил с нас глаз. Ближе к вечеру мне пришлось завернуть его в полотенце и забрать с собой.

— Тебе не неудобно на спинах у старших? Точно всё хорошо?

А-у!

Тите радостно отозвался. За последние дни я заметил, что он обожал подражать красным пандам, при любой возможности следовал за Туксимом и проявлял особенное любопытство к Кристель — хозяйке родственной водной стихии.

С усмешкой я вернул Деми в середину звериной процессии. Похоже, у вас тут всё продумано.

— Ладно, был неправ. Уважаю ваше коллективное решение.

Ур-р-р!

Деми довольно заворчал. Втроём они отнесли Тите на середину платформы и устроились поудобнее.

Седрик, с начала до конца наблюдавший этот цирк, удостоил нас короткого замечания:

— Лучше бы о собственном путешествии беспокоился.

Знаю, знаю.

Как раз в этот момент Кристель убрала руки с моей головы. Украшение наконец перестало покачиваться и прочно закрепилось. Холодный бриллиант свисал посреди лба, заставляя окончательно проснуться. Кристель поправила мне чёлку и улыбнулась.

— Не зря старалась. Красота! Даже лучше, чем я ожидала. Вам очень идёт.

— Спасибо, — искренне ответил я.

Сумка была полна средствами от укачивания, полученными от маркиза Дюэма, но сегодня я решил рискнуть и пройти через портал без них. Бенжамен и Ганаэль поднялись вслед за мной. Туксим сделал круг под потолком и уселся на плечо Кристель. Позже остальных появилась Элизабет, отдавшая последние распоряжения гвардейцам. Из столицы в Серените направили немалое подкрепление, и до самого утра она была очень занята.

— Кстати, а почему Юлитер предала императора Ромеро? — тихо спросила Кристель, разглядывая моё украшение.

Я моргнул.

— Мне стало интересно, за что её прозвали величайшей злодейкой, и я просмотрела всё, что смогла найти. Пишут лишь, что император с Юлитер были влюблены, но потом один из них предал другого и началась война. А причины предательства нигде нет. Может, вы что-то знаете?

— ...

Я не нашёлся с ответом. Сам ведь недавно пытался разобраться в том же самом. Но никто словно по сговору не писал, почему Юлитер отвернулась от Ромеро. Неизвестно было даже, нарочно ли она сблизилась с императором или полюбила по-настоящему, а затем переменила решение.

Юлитер происходила из знатного рода Священного королевства, так что вопрос Кристель был вполне естественным. Наверное, она рассчитывала, что принц Йесо владеет какими-нибудь семейными или государственными сведениями.

— Боюсь, я тоже не...

Вспышка!

Из-под края перчатки Седрика вырвалась красная мана. Я машинально сглотнул. Знакомый ужас перед портальной тошнотой пополз по спине. Кристель успокаивающе провела ладонью по напряжённой тыльной стороне его руки.

В ответ на силу наследника магические знаки портала начали раскаляться красноватым металлическим светом.

— Если бы кто-нибудь знал причину, до разрыва отношений не дошло бы, — резко произнёс Седрик.

Его низкий голос раздался прямо между нами. Я удивлённо обернулся. Он что, всё слышал?

Гуу-у!

Портал заработал. Элизабет ободряюще сказала мне:

— Всё будет хорошо.

Я в последний раз взглянул на провожавших нас людей Серените. Они низко кланялись. Украшение на голове начало приятно нагреваться.

Уии-и!

Ур-р!

Деми, Рея и Перри вдруг дружно разрушили свою стройную процессию и бросились ко мне. Похоже, в одиночку путешествовать через портал им было ещё страшновато. Я рассмеялся и обнял сразу четверых священных зверьков. Кончики пальцев начали медленно рассыпаться светом.

Я широко распахнул глаза. Сила священной реликвии оказалась поистине чудесной.

— ...Ух ты.

Ни малейшей тошноты. Даже обычного ощущения, будто тело куда-то затягивает, не было. Настоящая волшебная магия — совершенно новая, невероятная! Украшение стало тёплым, словно только что испечённая картошка.

Рядом один за другим появлялись мои спутники. Значит, мы благополучно прибыли к большому порталу в западной части столицы. Я заулыбался во весь рот.

— Госпожа де Сарнез, представляете, мне вообще не было...

— Принц Йесо!

Знакомый звонкий голос ворвался в уши. Я быстро обернулся и...

— Ах!

Прямо перед носом появились огромные тёмно-карие глаза. От неожиданности я чуть не свалился на пятую точку. Передо мной стояла юная княжна с кудряшками, украшенными красивыми лентами. Смотрела она на меня, как разгневанный пудель.

— Ева?

— Я разочарована! Вы заставили даму ждать целых три часа!

Девочка сердито отвернулась, сунула бумагу мне в объятия, переполненные зверьками, и быстро зашагала прочь. Точнее, сделала пару шагов, спохватилась, вернулась и присела в изящном реверансе, придерживая платье. Как ни крути, манерам её научили. При этом она не забыла недоверчиво покоситься на Тите.

Но постойте... Она ждала? Специально приехала меня встречать?

— С возвращением, ваше высочество.

Следом прозвучал мягкий мужской голос. Это были Йохан Хейнс и его сын, которых я давно не видел.

Я радостно улыбнулся обоим.

— Здравствуйте, господин Йохан. Как дела, Херит?

Мальчик поклонился и робко приблизился. Мне удалось кое-как обнять его одной свободной рукой. Ева тем временем приветствовала Седрика, Кристель и остальных. Было приятно видеть, как все радовались встрече.

Йохан посмотрел на маленькую княжну и объяснил:

— Госпожа Бланкер с нетерпением ждала вашего возвращения. Несколько дней назад разослали приглашения.

— Приглашения?

Как раз в эту минуту карточка, кое-как застрявшая между Реей и Тите, выскользнула из рук и упала на пол. Я машинально прочитал надпись:

«Замок Бланкер имеет честь пригласить вас.

30 сентября состоится бал-маскарад, устроенный юной герцогиней Евой Бланкер».