Приговорённый быть героем: Тюремные записи девять тысяч четвёртого штрафного отряда героев (Новелла) Том 7 Глава 18 Операция по уничтожению в горах Каджит, часть 4
Ранее в Приговорённый быть героем: Тюремные записи девять тысяч четвёртого штрафного отряда героев (Новелла)...
Одиннадцатый день операции по зачистке гор Каджит.
С самого утра зарядил дождь. По словам Салитаф, он затянется надолго. Перспектива мокнуть под ливнем вплоть до самого последнего дня операции навевала тоску. Но, с другой стороны, такая погода играла нам на руку.
Как мы и ожидали, с наступлением рассвета атаки фей прекратились. Второй рубеж обороны выстоял, но держался на честном слове. Мы бросили все силы на восстановление защитных заграждений и ловушек. Нужно было успеть починить их сейчас, чтобы они выиграли нам хотя бы еще немного времени.
Короткую передышку мы устроили только после полудня, и тут нам наконец пришлось распечатать запасы «мясной губки». Те из нас, кто работал снаружи, уселись в кружок и принялись дружно проклинать этот худший в мире сухой паек.
«...Неужели с этой мясной губкой вообще ничего нельзя сделать?» — поморщившись, спросила даже Теоритта.
«О! Разумеется, я, как Богиня, способна вынести любые лишения, но мне бы хотелось, чтобы вы питались чем-то более вкусным... Ксайло, может, вы попробуете добавить специи или как-то это приготовить...?»
«Ага. Отличный вопрос».
Сварить из нее похлебку. Поджарить и засунуть в хлеб. Смешать с рисом. Мясная губка обладала настолько термоядерным вкусом, что играючи уничтожала любые кулинарные ухищрения. Скорее всего, дело было в консервантах.
«Когда я был командиром Святых Рыцарей, мы перепробовали кучу рецептов, но всё без толку. Эта дрянь непобедима».
«Когда ты был командиром...»
Теоритта слегка отвела взгляд. И, словно желая в чем-то убедиться, мельком посмотрела на серебряный браслет на моей лодыжке.
«Пожалуй, пришло время тебе рассказать. Мне очень интересно. Ведь эти земли когда-то были дарованы тебе в качестве личного владения, верно?»
«Ну да. Мы сражались здесь, выбивали Королей Демонов. Поэтому я так хорошо знаю эти горы. Мы воевали в этих краях больше полугода».
«А что было потом? Ты двинулся дальше на север?»
«Ага. Собирались пересечь холмы и дойти до старой столицы королевства Мет... По крайней мере, таков был план».
Но этому не суждено было сбыться. Потому что я убил Богиню.
Именно этот поступок заставил человечество отступить с севера, и в итоге мы полностью потеряли связь с этими землями, покатившись по наклонной.
«...А где еще ты был?» — Теоритта посмотрела на меня снизу вверх.
«На каких еще полях сражений ты побывал?»
Она безжалостно бередила самые болезненные, саднящие шрамы в моей памяти. Я был уверен, что и сама она при этом чувствует нечто сродни боли. Но, несмотря на это, Теоритта спрашивала так, будто речь шла о сущих пустяках.
«Я хочу знать всё о твоём прошлом, Ксайло. Где, с кем и как ты сражался. Я хочу знать о тебе абсолютно всё. Как твоя Богиня».
«Мы бы тоже с огромным удовольствием послушали!» — вмешался Нарк Декстар. Кажется, у него даже глаза заблестели.
«Расскажите нам больше о битвах Непобедимого Крыла Человечества, господин Форбартц! Я прикажу Мирете всё записать. Знаете, ее заветная мечта — написать вашу биографию!»
«Угу. Я хочу знать каждую мелочь о господине Форбартце...»
Сидевшая рядом с Нарком Мирете подняла голову. В руках она уже держала открытый блокнот. Обычно она выглядела сонной и вялой, но сейчас в ней проснулся небывалый энтузиазм.
«Как именно вы вырезали фей и Королей Демонов... Ужас, летящий на крыльях ночи, живой кошмар Королей Демонов... половина жизни Ксайло Форбартца... Хе-хе...! Я издам это тиражом на весь мир...»
Поддерживать разговор с ней в таком тоне было физически тяжело. К тому же, если доверить это дело Мирете, страшно представить, сколько отсебятины и кровавых подробностей она туда добавит. А под пристальными, полными нездорового любопытства взглядами Теоритты и солдат «Армии Форбартц» мне стало совсем не по себе.
«Господин Форбартц. До нас доходило множество слухов о ваших подвигах в рядах героев-преступников».
Нарк пододвинулся ближе, всем своим видом выражая крайнюю степень уважения.
«Не могли бы вы... рассказать нам о тех временах, когда вы были командиром Ордена?»
От его напора мне стало не по себе. Слишком уж серьезный взгляд. В одной руке он сжимал стопку бумаги, заменявшую ему блокнот. Мирете тоже навострила уши.
«С какими людьми вы сражались плечом к плечу? В каких битвах участвовали? И... например, был ли в вашем отряде штабной офицер или адъютант? Кто-то, кто занимал подобную должность?»
«А? Ну...»
В нашем Ордене не было штабных офицеров. Верхушка Галтуйла нас недолюбливала, поэтому с кадрами всегда была беда, и нам приходилось выкручиваться своими силами, часто переходя все границы разумного. Роль стратега у нас заменял мой адъютант.
«Прошу вас», — Нарк пододвинулся еще ближе.
«Расскажите нам».
Его взгляд был настолько пронзительным, что я уже открыл рот, чтобы спросить, к чему такой допрос.
Братан! Движуха! Юг, на пять часов!
В этот самый момент в динамике раздался тревожный голос Цава.
Повисло напряжение. Враг, который, как мы думали, отступил до рассвета, снова пришел в движение. А это значило только одно: они решили пойти на штурм, накатывая волна за волной.
«Выдвигаемся».
Мы все в унисон сморщились, запихивая в рот остатки мясной губки. Это было нечто отвратительное на вкус.Не дожидаясь, пока солнце скроется за горизонтом, Буджум вновь отдал приказ атаковать. Он осознавал рискованность этого шага, но предыдущие столкновения научили его многому. Нельзя придерживаться ритма противника, если тот намеренно затягивает время. Правильнее будет создать видимость следования их тактике, а затем нанести стремительный удар. Врага необходимо держать в постоянном неведении. «Их силы, скорее всего, невелики», — проговорил Трехглазый, неотступно следуя за Буджумом. Рожки на его голове слабо светились. «Предполагаю, их там меньше сотни». «Я тоже так думаю. Хотя нельзя исключать возможность того, что они могут маскироваться». Буджум стремительно продвигался вверх по ущелью горы Дакталеф. Движение по самому хребту было бы самоубийством — накануне они потеряли там целую группу фей, пытаясь взобраться по отвесным скалам. Теперь они осторожно выискивали безопасные пути, свободные от каких-либо ловушек. Несмотря на существенные потери, Буджум медленно, но уверенно добивался прогресса. *Не страшиться потерь.* Именно этот принцип не позволял ему попасться в ловушку противника. Атаковать, не считаясь с жертвами. Только так можно было заставить врага раскрыть свои истинные силы. «О. Похоже, настоящая схватка вот-вот начнется», — протянул Двуглазый, шедший следом. Среди всех фей из 7110-го отряда его физические параметры были непревзойденными. Даже на этом крутом подъеме он почти не испытывал затруднений с дыханием. «Даже появилась мотивация. Особенно хочется увидеть этого Ксайло. Говорят, он очень силен». «Двуглазый. Наша операция не должна зависеть от твоего настроения», — резко оборвал его Трехглазый. «Просто следуй приказам господина Буджума. И оставь посторонние мысли». «Э... Ну, это вряд ли. Если вас что-то не устраивает — наказывайте... Если, конечно, сможете». «Ах ты ж..!» Глаза Трехглазого вспыхнули гневом. Буджум поднял руку, пресекая их перепалку. «Хватит. Вы оба ведете себя не как положено. К тому же... началось». Слышался треск ломающегося дерева. Или, точнее, звук разрываемой каменной породы. Буджум отчетливо его уловил. «Смотрите. Отряд Четырехглазого остановился. Враг открыл огонь». Впереди раздались крики, более напоминающие предсмертные вопли. Авангард под командованием Четырехглазого кубарем скатывался вниз по склону. Путь казался крутым, но вполне проходимым — однако тропа внезапно обрушилась. А сверху на них обрушился град камней, помеченных святыми печатями. При каждом ударе камни сыпали искрами и били молниями. Мелким феям нечем было ответить на столь мощную атаку. Передняя линия рухнула в одно мгновение. «Ух ты. И здесь ловушки», — вздохнул Двуглазый. «Даже как-то скучно... Они же сами кричат: “У нас нет нормальной армии, поэтому мы кидаемся камнями!”» «Однако сопротивление весьма ожесточенное. Приказываете искать обходной путь, господин Буджум?» «Нет». Буджум покачал головой, отклоняя предложение Трехглазого. Вчера и сегодня утром они действовали именно так: сталкивались с жестким сопротивлением и сразу же отступали, чтобы минимизировать потери. Он берег 7110-й отряд, но пришло время пустить их в бой. «Мы прорвем эту линию. Захватим ее собственными силами». Буджум взмахнул рукой. Из его ладони брызнула кровь, которая моментально затвердела, приняв форму дискового лезвия. «За мной. Снесем их оборону». «Принято». «Вас понял. Хотя чего-то особенного от них не жду...» Трехглазый молча кивнул и поднял свой снайперский громовой посох. Двуглазый высунул язык, словно гончая, и с тяжелым дыханием рванул вперед. Он перепрыгивал через скалы, как будто не чувствовал гравитации. Тем временем атаки врага становились все более яростными. Особенно сверху. Град взрывающихся камней был лишь небольшой проблемой, но гораздо больше трудностей доставляли люди, расправлявшие тканевые «крылья» и пикировавшие вниз. Неужели они использовали священные печати для полета? Они скользили от скалы к скале, поливая фей огнем из громовых посохов прямо с воздуха. Но больше всего раздражала та, что летела в начале. По всей видимости, командир. Миниатюрная девушка. Время от времени она камнем падала на землю и вступала в ближний бой, орудуя копьем. Ее натиск был поистине устрашающим. Четырехглазый пытался сконцентрировать силы для прорыва в одной точке, но эта девчонка раз за разом ломала его строй. «Хе-хе...» Более того, она смеялась. С жуткой, кровожадной улыбкой она встречала каждую волну фей. «Сюда...! Джекпот...! Здесь ребята получше! Покажем им мощь Армии Форбартц! Убить их всех!» Ее крики вдохновляли солдат. Казалось, от ее слов они начинали сражаться с удвоенной силой. Буджум невольно проникся уважением к ее тактике. Это был выдающийся офицер. А значит, ее нужно было устранить в первую очередь. «Двуглазый, Трехглазый». Концентрируя кровь в лезвии, Буджум отдал приказ: «Сбейте ту девчонку с крыльями. Командира». «Принято». «Да-да». Все решилось за доли секунды. Буджум метнул кровавый диск. «Трансмутация крови». Лезвие, ставшее прочнее стали, рассекло воздух, отбивая летящие камни и заряды молний, и расчистило путь.
Двуглазый и Трехглазый не упустили возможности. Трехглазый выпустил из своего снайперского посоха молниеносный разряд, который прошил насквозь «крыло» командира-девушки. Несмотря на попытку выровнять полет и спланировать в безопасные заросли деревьев, Двуглазый не позволил ей этого сделать.
«Р-р-р!» — издал звериный рык Двуглазый.
Его прыжок в высоту превосходил даже прыжки фуатов, похожих на жаб. В одно мгновение он обнажил свой меч. Вспышка стали озарила воздух.
Правая нога потерявшей равновесие девушки была отсечена и отлетела в сторону, забрызгав всё вокруг кровью.
Двуглазый. Ты слишком жалел ее.
Буджум наблюдал за происходящим. Двуглазый орудовал двумя мечами. С его уровнем мастерства он мог бы разрубить ее пополам, а не просто отсечь ногу. У этого негодяя была дурная привычка — издеваться над теми, кого он считал слабее себя.
Его придется наказать. Если он продолжит сдерживаться, это приведет к ненужным потерям. Буджум собирался вбить ему в голову, что такое поведение недопустимо в армии. Вероятно, его придется убрать с передовой.
Но для упавшей девушки всё было кончено. Отряд Четырехглазого немедленно набросился на нее, окружив плотным кольцом мечей. Ей удалось унести с собой лишь пару фей, после чего ее сопротивление иссякло. Наконец, сам Четырехглазый приблизился и выстрелом из своего громового посоха в голову оборвал ее жизнь.
Настал момент для решающего натиска. Сопротивление противника ощутимо ослабло.
«Вперед!»
Буджум снова взмахнул рукой, и из капающей крови сформировались длинные когти.
«Прорываем их оборонительную линию! Не обращаем внимания на потери!»
Феи взревели. Под прикрытием снайперского огня отряда Трехглазого, Четырехглазый возобновил наступление. Теперь они были готовы к потерям от падающих камней и обвалов. Хоть некоторые феи в панике бросились наутек, костяк отряда Четырехглазого неумолимо продвигался вперед, точно выполняя приказ.
Именно на таких солдат и нужно полагаться в конечном итоге, — подумал Буджум. Да, боевая мощь Двуглазого была поразительна, но если смотреть на реальные результаты, Трехглазый и Четырехглазый были куда полезнее. Они методично, шаг за шагом, продавливали человеческую оборону.
Так Буджум сумел прорвать третий оборонительный рубеж и загнать героев-преступников на самую вершину горы.
Согласно полученным докладам, там находилось нечто вроде пещеры.
Возможно, это вход в подземные туннели.
Те самые туннели, которые создавали им проблемы последние несколько дней. Было неизвестно, какие еще ловушки там припрятаны. Буджум приказал своей армии остановиться. К тому же, его тревожило полное бездействие Норфана. Возможно, стоило сначала выяснить обстановку там.
Как же всё сложно, — Буджум скрипнул зубами.
Но теперь...
У него был еще один козырь. Сила, доступная только Королю Демонов.
Закрыв глаза, Буджум приступил к эрозии экосистемы.
Вражеское наступление было остановлено лишь к полудню.
Мы, наконец, смогли перевести дух, но вздохнуть с облегчением не получалось. На лицах солдат читалось полное истощение. Нас сильно потеснили. Все три рубежа обороны были смяты, и мы оказались заперты в «Склепе». Гора была полностью окружена.
Практически все наши ловушки были уничтожены или обезврежены.
Но это еще не самое страшное.
У нас снова были погибшие.
Учитывая тяжелораненых, которые уже не могли держать оружие, в строю осталось всего двадцать три человека.
Особенно тяжелой потерей стало известие о гибели Мирете. Она была офицером передовой, совершенно не похожей на Нарка Декстара. Распознав замысел отряда 7110 прорвать оборону в одной точке, она повела горстку людей наперерез. По свидетельствам выживших, там они столкнулись с Королем Демонов, владеющим силой крови.
Значит, Буджум... !
Судя по описанию, сомнений быть не могло. Я уже сталкивался с ним в Иоффе. Слушал, что он появлялся и во время битвы за Вторую Столицу.
Выходит, он всё-таки выжил.
Чтобы сдержать крупных фей, наступавших с востока, мне пришлось взять этот фланг под свой контроль, оставив Мирете действовать самостоятельно. Нехватка людей проявилась самым фатальным образом.
Я не ошибся в своих расчетах. У меня просто не было другого выбора.
Мирете столкнулась с отрядом Буджума и погибла. Трое солдат, последовавших за ней, также были убиты. Услышав этот доклад, Нарк прикусил губу так сильно, что кровь потекла по его подбородку. Но он заставил себя улыбнуться.
«Сражаться с двумя Королями Демонов одновременно. Какая грандиозная битва. Мирете обязательно позавидовала бы, что пропустила такое событие».
«Возможно».
Ответив коротко, я принялся складывать камни рядом с Нарком. Я выбирал самые плоские из них.
Это были не снаряды для ловушек. Об этом попросила Теоритта.
«Давайте сделаем им могилы», — сказала она, и в ее глазах горел огонь.
«Хотя бы это мы обязаны сделать».
Выходить за пределы «Склепа» было бы безумием, но я не стал ее останавливать.
Двенадцать погибших. Двенадцать каменных надгробий выстроились в ряд недалеко от вершины горы. Теоритта возложила на них белые цветы. Она сложила руки в молитве, и все присутствующие последовали ее примеру. Лишь Салитаф стояла в стороне и скучающе зевала. Видимо, у горных племен не было обычая столь торжественно хоронить мертвых.
Разумеется, под этими камнями никого не было. Физически не представилось возможным забрать тела с поля боя. Кто-то из выживших свидетельствовал, что видел, как Буджум высасывал жизненную силу из тела Мирете. Услышав это, солдаты впали в ещё большую ярость.
По моему опыту, это был предвестник плохих событий. Слепая ненависть становится причиной тактических просчётов в решающие моменты.
«Думаю, на этом всё».
Когда завершились все мероприятия, я хлопнул в ладоши, давая знак Теоритте, всё ещё стоящей на коленях, подняться. Тучи снова сгустились, и начался дождь. На сей раз он был продолжительным.
«Пойдём, Теоритта. Настоящие надгробия возведём позже».
«...Да. Когда мы вернём контроль над этой горой».
Теоритта подняла голову, на её лице появилась вымученная улыбка. Очень похожа на улыбку Нарка. Это была улыбка солдата. Наша Богиня перенимала даже такие черты.
«Мы уничтожим Королей Демонов. Пока я с тобой, победа будет за нами».
Её слова несколько разрядили напряжённую атмосферу среди солдат. Теоритта была для нас крайне важна. И дело было не только в её силе в бою. Одно её присутствие делало этих людей сильнее. Даже Салитаф взглянула на неё с оттенком уважения.
Но я заметил кое-что. Когда Теоритта сжала кулаки, между её пальцами промелькнули едва заметные искры.
Она на пределе. Психика не выдерживает. Но выбора нет.
Дальше всё будет только хуже. Ей придётся это вынести.
«Прости, Теоритта. Как только вернёмся в “Склеп”, тебе запрещено выходить. Сможешь?
«Без сомнений».
Она упрямо вскинула подбородок.
«Рядом с тобой я выдержу что угодно. Благословение тем, кто бьётся плечом к плечу!»
Под свинцовым небом её глаза пылали, словно два костра. Перепачканная грязью, она выглядела величественно и загадочно. Солдаты «Армии Форбартц» смотрели на неё с благоговейным трепетом. Признаю, наша Богиня была превосходной актрисой.
А это означало одно: у Теоритты был природный талант вести людей прямиком в преисподнюю.
Богини... Что за создания.
Древние люди, создавшие их, должно быть, обладали весьма скверным характером.
И всё же... она лучше нас.
Когда мы вернулись в “Склеп”, я в очередной раз в этом убедился. Ибо герои-преступники, оставшиеся на хозяйстве, представляли собой жалкое зрелище. Цав, Дотта и Тришил. Вся троица сидела в кругу, потягивая напитки из бутылок и играя в кости.
Норгая не было видно — видимо, он всё ещё колдовал в “Погребальной камере” с ранеными, доводя до ума свой хвалёный финальный механизм.
А эти трое, предоставленные сами себе, устроили здесь игорное заведение.
«О! Братан, вы уже закончили?»
Цав обернулся, перебирая кости в ладони. Они явно играли в “Зуда Харе”. Примитивная игра, где исход зависит от броска костей. Цав обожал её и даже разработал для нашего отряда свои особые, извращённые правила.
«Могли бы задержаться! Ну, там, помолиться, песни спеть, как положено на таких мероприятиях? Я в этом разбираюсь, если чё! Мы ж своих “братьев” пачками отправляли, так что я в организации похорон — настоящий профи! Знаю все тонкости, как правильно скорбеть!»
Меня пробирала дрожь от злости, но я не знал, с чего начать его избивать. Я чувствовал, что от Теоритты и солдат «Армии Форбартц» исходят очень похожие эмоции.
Но, к несчастью, Цав был по-своему прав. Если бы меня спросили, чем его показная скорбь отличалась от наших символических каменных могил, я бы не смог ответить. Тем не менее, он невероятно меня раздражал, поэтому я просто пнул его ногой.
«Ай! Братан, за что?! — А! Чёрт! Снова какая-то ерунда выпала!»
От моего удара Цав дёрнулся, и кости раскатились по полу, показав крайне неудачное сочетание.
«Да е-мое... А это был решающий бросок!»
«Ура-а-а!» — радостно воскликнул Дотта.
«Я выиграл! Слушайте, весь банк мой, да? Сто лет так не везло! Значит, сегодняшний десерт — мой...»
«Тц. Я тоже проиграла».
Тришил с раздражением щёлкнула языком. По-моему, она была слишком азартной для человека, который так катастрофически не умел играть.
«Для Висельного Лиса у тебя неплохая стойкость... Признаю!»
Она швырнула в Дотту пачку галет. Это был наш ценный сухой паёк, а они использовали его как игровые фишки! Уровень моего раздражения стремительно приближался к критической отметке.
«Эх, какой облом! Кстати, сестрёнка Тришил, ты вообще играть не умеешь. На моей памяти ты единственная, кто играет хуже меня!»
«...У меня были все шансы на победу. Если исходить из математических ожиданий, я должна была выиграть! С вероятностью примерно шестьдесят процентов! Я всё рассчитала...!»
«Опять! Опять она за своё про ожидания! Да в азартных играх всё решает... Опа! Тихо-тихо!»
«Заткнись. Я тебя убью».
Правая рука Тришил дёрнулась, будто пружина, целясь Цаву в челюсть. Её протез явно не был обычным и порой демонстрировал пугающую скорость. Но реакция Цава оказалась быстрее — он успел отскочить.
«Так, вы двое...»
Я схватил Цава и Дотту за воротники. Дотта как раз пытался незаметно ускользнуть со своим выигрышем.
«Какого чёрта вы тут в казино играете?»
«Я-я ничего не нарушаю! Свою работу выполнил, не отлынивал!»
«Ага, нам просто скучно стало. У нас ведь законный перерыв. Если присмотреться к тому адскому графику дежурств, который ты, братан, составил, у меня в день выходит всего пара часов на отдых! Нужно же как-то расслабляться!»
«Отличный настрой».
Внезапно вмешалась Салитаф.
«Вы — герои. Так и должно быть. Нет смысла скорбеть о тех, кто пал в бою. Неужели эти равнинные трусы думают иначе?»
«О! Салитаф понимает! Свой человек!»
«Эй. Отвали! Я тебя не хвалила, убери руки! …Не трогай рога! Убью!»
«А ты попробуй! Хи-хи-хи!»
Осмелев, Цав потянулся, чтобы погладить Салитаф по голове, но она зашипела и бросилась на него с кулаками. Цав со смехом увернулся, перекатившись по полу.
Точно ведь.
Я уже открыл было рот, чтобы отчитать Цава, но передумал.
Именно потому, что ситуация паршивая, нам нужно было расслабиться. Если будем постоянно ходить натянутыми, как струны, мы просто сломаемся. Как я мог забыть такое простое правило? Осада — это же моя стихия.
Какой смысл делать серьёзные лица, когда всё и так серьёзно.
Я посмотрел на солдат «Армии Форбартц». Они стояли с раскрытыми ртами, не веря своим глазам. Даже Нарк выглядел потрясённым.
По крайней мере, у нас есть один повод для оптимизма. Мы знаем, что там Буджум.
И это была заслуга Мирете. Её отчаянная атака заставила Буджума выйти на передовую и раскрыть себя. Теперь у нас было больше вариантов. Если бы нами командовал только Гвисион, пришлось бы изобретать куда более сложные и рискованные планы.
Информация о вражеском командире — это то, что мне было нужно больше всего. И мы её получили.
Мы ещё повоюем. Ты нам здорово помогла, Мирете.
Я мысленно поблагодарил её.
А Теоритта… она посмотрела на меня снизу вверх и слегка улыбнулась. На этот раз улыбка была более искренней.
«Ксайло. Я тоже хочу попробовать эту игру! Это ведь не джиг?»
Она намеренно притворялась. Пыталась казаться беззаботной. Я это прекрасно понимал. Но у неё хотя бы появились силы на то, чтобы играть эту роль.
Цав тут же захлопал в ладоши.
«Ого, круто! Сама Теоритта в деле?! Да я с радостью с вами сыграю! Братан, одолжишь пайков? Я всё верну, зуб даю!»
Раз уж пошла такая пьянка, мне оставалось только подыграть. Я должен был сделать так, чтобы эта отчаянная, почти прозрачная попытка Теоритты разрядить обстановку выглядела естественно.
«Богиня играет в кости. Такое не каждый день увидишь. Смотрите и учитесь».
Я обернулся к солдатам «Армии Форбартц» и сел на пол.
«Дотта, сдавай. Заодно объяснишь Теоритте правила».
«Э-э-э…? Но я уже нормально выиграл, может, хватит…»
«Так выиграй ещё раз, в чём проблема?»
«Дотта! Я понимаю, вы трепещете перед моим величием, но я дозволяю вам сбежать, если вам так страшно!»
«…Ну, раз госпожа Теоритта играет, сильно я не проиграю… Она же новичок…»
«Хм! Какая дерзость! Я — Богиня! Я — само воплощение удачи и благословения!»
«Слышали, парни? Богиня желает развлечься», — бросил я своим солдатам.
«Кто там после обеда отдыхает? Присоединяйтесь».
«…С удовольствием», — улыбнулся Нарк. И на этот раз его улыбка была куда более расслабленной.
«Для нас это будет великой честью!»
Мы никогда не забудем тех, кто погиб. Завтра будет ещё тяжелее, чем сегодня. Но мы точно знали одно: мы должны сделать всё, что в наших силах.
В итоге Теоритте сказочно везло, а Дотта проиграл всё до последней крошки.
Мы дружно рассмеялись, сойдясь на том, что так ему и надо.