Re:Zero. Жизнь с нуля в альтернативном мире (Веб-новелла) Том 44 Глава 4 Ю а вэлкам

Перевод и редактура: Винсент, mentalrebel. Помощь: Hector Witcher.

— Надо бы срочно изобрести не паровой двигатель, а какой-нибудь маго-двигатель, — заявил Нацуки Субару. Он крепко держал поводья на козлах и пристально смотрел на дорогу впереди.

Беатрис, удобно устроившаяся у него на коленях, нахмурилась в ответ.

— Снова ты выдумываешь всякую ерунду, я полагаю, — отозвалась она. — И что это за «маго-двигатель» такой, в самом деле?

— Технология, которой в этом мире еще нет. Представь: система, похожая на паровую машину, но работающая на магических камнях, — и вот уже можно соорудить настоящий паровоз.

— Паровоз?

— Это железная повозка вроде драконьей упряжки, только без земляных драконов. Она сможет мчаться без остановки, если заправлять ее магическими камнями. Правда, двигаться она сможет лишь по рельсам, но если их уложить, то скорость будет приличная, туда-обратно носиться станешь. Ну, как тебе идея?

— Как-как… Полагаю, это было бы очень удобно, — Беатрис не скрыла своего удивления. — Если, конечно, игнорировать всю абсурдность этой затеи.

Юноша в ответ обиженно надул губы.

Идея-то вполне жизнеспособная, но без живого примера трудно передать образ четко. К тому же в знаниях о настоящих локомотивах Субару и Беатрис были примерно равны. Будь у него хоть чуть больше понимания в устройстве паровых механизмов, беседа получилась бы куда конкретнее.

Патраш бросила на него протестующий взгляд.

— Эй-эй, извини, Патраш. Я вовсе не собираюсь тебя менять! Особенно после того, как ты примчалась за мной аж в Империю. Просто речь о том, что для разных задач нужны разные инструменты, и все…

— !..

— Увы, такими оправданиями ее не обманешь, в самом деле. Если расстроишь ее, то путь назад затянется еще больше, не думаешь?

— Этого я как раз хочу избежать любой ценой… Не дуйся, пожалуйста!

Хоть и не смог передать точный вид паровоза, но Патраш уловила, что его роль может пересекаться с ее собственной.

Почесав затылок, Субару крепче взялся за поводья и прищурился, вглядываясь в монотонный песчаный ландшафт… Покинув Сторожевую Башню Плеяд, где они одолели Ала, группа направилась прямо в Столицу. Им нужно было выяснить детали из «отмененного» цикла времени и разобраться в событиях, которые требовалось понять.

Шок от предательства Ала ударил сильно. Чтобы его пережить, они ушли из Башни с энергией, почти что наигранной бодростью.

Но дорога в Столицу была долгой: от самой восточной окраины Королевства Лугуника до западной. Это почти вся страна насквозь. Даже с учетом прыти и выносливости Патраш путь займет немало дней. Чем сильнее рвался дух, тем тяжелее было терпеть ожидание. В таком удрученном настроении Субару можно было простить легкое бегство в мечты о новых средствах передвижения.

— Если б удалось слепить паровоз или поезд, интересно, сколько бы мы сэкономили времени?.. Без перерывов он точно обогнал бы земляного дракона.

Сейчас время на исходе, но когда все устаканится, стоит серьезно поговорить об этом с Розваалем и Отто. В Империи уже есть соединенные повозки, концепция похожа, но они все равно полагаются на силу тягловых зверей, в основном земляных драконов. А маго-двигатель на камнях выйдет куда мощнее.

— Если такое воплотить, Авель, наверное, обалдеет. Представляю, как он будет умолять поделиться секретом… Уже ради этого стоит попробовать.

— Если задействовать магические камни, Бетти, пожалуй, смогла бы подсобить, но если цель такая мелочная — просто досадить этому Авелю, — то не стану помогать, я полагаю.

— Согласен. Кислая рожа Авеля — слишком слабый мотив, — юноша отмахнулся, прогоняя вид хмурого Императора, — забудем, забудем.

Он опустил подбородок на головку Беатрис и тихо выдохнул. Девочка же, почувствовав не только вздох, но и черную сферу на его шее, видимо, тоже погрузилась в размышления.

— Субару, то запретное заклинание…

— То, что ты для меня расшифровала… Извини, не могу объяснить иначе.

— Я тебя не обвиняю. Бетти беспокоит иное: структура той магии и странная точность подбора цели… Я ощутила в этом… отголосок Матушки, в самом деле.

— Матушки… То есть Ехидны.

— Я полагаю, — коротко кивнула девочка.

Юноша припомнил Ведьму Жадности, с которой встретился в Святилище. Если судить только по ее отвратительному облику, то он видел его и во время Великого Бедствия в Империи Волакия — при стычке со Сфинкс, принявшей ее форму. С учетом всех ран и шрамов, оставленных той Ведьмой Жадности, доверие к происходящему в Гробнице давно испарилось. К тому же ее существование скрыто чересчур тщательно, по сравнению с тем хаосом, что она посеяла по миру. Это не забвение веками; логичнее думать, что Ведьму Жадности стерли из истории нарочно. Вопрос — чьими руками?

— Ехидна ведь мертва, — парировал юноша, — так что сама она не смогла бы этого сделать. Хотя, если допустить, что даже после смерти она слонялась по чужим снам и устраивала пакости, это тоже наводит на размышления.

— Такого точно не бывает, в самом деле. Даже Повелители грез, владеющие Магией Снов, не в силах бродить по снам людей после смерти, я полагаю.

— Хм, Повелители грез? Магия Снов?

— Это магия, позволяющая вторгаться в разум через сны. Еще один вид запретной магии. Почти всех, кто ею владел, истребили, в самом деле.

— Классика жанра — «один точно уцелел»! Вмешательство в разум? Верно, им внушили, что всех уничтожили, а главного-то упустили.

— Т-ты чересчур пессимистичен, я полагаю!.. Кхм, в общем-то, — девочка забавно замахала пальчиком, словно на лекции, — подход Матушки к тебе и Эмилии в Гробнице напоминал Магию Снов, но на деле это было нечто другое. Поэтому она не способна прыгать из сознания в сознание живых, словно по снам, в самом деле.

Субару кивнул ей.

Он не разбирался в тонкостях механизма, но Замок Снов Ехидны, похоже, был крепко привязан к Гробнице как к центру и не выходил за ее границы. Если верно, то отпадает подозрение, что Ведьма провернула все сама.

— Но тогда выходит, кто-то принял эстафету от воли Ехидны и тщательно заметает следы. Самый вероятный подозреваемый — Розвааль…

— Если это свой человек, придется честно сдать его, я полагаю.

— Говорю же, пока Королевские Выборы не завершатся, сдать нельзя. Да и потом — не хочется. А что насчет сценария, где Беако лишь притворяется милой передо мной, а на самом деле она тайный последователь Ехидны и плетет интриги? Похоже на клише из дешевого чтива, согласись?

— Бетти — финальный злодей? Этот сюжет давно провалили, в самом деле. Ни грамма правдоподобия или логики, просто дурацкая затея шокировать поворотом, я полагаю.

— Я тоже так считаю, но ты идею просто разнесла…

Она даже не желала слышать о роли врага Субару, хоть и в шутку. Это лучшее подтверждение, как она его ценит теперь; на сердце потеплело.

Если не Розвааль чистил следы Ехидны и разумеется не Беатрис, то…

— Культ Ведьмы… — прошептал он.

— …

Беатрис чуть пошевелилась и замерла, затаив дыхание. Эта ее реакция ясно показывала внутреннее согласие.

Кто-то стремится стереть все упоминания о Ведьме Жадности… нет, обо всех Ведьмах с именами Смертных Грехов, кроме Ведьмы Зависти. Архиепископы Греха, внезапно нагрянувшие в Город Водных Врат Пристеллу, выдвинули ультиматум за жизни горожан. Среди них был Регулус, жаждущий лишь своих прихотей, но встречались и требования, кажущиеся бесполезными для самих выдвигающих.

— Кстати, Отто как-то упоминал, что стоит где-то в мире всплыть чему-то связанному с Ведьмой, как Культ Ведьмы сразу является забрать это…

Город-Крепость Гаркла в Волакии, куда заглядывали Субару с компанией, был почти стерт с лица земли яростью того же Регулуса. Вспоминать эту сволочь не хотелось — настроение падало. Как бы там ни было…

— Переполох в Пристелле словно доказывает слова Отто. Если так, их хаос — не просто фанатский террор. За этим стоит иной план — возможно, изгнать Ведьм из этого мира.

Культ Ведьмы чтит Ведьму Зависти и видит благо в ее прославлении. Из-за этой очевидной истины, принятой за догму, попытки скрыть остальных Ведьм легко остаются в тени.

— Хочешь укрыть дерево — спрячь в лесу; хочешь укрыть Ведьму — спрячь среди легенд о Ведьме Зависти, так? Но тогда создатель Культа Ведьмы…

— Матушка не могла этого сделать, в самом деле, — резко перебила Беатрис.

Субару не видел ее лица, но губы она сжала, уставившись вперед. В голосе сквозила не уверенность, а хрупкая мольба.

Логика его гипотезы сходилась идеально. Но Ехидна — ее создательница и семья, с которой прошли ключевые годы, — не давала Беатрис принять это. Он чувствовал это остро, и это лишь разжигало злость на Ехидну…

«Заставлять мою дорогую Беако так страдать…»

Ведьма велела Беатрис ждать Того Самого и заперла в Запретной Библиотеке на четыреста лет. Субару ведал, что за этим крылось жуткое любопытство: Ехидна желала узнать, кого изберет Беатрис. Прямо сказать ей он не мог. И не станет. Отрицать привязанность Беатрис к Ехидне и замещать ее собой — низко и жалко. Пусть девочка хранит те чувства; Субару просто станет для нее еще дороже.

— Беако, ай лав ю. — Насыщенный нежностью и ответственностью, он крепко обнял Беатрис сзади. Вот так, вот так.

— Тема разговора сменилась, я полагаю?!.. — От этих объятий ее грустное лицо залилось ярким румянцем.

Он вовсе не стремился таким образом прервать и утаить серьезный разговор, однако…

— Здесь и сейчас ответ мы все равно не отыщем. Доберемся до Столицы… и опять вернулись к тому же! Нам бы маго-двигатель с поездом!.. — Субару крепко сжал черную сферу на груди и раздраженно выдохнул.

Дорога еще впереди, а заветная Столица скрыта за горизонтом… Впрочем, его нетерпение развеялось самым неожиданным способом. А именно…

— Ну и ну, заждался вас. Наконец-то прибыли.

В приграничном городе Мирула, куда они прибыли, пересекая песчаное море, поджидал сюрприз — лысый великан со скрещенными на груди руками-бревнами, старик Ром.

△▼△▼△▼△

— Удивительно, что великаны еще не исчезли с лица земли, — Беатрис пристально разглядывала огромную фигуру. — Я думала, их род угас почти как у Демонов, я полагаю.

— К сожалению, других великанов, кроме себя, я тоже не встречал, — невозмутимо отозвался Ром. — Так что, возможно, я последний великан во всем мире.

— Серьезно? Это уже не отсчет до вымирания, а полный конец, — нахмурился черноволосый парень.

М-да, грустная судьба расы великанов. Ведь если единственный оставшийся — дряхлый старик Ром, то на продолжение рода надежды нет, ждет лишь исчезновение. Если бы последний был молод, шанс еще теплился бы, но…

— Раса отыграла свою роль и угасает — таков закон природы. Великанам, Демонам, всем этим существам нет смысла продолжать. Каждый живет по-своему и умирает по-своему… В общем-то, все.

— Такой фатализм мне не по вкусу. Хотя рассуждать об этом постфактум — все равно что махать кулаками после боя. — Субару надул щеку языком.

— Правильные слова говоришь, — криво улыбнулся Ром. — Похоже, ты и сам немного поумнел, парень, — он шлепнул его огромной ладонью по плечу.

Действительно, с того дня, как стартовали Королевские Выборы и они вместе штурмовали Замок, Субару не имел нормального разговора со стариком Ромом. Он знал, что Ром стал советником Фельт, но только сейчас, при личной встрече после долгой разлуки, это по-настоящему осознал.

— Оглянешься назад — старик Ром и Фельт первые, кого я встретил в этом мире, даже раньше Беако. Трогательно, черт… А если копнуть глубже, то и того фруктового торговца я увидел раньше Эмилии-тан, но это к слову.

Если углубляться в хронологию встреч, в голове все запутается. Но встреча с давними знакомыми — всегда радость. Особенно с теми, кого узнал в первый день после призыва в иной мир. Поэтому…

— Ты тоже из их числа, Райнхард…

— Приятно слышать. Вы с господином Ромом так увлеклись беседой, что я подумал, обо мне забыли.

— Забыли? Тебя? Да было ли такое вообще?

Это маловероятно; даже если Полномочие Чревоугодия поглотит Имя Райнхарда, его аура слишком сильна, чтобы о нем забыли. Может, его Имя и вовсе не проглотить.

Райнхард лишь смущенно улыбнулся и пожал плечами:

— К счастью, такого еще не было. Хотя это ощущается как ноша. То, что я совершаю, нельзя просто «отменить» или стереть из памяти. — Он бросил быстрый взгляд за спину Субару, где гордо возвышался Гарфиэль.

Поприветствовавшись, тот теперь молча буравил Святого Меча пронзительными изумрудными глазами. Райнхард чуть прищурил свои голубые:

— Кажется, с нашей последней встречи ты сильно вырос в мастерстве. Удивительно за такой короткий срок.

— Тц, те-бе легко г-говорить. Я тут, блин, к-каждый раз чуть не окочурился десятки раз, т-трубил как проклятый, а твое дно все р-равно не видно.

— Не вызовешь на бой, как в Пристелле?

— Шансов на победу щас нет. Плюс, если Великий Я п-проиграю по глупости своей, репутации госпожи Эмилии вредно будет.

Гарфиэль отвернулся и щелкнул языком. Он с трудом сдерживал боевой пыл.

Нельзя винить его в излишнем рвении. Как боевая сила Лагеря Эмилии, Гарфиэль неизбежно соперничает с Райнхардом, чья мощь на другом уровне. Если узнают о поражении в честном бою — хоть и предсказуемом, — это подчеркнет слабость их Лагеря. Гарфиэль сам это понял и удержался.

— Гарфиэль, ты… ты так вырос!.. — восхитился Субару и потрепал по голове.

— А?! Что?! Босс, не глади м-меня по г-голове! — Он вспыхнул румянцем. — Я ж только что сказал постыдное, что не м-могу победить! Хвалить тут не за что!

— Есть за что, еще как есть! Эй, все, давайте хвалить Гарфиэля!

— Г-Га-а-у!

Беатрис, Петра и Мейли окружили Гарфиэля, наперебой повторяя «молодец, молодец». Полная аналогия с Башней Плеяд, когда Субару утешали, но в обратную сторону.

Когда они его натрогали досыта…

— Итак, зачем двое из Лагеря госпожи Фельт заявились к нам? — сразу взяла быка за рога Петра, уперев руки в бока. Она была самой собранной в их группе. Девочка явно собиралась вести переговоры за весь Лагерь.

В груди Субару разлилось невероятное ощущение надежности и тепла. Ему невольно почудилось, будто он улавливает эхо того забытого петли времени, когда она отчаянно старалась спасти его во время сражения с Алом.

— Т-ты чего так расчувствовался, Субару? — поинтересовалась Беатрис.

— Да нет, просто в последнее время стал сентиментальным. Беако, обнимешь?

— Н-ничего не поделаешь, вечно тебе внимание нужно, в самом деле.

Беатрис с неохотой, но быстро перешла от держания за руку к крепкому объятию талии парня.

Субару в это время сосредоточился на беседе. Причина, по которой Райнхард и Ром специально поджидали их именно здесь…

— Разумеется, мы пришли вас встретить… В Столице случилась чрезвычайная ситуация. Госпожа Фельт решила, что госпожа Эмилия, наверное, тоже места себе не находит, и дала соответствующие указания.

— Сестрица Эмили~ия? — удивилась Мейли. — Но почему тогда госпожа Фельт…

— Они подружились, — пояснил Райнхард. — Поэтому она сказала, что хочет помочь своей подруге.

— Ого, Фельт совсем растаяла перед сестрицей Эмилией? Понима~аю. Может, и у меня получится с ней подружиться?

Девочка озорно хихикнула. Из ее слов следовало, что она тоже прониклась симпатией к Эмилии, но понимает ли она это сама? Субару промолчал. Хотя и он был поражен. Конечно, у него не складывалось впечатления, что между Эмилией и Фельт плохие отношения, но чтобы вторая пошла на помощь первой…

— Трудно представить, вспоминая, как все началось с кражи инсигнии…

— Предупреждаю, пацан: нам бы не хотелось, чтобы народ прознал про эту историю, — выпалил Ром. — Если вы вздумаете распускать о нас дурные слухи, нам придется пустить в ход свои трюки.

— Если бы вы были ни при чем — одно дело, но тут уж «что посеешь, то и пожнешь»… — Субару пожал плечами. — Впрочем, раскапывание той истории невыгодно не только вам, так что делать мы этого не будем.

Та история с кражей инсигнии в Столице была связана с планами Розвааля, который втайне нанял Эльзу. А раз Эльза замешана, то и Мейли, которая здесь, тоже, поэтому лишние расследования принесут головную боль скорее Лагерю Эмилии. Да и не похоже, чтобы Эмилия сейчас припоминала Фельт кражу значка. Тем более, если они подруги.

— А может, Эмилия-тан вообще забыла, что Фельт украла у нее инсигнию… Хотя вряд ли, да?

— Я предпочитаю думать, что госпожа Эмилия пожелала дружбы с госпожой Фельт, несмотря на прошлое.

— Согласен. Мне эта версия Эмилии-тан тоже нравится больше. Но…

Проблема в том, что Эмилия «места себе не находит», и это факт. Что же произошло в Столице? Субару вдруг подумал, что причиной ее состояния может быть он сам. Возможно, дело в «известии», которое он попросил передать Флам перед уходом из Башни Плеяд…

— Нет, я слышал и о госпоже Присцилле, и о случае с господином Алом, — сказал Ром. — Госпожа Эмилия была глубоко опечалена, но больше она беспокоилась о Субару и остальных. Так что прямая причина не в этом.

— Вот как, — ответил юноша. — Это хорош… то есть, ничего хорошего, но я понял. Но если дело не в этом, то что тогда случилось?

— Произошло то, что потрясло Королевские Выборы с самих основ. Можно сказать и так.

— !..

Лица всех присутствующих изменились, стоило старику это произнести.

«Что-то потрясло Королевские Выборы с самих основ» — уже звучит как катастрофа. Райнхард не стал этого отрицать, что подтверждало: он нисколько не сомневается в этой оценке. Было ли причиной то, что умершая Присцилла выбыла из гонки, или что-то другое — неизвестно, но…

— Потребовалось обсуждение этой проблемы между всеми Лагерями, — вмешался Райнхард. — Поэтому я взял на себя задачу забрать господина Рома, который остался во владениях, и заодно направился встретить вас.

— Но ведь вы и сами наверняка хотели бы побыстрее вернуться к Фельт в Столицу…

— В Столице остались Рачинс и остальные. Выполнение приказа госпожи Фельт было приоритетнее. По правде говоря, я хотел отправиться встречать вас прямо к Башне, но идти в Песчаные Дюны Аугрии без помощи Мейли с риском разминуться мне не хотелось.

— Потому мы и ждали, пока вы не придете в этот город, — подытожил Ром, и вопросы в голове Субару наконец улеглись.

Таковы были обстоятельства, из-за которых Райнхард и старик Ром ожидали их в Мируле. Юноша был благодарен, но вместе с тем сама суть проблемы, заставившей их пойти на это, начала пугать. Однако…

— Не спросить я не могу, — сказал Субару. — Время дорого. Поговорим в пути.

— Да, давай так и поступим, — ответил Райнхард. — У меня тоже накопилось на удивление много вопросов, которые я хотел бы услышать от тебя. О событиях в Империи после того, как мы расстались в Пристелле… в той мере, в какой ты можешь рассказать.

— У меня от тебя секретов нет. Расскажу все подчистую. Я и сам хочу задать пару вопросов парню, который тащит на себе вывеску размером со Святого Меча.

— Тогда я отвечу на всё, что в моих силах.

Они обменялись кивками.

Помощь Райнхарда для Субару, истерзанного медлительностью пути до такой степени, что он фантазировал о невиданных паровозах, оказалась не просто спасательным кругом, а подлинным Тысячелетним Соколом.

И перед тем, как снова отправиться к Столице…

— Ах да, Райнхард, — окликнул Субару.

— М? В чём дело? — отозвался тот.

— Думаю, ты не поймёшь, но просто выслушай… Спасибо тебе.

Райнхард, как и следовало ожидать, ничего не уразумел и вскинул брови. Субару же широко улыбнулся:

— Я не в курсе всех подробностей, но уверен, что тебе пришлось немало потрудиться. Так что, сэнк ю.*

— Не знаю даже, что сказать. Понятия не имею, в чём причина.

— Тогда просто произнеси: «Ю а вэлкам».*

— Ладно… Ю а вэлкам.

— У тебя выходит идеально.

Парень ещё раз выразил благодарность, погладил по голове прильнувшую к нему Беатрис и стал собираться в путь.

Поскольку Райнхард домчался сюда за считаные дни, то наверняка предложит какой-то невероятный способ передвижения. Нужно настроиться морально…

— …

Субару и не заметил, как Святой Меча, держа руку на эфесе меча, пристально смотрел ему вслед удаляющейся спиной.