Розовая пора моей школьной жизни сплошной обман (LN) (Новелла) Том 15 Глава 4 Том 14.5 - Глава 4 - Ироха Ишшики легко и изящно творит будущее

За углом двора громоздились усыпанные лепестками сакуры.

Середина апреля подходила к концу.

С течением времени менялся оттенок деревьев, затронутых сиянием солнца. Теперь они встречали весну трепещущей под тёплым, ласковым дыханием ветра свежей зеленью листвы.

Разглядывая ветви, где цветы уступили место листьям, я надавил на кнопку торгового автомата.

Не глядя, я извлёк из лотка привычную банку кофе, с грохотом упавшую туда, и, держа её, направился к ближайшей скамейке.

За короткий десятиминутный перерыв никто, кроме меня, не вышел на улицу. Так что теперь весь двор принадлежал мне. Это было личное пространство Хачимана Хикигая.

В худшем случае с меня взыщут налог на имущество… Должен сказать, налоги весьма высоки… Не пора ли им немного умерить свои аппетиты?

К слову, размышлял я, сжимая в руке банку MAX Coffee, мой будущий интерес к политике и экономике, вероятно, пригодится мне в избирательной кампании на пост губернатора префектуры Чиба.

Жизнь горька, так пусть хоть кофе будет сладким…

С достоинством усевшись в центре скамейки, я предвкушал сладкое наслаждение, чувствуя, как растёт моё удовлетворение… пока не услышал чью-то оживлённую болтовню.

Кто-то нарушил моё личное пространство. Кому же это понадобилось? Не желают ли они уплатить налог на недвижимость? — подумал я, обернувшись.

По дорожке к главному зданию шла группа девушек, оживлённо беседуя. Вероятно, у них были занятия в другом корпусе, и теперь они возвращались в главное здание.

Одна из них, с волосами цвета льна, привлекла мой взгляд.

Пушистые волосы, сияющие на солнце. Форма одежды слегка растрёпана. Кардиган немного великоват, с рукавами, уходящими слишком далеко. Всё это было очень мило и до боли знакомо.

Да, она всегда выглядит очаровательно. В этом и заключается Ироха Ишшики.

Я настолько привык к её беззаботному и непринуждённому поведению в нашем клубе и в комнате школьного совета, что был несколько удивлён, увидев её в компании подруг.

«Она неплохо ладит со своим новым классом. Хорошо, очень хорошо…» — подумал я, наблюдая за ней с видом заботливого дядюшки. И, возможно, немного переусердствовал. Она заметила меня, и наши взгляды встретились.

Ишшики замолчала, лишь слегка приоткрыв рот, словно ахнув. А возможно, охнув. Но удивлённое выражение сохранилось на её лице лишь на мгновение. Тут же стерев его, она слегка улыбнулась и помахала мне кончиками пальцев, едва видневшихся из-под рукава кардигана. Эта улыбка и этот жест оказались на удивление хитроумными и скрытными, словно тайный знак влюблённых, который не должен быть замечен посторонними.

Я даже не знал, как реагировать. В итоге я ответил чем-то средним между лёгким кивком и поклоном. А Ишшики, просто продолжая болтать с подругами, исчезла в главном здании школы.

Тяжело вздохнув, я поднял взгляд к небу.

«Неужели она подумала, что я её проигнорировал? Как я должен был отреагировать? Помахать в ответ? Нет, это выглядело бы отвратительно. Поклониться должным образом? Ну, если бы она была одна, то да, но в присутствии других людей всегда ведёшь себя немного иначе. Или зевнуть и сделать вид, что ничего не вижу? В любом случае, так напряжённо ломать голову — это отвратительно. Паршиво! Я с самого начала всё испортил!»

Но теперь двор снова принадлежал только мне. Я прикрыл глаза, наслаждаясь одиночеством. Банка MAX Coffee, из которой я ещё не сделал ни глотка, в моей руке потеплела.

Внезапно рядом послышался хруст шагов по гравию. И сладкий голос, произнёсший: «Приве-е-е-ет».

Я обернулся на звук и тут же рефлекторно отшатнулся, когда моя щека коснулась чего-то мягкого и холодного. Передо мной стояла Ироха Ишшики, которая, казалось бы, только что ушла в свой класс. В руке у неё была бутылка воды «I LOHAS». Она что, из тех девушек, что раздают рекламные подарки? Ну да, она милая. Я бы даже сказал, до ужаса милая.

— Э-э-э… Что-то случилось? — хрипло спросил я. Имея в виду: «Разве ты не вернулась в класс?»

— Я сказала, что мне нужно зайти в школьный совет, и ускользнула, — сообщила она, плюхаясь на скамейку рядом со мной.

— У-угу…

Разумеется, ни в какой школьный совет она не собиралась. Она лишь устало вздохнула, приложив бутылку ко лбу.

— Когда говоришь, что тебе нужно в туалет или хочешь купить себе что-нибудь выпить, все просто идут вместе с тобой, понимаешь? — пояснила она, помахивая бутылкой. Ага, значит, эта вода — просто предлог, чтобы сбежать от подружек.

— Хм. На то и новый семестр. Всегда стараешься идти куда-либо вместе со всеми.

— Вот и-и-именно. Так что очень удобно, что можно сослаться на школьный совет… в такие моменты.

— Да, очень удобно. Прекрасно тебя понимаю, — кивнул я в ответ. Да, в нашей школе президентом школьного совета была именно Ироха Ишшики. Правда, вспоминала она об этом только тогда, когда ей хотелось уединиться для отдыха. Очень, очень удобно.

— Ты правда понимаешь? — удивлённо уставилась на меня Ишшики.

— Ага… Это похоже на то, когда встречаешься с кем-то после работы или занятий, и оказывается, что вам нужно идти в одном направлении. Становится так неудобно, что приходится придумывать оправдания, вроде «Ой, у меня ещё одно дело есть», лишь бы не идти вместе.

— Это совсем другое… — Ишшики раздраженно вздохнула, прижала руку к груди и слегка наклонилась, заглядывая мне в лицо. — Я не это имела в виду… — Она пододвинулась еще ближе и тихо прошептала мне прямо в ухо, — Я говорю про такие вот моменты.

Вокруг никого не было. Но от её тихого шепота мне показалось, будто мочку моего уха кто-то укусил.

— Э-э… да, конечно. Именно в такие моменты, верно? Хорошо, так что случилось? Чего ты хочешь? — Попытался я скрыть свое смущение, отстраняясь и стараясь уйти от цветочного аромата и щекочущего ощущения.

— Да ничего особенного… — Ишшики ловко вернулась в прежнюю позу. — Подожди, это ведь ты смотрел на меня. Я и подумала, что ты хочешь, чтобы я подошла. В смысле, когда я тебе помахала, ты меня проигнорировал.

— А как я мог ответить… Я не хочу, чтобы всё выглядело странно и среди моих друзей поползли всякие слухи…

Мое изображение очаровательной застенчивости, в стиле героинь старых игр, почти не повлияло на выражение лица Ишшики.

— Что?

Хм, может, она еще слишком юна для этого. Она выглядела очень серьезно, даже не пытаясь сказать что-нибудь вроде «Да нет у тебя никаких друзей».

Я тихонько хмыкнул, вспомнив предыдущий подобный разговор.

— Ну да, некоторые ребята так и ведут себя, — снова вздохнула Ишшики. — Они не будут разговаривать с тобой без какой-либо причины. А затем, придумав глупую причину, будут навязчиво пытаться завязать разговор.

— Слушай, не надо так. Некоторые парни делают всё, что могут, если им выпадает шанс. Прекрати.

— Вот я и думаю, зачем идти ко мне спрашивать, что будет на контрольной, если можно спросить у своих друзей, — Ишшики не слушала меня. — А потом они продолжают досаждать тебе в Line, и тебе приходится делать вид, что ты спишь, понима-а-а-аешь?

— Хватит, хватит, хватит. Не надо топтаться по больным местам школьников. Особенно по моим. Порой одно небольшое действие может изменить мир… Я верю…

Все так. Изменив повседневность, можно изменить мир. Так позвольте мне изменить мир… Я хочу вместе с вами творить чудеса…

Пока я уставился в пустоту, стараясь сформулировать свою жалобную молитву, Ишшики мрачно смотрела на меня. А потом улыбнулась, словно спрашивая: «И что же ты можешь сделать?»

— Ты в своем классе тоже так себя ведешь? У нас ведь у всех новые классы.

— Ну да, новые. Только на третьем году ты уже практически со всеми знаком, так что нет нужды стараться завязать новые отношения. И я говорю не только про себя. Просто нет смысла начинать разговор с кем-то.

Это было всего лишь мое мнение как аутсайдера, но Ишшики отнеслась к нему совершенно серьезно.

— Понятно… Так ты уже на третьем году, да?

— Да, на третьем… — пробормотал я, мрачнея. — Так что теперь у меня другие проблемы.

Ишшики покачала головой, ее светлые волосы скользнули по белой шее. Отбросив прядь с губ, она молча смотрела на меня, ожидая продолжения.

— Кое-кто начал называть все подряд в старшей школе «последним», и это немного неприятно… — еще более мрачно добавил я, скрестив руки на груди.

Проблема в том, что они не совсем неправы. Можно даже сказать, что нынешний момент тоже является моим последним в старшей школе.

Не то чтобы я не понимал желания назвать что-то «последним в старшей школе», но в таком случае каждый чертов день можно считать каким-то событием. Не дают покоя лавры Мати Тавары [1]?

Кажется, мое выражение лица стало явно мрачнее. Ишшики тоже скривилась.

— А-а, это как парочка, которая только начала встречаться, отмечает годовщину чего-то.

— Ага.

— Да, это немного раздражает. Они выкладывают такие посты в соцсетях, тебе хочется сказать «Заткнись, всем плевать», но приходится ставить лайк.

— У-угу, — внезапно заикнулся я. Понятно, значит, Ирохасу из тех людей, кто обязательно поставит лайк, даже если втайне это ненавидит. Как мило… Я никогда и не собирался выкладывать подобные сообщения о годовщинах, но все же у меня мелькнула мысль, что не стоит зря раздражать людей.

Но даже я всего лишь человек. Не то чтобы у меня никогда не возникало желания сделать годовщину особенной.

У каждого есть хотя бы одна-две даты, которые хотелось бы запомнить. Даже обычный, малозначительный день для кого-то может стать незабываемым юбилеем.

Лучший тому пример — дни рождения.

Я снова подхватил банку MAX Coffee, которую недавно поставил на скамейку, и протянул Ишшики.

— Кофе хочешь?

— Что? Предлагать кому-то недопитое тобой — это настоящее преступление! — Ишшики взмахнула руками перед грудью, словно защищаясь, и отскочила к краю скамейки.

— Да не пил я… Смотри. Видишь, язычок не тронут? Она вообще еще не открыта, — демонстративно помахал я банкой, доказывая свою невиновность.

Кажется, мои слова возымели действие. Ишшики пересел поближе и неуверенно потянулась за банкой.

— Э-э, ну, спасибо… Тогда можно и взять. Хотя не уверена, что буду его пить…

Просто до боли честно, не так ли?.. Но в этом есть что-то милое, что она не отвергает подарок полностью, даже если и не хочет его.

— С днём рождения, — криво улыбнувшись, я вложил MAX Coffee в её протянутую ладонь.

Исишики замерла, уставившись на банку в своих руках. Она моргнула, тихо вздохнув, но по-прежнему не произнося ни слова.

Я вопросительно взглянул на неё. Она снова вздохнула и принялась теребить свои волосы.

— …Т-ты помнишь, да? Ты ничего не сказал, и я подумала, что ты забыл.

— Нет, просто подходящего момента не нашлось…

Когда я впервые её увидел, она была далеко. А когда подошла, напугала меня своей бутылкой…

Но я никак не мог забыть о дне рождения Ирохи Исишики. Она постоянно напоминала о нём при всяком удобном случае, а в последние дни в кружке помощников только о нём и говорили. Естественно, после занятий решили устроить вечеринку-сюрприз.

Впрочем, даже если это сюрприз, было бы слишком подозрительно не упомянуть о дне рождения при случайной встрече. Когда достигнете моего уровня в чемпионате по чуткости, такие вещи будете просчитывать мгновенно. Подумаете: «У меня сегодня день рождения, а никто не поздравляет… Ага! Значит, они готовят мне сюрприз?» — а никакого сюрприза не будет. Помню, помню.

То есть, поздравив Исишики сейчас, я ослабляю её подозрения (или надежды) на счёт сюрприза. Это удвоит эффект неожиданности. Очень изящный ход, не побоюсь этого сказать…

Но упиваться самодовольством мне не дали, дёрнув за рукав. Я глянул на Исишики и увидел, что она дуется, недовольно отворачиваясь.

— Одной банки недостаточно, знаешь ли, — угрюмо проворчала она. — Я тебе не какая-нибудь дешёвка.

Да, знаю. У меня есть настоящий подарок… Но об этом пока умолчим. Это будет сюрприз после занятий.

Несмотря на столь явное недовольство, Исишики не швырнула MAX Coffee обратно мне. Вместо этого она убрала его в карман. А затем протянула мне кое-что другое.

— …Э-э, вот, возьми.

— Н-м-м, спасибо, — рефлекторно поклонился я, принимая бутылку «I LOHAS». — …А? Что? — и непонимающе уставился на Исишики.

— Взамен… кофе, — поразительно прямо ответила она, продолжая смотреть куда-то в сторону.

Ясно. Ничего не ясно. Почему эта девчонка отдала мне «I LOHAS»? Я могу объяснить банку MAX Coffee как подарок на день рождения, но не вижу ни одной причины, по которой я должен был получить что-то от Исишики.

— У-угу… — в замешательстве уставился я на бутылку в своей руке. Это получается история про соломенного миллионера, да? [2]

Исишики громко откашлялась, ткнула в меня пальцем и надулась, словно стараясь скрыть румянец на щеках.

— …Это обмен, понятно? Так что подарок, который ты мне дал, недействителен!

— А?.. — разве так относятся к подаркам? Даже если что-то дают взамен?

— Так что можешь подарить мне что-нибудь потом… — быстро продолжила она, не давая мне прийти в себя. — Например, на этих выходных. Я как раз свободна, понимаешь?

— А? Ну, я, честно говоря, и собирался подарить что-то ещё… — вернее, сегодня после уроков. Но поскольку это сюрприз, я не мог сказать прямо. Однако, вот дилемма!

В ответ на моё молчание Исишики широко улыбнулась. Она подалась вперёд, положила мне руку на плечо, другой прикрыла рот и интимно прошептала: — Подарок — это просто предлог.

Прежде чем я успел притвориться дураком и спросить, что это значит, она вернулась на своё место, снова улыбаясь.

Мой вздох был заглушён звонком на урок. Исишики тут же вскочила и отошла на несколько шагов. Затем развернулась, слегка взмахнув юбкой.

— Жду выходных! — помахала она мне рукой, демонстрируя, что не собирается слушать мой ответ, и побежала к главному зданию.

— Л-ладно… — мне пришлось растерянно кивнуть в её удаляющуюся спину, даже зная, что она этого не увидит.

Вот так незаметно у меня появились планы на выходные.

О да, от Ирохасу ничего другого и нельзя было ожидать.

Меня буквально поразило, как она сумела на сто процентов переработать только что купленную бутылку воды, извлекая из неё интересную перспективу. Она не просто читает меня как открытую книгу — она буквально обвела меня вокруг пальца…

Не знаю, сколько ещё раз нам так доведётся пообщаться. Могу поклясться, что тактика Ирохасу была прежней, но всё же казалось, что она эволюционировала, став ещё более хитрой и милой.

Лёгкое и изящное накопление жизненного опыта. Это простое действие явно тронуло моё сердце и предопределило наше будущее.

Ирохасу — это просто нечто…

---------------------------------------------------------

Примечания

1. Японская поэтесса и переводчица. Имеется в виду её танка «Ты сказал, очень нравится вкус, значит нынешний день — годовщина салата».

2. Японская народная сказка о бедном человеке, который разбогател, обменивая вещи. Начиная с одной соломинки.