Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 185 Заветное желание

Дата выхода оригинала: 11.09.22

Весть о предстоящем торжестве во дворце достигла Ариадны еще прошлым вечером.

— Нашу семью пригласили целиком… — произнес кардинал.

Развернув выданное ей приглашение, Ариадна увидела, что на завтра назначена как дневная церемония, так и вечерний бал. Однако причина столь пышного мероприятия оставалась загадкой — о ней не было ни слова.

— Ох, папа! Как же вам это удалось? Ведь это такая редкость! — Изабелла, только что узнавшая, что Камелия де Кастильоне не получила приглашения, расцвела в сияющей улыбке.

Кардинал де Маре в ответ лишь сухо кашлянул. Эти приглашения, хоть и были получены ценой выполнения не самого благовидного поручения, сулили семье значительную выгоду. А то, как радовалась его старшая дочь, приятно тешило его самолюбие.

— Необходима тщательная подготовка, событие весьма масштабное, — дал он указание.

— А чему… посвящено это торжество? — поинтересовалась Ариадна.

Отец ответил весьма расплывчато:

— Это не сугубо официальная церемония, но… Некое восстановление в правах, можно сказать? В любом случае, повод радостный, так что можете смело наряжаться.

— Ах, как замечательно!

Восторженные восклицания Изабеллы разнеслись по всему обеденному залу в особняке семьи де Маре.

***

Слова кардинала о том, что церемония не является «сугубо официальной», оказались правдивыми.

Едва семья переступила порог дворца, как выяснилось: церемония состоится в Зале Солнца — главном зале Палаццо Карло. Именно здесь монарх традиционно объявлял о важнейших событиях, раздавал титулы, решал вопросы касательно престолонаследия и прочие дела государственной важности.

Тем не менее, в последнее время в Этрусском королевстве не происходило ничего, что требовало бы столь торжественной обстановки. Ни убранство зала, ни сам протокол мероприятия явно не соответствовали событию государственной значимости.

— Я здесь впервые, — восторженно прошептала Изабелла, обращаясь к стоявшему рядом Ипполито. Ей было выделено место в одном из передних рядов, откуда королевская речь была слышна превосходно.

Зал Солнца оставался закрытым для посещения, если не происходило что-то действительно исключительное — порой он оставался пустым более десяти лет. Неудивительно, что Изабелла оказалась здесь впервые.

В этот день семье кардинала де Маре даже отвели места впереди семьи маркиза Бальтазара. Вполне естественно, что Изабелла густо покраснела от восторга. Ипполито также был взволнован, удостоившись чести присутствовать на столь важном государственном событии.

Впереди раздался голос короля:

— Для начала я оглашу результаты проведенного расследования.

Едва Лео III начал говорить, как все приглашенные устремили на него свои взгляды. И тут, слева от монарха, словно возникнув из ниоткуда, появилась рыжеволосая женщина в белом платье. Ее появление не сопровождалось ни звуком рога, ни официальным объявлением, однако она мгновенно завладела всеобщим вниманием.

Несмотря на торжественность момента, по залу прокатился приглушенный шепот.

— Это ведь графиня Рубина?

— Графиня Рубина… в Зале Солнца?..

— Неужто её объявят королевой?!

Единственная причина, по которой графиня Рубина могла бы стать центральной фигурой здесь, в Зале Солнца, — это церемония коронации. И Лео III прекрасно осознавал это.

Он продолжил читать заявление:

— По окончании всестороннего расследования, проведенного лучшими следователями Этрусского королевства, было установлено, что между кончиной покойной королевы Этрурии Маргариты и графиней Рубиной отсутствует какая-либо связь.

Гул в толпе заметно усилился.

Лео III лишь слегка нахмурился, услышав поднявшийся шум, и продолжил читать пергамент.

— В связи с этим, отдавая должное заслугам графини Рубины, я и устроил это собрание, дабы в полной мере и перед лицом всей нации заявить о её невиновности.

Однако сомнения присутствующих никуда не исчезли.

— И это всё?

— Открывать Зал Солнца ради такого?

— Погодите, а это случайно не связано с недавними слухами? Говорят, Галлико требовало выдачи графини. Должно быть, это такой дипломатический жест в их сторону!

— И всё же, для подобного достаточно было бы простого королевского указа. К чему понадобилось открывать Зал Солнца?

— Более того! — раскатистый голос Лео III разом оборвал все перешептывания.

Присутствующие послушно замолчали, вновь сосредоточив всё своё внимание на словах монарха.

— Сегодня я намерен прояснить один факт, который до сих пор оставался в тени. Это касается родословной де Карло.

Все присутствующие напрягились. Никто не имел ни малейшего понятия, к чему он клонит. Неужели он собирается провозгласить графиню Рубину королевой и заявить, что начнёт с ней новую династию? Или, возможно, он признает графа Чезаре своим законным сыном?

Однако слова, произнесённые Лео III, ошарашили всех:

— У меня был младший брат.

Подобного не знали даже самые осведомленные светские сплетники и исследователи королевских родословных.

Поднявшийся в зале ропот превзошел всё прежнее оживление. Не в силах скрыть своего раздражения, Лео III был вынужден вновь призвать к тишине:

— Довольно!

Гул мгновенно стих.

Удовлетворенно окинув взглядом зал, погрузившийся в тишину, Лео III продолжил:

— Мой младший брат с самого рождения отличался слабым здоровьем, поэтому о его появлении на свет не было объявлено официально. В конце концов, он ушёл из жизни совсем юным.

«Разве такое возможно?!» — подобные мысли пронеслись в головах у всех присутствующих.

Никогда прежде рождение законного принца не скрывали просто из-за слабого здоровья. Гораздо более вероятно, что перед смертью его поспешили бы окрестить.

Однако в зале воцарилась странная и напряжённая атмосфера. Если король решил открыть Зал Солнца, чтобы нести подобную чушь, это означало его твёрдую решимость. Ни у кого из дворян не нашлось смелости выступить вперёд и оспорить короля.

То же самое можно было сказать и про графа Маркеса, маркиза Бальтазара и графа Контарини. Ни один из них не был предварительно уведомлён о теме сегодняшнего собрания, за исключением хвастливых заверений Лео III о том, что у него «всё под контролем».

Король уже вышел на сцену, и представление началось. Зрителям, стоявшим внизу, оставалось лишь наблюдать, сжимая ладони до пота, насколько далеко он решится зайти.

— Ваше Святейшество, — произнёс король, протягивая руку.

Кардинал де Маре, стоявший прямо под помостом, почтительно передал монарху лист пергамента.

Чтобы получить сорокалетний пергамент, из старой книги рождений было выскоблено имя некоего безвестного дворянина, и поверх него старательно вписали новое имя старыми чернилами. Это была первоклассная подделка — квинтэссенция каллиграфии епархии Сан-Карло.

Лео III высоко поднял документ, чтобы его могли видеть все присутствующие.

— Это свидетельство о рождении моего младшего брата, Виаджо.

Будто почувствовав лёгкий укол совести, король добавил:

— Это оригинал, который всё это время находился в архиве Святого Престола епархии Сан-Карло.

Люди разом повернули головы к кардиналу де Маре, но тот смотрел прямо перед собой, и ни один мускул на его лице не дрогнул.

Если уж ввязался в аферу, то самое выгодное — не пойматься.

— Моё сердце болело оттого, что мой бедный младший брат всё это время оставался непризнанным на официальных мероприятиях, — продолжил Лео III. — Поэтому сегодня, пользуясь случаем, я решил официально объявить о его существовании.

Постепенно люди начинали осознавать, зачем были открыты двери Зала Солнца. Заявление короля сегодня необратимо меняло королевскую родословную. Тем не менее, никто не мог понять практического смысла этого действия. Если этот человек уже мёртв, разве он может как-то повлиять на линию престолонаследия?..

— До сих пор мой младший брат был известен как граф Виаджо де Комо, — заявил король. — Но сегодня я официально изменяю его имя на «Виаджо де Карло».

Лишь услышав эти слова, толпа осознала истинную причину происходящего. Король не выдумал нового фальшивого брата — он повышал в статусе уже существующего родственника.

— И я официально признаю семью моего покойного брата членами королевского рода, — провозгласил Лео III. — Графиню Рубину де Комо и графа Чезаре де Комо.

Из-за спины Рубины выступил граф Чезаре, одетый в старомодный белый парадный мундир и пурпурный плащ. Как и всегда, он был безупречно красив, словно ожившая статуя, но что-то в нем неуловимо изменилось. Ариадна пристально оглядела Чезаре и наконец поняла, в чём дело.

Сегодня на груди графа красовался герб с лавровым листом и оленем — символ королевской власти.

За этим последовало сенсационное заявление:

— Будучи законной женой и законнорождённым сыном Виаджо де Карло, отныне вы становитесь полноправными членами королевской семьи де Карло!

У Ариадны закружилась голова, и она пошатнулась.

Что за нелепость!..

Но у неё не было права падать в обморок. Если она упадёт сейчас — она тут же привлечёт к себе всеобщее внимание. Стиснув зубы, она восстановила равновесие.

Король отказался от принца Альфонсо!

Если попытаться истолковать всё это с максимальной доброжелательностью, можно было бы предположить, что король пошёл на этот шаг, чтобы отодвинуть Бьянку ниже в очереди на престол. Таким образом, у Филиппа IV исчез бы повод лишать Альфонсо жизни.

Но Ариадна слишком хорошо знала Лео III. Нынешний правитель Этрусского королевства не был монархом, способным на столь вдумчивую заботу. Гораздо более вероятно, что он затеял всё это не ради спасения сына, а ради сохранения собственного королевства.

А главной причиной, по которой король устроил эту нелепую клоунаду… было то, что Ариадна сама открыла ему глаза.

От этого осознания она содрогнулась.

Дело во мне. Своими собственными руками я нанесла удар по праву Альфонсо на престол. Своими собственными руками я способствовала тому, что и без того должно было случиться в моей прошлой жизни.

Но как бы ни отчаивалась Ариадна, король не стал ждать. Он бесстыдно продолжил:

— Мать и сын столько выстрадали из-за того, что мне недоставало добродетели.

Любовница и бастард, в одно мгновение превратившиеся в невестку и племянника, печально улыбнулись.

— Дабы вознаградить их за все тяготы, я дарую им новый титул.

В самом деле, если титул графа был вполне допустим для королевского бастарда, то для законного племянника монарха довольствоваться только им было недопустимо по статусу.

— Совсем недавно наш глубокоуважаемый герцог Пизано скончался, и его земли остались без наследника.

Земли Пизано представляли собой пограничные территории на крайнем севере королевства Этрурия, вплотную примыкающие к региону Гаэта. Искони ими управлял древний род Пизано, и герцог действительно умер от продолжительной болезни. Однако заявление о том, что владения остались без наследника, являлось откровенной ложью.

Да, у герцога не было законного сына. Зато у него осталась замужняя дочь, её сын-внук, около дюжины бастардов, да и родственников по боковой линии, способных предъявить права на титул, было предостаточно — они могли бы заполнить целую комнату. Но из-за отсутствия законного наследника мужского пола, остальных претендентов можно было в той или иной степени оттеснить посредством королевской власти.

— Посему я жалую Чезаре де Карло возвращённые короне земли Пизано и дарую ему титул герцога Пизано. Отныне, как и подобает члену королевской фамилии, ты обязан без остатка жертвовать собой ради приумножения мощи нашего государства.

Граф Чезаре — нет, теперь уже герцог Пизано — преклонил колено перед королём.

Лео III поднял церемониальный меч и коснулся им сначала левого плеча Чезаре, а затем его головы, исполняя ритуал присвоения титула.

Всего два простых жеста, но их истинный смысл был далеко не прост.

— Чезаре де Карло. Добро пожаловать в королевскую семью де Карло — правителей королевства Этрурия, — завершил король.

***

После того как в Зале Солнца Чезаре де Комо — нет, теперь уже Чезаре де Карло — было присвоено герцогское звание, королевское торжество не завершилось. Началась вторая часть программы: бал в Зеркальном зале.

На улице постепенно сгущались сумерки. Шагая по открытой галерее в сторону Зеркального зала, Ариадна решила, что найдёт подходящий момент и пораньше ускользнёт домой. У неё абсолютно не было настроения веселиться на балу.

Грандиозный оркестр, который король собрал, откровенно превысив все мыслимые пределы расточительства, заиграл первые ноты триумфальной вступительной композиции.

Окинув взглядом бальный зал и присмотревшись к изысканным украшениям, Ариадна почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

Организация этого банкета стоила минимум двадцать тысяч дукатов. А если учесть, что ради этого был открыт Зал Солнца, в спешке нанят огромный оркестр и щедро украшен Зеркальный зал, сумма вполне могла приблизиться к тридцати тысячам. И эти деньги могли бы сыграть значительную роль в спасении жизни Альфонсо.

Ариадна уже собиралась в отчаянии запустить пальцы в волосы, но тут же вспомнила, как её горничная Анна приложила всё своё мастерство, чтобы заплести их в сложную причёску. Она поспешно опустила руку.

Нужно выбираться отсюда.

Она оглядела бальный зал. Дочерям кардинала де Маре достались места в первых рядах, прямо у танцующих.

Изабелла, сидевшая напротив Ариадны, сегодня впервые за долгое время по-настоящему нарядилась. Ей до смерти надоело вечно кутаться в скромные наряды, изображая из себя деревенскую простушку. Наконец-то появился идеальный повод надеть любимое атласное платье.

Разумеется, теперь она не могла транжирить деньги так же щедро, как в те времена, когда домом управляла Лукреция, поэтому наряд уже не отличался прежним совершенством деталей. Однако её чутье по-прежнему не подводило: искусно скроенное платье из нежно-бирюзовой ткани сидело на ней так изящно, что Изабелла выделялась даже среди пяти сотен почётных гостей, собравшихся в бальном зале.

Окинув взглядом центр зала, Изабелла посмотрела на Ариадну. Встретившись глазами с сестрой, она многозначительно улыбнулась.

Я красивее тебя.

Цветовой контраст ещё сильнее притягивал взгляды толпы: черноволосая Ариадна в алом платье, ярком, как розы, — против Изабеллы в нежно-бирюзовом наряде, со светлыми, как лён, волосами.

Именно этого Изабелла и добивалась — быть в центре внимания.

Она вела себя в точности как раньше, когда относилась к сестре как к обычному аксессуару. В этот самый миг Ариадна, уступавшая ей в красоте, не имела для неё совершенно никакого значения. Всё её внимание было приковано лишь к Чезаре, стоявшему в самом центре бального зала.

Самая блистательная в этом зале — я. Ведь и тебе это видно?

Герцог Чезаре надменно вскинул подбородок и бросил взгляд в сторону стола семьи де Маре. На миловидном личике Изабеллы расцвела сладкая улыбка.

Она поднялась со своего места и уверенным шагом направилась в центр бального зала.------------Прим. перев.: 116 глава манхвы.Судя по 붉은 장미색 드레스 — «платью цвета алой розы» — здесь кроется отсылка к наряду Ариадны из 116 главы новеллы (любопытное совпадение номеров). Там он описывался как 장미꽃처럼 화려한 다홍색의 실크 드레스 — «алое шёлковое платье, яркое как розы». Это тот самый наряд из бутика Коллециони, который она подготовила к возвращению Альфонсо, но так и не смогла надеть из-за выходки Изабеллы.