Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 193 Доказательство силы

Серебристый экипаж кардинала де Маре доставил Ариадну прямиком к приюту Рамбуйе. едва усевшись в карету, она сожалела, что не распорядилась подать обычный черный экипаж. Совершенно нежелательно было привлекать к себе внимание.

Однако времени на замену уже не оставалось. Да и корить слуг казалось неудобным: в последнее время, если отец никуда не выезжал, серебряная карета сама собой переходила в распоряжение Ариадны.

— Поезжай до самых дверей, — прозвучал её приказ.

Вместо того чтобы выйти у главных ворот, Ариадна намеревалась проехать через двор к парадному входу. Обычно, в знак уважения к заведению, она проходила территорию пешком, но сегодня безопасность стояла на первом месте.

— Великолепная идея, госпожа! — горячо вторила ей Санча.

Как только они въехали, главные ворота с грохотом закрылись за ними.

Санча, выглянув в щель между шторами, принялась докладывать о ситуации:

— Бедняки заполонили внутренний сад — они буквально облепили железную решетку! Похоже, им пока не удалось прорваться, но прутья уже трещат. Если решётка рухнет, они хлынут сюда целым потоком!

Ариадна планировала немедленно встретиться с синьором Альбани, главой административного отдела приюта.

— Главное, чтобы синьор Карузо оказался на месте, — заметила она.

— Желаете встретиться с администратором через него, госпожа?

— Да.

Как только карета остановилась у парадного входа, одна из лошадей встала на дыбы. Вероятно, почувствовав напряжение, повисшее в воздухе, животное издало громкое, сильное ржание.

Этот звук немедленно привлёк внимание бедняков по ту сторону решётки.

— Наверняка это начальство!

— Чья это карета? Кто тут главный?!

— Еды! Дайте нам супа и хлеба!

Даже находясь в экипаже, Ариадна не могла не заметить взгляды, устремлённые на них.

— Скорее, пойдём, — с тревогой поторопила она Санчу.

Ариадна ускорила шаг, изо всех сил стараясь не смотреть на бедняков. Но когда она подошла к парадному входу приюта, то обнаружила, что дверь, обычно всегда распахнутая настежь, наглухо заперта.

Ариадна шагнула вперёд и коротко постучала. Ответа не последовало. Подождав немного, она ударила сильнее — раз, другой. Но створки по-прежнему не поддавались. Не выдержав, Санча оттолкнула госпожу и со всей силы заколотила по дереву кулаками.

— Прибыла госпожа Ариадна де Маре! Открывайте! — требовательно воскликнула она.

Наверняка её всё же услышали: за дверью послышалась какая-то суета. Ариадна, не переставая с напряжением оглядываться на внутренний сад, про себя с облегчением вздохнула. Наконец-то откроют. Но в этот самый миг…

Раздался ужасный, леденящий душу треск, как будто там что-то тяжёлое обрушилось.

— Что это ещё…

Санча первой поняла, в чём дело, и в панике пронзительно закричала:

— Живо откройте дверь!!!

Железная решётка, отделявшая внутренний сад от переднего двора, не выдержала. Нищие неудержимым потоком хлынули наружу. Люди внутри приюта явно наблюдали за всем этим: за дверью послышался голос, грубо отчитывавший того, кто пытался отодвинуть засов. А затем вся суета разом прекратилась.

Наступила мёртвая тишина.

— Эй!!! Откройте, кому говорят!!! — в ярости закричала Санча, но наглухо запертая дверь даже не шелохнулась.

Тем временем толпа, хлынувшая на передний двор подобно стаду бизонов, уставилась на Ариадну у парадных дверей.

— Это ещё кто?

— Выглядит богатой!

— Еды! Дайте еды!

В этот момент к ним приблизились несколько самых проворных детишек. Они зарабатывали на хлеб попрошайничеством ещё до того, как их насильно загнали в приют. Движения их протянутых рук были отработанными и ловкими, а слова — давно заученными.

— Синьорина, найдётся что-нибудь поесть?

— Проявите милосердие!

Санча сама выросла среди таких детей и отлично знала, к чему всё идёт. Поэтому она заслонила госпожу еще до того, как оборванцы успели подойти вплотную.

— А ну стоять! — рявкнула она.

Если не остановить это в самом начале, нищие облепят их, словно рой слепней, и тогда её госпожа окажется в безвыходном положении.

— Да как вы смеете проявлять подобную дерзость перед благородной госпожой?!

Однако Санча просчиталась. Обычно, если на таких мелких попрошаек как следует прикрикнуть, они пугаются и тут же разбегаются искать другую жертву. Но сейчас девушки оказались отрезаны от остальных. Кроме Ариадны, здесь больше не к кому было пристать. Бедняки были в большинстве, а сзади на них продолжали напирать всё новые и новые люди. Эта слепая масса двигалась не к какой-то конкретной цели — её просто выдавливала вперёд толпа позади.

— Не толкайтесь!

— Нас же тут насмерть затопчут!

— Выбираемся отсюда!

Из толпы неслись озлобленные, истошные вопли. Испугавшись, что людской поток оттеснит их от добычи, маленькие попрошайки в отчаянии бросились на девушек.

— Подайте хоть одну монетку!

— Нет хлеба, так дайте хотя бы денег!..

Санча оставила затею урезонить маленьких попрошаек. Стиснув зубы, она заслонила Ариадну от нищих. Трое сопровождающих бросились ей на помощь.

Ариадна и её спутники отступили на крыльцо перед парадным входом. Колонны и перила служили хоть какой-то защитой от бушующей людской массы.

Ариадна, стоя на крыльце, с тревогой переводила взгляд с запертых дверей на главные ворота. Она уже отправила Джузеппе с отдельным поручением. Вначале она надеялась на его скорое возвращение, но сейчас её уверенность начала угасать.

Даже если Джузеппе успеет, сумеет ли он успокоить этих несчастных? Или его самого могут ограбить, пока он будет пробиваться сквозь разъярённую толпу?

— Откройте!

Казалось, обитатели приюта Рамбуйе были полны решимости выломать ворота и вырваться на свободу. Какой-то мужчина средних лет, взяв на себя роль предводителя, подстрекал их:

— Ломайте ворота! Пора выбираться! В Сан-Карло, на волю!

Услышав этот призыв, Ариадна напряглась. Она понимала, что обязана остановить их любой ценой.

— Подождите!!! — выкрикнула она.

Голос Ариадны был сильным и низким, но заглушить рёв обезумевшей толпы простым криком было невозможно. Она осознавала сопряжённый с этим риск. Она приехала сюда именно для того, чтобы удержать этих людей. Если они хлынут в город, все её планы пойдут насмарку.

Раздался звон металла: серебряная монета покатилась по камням. Ариадна запустила руку в карман, спрятанный в складках юбки, зачерпнула пригоршню флоринов и бросила их в толпу.

Звук падающих монет привлёк всеобщее внимание. Ариадна почувствовала, как людская масса вздрогнула и на миг замерла. Толпа, ринувшаяся к воротам, замедлила свой ход, чтобы подобрать рассыпанные по земле флорины.

Монеты, катясь по камням, издавали резкий звон. Ариадна снова запустила руку в карман и метнула в толпу ещё одну пригоршню. На этот раз это были наполовину золотые дукаты, наполовину серебряные флорины.

— Дукаты!

— Где?! Где?!

Напор толпы, направленный к главным воротам, моментально ослаб. Вместо этого люди начали угрожающе надвигаться на саму Ариадну.

Лицо Санчи стало бледным как мел.

— Госпожа! Осторожнее! — вскрикнула она.

Ариадна прекрасно понимала, какая опасность ей грозит, но позволить им вырваться в Сан-Карло она не могла.

— Послушайте! — несмотря на попытки Санчи укрыть её, Ариадна повысила голос. — Побег в Сан-Карло не решит ваших проблем!

Сама столица страдала от непомерно возросших цен на зерно. К тому же, из-за недавней чумы, к чужакам относились с большим подозрением. Даже если тысяча нищих выберется за пределы приюта, жители города вряд ли подадут им милостыню, а найти работу, чтобы прокормиться, станет практически невозможным.

— Так вы предлагаете нам умереть здесь от голода?! — раздался яростный крик. Это принадлежал тот самый мужчина, который подстрекал толпу.

— Он прав! Нам уже целую неделю не выдают пайков!

— Моя мать умерла от голода!

— Вы, аристократы, вообще что-нибудь об этом знаете?!

Разбросанные по земле золотые дукаты и серебряные флорины были моментально собраны, и те, кто ничего не получил, разозлились вдвойне.

— Дайте пройти!

— У нее наверняка есть еще деньги!

— Госпожа! Сжальтесь!

— Отдавайте всё, что есть!

— Бросайте её, мы идем к выходу!

Рёв разъярённой толпы казался таким сильным, что, казалось, небеса готовы были содрогнуться. Однако, единства среди бедняков пока не наблюдалось.

Как назло, парадная дверь за их спинами оставалась наглухо запертой. Нищих собралась тысяча, а их было всего пятеро. Оставалось лишь попытаться убедить их словом.

— Я беру на себя ответственность за обеспечение вас продовольствием! — крикнула Ариадна.

Продовольствием? По толпе пробежал ропот.

— Мы наладим выдачу пайков в приюте Рамбуйе. Начиная с сегодняшнего дня, вы будете получать хлеб и суп дважды в день.

Мужчина, явно выступавший в роли лидера, крикнул в ответ:

— Мы что, скот какой-то?! Думаете, бросили нам еды, и дело с концом?! К тому же, с чего нам верить вашим обещаниям? Сам король отказался от нас!

После смерти королевы Маргариты бюджет приюта Рамбуйе был урезан. Расходы на его содержание покрывались из личных средств королевы, и теперь некому было распоряжаться этими деньгами.

Каждый раз, когда глава административного отдела обращался с жалобами в Палаццо Карло, приюту выделялись лишь крохи из резервного фонда. Но этого едва хватало для выживания. А когда цены на зерно резко подскочили, ситуация стала катастрофической.

— Я — Ариадна де Маре, из семьи Его Высокопреосвященства, кардинала де Маре, — представилась Ариадна.

— Девушка, узревшая истину!

Кое-кто в толпе узнал, о ком шла речь.

— Та самая знаменитая вторая дочь кардинала де Маре!

— Это она разоблачила апостола Ассерето?!

— Говорят, у неё роман с принцем!

Поверить в это было трудно. Знаменитость, чьё имя было у всех на устах в столице, стояла перед ними и с полной уверенностью обещала накормить всех. Бедняки, только что готовые ринуться в Сан-Карло, замерли в нерешительности.

— Может, стоит прислушаться к тому, что она говорит? Всё равно на улице нам ничего не светит…

— Деньги у неё есть. Но сможет ли она нас накормить?

Однако, мужчина, взявший на себя роль предводителя, быстро пресекал эти сомнения.

— Идиоты! — Его голос повысился, и он обвёл взглядом собравшихся вокруг него бедняков. — Еда — это второстепенно! Главное — свобода!

Он продолжал сурово отчитывать толпу:

— Как же вами легко манипулировать! Пусть она и дочь кардинала, но сам-то он не здесь! Откуда у юной девушки, лишенной реальной власти, еда для нас?

Кто-то с робкой надеждой спросил:

— Но ведь у неё роман с принцем! Может, она сможет уговорить короля предоставить нам продовольствие?

— О чём вы мечтаете! — отрезал предводитель. — И вы в это верите? Раз сам король бездействует, тут не то что любовница принца — даже любовница короля ничего не изменит! Нас уже однажды провели, неужели мы позволим обмануть себя снова?!

Толпа согласно загудела. Эти люди действительно слишком часто становились жертвами лжи тех, кто наверху.

Мужчина, чувствуя поддержку, ещё громче заявил:

— Это всего лишь уловка, чтобы держать нас здесь! Нам нужно бежать, пока есть возможность! Если мы останемся здесь, выпрашивая чужое зерно, то проведём в этом приюте остаток наших дней, как скот!

И он был прав. Приют Рамбуйе назывался приютом лишь формально, а на деле представлял собой настоящую тюрьму для обездоленных. Стоило бродяге появиться в каком-нибудь районе, как местная община немедленно отправляла его сюда. То же самое делала и королевская гвардия, отлавливая на улицах смутьянов или маленьких нищих.

А тот, кто попадал сюда однажды, уже не мог выйти. Детям предоставлялся единственный шанс покинуть приют по достижении совершеннолетия, но взрослые оставались заточены в стенах Рамбуйе до самой смерти.

— И если вы выйдете наружу, вы думаете, там вас ждёт спасение? — горячо возразила Ариадна. — Вы говорите, что умереть здесь или на улице — одно и то же. Но вы ошибаетесь! Останетесь внутри — будете жить, а выйдете — точно погибнете!

Если быть предельно честной, то, вырвавшись наружу, они не только погибнут сами, но и обрекут на гибель всех остальных.

— Мы тебе не верим! Почему мы должны верить?! — взревел кто-то из толпы. — Если даже сам государь отвернулся от нас, почему кардинал должен нас спасать?!

— Точно! Докажи!

— Приведи сюда самого кардинала!

Настроение толпы становилось всё более враждебным. К общему гулу снова примешались яростные выкрики, которые, казалось, поутихли ранее.

— Лгунья!

— Отдай всё, что у тебя есть!

— Вытряси кошелёк!

Ариадна прикусила губу и снова взглянула в сторону главных ворот. Джузеппе должен был появиться уже давно.

— Госпожа! — раздался пронзительный голос Санчи.

— Это Джузеппе!

Горничная заметила его раньше Ариадны: к воротам мчался крепкий конь тёмно-каштановой масти.

Раздался громкий крик Джузеппе:

— Госпожа Ариадна! Я привёз то, что вы просили!

Сразу оценив непростое положение, в котором оказалась Ариадна с сопровождающими, Джузеппе без колебаний выхватил меч. Выйти одному против такой огромной, разгневанной толпы было бы полным безумием, но вслед за ним показался отряд примерно из пятидесяти вооружённых мужчин. Спрыгнув с коней, они синхронно обнажили клинки и решительно направились к воротам приюта.

— Нашли лебёдку! — раздался крик.

Главные ворота были заперты, но вооружённые люди быстро обнаружили механизм снаружи. Раздался лязг перерубаемой цепи, с громким треском завертелось колесо лебёдки, и створки распахнулись настежь. Около полусотни солдат ворвались на передний двор приюта.

Судя чисто по численности, полсотни стражников не смогли бы справиться с тысячной толпой. Однако большинство обездоленных составляли женщины и дети, а почти все молодые мужчины были искалечены. К тому же они были давно истощены голодом, совершенно безоружны и не имели навыков боя. Как только перед ними возник настоящий военный отряд, толпа задрожала и начала рассеиваться на глазах.

Но было и ещё кое-что, что окончательно сломило их сопротивление.

— Только взгляните! — закричал кто-то.

К главным воротам бесконечной вереницей тянулись повозки, доверху нагруженные мешками с зерном. Одна, вторая, третья... Более десяти телег поднялись на холм, и все они остановились у входа.

— Зерно!

— Пшеница!

— Синьорина не солгала!

А тот самый мужчина, что подстрекал толпу к бунту, давно трусливо сбежал — его и след простыл.

Ариадна громко обратилась к обездоленным:

— Вы не останетесь голодными! Первая раздача еды начнётся через три часа!

Следом за ней раздался пронзительный голос Санчи:

— А теперь возвращайтесь во внутренний сад!

Нельзя сказать, что растерянная толпа немедленно покорно двинулась обратно, но основной людской поток уже подчинился словам Ариадны. За исключением проворных беглецов, умудрившихся проскользнуть мимо стражи, матери просто начали собирать своих детей и возвращаться на свои места в приюте. Никто не знал, что принесёт следующий день, но сегодня им однозначно полагался ужин.

Ариадна же не собиралась ограничиваться лишь насыщением их желудков. Она не думала, что приступит к этому так рано, но план реорганизации приюта был ей готов ещё с прошлой жизни, когда она была невестой регента.