Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 212 Итог

Рыцари начали перешептываться.

— Командир, может, для начала отведём её в лагерь?

— Не лучше ли просто отобрать зерно, а девку прогнать?

Грета не понимала ни слова из их разговора, но, безошибочно сообразив, в чём дело, во весь голос закричала:

— Я знаю, где спрятан собранный урожай! Пожалуйста, отведите меня к вашему главному!

Командир отряда оглядел своих людей и спросил:

— Кто-нибудь здесь понимает их язык?

Один из рыцарей, с трудом уловивший пару фраз, неуверенно отозвался:

— Я не особо силён, но… кажется, она что-то бормочет про зерно и командующего.

При этих словах солдаты переглянулись. Зерно. Это слово сразу резануло слух.

— Да это же просто девчонка. Какая от неё может быть угроза?

— И всё же командующий приказал по возможности не контактировать с местными. Мало ли какую заразу они тут разносят.

— Так ведь это провизия! — горячо возразил другой. — Если как следует потрясём её, нам больше не придётся рыскать по округе ради пропитания. Вы только посмотрите, до чего докатился наш славный орден! Вместо сражений разбиваемся на жалкие отряды и шныряем по углам в поисках жратвы!

Командир разом положил конец спорам.

— Берём её с собой. А там уж он сам решит, что с ней делать.

***

Представ перед командующим тяжёлой кавалерией Монпелье, Грета нервно сглотнула — настолько грозным он казался. Этот зрелый мужчина могучего телосложения, облачённый в массивные серебристые доспехи, восседал в окружении таких же огромных воинов.

По спине Греты покатился холодный пот. Её начинало бросать в жар. Она даже не могла понять, от чего так вспотела — от подступающей болезни или от страха.

Чтобы скрыть испарину, она пониже натянула капюшон плаща.

Ещё немного. Нужно продержаться ещё совсем немного.

— Значит, тебя выгнали из деревни? — перевёл вопрос командующего толмач.

— Да! Эти сволочи проклятые! Так им и надо! Как только мой отец умер, они прибрали к рукам всё, чем владела мама, а нас вышвырнули на улицу!

Выпалив эту насквозь лживую историю, Грета украдкой взглянула на лицо командующего.

— Пусть сами попробуют, каково это — остаться ни с чем! Я покажу вашим милостям, где находится деревенский амбар с зерном!

Командующий прищурился, сверля Грету тяжёлым взглядом.

— А тебе с этого какая выгода? Месть? — прозвучал его следующий вопрос из уст толмача.

Грета, вдоволь хлебнувшая уличной жизни, прекрасно знала, как обводить людей вокруг пальца. В таких случаях врать нужно было с размахом.

— Заберите меня с собой в королевство Галлико! — горячо воскликнула она, напустив на себя восторженный вид. — Меня от одного вида здешних людей с души воротит! Я слышала, ваш Монпелье — богатый, процветающий город. Я хочу уехать в большой мир и начать всё с чистого листа!

На самом деле каждое слово в её мольбе было тщательно выверено, чтобы сыграть на тщеславии собеседника. Но в глазах чужаков она выглядела лишь наивной девчонкой, совершенно не знающей жизни.

Командующий сверлил Грету бесстрастным взглядом, а вот стоящий рядом толмач смотрел на неё со смешанным чувством неловкости и жалости.

Следовать за армией для юной девушки — затея отнюдь не из лёгких. Стоит солдатам хоть немного сорваться с цепи, как они превращаются в толпу мародёров, жаждущих грабежей и поджогов. А сейчас ситуация была вдвойне опасной: в лагере находился не только рыцарский орден со строгой дисциплиной, но и непредсказуемая пехота.

Командующий думал о том же самом, но не стал развеивать иллюзии девчонки. Ведь на кону стояло продовольствие. Куда проще наобещать ей, что они заберут её в Галлико, получить зерно, а потом… А потом пусть выживает как умеет.

— И много ли там зерна? — спросил он через толмача.

Попались!

Грета поспешно опустила голову, пряча торжествующую улыбку.

Шла игра, в которой каждый пытался провести другого. И победителем оказался не могучий командующий в серебристых доспехах, а Грета с её бесхитростным, невинным личиком.

— Добрых пятьдесят кантаро наберётся! — ответила она.

Этого количества хватило бы, чтобы вся армия Галлико не знала проблем с провизией целых три недели. Получить столько еды без единого боя и не заплатив ни монеты — от такого не отказываются.

В глазах командующего мелькнула жадность.

— Веди, — приказал он.

***

Верхом на своём осле Грета ехала во главе отряда из пятисот рыцарей. Дестриэ — первоклассные боевые кони, на которых восседали воины, — были втрое крупнее её ослика. Со стороны эта картина выглядела весьма комично, но никому было не до смеха.

Грета привела их именно туда, куда они с Ариадной заранее условились. Это был заброшенный амбар, которым соседняя деревня когда-то пользовалась во время сбора урожая. Прошлой ночью люди Чезаре и Ариадны доверху забили его зерном, над которым уже успели поработать умелые служители приюта Рамбуйе.

— Мы на месте, — объявила Грета.

Глядя на амбар, полный пшеницы, командующий в предвкушении облизнулся. Девчонка не соврала. Внутри действительно лежали нетронутые пятьдесят кантаро отборного свежего зерна.

— Забирайте всё! — скомандовал он.

Зерно было даже расфасовано по мешкам, подготовленное для вывоза. Всё выглядело так, будто кто-то собирался увезти урожай, но в спешке побросал всё, как есть.

Обрадованный неожиданной удачей, командир с широкой ухмылкой наблюдал, как его люди быстро приступают к делу. Рыцари тоже были в прекрасном настроении, предвкушая, что теперь им не придётся неделями рыскать по окрестностям в поисках еды.

Но вдруг из дальнего угла амбара раздался растерянный крик:

— Командир!

— Что там?

— Думаю, вам стоит это увидеть…

Командир тяжёлой кавалерии Монпелье двинулся было на голос, но его резко остановил чей-то панический вопль:

— Нет, не подходите! Немедленно выведите командира наружу! Сейчас же!

Почувствовав неладное, командир тут же выскочил из амбара.

— В чём дело?! — рявкнул он.

— Труп… Мы нашли труп.

И стоило ли поднимать такой шум из-за какого-то мертвеца на вражеской земле?

Он уже набрал в грудь воздуха, чтобы отругать паникёра, но тот выпалил:

— У него почернели пальцы рук и ног… Похоже, это жертва Чёрной чумы!

— И он там не один! Их больше тридцати!

— Они спрятаны прямо между мешками с зерном!

Осознав весь ужас ситуации, командир с перекошенным от ярости лицом начал искать глазами Грету. Она спокойно стояла, прислонившись к косяку у входа в амбар. Заметив его взгляд, девчонка расплылась в торжествующей улыбке.

Вот они, попались!

Грета оставалась на месте, даже не пытаясь скрыть своего триумфа. Бежать она явно не собиралась. И в этот миг командир понял: она довела своё дело до конца. Ловушка захлопнулась.

— Ах ты, крысёныш!..

Было уже слишком поздно, но ему нужно было выместить свой гнев на ком-нибудь. Он выхватил длинный меч с пояса и с размаху вонзил его прямо в грудь девчонки, которая всё это время беззвучно хихикала.

— Ук! — Грета выплюнула полный рот крови. Лезвие всё ещё торчало у неё в груди.

И тут командира вновь пронзил ледяной ужас: что-то было не так. Обычно, когда человеку пробивают грудь, из раны хлещет алая кровь. Но то, что изрыгала эта этрусская девчонка, было густым, почерневшим и мёртвым.

Сама она была живым сосудом скверны.

— Проклятье! Всем наружу!

Командир выдернул меч из её груди и начал остервенело тереть лезвие о кучу сырой земли, лишь бы стереть с него заразную кровь.

Грета тяжело рухнула на колени, а затем повалилась лицом в грязь, словно тряпичная кукла с оборванными нитями.

— Сжечь амбар!

Рыцари спешно предали огню и проклятое зерно, и тела, поражённые Чёрной чумой, но они понятия не имели, как спастись от того, что уже свершилось.

Всё решал один-единственный контакт. И ближе всех к источнику болезни оказался сам командир тяжёлой кавалерии Монпелье.

***

— Госпожа!

Покои Ариадны в дальнем конце западного крыла особняка утопали во мраке. На улице стоял ясный полдень, но повсюду были задёрнуты плотные шторы, не пропускающие внутрь ни единого солнечного луча.

Ариадна опустила даже балдахин над кроватью, отгораживаясь от жалкого пучка света, едва пробивающегося сквозь щель в двери.

— Госпожа, я подниму балдахин!

Резко отдернув ткань, Санча крепко схватила Ариадну за руку и воскликнула:

— Радостные вести! Говорят, тяжёлая кавалерия Галлико начала отступать!

Ариадна лишь безучастно посмотрела на горничную. Она успела сменить ночную рубашку на домашнее платье, но даже не попыталась привести себя в порядок.

— Похоже, сейчас вся их армия движется на север! И отступают они с огромной скоростью! Уже добрались до Манфредо!

Манфредо находился к северу от центральной части Этрурии. Выходило, что армия Галлико уже преодолела треть пути от Сан-Карло до государственной границы.

— Они продержались на окраине Сан-Карло всего три дня, а потом не выдержали и двинулись на север! И как же быстро они побежали! Всё-таки конница! — хихикнула Санча.

Ариадна продолжала смотреть на неё пустым взглядом. Однако опьянённая радостью Санча не замечала, что творится с её госпожой, и ещё какое-то время щебетала о триумфе Этрусского королевства.

— Ах…

Лишь теперь заметив, что с Ариадной что-то не так, Санча умолкла. Она осторожно заговорила:

— Ещё… случилось кое-что нехорошее. Не знаю, будет ли лучше, если вы об этом узнаете…

— Грета мертва, — резко сказала Ариадна.

Санча удивлённо округлила глаза. Вот так новость, откуда она узнала?

— Всё верно.

Санча решила, что всё дело в удивительной проницательности её госпожи. В конце концов, с трудом верилось, что Грета сможет вернуться оттуда живой.

— В Наргере, той деревне, где мы устроили ловушку… Там и нашли Грету, — заговорила Санча.

— Что с ней сделали?

— Закололи мечом… Они сожгли склад дотла, но, к счастью, останки не пострадали. Из-за Чёрной чумы забрать тело не смогли… поэтому наши люди сами похоронили её там же, в яме.

— Слава богу…

Удар мечом означал мгновенную смерть. Значит, она умерла, не натерпевшись ужасов. С пастуха же содрали всю кожу. Ариадна содрогнулась: враги оказались милосерднее соотечественников.

Санча собрала растрёпанные волосы Ариадны, завязала их и сказала:

— Я всегда размышляю над этим, но вы действительно обладаете поразительной проницательностью, госпожа.

— А?

Санча произнесла это отчасти с намерением поддержать Ариадну. Последние несколько дней Ариадна выглядела подавленной.

— Вы поняли, о чём я скажу, едва увидев меня на пороге! Как вам это удаётся?

Ариадна молча спрятала левую руку под одеяло. Четыре дня назад её безымянный палец начал невыносимо болеть, словно его пожирал огонь. Затем на нём появилась крошечная ярко-красная точка — метка свершённого греха.

Как только она увидела её, Ариадна осознала, что Грета умерла. И тут же пришло другое понимание.

Грета не должна была погибнуть от Чёрной смерти. Она была чистой, безгрешной.

Ариадна лишила жизни бесчисленное множество людей. Достаточно вспомнить, как её дорогая Лукреция погибла из-за её козней гораздо раньше, чем в предыдущей жизни. Однако Золотое Правило не наказало Ариадну за это. Было ли это потому, что Лукреция заслуживала смерти? Или потому, что Ариадне было позволено свершить справедливое возмездие?

Одно было ясно: в смерти Греты не было ни того, ни другого.

Подавленная чувством вины, Ариадна закрыла лицо руками. Стоило ей изменить прошлое, как судьба девочки изменилась к худшему.

Если бы Грета осталась жива, её дружелюбный характер, несомненно, помог бы ей найти хорошего мужа. Они могли бы жить душа в душу, родить стайку очаровательных детей. Она возвращалась бы домой после тяжёлого рабочего дня, грелась бы у новенькой керосиновой лампы, играла бы с малышами, обсуждала бы с мужем минувший день и засыпала бы, чувствуя тепло своей семьи рядом. Летом она радовалась бы прохладному ветерку, а зимой согревала бы руки у горячего печёного картофеля. Такая безмятежная повседневность.

Существует ли что-то настолько ценное, ради чего можно было бы всё это принести в жертву? Можно ли утверждать, что Этрусское королевство под властью Альфонсо де Карло, а не Чезаре де Комо, действительно того стоит? Неужели королева Ариадна на месте королевы Изабеллы настолько важна, что ради неё можно оборвать чужую жизнь, а затем позволить миру продолжать своё надменное течение, не заметив потери?

В полном смятении Ариадна зажмурилась.

— Госпожа?.. Вы в порядке?

Заботливый голос Санчи внезапно вернул Ариадну к реальности.

Она подняла взгляд на свою рыжеволосую служанку. Из всех, кто её окружал, Санча была ей почти как родная.

Ариадна прислонилась головой к плечу девушки. Ей отчаянно хотелось почувствовать чужое тепло.

— Запишите, где похоронили Грету, — распорядилась она. — Когда Чёрная смерть отступит, мы заберём её останки, кремируем их и привезём прах в Сан-Карло.

— Как прикажете, госпожа. Я займусь этим, — кивнула Санча.

— И отправьте человека к герцогу Чезаре. Сообщите, что Грета из приюта Рамбуйе совершила подвиг. Пусть он узнает, есть ли способ доложить об этом королю и получить для неё орден.

Наверняка найдутся те, кто будет яростно доказывать, что девушке из трущоб нельзя вручать орден. Но ей было всё равно. Ариадна добьётся своего любой ценой. Она твёрдо решила исполнить последнюю волю Греты.

— Я должна хотя бы зафиксировать, как всё это началось.

Великая чума всё ещё бушевала, а армия Галлико ещё не покинула королевство. Сейчас было не время распространять слухи. Но когда весь этот хаос утихнет, учёные начнут составлять исторические труды. Ариадна хотела, чтобы простое имя Греты осталось на страницах летописей, которые будут передаваться из поколения в поколение.

— Ох, госпожа! — воскликнула Санча. — Да ведь люди уже всё знают!

— А? О чём вы?

Ариадна посмотрела на Санчу.

— Разве армия Галлико не начала отступать? Все недоумевали, с чего эти негодяи так внезапно собрались уходить. Но люди герцога Чезаре, участвовавшие в операции в Наргере, и наши из приюта распространили слухи по всему городу!

Грета была необычайно общительной девочкой. Почти все её любили. Конечно, находились и те, кто её недолюбливал за хвастовство, но в приюте точно не было ни одного человека, который бы её не знал. А после случившегося Грета и вовсе стала главным символом приюта Рамбуйе.

— Все только говорят, что наша Грета пожертвовала собой и заразила галликанцев Чёрной смертью! Что приют Рамбуйе, который всегда считали жалдырем, одолел элитную армию Галлико, которую даже королевская гвардия не смела и тронуть!

Взволнованно Санча потрясла кулаками в воздухе:

— В городе настоящий ажиотаж! Все говорят, что девочка спасла столицу! Дети на улицах поют песни!

— Песни про Грету? — переспросила Ариадна.

— Э-э… ну, да, есть и такие, — ответила Санча. — Но, кажется, песен с вашим именем всё-таки больше.----------Прим. перев.: 137–138 главы манхвы.Заголовки глав 210–212 образуют смысловую цепочку с экономическим оттенком. Название этой главы — 산출물 (Output), нейтральный производственный термин: буквально — «результат», «продукт на выходе», «итог».