Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 281 Непонятые чувства

— Эти твари сделали из меня одноглазого калеку без руки, — процедил Элько сквозь стиснутые зубы с горькой самоиронией. — Я больше никогда не смогу взять в руки меч. Галлико отняло у меня всё! Кто ненавидит их сильнее меня?! Да никто!

Манфреди мысленно прикусил кончик языка. Элько потерял глаз и руку — его изувечили проклятые галликанцы. Обвинять его в шпионаже было, конечно, слишком.

Альфонсо тоже бросил на Манфреди холодный взгляд. Элько прошёл в Йесаке через все круги ада. Он брался за грязную работу, от которой отказывались другие, просто потому что перестал быть воином. Как можно вообще сомневаться в его преданности Этрусскому королевству?

Манфреди успел пожалеть о своих словах, но, встретившись с ледяным взглядом принца, поспешил извиниться:

— Прости, Элько… Я перегнул палку.

Элько сверкнул единственным глазом и решительно ответил:

— Я одинокий странник без семьи и рода. У меня нет иных желаний, кроме возвышения Его Высочества.

Манфреди лишь кивнул и закончил свои расспросы. А вот Бернардино все еще не сдавался.

— Ваше Высочество, почему вы нам ничего не сказали?!

Бернардино лучше всех знал, насколько сильно Альфонсо ненавидит Лариессу и любит Ариадну.

— Не нужно было жертвовать собой ради нас! Если бы вы с нами посоветовались, мы бы нашли выход, чего бы это ни стоило!..

— На тот момент это было лучшим решением, — перебил его Альфонсо.

Если бы королю Филиппу IV удалось убить принца, выдав его смерть за болезнь или несчастный случай, все было бы кончено.

— Мы помогли бы вам бежать даже ценой собственных жизней!..

— Моя обязанность — защищать вас, — отрезал Альфонсо, а затем тяжело добавил: — А Элько — доказательство того, что я не справился со своим долгом.

Бернардино и Манфреди промолчали. Только Элько опустил голову, и его единственный глаз слегка покраснел.

— Больше об этом ни слова.

Альфонсо молча посмотрел в окно.

Еще раньше король Лео III пришел в ярость, узнав, что у сына уже есть жена, о которой он ничего не знал. Сразу после аудиенции принца утащили в кабинет короля.

— Ты женился без моего разрешения?!

— Ваше Величество, вы уже дали свое согласие, — спокойно ответил принц.

— Что? Когда? На ком ты женился?..

На растерянный вопрос Лео III принц Альфонсо ответил:

— Моя жена — великая герцогиня Лариесса де Валуа из Галлико.

— Повтори-ка?

— Это вы отправили меня в королевство Галлико, чтобы жениться на ней, Ваше Величество.

— Ха! — в ярости выкрикнул король. — Это дело прошлого! Сейчас все по-другому! И я бы ни за что не дал согласия!

Лео III торопливо принялся сыпать причинами, по которым не может позволить Альфонсо жениться на Лариессе.

— Мне и так никогда не нравился ее характер! К тому же в последнее время здоровье у нее совсем расклеилось. Ходят слухи, что она не выходит из дома! Как я могу женить наследника Этрурии на нездоровой полоумной бабе?!

Характер великой герцогини Лариессы не изменился за прошедшие годы. Настоящая причина, по которой Лео III был против этого брака, заключалась в том, что великая герцогиня была теперь бесполезна. Она больше не могла дать королю доступ к формуле пороховой смеси. Да и политическая ситуация изменилась за годы войны и чумы.

Без истинной причины его возражения звучали неубедительно. В ответ на эти неразумные доводы принц Альфонсо ответил ровным голосом:

— Я уже подписал брачный договор.

— Что?!

Лео III тут же потребовал, чтобы ему немедленно принесли договор для проверки. Должно быть, сейчас слуга короля уже получил документ и мчался с ним обратно во дворец.

Альфонсо смутно догадывался, что с договором могут быть юридические проблемы. Именно поэтому он до сих пор не объявлял публично о браке с великой герцогиней Лариессой.

А если он недействителен?.. Но какая разница?..

Король Лео III устроил истерику из-за плохого здоровья Лариессы. Альфонсо и сам заметил по ее письмам, как ухудшается ее состояние.

Хотя она никогда не говорила об этом прямо, Лариесса все чаще писала, что большую часть времени проводит в постели или давно не выходила на прогулку. Почерк стал не таким ровным, как прежде. К концу войны письма приходили нерегулярно — то долгое молчание, то сразу несколько писем одновременно. Видимо, когда ей становилось хуже, она не могла писать.

Но для Альфонсо ее болезнь была не поводом отказаться от брака, а, напротив, причиной жениться.

Она посвятила себя мне, упустив время для замужества. И здоровье потеряла.

Независимо от того, какие чувства он испытывал к ней, ему было ее жаль. Искренне жаль.

Я должен взять на себя ответственность за нее.

Альфонсо снова посмотрел в окно. Именно в этом дворце он сказал Лариессе, что не любит ее. Именно у этого окна он отказал ей в последней встрече, когда она умоляла об этом.

И все из-за того, что любил черноволосую девушку.

Альфонсо горько усмехнулся.

Последние четыре года Лариесса была ему предана. Пусть эта преданность была болезненной и извращенной.

Однако стремление жениться на герцогине проявилось у него совсем недавно — только лишь после того, как он заметил девушку с черными волосами, которую Рафаэль де Бальтазар уводил из толпы.

Альфонсо специально заявил Лео III, что он уже состоит в браке с Лариэссой. Таким образом, он хотел пресечь любые возможные брачные переговоры с младшей дочерью великого герцога Ольденбургского.

К тому же, подпись под брачным договором с великой герцогиней действительно существовала. Рано или поздно соглашение либо должно было быть исполнено, либо официально аннулировано, что потребовало бы вмешательства на государственном уровне. Поэтому сообщить королю всё равно было необходимо.

Но зачем ему было заявлять об этом в присутствии своих советников? Ему пришлось признать, что он действовал под влиянием момента. Ариадна продолжила жить своей жизнью, совершенно не обращая внимания на его отсутствие. Его охватил приступ гнева, когда он увидел её счастливой без него.

Альфонсо откинулся спиной на стену, притянул колено к груди и устроился на подоконнике. Это напомнило ему юность, когда он сидел в этом же месте, мечтая провести время с Ариадной в южном дворце в Таранто.

***

Герцогиня Рубина получила одновременно и хорошую, и плохую весть.

— О чём он вообще говорит? — проворчала она.

Письмо от Чезаре вызвало у неё дурное настроение. Рубина ранее отправила сыну сообщение, в котором говорила, что теперь, когда Альфонсо вернулся, ему тоже пора возвращаться в столицу. В ответ он прислал ей стихи, восхваляющие красоту герцогства Пизано.

— Значит, он не вернётся, так? — потребовала Рубина разъяснений.

— Откуда я… могу знать его мысли…

— Вот именно! Зачем я вообще тебя спросила!

Выплеснув свой гнев на горничную, Рубина в раздражении бросила письмо.

— Все мои слуги абсолютно бесполезны!

Герцогиня продолжала ворчать, совершенно не обращая внимания на то, слышит ли её кто-нибудь. У горничной в уголках глаз навернулись слёзы. Ранее она служила в скромной семье небогатых дворян.

Однако была и приятная новость. Оттавио был назначен новым графом Контарини после кончины предыдущего графа. Вместе с титулом он также унаследовал место своего отца в малом Королевском совете.

Как я и знала.

Король Лео III искусно играл на нервах. Рубина получала от него желаемое лишь после того, как проходила все его испытания.

Я знала, что в итоге он уступит.

Она удовлетворённо обмахивалась веером.

После кончины графа Контарини Рубина оказалась в непростой ситуации: за прошедшие годы она стала всё больше полагаться на него. В последнее время она консультировалась с ним практически по каждому своему решению.

Она осознавала необходимость поиска других советников, но это оказалось сложнее, чем говорили. За последние годы отношения короля с высшей знатью настолько испортились, что ей не нравился никто из тех, кто пытался приблизиться к ней.

От осинки не родятся апельсинки, а от сына — яблоки. Сын наверняка будет полезен.

Рубина не стала утруждать себя размышлениями о сыне покойного графа Контарини. Она просто предположила, что Оттавио станет достойной заменой своему отцу.

В её рассуждениях был определённый смысл. В те времена государственных школ ещё не существовало, и подавляющее большинство аристократов получало домашнее образование под руководством наставников. Университеты не были учреждениями, предназначенными для развития талантов. Туда поступали либо дети из семей, не имевших возможности нанять хорошего учителя, либо те, кто желал приобрести специфические знания, такие как теология или юриспруденция.

Естественно, дети из знатных семей получали качественное образование. Самым надёжным способом найти способного человека было привлечь отпрыска из хорошей семьи.

— Когда прибудет новый граф Контарини? — спросила Рубина у горничной.

— Я-я не знаю…

— Да что ты вообще знаешь?!

Горничная Рубины уже готова была снова расплакаться, но, к счастью, в дверь постучал королевский слуга.

— У вас гость, Ваша Светлость.

— Впустите его.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Довольно улыбнувшись, Рубина уселась на диван.

Оттавио де Контарини вошёл в комнату. На его лице играла неловкая улыбка.

— Для меня большая честь встретиться с вами, герцогиня де Карло.

Его приветствие полностью соответствовало всем нормам этикета, но в нём ощущалась некоторая фальшь. Рубина, королева высшего света Сан-Карло, безошибочно уловила это.

— Не стоит так смущаться, — спокойно произнесла она. — Я искренне сожалею о вашем уважаемом отце.

Оттавио опустил голову.

— Позвольте выразить вам благодарность за вашу поддержку, Ваша Светлость.

Герцогиня Рубина не только лично присутствовала на похоронах графа Контарини, но и направила щедрые дары и цветы. Кроме того, весь зал, где проходило прощание, был полон её знакомых.

— Поздравляю вас с унаследованным титулом.

— Всё это благодаря вам, Ваша Светлость.

— Пустяки. — Губы Рубины изогнулись в тонкой улыбке. — У меня есть и более приятные новости.

— Простите?

— Вы были назначены членом малого Королевского совета. И это ещё не всё.

При этих словах Оттавио застыл в изумлении.

— Должность, которую занимал ваш отец при дворе, теперь перешла к вам. Вы являетесь членом совета наравне с маркизом Бальтазаром и графом Маркесом. Я рада, что первой сообщаю вам эту новость.

Это назначение было поистине ошеломляющим. Такой молодой человек, как Оттавио, в обычных обстоятельствах никогда бы не получил возможности занять место своего отца и стать одной из ключевых фигур Этрусского королевства. Ему предстоит осуществлять надзор за судебными процедурами королевского двора, управлять тюрьмами, контролировать исполнение приговоров. А также следить за поддержанием порядка в столице, следуя приказам короля.