Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 294 Свадьба Камелии

Дата выхода оригинала: 27.09.23

Первой его заметила Изабелла. Едва их взгляды пересеклись, как мавританец устремил на нее взгляд, будто в мире больше ничего не существовало — странный, пронзительный, словно она была его давней целью или далекой звездой.

Оттавио опешил, но сильнее всех озадачился торговец.

— Синьорина… — взмолился он, торопливо загораживая женщине обзор и пытаясь переключить ее внимание на других рабынь. — Боюсь… этот человек не продается.

Изабелла нахмурилась:

— Почему? Себе придержал?

Торговец замахал руками, словно нож уже мелькнул перед его глазами: мол, скажи такое — и тебя же и порежут.

— Нет-нет! Он не слуга. Он мечник, прибыл с нами на Центральный континент в качестве охранника.

Он украдкой глянул на палубу и заговорил еще тише:

— Фехтует он… невероятно. И, похоже, на родине своей занимал высокое положение. Купить его как раба… ох, синьорина. Это обойдется минимум в полторы тысячи дукатов.

Прим. автора: 1.5 млрд вон (1 млн долларов или 814 млн рублей)

При упоминании «полутора тысяч» у Оттавио побледнело лицо. Пока торговец, запинаясь, пытался что-то добавить, мавританец спустился с палубы. Трап был довольно крут, но он шел легко, ни разу не дрогнув.

Он остановился прямо перед Изабеллой и спросил:

— Возьмете в наем?

Его акцент был непривычен, но говорил он по-этрусски безупречно.

Это показалось Изабелле неожиданным и забавным. Она оглядела его и задала вопрос:

— Умеете говорить на нашем языке?

— Да.

— И где же научились?

Он не ответил. Впрочем, Изабелле это было и не особо интересно. Бегло окинув его оценивающим, хозяйским взглядом с ног до головы, она осталась явно довольна.

Высокий, статный мужчина. Кожа — черная, гладкая, словно отполированная, а черты лица — непривычные, чужеземные, сразу выделяющиеся среди жителей Центрального континента. Если он будет моим мечником, вся столица будет смотреть только на меня.

Изабелла обернулась к Оттавио и сладко протянула:

— Дорогой… Мы ведь можем нанять его как мечника, а не покупать. Давай возьмем. Ну пожалуйста?

Одним своим видом мужчина вызывал подозрение, но Оттавио словно ошалел от мысли, что полторы тысячи дукатов не придется выкладывать сразу. Остальных деталей он толком и не обдумал.

— Сколько тебе платить? — резко спросил он.

У мавританца на мгновение дернулась верхняя губа. Но вместо того чтобы взорваться гневом, он лишь глухо ответил:

— Неважно. Десять в месяц — и хватит.

— Десять дукатов?.. — выдохнул Оттавио.

Это было слишком много. Его голос сам собой затих, а мавританец назвал цену так спокойно, будто речь шла о сущих пустяках.

Прим. автора: 10 млн вон (7 тыс. долларов или 535 тыс. рублей)

Тут снова вмешался торговец:

— Да он же королевских кровей у себя на родине!

Брызгая слюной, он тут же горячо добавил:

— Синьор, вы — счастливчик! Такая честь за какие-то десять дукатов в месяц! Практически бесплатно берете!

Проверить эти слова, разумеется, было невозможно. Но у Изабеллы глаза вновь зажглись алчным огоньком. А мавританец, само собой, и не подумал опровергать его слова.

— Оттавио, пожалуйста… — снова попросила Изабелла.

У того аж зрачки затряслись. Ни торговец, ни жена не смогли его убедить, но следующие слова мавританца сделали своё дело.

— Десять — много? Тогда пять.

Скидка в половину цены! От такого предложения не отказываются.

Изабелла впилась в мужа взглядом, в котором отчетливо читалось: «Если и за такие деньги не купишь — ты не мужчина».

Оттавио, сам не понимая как, выкрикнул:

— Х-хорошо! Пять дукатов!

— Да! — восторженно взвизгнула Изабелла.

Она, как обычно, потянулась обнять мужа за шею, но его громадный живот помешал ей. Тогда, из уважения к своему «кошельку», она торжественно поблагодарила его, а затем резко переключилась на нового наемника:

— Имя?

Теперь она обращалась уже как хозяйка, на «ты». Но мавританец и бровью не повел и покладисто ответил:

— Архе-Риллу.

На его родном языке это означало «Посох Бога».

Изабелла надула губы:

— Слишком сложно выговорить. Будешь Агосто.

— А-гос-то…

И всё стало в точности как в прошлой жизни.

***

— Вот так всё и получилось, — объявила Камелия, раздавая подругам приглашения; на их лицах было выражение полного изумления. — Свадьба уже в следующую субботу.

Похоже, она и сама понимала, как нелепо это звучит, поэтому неловко добавила:

— Слишком спешно, да?..

Но даже если бы подруги хором заявили, что это и правда молниеносно, переносить дату свадьбы Камелия все равно не собиралась.

Опытная Габриэлла, будучи единственной замужней среди них, осторожно начала:

— Да ничего… Готовиться всё равно придётся, и чем скорее, тем лучше, но…

Недосказанное Габриэллой, за нее закончила Корнелия:

— Кто жених-то?!

Этот вопрос был от лица всех девушек, ведь не прошло и месяца с тех пор, как помолвку Камелии и Оттавио официально расторгли.

— Отец тебе партию нашёл?

— Только не говори, что у тебя всё это время был кто-то ещё!

Под шквалом вопросов Камелия замахала руками:

— Нет! Нет. Ни то ни другое.

Она на мгновение задумалась, подбирая слова, и неуверенно продолжила:

— Ну… если быть точной… можно сказать, что Ариадна познакомила меня с ним. Благодаря ей я его и встретила.

Ариадна, совершенно ошарашенная, уставилась на свою подругу, а потом указательным пальцем ткнула себя в грудь.

— Я?..

Она никогда не совершала ничего подобного. Кроме того, если не считать совершенно немыслимое действие, вроде «познакомить с мужчиной, который признавался в любви тебе самой», единственным вариантом был неженатый Ипполито. Но даже под угрозой смерти, она бы ни за что не выдала его подруге.

— Но я ведь ни с кем тебя не знакомила! — запротестовала Ариадна.

Заметив её крайнее замешательство, Джулия уточнила:

— Но кто же он такой, в конце концов?

Подруги начали проявлять явное недовольство. Камелия, видимо, решила, что больше тянуть нельзя, и, покраснев, начала говорить:

— Он… ну… немного старше меня, но…

Девушки переглянулись, их глаза расширились от удивления. Высказать свои догадки они не осмелились, но каждая подумала об одном и том же.

Отец Ари?..

Ведь он действительно не женат. Но может ли он жениться?

Камелия, уловив направление их мыслей, поспешно добавила:

— Это Карузо Вителли!

Кто это? Подруги не узнали этого имени и растерянно зашептались.

Только Ариадна, с небольшим опозданием, наконец поняла, о ком идёт речь. Не оттого, что имя было ей неизвестно, а потому, что она никак не ожидала услышать его от Камелии.

— Подожди… Карузо Вителли? Глава «Боканегро»?

Как только прозвучало название торгового дома, всё внезапно встало на свои места.

— П-погоди… та торговая компания, что так поднялась после чумы?

— Сам глава «Боканегро»?

— Он намного старше тебя?

— И у него действительно нет жены?

Ариадна смотрела на подругу, широко раскрыв глаза.

— Камелия, где ты с ним познакомилась? — спросила она, а после небольшой паузы осторожно добавила: — И… у него ведь есть ребёнок. Ты об этом знаешь?

Она чуть было не проговорилась, что у него дочь, но это была информация не для посторонних ушей, поэтому Ариадна удержалась.

Карузо Вителли не производил впечатления человека, который стал бы лгать о ребёнке или о предыдущем браке. Но они знакомы всего месяц. Разве за такой короткий срок, даже без всякого злого умысла, можно успеть рассказать всё до мельчайших подробностей?

— Петру… то есть Пьетро, верно? — уточнила она.

Камелия кивнула:

— Да, я знаю про его ребёнка. И мы познакомились… в саду у Ариадны.

Прим. перев.: см. главу 282.

Подруги немедленно захотели понять, как она вообще решилась на такую свадьбу.

Камелия ответила, слегка запнувшись:

— Он… он действительно хороший. Я впервые чувствую себя спокойно рядом с мужчиной.

После этих слов в комнате поднялся оживлённый шум. Подруги наперебой поздравляли Камелию и повторяли, как прекрасно всё сложилось.

Тем временем в высшем обществе только и говорили, что Оттавио, новый граф Контарини, заключил тайный брак. И Камелию поздравляли от всей души, так щедро, словно это было самое главное светское событие недели.

От этих поздравлений она заметно оживилась. Да что там — одной возможности открыто и гордо объявить о своей свадьбе ей уже было достаточно, чтобы расправить плечи.

— Великолепно! — Габриэлла захлопала в ладоши, пожалуй, громче всех. — Если человек хороший — то что ещё нужно! В браке это самое главное!

На самом деле, после собственного замужества Габриэлла прекрасно осознавала, насколько важны титул и происхождение. Но она не была настолько слепа или зла, чтобы говорить об этом подруге накануне свадьбы и портить ей настроение.

— Оттавио, конечно, редкий… — Корнелия сжала губы. — Человек без чести. Ты правильно сделала, что разошлась с ним. Правильно.

— О, я знаю синьора Вителли. У него такая романтичная седина. И он выглядит моложе своих лет. Какая разница, сколько ему лет? — добавила Джулия.

Она оставалась собой: для Джулии внешность мужчины имела огромное значение.

Ариадна также искренне и от всей души поздравила подругу:

— Если мужчине требуется быть ответственным и иметь голову на плечах, то я не знаю никого, кто бы подходил лучше синьора Вителли. Ты выбрала отличного мужа, Камелия, мои поздравления!

Однако, одна неловкая и неприятная мысль осталась невысказанной, которую никто не осмелился озвучить вслух.

Карузо Вителли ведь простолюдин… Если ты выйдешь за него, ты тоже опустишься до уровня простолюдинки. Ты действительно справишься с этим, Камелия?..

Дом барона Кастильоне изначально настаивал на помолвке Камелии с Оттавио, наследником покойного графа Контарини, из-за аристократического происхождения жениха. Ради этого они одолжили Контарини целое состояние и терпели бесконечные переносы свадьбы без жалоб… ну, почти без жалоб.

А теперь, вместо продвижения по социальной лестнице, Камелии предстояло, наоборот, опуститься, выйдя замуж за простолюдина. Выдержат ли такое испытание барон Кастильоне и сама Камелия?

Девушки осторожно переглядывались, а Камелия твёрдо заявила:

— Свадьба будет самой роскошной.

Если бы это было возможно, Кастильоне организовали бы торжество даже во дворце. Но, к сожалению, наилучшее, чего смог добиться барон, — это арендовать в столице пустующий особняк герцога Таранто. С самой наследницей герцогства они не были знакомы, но годами работали с её приближёнными — через них и удалось договориться.

— Еду нам приготовят повара, которые ранее работали при дворе, а праздничные наряды нам сошьёт бутик Коллециони.

Далее последовал перечень — подарки на свадьбу, ответные дары для гостей, лучший оркестр и вся остальная роскошь. Было отобрано только самое лучшее из того, что можно было найти в Сан-Карло.

Если говорить кратко, Камелия кардинально изменила свою стратегию. Дело было не в том, что её внезапно осенило: «К чёрту внешность и деньги, главное — душа!» Просто её мечта выйти замуж за аристократа закончилась плачевно, и она выбрала в качестве избранника мужчину с очень, очень большими денежными средствами.

Больше всего золота в Сан-Карло — не считая земель и фамильных ценностей — было у Карузо Вителли. На втором месте стоял её собственный отец. Возраст, наличие ребёнка и прочие детали отошли на второй план. А то, что мужчина добр и уделяет внимание только ей, — так это и вовсе было приятным бонусом.

Она ни за что не могла позволить себе уступить Оттавио и его жене, о которой никто толком ничего не знал. Это и было её главной целью.

— Поскольку теперь это не торжество для знати, я могу пригласить только тех, кого знаю лично, — заявила Камелия. Несмотря на её старания держаться, она выглядела несколько робкой, и добавила: — Но… вы же придёте?..

Джулия шагнула на полшага вперёд и устремила на неё взгляд. По статусу она стояла выше всех среди девушек, да и близкой подругой Камелии её нельзя было назвать, поэтому Камелия заметно нервничала.

Если Джулия откажет, то, вероятно, половина других гостей тоже не придут. Но Джулия крепко и порывисто обняла свою подругу:

— Разумеется, мы придём, глупышка!

У Камелии защипало в глазах. Она всхлипнула, и остальные девушки тут же последовали её примеру — Джулия продолжала её обнимать, а остальные принялись похлопывать её по спине.

— Да тебе даже не нужно было нас спрашивать! И тем более так официально!

— И никакого доверия к нам!

— Просто зови всех! Всех, кого знаешь! Если не придут — сами себе навредят.

Список приготовлений действительно выглядел столь роскошно, словно был покрыт несколькими слоями золота.

— Но, наверное, это стоило целое состояние… — заметила Джулия.

— О чём ты говоришь? — отмахнулась Корнелия. — Её будущий супруг — Карузо Вителли, а её отец — барон Кастильоне.

— Я в порядке, — ответила Камелия, словно речь шла о пустяке. — И отец с мужем здесь совершенно ни при чём. Дом Контарини обязан вернуть нам деньги. — И ровным, будничным тоном добавила: — Должна быть компенсация за расторгнутую помолвку. И проценты по займам.

Она произнесла это так, будто в этом не было ничего особенного, но её слова прозвучали почти пугающе.

— Ведь мы одалживали им средства не один год. Одних процентов хватит, чтобы оплатить эту свадьбу, и ещё останется.

***

Когда до Изабеллы де Маре — нет, теперь уже Изабеллы де Контарини — дошли слухи, что свадьба Камелии де Кастильоне состоится с невиданным размахом, она с яростью прошипела:

— Как это — не пригласить меня на такое событие?!--------------Прим. перев.: 202 глава манхвы.Агосто — рыцарь Изабеллы, в прошлой жизни казнивший Ариадну. Структура и смысл его имени — лингвистический намёк автора на его происхождение, см. разбор в комментариях к главе.