Сестра, на сей раз престол будет за мной Том 1 Глава 305 Нервущиеся линии жизни

Ипполито отметил в календаре ещё один день. С того момента, как кардинал де Маре покинул пределы города для поездки в Тревер, прошло немало времени. Однако его отец не только не вернулся, но даже не прислал ни одной весточки о своём намерении вернуться в Сан-Карло.

Кардинал мог вернуться домой только после завершения конклава. А сам конклав начинался только после смерти папы. Людовико был при смерти и мог скончаться в любой день, но всё ещё упрямо цеплялся за жизнь.

Когда же он уже умрёт?! Если конклав выберет отца, я стану сыном самого Папы!

Воображение разыгралось не на шутку, но Ипполито быстро вернулся к реальности. Роскошь ему была уже не нужна: он лишь отчаянно желал скорейшего возвращения отца. Без главы семьи каждый новый день в особняке превращался в настоящую пытку. Ипполито постоянно находился в напряжении.

До него дошли слухи, что Изабелла появилась в Сан-Карло. Пока эта особа сидела взаперти в монастыре, она постоянно щебетала «братик, братик» и притворялась, но после побега не удосужилась написать ни строчки.

Ипполито намеревался навестить сестру в её новом доме — непременно верхом на лучшей лошади. Дело было не в том, чтобы произвести впечатление на Изабеллу. Он хотел показать свою значимость перед зятем, Оттавио. Однако несносная Ариадна категорически отказалась выдать ему этого скакуна.

— Эту лошадь разрешено седлать только Его Высокопреосвященству кардиналу и главе семьи, — сухо произнесла она.

В былые времена Ипполито бы надменно кричал на неё и тут же побежал бы жаловаться матери, но те времена безвозвратно прошли. Поэтому ему пришлось заискивать и уговаривать сестру, хотя его представления о «заискивании» и «уговорах» несколько отличались от общепринятых:

— Да брось ты. Прекрати придираться. От одного раза лошадь не износится!

— А если по дороге что-нибудь случится, вы будете нести ответственность?

Эта персона была чертовски искусна в спорах и никогда не уступала.

Заносчивая паршивка!..

Для Ипполито «заискивать» означало лишь сдерживать ругательства, рвавшиеся с языка.

— Эй! — настаивал он. — Раз уж лошадь нельзя, то как насчёт серебряной кареты с фамильным гербом?.. Править-то буду не я, а кучер. Это всё равно что ты сама бы поехала…

— Джузеппе! — резко прервала его Ариадна. — Господин Ипполито удаляется!

Громко пыхтя от злости, он вылетел из её кабинета. После такого унижения его уязвлённая гордость не позволила ему взять любую другую лошадь. Он твёрдо решил, что оседлает того самого скакуна, как только отец вернётся и даст своё согласие. Но кардинал всё ещё отсутствовал.

Я и так слишком долго не навещал Изабеллу. Следует принести в качестве извинения хотя бы солидный подарок…

Но денег у него не было. А выпрашивать средства у Ариадны он никак не стал бы, что бы ни случилось.

«Отец, ну когда же ты вернёшься?..» — беззвучно взвыл Ипполито, опускаясь на кровать. Он уже всерьёз мечтал, чтобы в спальню папы Людовико ударила какая-нибудь молния.

Хотя нет. Если бы небеса расщедрились только на один удар, пусть лучше молния поразит кровать Ариадны де Маре.

Она до сих пор не вышла замуж. А значит, у неё не было другой семьи, кроме де Маре. Духовные лица, включая кардинала, не могли передавать своё положение по наследству, а Изабелла больше не принадлежала роду.

Бурное воображение Ипполито снова взяло верх: он мрачно посмотрел сначала в сторону комнаты Ариадны в западном крыле, а затем — в сторону конюшни.

***

Поскольку Ариадне было поручено организовать дебютный бал герцогини Бьянки, у неё было множество дел. Секретарь Бернардино, ответственный за административные задачи дворца принца, сообщил, что с их стороны заранее намеченного плана нет. Проведение данного мероприятия полностью ложилось на плечи графини де Маре — разумеется, после одобрения деталей домом Таранто.

Но путь в тысячу пьеди начинается с первого шага. Для начала Ариадна решила встретиться с представителем герцогского дома в столице. Она как раз направлялась на эту встречу, как вдруг...

Две лошади, впряжённые в экипаж, жалобно заржали. Задняя ось серебряной кареты, в которой находилась Ариадна, отвалилась от кузова, и экипаж начал крениться набок.

С треском врезавшись в деревья на обочине, карета замерла в перекошенном положении. Одно из колёс взмыло в воздух и теперь беспомощно вращалось вхолостую.

— Госпожа! — издалека донеслись встревоженные голоса её подчинённых.

— Выламывайте дверь!

— Поднимайте кузов!

Ариадна часто моргала, пытаясь не потерять сознание. Карету сильно тряхнуло, и она всерьёз испугалась, но, казалось, серьёзных травм не последовало.

— Госпожа! Вы в порядке? — раздался встревоженный голос.

— Я цела, Джузеппе, — спокойно ответила Ариадна из-за деревянной дверцы кареты, которая намертво заклинило от перекоса.

— Не может быть, чтобы вы не пострадали! Я немедленно вас вытащу!

Джузеппе, тут же с важным видом выступивший вперёд, и следовавшие за ним подчинённые бросились отрывать дверцу, а заодно приводить в чувство кучера, которого отбросило ударом.

Прислонившись к пню, Ариадна уточнила:

— Так что же произошло?

— Мне остаётся лишь принести свои извинения, госпожа. Это великий позор для меня, — ответил Джузеппе, склонив голову.

— Я спрашиваю не для того, чтобы определить, кто прав, а кто виноват.

— Задняя ось кареты отвалилась, словно…

— Словно кто-то умышленно устроил эту неприятность?

Джузеппе вздрогнул и уставился на Ариадну с испугом во взгляде.

— Откуда вы осведомлены?

Ариадна издала цокающий звук языком и осталась безмолвной. Вероятно, Джузеппе воспринял это как знак недоверия, и он поспешно продолжил:

— Я лично осматриваю упряжь и экипировку, которой пользуетесь вы и Его Высокопреосвященство, не реже раза в неделю. Даже эту карету… — Он начал загибать пальцы, сосчитывая дни. — Я проверял эту карету всего три дня назад. И тогда с ней всё было в полном порядке! Клянусь своим Небесным Отцом и своей матерью.

Осознав, что он начинает нервничать и паниковать, Ариадна смягчила свой тон:

— Я не возлагаю на тебя вину, Джузеппе.

Конечно, если бы он отвечал только за конюшню, то допустить два происшествия с лошадьми подряд было бы признаком крайней некомпетентности. Однако Джузеппе являлся главой всех мужских слуг Ариадны в целом, а не просто конюхом или телохранителем.

Он лично проверял конюшню лишь потому, что сам когда-то начинал там работать и всегда стремился сделать что-то для Ариадны сверх своих прямых обязанностей.

— Не пытайся успеть везде и всюду, — сказала она, искренне беспокоясь о нём. — Поскольку ты теперь занимаешь руководящую должность, тебе следует научиться делегировать задачи.

— Но я не могу доверить это другому слуге. Речь идёт о вашей безопасности, госпожа!

— Если ты считаешь, что проверка конюшни сейчас важнее всего для моей безопасности, то на время передай свои полномочия главного управляющего кому-то другому.

Из всей её фразы Джузеппе уловил лишь часть о «передаче полномочий» и окончательно убедился, что госпожа ему не доверяет. Сделав жалкую гримасу, он вернулся разбираться с последствиями инцидента. Тяжело вздохнув, Ариадна проводила его взглядом.

Как же сложно иметь дело с людьми.

Она ясно и без утайки высказала то, что хотела. Но её слова не нашли понимания у адресата.

Ариадна просто хотела дать совет: «Решай вопросы в порядке их важности, а менее значимые поручай другим». Но поскольку это было сказано с позиции госпожи, её совет обернулся давлением, а забота об уменьшении его нагрузки стала для Джузеппе суровым взглядом судьи, сомневающегося в его способностях.

Нужно будет попросить Санчу обстоятельно поговорить с ним, чтобы не осталось никаких недоразумений.

В этом заключался несомненный плюс работы с Джузеппе. Пусть он и не всегда сразу улавливал суть её слов, Ариадна всегда могла обратиться за помощью к горничной. С некоторых пор Джузеппе и Санча стали очень близки: они то и дело препирались друг с другом, шептались по углам и в целом отлично ладили.

Мысль об этой парочке вызвала у Ариадны улыбку. Но нельзя же прибегать к посреднику в каждом разговоре! Она снова разочарованно вздохнула.

Вот именно. Нельзя заставлять Санчу решать абсолютно все вопросы.

Ей вспомнилась солнечная улыбка Альфонсо. Теперь он выглядел совсем иначе — любой бы с первого взгляда понял, что перед ним взрослый мужчина, а не юноша.

Но улыбка осталась прежней. Когда он немного смущённо улыбался, его глаза мило щурились. Что же скрывается в глубине его души? Какие чувства он питает к ней? Почему он подобен яркому солнцу, которое в один миг озаряет её своими лучами, а в следующий вдруг прячется за набежавшими облаками?

— Ваше Сиятельство, — позвал Джузеппе.

— А? — Ариадна, погружённая в свои мысли, вернулась в реальность.

— Карета перевернулась... Мне следует послать весточку дому Таранто, чтобы сегодняшнюю встречу отменили?

Ариадна почувствовала, как наступает головная боль, хотя ничего подобного не ощущала даже в момент самой аварии.

— Нет!

— Что? Но... в таком виде... разве это не слишком?..

Если передать представителю герцогства Таранто, что «встреча откладывается из-за перевёрнутой кареты», то по всему Сан-Карло мгновенно разнесётся слух, что с графиней де Маре что-то стряслось. А единственным человеком, который бы извлёк выгоду из этой ситуации, была бы герцогиня Рубина.

— Сегодняшняя встреча должна состояться во что бы то ни стало, — решительно заявила Ариадна, осматривая своё платье.

Когда карета перевернулась, деревянные двери и боковые стенки разлетелись на щепки; мелкий мусор застрял у неё в волосах и прилип к подолу юбки. Однако серьёзных травм или глубоких порезов она не получила.

Ариадна резко поднялась на ноги и начала энергично отряхивать волосы и одежду.

— Дай мне лошадь, и поедем.

Лишь оказавшись в седле лошади Джузеппе и пустив её в галоп, Ариадна наконец задумалась.

Кто же постоянно преследует меня? Если за этим стоит Ипполито, то почему установленная за ним слежка не дала результатов?

***

Вечером, когда Ариадна вернулась домой, Санча помогала ей принять ванну.

— Госпожа! Вы только посмотрите! Ещё один синяк! — возмущённое воркование Санчи, казалось, оглушило её. — Я же вам говорила! В таких случаях нужно всё отменять и ехать домой!

— Нет, я не могла так поступить, — Ариадна покачала головой. — Меня только что назначили наставницей герцогини Бьянки. Это была возможность, которую нельзя было упускать.

Скрываясь от сердитых взглядов горничной, она глубже погрузилась в мыльную воду. Надув губы, Ариадна принялась пускать пузыри. Она выглядела как надутый ребёнок, утверждающий, что не сделал ничего плохого.

— Если Рубина узнает, что я пострадала, она тут же ухватится за возможность стать дуэньей Бьянки.

Санча, облачённая в передник младшей горничной, который она не надевала уже целую вечность, с сожалением посмотрела на свою госпожу сверху вниз.

— Что?! — возмутилась Ариадна.

Большой мыльный пузырь, который она только что надула, с тихим хлопком лопнул прямо перед её лицом.

— Хватит строить мне глазки. Шли бы лучше так мужчин очаровывать, — сетовала Санча, с силой потирая спину Ариадны большой намыленной губкой. — Поверить не могу, что только я одна вынуждена на это смотреть. Да это же расточительство в государственных масштабах, не иначе!

— Ай! Больно же!

— Если бы вы вели себя с ними так же мило, как со мной, то уже были бы матерью троих детей! — продолжала пилить её Санча. — Будь я на вашем месте, растрезвонила бы о своей травме на всю округу, чтобы принц немедленно примчался вас навестить!

— Принц? — глаза Ариадны округлились. Намыленные волосы спутались на её округлых плечах и ключицах, прилипнув к пышной груди, словно водоросли.

— У-у-ух! И надо же именно мне наблюдать такую картину! — Санча с удвоенной силой принялась тереть спину Ариадны.

— Ай! Да что ты там такого услышала про нас с принцем?!------------------Прим. перев.: 208 глава манхвы.Прим. ред.: в оригинальном тексте милота Альфонсо описывается с помощью aegyo sal (눈밑 애교살) — небольшого валика жира под нижним веком, который в Корее ассоциируется с юностью и красотой. Это настолько ценится в современном обществе, что существуют не только мейкап-туториалы по имитации aegyo sal, но и пластические операции для создания такого эффекта. А вот в русском языке прямой эквивалент отсутствует: фраза вроде «при улыбке под глазами образовались валики жира» звучит странно. Поэтому выбрали альтернативу, отталкиваясь от EN-текста, — «глаза мило сощуривались». Это и понятная, и распространенная мимическая чертаЭто еще один пример узкоспецифичной корейской эстетики лица, такой как слегка выдающиеся «кроличьи» зубы или круглые, оттопыренные уши. Такие вещи, особенно в эротических сценах, мы адаптируем.