Смертельная игра ради еды на столе (Новелла) Том 6 Глава 2 Снежная комната (№62.5)

Том 6. Глава 2: Снежная комната (№62.5)

(0/44)

Вернёмся немного назад.

(1/44)

— Ну что? Как следует вспомнила?

Услышав голос призрака, Юки открыла глаза.

Взгляду предстала всё та же комнатушка в одиннадцать квадратов. Обыденная картина, ни капли не изменившаяся за то мгновение, что она провела с закрытыми веками. Только прямо перед ней, неотвязно маяча перед глазами, стоял её собственный призрак — с точно таким же лицом, в таком же спортивном костюме. И глумливо ухмылялся.

Юки не ответила.

Но она и впрямь вспоминала. Себя из самого начала. Да… моя карьера началась вот так, весьма необычным образом.

— А ведь раньше ты была куда более толстокожей, чем сейчас, — произнёс призрак.

— …И что с того? — отозвалась Юки.

— А то, что я верну ту тебя.

Призрак развёл руки в стороны.

— Вверь мне своё сознание. И тогда сможешь стать прежней.

Юки нахмурилась. Она не понимала, к чему клонит её копия.

— Это значит, что я займу твоё место. Стану игроком вместо тебя, раздавленной и сломленной. В отличие от тебя, я не забиваю голову всякой чушью. Убивать, крушить, набивать серию побед — и дело с концом. Я справлюсь со всем куда лучше.

— Решила завладеть моим разумом?

— «Завладеть» — грубовато звучит, не находишь? Наверняка ты считаешь меня каким-то неведомым чудовищем, но я — это ты сама. Проблема в твоём собственном сердце… Конечно, закрывать глаза на истинную суть игры теперь уже не выйдет… но всё же, разве тебе не хочется вновь стать мной? Куда более толстокожей, простой и сильной, чем ты сейчас?

— Хватит нести бред, — сухо отрезала Юки. — Как думаешь, ради чего… я стала такой восприимчивой, сложной и слабой, как ты говоришь? Ради девяноста девяти побед. Ради них я обостряла свои чувства. И какой смысл теперь возвращаться к былому? Этим я обесценю всё, чего добилась.

Юки презирала подобную беспечную браваду. Она видела, как гибло множество таких игроков. Первыми умирают те, кто перестаёт думать о сложном. Умирают те, кто утратил тонкое чутьё. Если я вернусь к себе прежней, то наверняка не продержусь и трёх игр.

Однако призрак и слушать ничего не желал, бросив лишь: «Да неужели?».

— У тебя есть доказательства? А вдруг, если всё вернуть, дела пойдут куда лучше? Посмотри вокруг — разве мир устроен иначе? Люди, которые ведут себя так, словно в жизни не знали душевных ран, получают и богатство, и статус. Разве так не лучше? По крайней мере, здесь есть одно неоспоримое преимущество: тебе станет гораздо легче. Настолько, что с нынешним состоянием и не сравнится.

Юки хотела возразить, но осеклась.

Она — это я сама. Спорить бессмысленно. Если бы её можно было уничтожить в словесной перепалке, она бы вообще не появилась. Эта тварь возникла именно потому, что сердце Юки уже само начало склоняться к этому выбору.

— Ну так… что ты решила? — спросила её собственная копия. — Ответь прямо. Доверишься мне? Или останешься собой?

— …

Юки задумалась.

Этот выбор невероятно важен. Он бесповоротно определит моё будущее. Юки пришла к этому не через долгие размышления и не по наитию — она просто знала это, как неоспоримый факт.

Сказать «нет» на словах проще простого. Но это ничего не решит. Ведь то, что мне хочется вернуться в прошлое, — тоже правда… И дело не только в Тамамо: впереди наверняка ждёт ещё множество мучительных испытаний. Финальный этап девяноста девяти игр. Потеря зрения на один глаз. Накопленные травмы, прямо как у наставницы. Тревожные картины будущего можно рисовать в воображении бесконечно.

Где-то в глубине души я жажду вернуть тогдашнюю себя.

Себя — настолько толстокожую, что даже не осознавала своего участия в смертельной игре.

Себя — несокрушимую, которая, убив человека, даже толком не понимала, что натворила.

Юки неспешно размышляла. Призрак её не подгонял. Должно быть, двойнику нужно было её искреннее согласие, а не вынужденная уступка. И Юки сполна воспользовалась этой поблажкой. Она размышляла так долго, что казалось, будто солнце успело взойти, снова сесть, а стрелки часов — вернуться к исходной точке.

Поняв, что дальнейшие раздумья уже вряд ли что-то изменят, Юки посмотрела призраку прямо в глаза.

— Нет, — ответила она. — Я не вернусь к тебе. И не собираюсь искать лёгких путей.

— …Вот как.

Призрак покачал головой, словно безмолвно вздыхая: «Ну и ну».

— Жаль.

— Убирайся с моих глаз.

— К сожалению, так не пойдёт.

Её иллюзорная копия поднялась на ноги и размяла плечи.

— Я хотела уладить всё миром… Но раз согласия не предвидится, ничего не поделаешь.

Затем призрак вытянул руки. Размяв тело, которое должно было быть не более чем бесплотным миражом, она произнесла:

— Значит, придётся отобрать твоё тело силой.

(2/44)

Призрак зашагал к Юки.

Шаг. Другой. Комнатушка тесная, всего квадратов одиннадцать, так что ещё пара шагов — и он окажется на расстоянии вытянутой руки.

За те считанные мгновения, пока двойник сокращал дистанцию, Юки лихорадочно соображала. Силой… Она сейчас сказала «силой»? Неужели она и впрямь на это способна? Эта тварь ведь — всего лишь иллюзия… И хотя сомнения никуда не делись, Юки инстинктивно приняла боевую стойку — к ней с явной готовностью к бою надвигалось нечто в человеческом обличье.

Словно насмехаясь, призрак демонстративно неторопливо сжал кулак. Отвёл руку назад, давая Юки предостаточно времени на подготовку к защите, и…

…нанёс удар прямо в лицо.

Сначала произошло вполне ожидаемое. Кулак призрака коснулся рук, которые Юки выставила перед лицом, и… прошёл насквозь. Ничего удивительного. Всё закономерно. Это ведь бесплотная иллюзия, обычным блоком от неё не защититься.

Но мгновением позже, когда удар достиг лица, Юки захлестнуло глухое смятение. Боль от попадания была абсолютно реальной: пошатнувшись, она отлетела спиной к стене. Рухнула на пол и какое-то время просто не могла подняться.

— Что такое? — глядя на Юки сверху вниз, произнёс призрак. — Неужто думала, что я стану бить впустую?

Всё ещё не оправившись от шока, Юки коснулась ушибленного места — переносицы. Кожу саднило от пульсирующей боли. Крови не было, но её совершенно точно ударили. Как? Что вообще произошло?

Нет… всё не так. Всё сделала я сама. Моё тело реагирует так, будто и впрямь пропустило удар. Если вдуматься — здоровому человеку призраки не мерещатся. Значит, часть моего собственного разума мне больше не подчиняется. Эта тварь атакует меня изнутри, на уровне сознания!

Призрак вновь двинулся к ней. Юки торопливо вскочила на ноги.

Какое безумие… Мне казалось, за свою жизнь я успела повидать немало странностей, но получить по лицу от иллюзии — такое и впрямь впервые. Вряд ли представится случай испытать подобное дважды.

И всё же… Если правила игры таковы, то и Юки найдёт чем ответить. Силой? Отлично. В драках я хороша. Юки сгруппировалась и крепко сжала кулаки. Ничуть не смутившись этой боевой стойки, ни капли не насторожившись, призрачная копия продолжала идти вперёд, не сбавляя шага. Подпустив её на нужную дистанцию, Юки выбросила правый прямой в лицо призраку.

Но увы.

Её кулак рассёк воздух, пройдя насквозь безо всякого сопротивления.

С лицом, сквозь которое в этот самый миг проходил кулак Юки, призрак глумливо ухмыльнулся… и ударил её под дых. На этот раз попадание было стопроцентным, и Юки рухнула на пол.

— Чем это ты занимаешься? Там же пусто, — насмешливо бросил призрак.

— …Что за бред?! — вскрикнула Юки, хватаясь за ноющий живот. — Так ведь нечестно!

— Ну чего ты так орёшь… Соседи же услышат.

Призрак тихо рассмеялся.

— Нечестно, говоришь? Ничуть. Это чистая разница в силе. Разве происходящее — не прямое доказательство того, что прежняя я была куда сильнее?

С этими словами призрак сделал ещё один шаг.

Удар ногой. Юки мгновенно перекатилась, уходя от атаки.

Следом, едва вскочив на ноги, она бросилась к прихожей. Чуть ли не на одних инстинктах. Атаки двойника достигают цели. Мои — нет. Значит, остаётся только бежать. Вот и всё. Времени на раздумья о последствиях у Юки не было. Не потратив ни секунды на обувь, она дотянулась до двери, на ходу сбросила замок с цепочкой и, стараясь не сбавлять шаг, распахнула её настежь.

Коридор. Никого. Вскоре Юки выскочила из здания на ночную улицу. Бросив быстрый взгляд через плечо, она увидела преследующего её призрака. Двигалась та ничуть не медленнее самой Юки. Неужели скорость у нас одинаковая? — промелькнуло в голове, пока она со всех ног спасалась бегством.

Тем временем мозг уже лихорадочно просчитывал дальнейшие шаги. Что делать? Нельзя же бегать вечно. С призраком нужно разобраться… И вообще, что эта тварь собирается со мной сделать? Она бросила фразу: «заберу твоё тело». Но как именно? Что станет условием моего поражения? Физическая потеря сознания? Или же по тому же принципу, по которому тело воображает урон, мой разум просто умрёт от нескончаемых атак? Неясно. Но, скорее всего, та «я», которая сейчас об этом размышляет, попросту исчезнет.

А вот условие победы туманно вдвойне. Как вообще убить эту тварь? Пусть другие уже давно зовут меня «призраком во плоти», бить иллюзии я не умею. Мы даже не в равных условиях. Какое-то заскриптованное поражение…

— …

Погоди-ка… игра?

— Эй, не витай в облаках! — раздался голос сбоку.

Скосив глаза, Юки увидела прямо возле себя собственную призрачную копию. Та уже перешла в атаку — её тело раскручивалось в прыжке.

В ту долю секунды, пока двойник наносила круговой удар ногой, Юки успела заметить: позади призрака виднеется лестница. В памяти тут же всплыла карта района и только что пройденный маршрут. По этой лестнице можно срезать. Меньшее расстояние — и вот она уже здесь, догоняет меня… И ровно в тот момент, когда эта логическая цепочка замкнулась, Юки получила сокрушительный удар в левый бок.

Она покатилась кубарем, врезавшись в отбойник на краю дороги. Улица шла по возвышенности, и за ограждением зиял небольшой обрыв. Поднырнув под металл, Юки бросилась вниз. Она соскользнула по бетонным квадратам стены, напоминающим плитку шоколада — недавно она узнала, что такие стены называют «подпорными», — и приземлилась на дорогу ярусом ниже. Она бросила взгляд наверх: призрак как раз перемахивала через отбойник. Нужно бежать.

Её снова достали. Но была и польза. Пусть её и догнали, дело было вовсе не в какой-то абсурдной мистике. Юки увидела за этим чёткую логику: двойник просто срезала путь по лестнице.

Именно — логика. Вот ключевое слово. Этот призрак — плод моего собственного разума. Воплощение прежней, непобедимой меня. И только-то. Как метко выразилась сама тварь, она вовсе не какое-то неведомое чудовище.

Скорость у нас равная, но если срезать дорогу — меня можно нагнать…

Прежняя я сильнее, поэтому в рукопашной меня ждёт избиение в одни ворота…

И то, и другое находит логическое объяснение у меня внутри. Как и говорил призрак, всё честно. То, что она иллюзия, вовсе не даёт ей вседозволенности. Здесь есть свои правила, есть рамки. Эта дрянь действует строго по той логике, которую я сама же бессознательно для неё задала.

В таком случае…

В голове Юки начал выстраиваться план.

Первым делом нужно выиграть время. Призрака необходимо задержать. На ум приходил только один способ. Он и станет первым этапом её плана.

А второй этап — если уж начистоту — сводился к тому, чтобы взвалить всё на чужие плечи. Но агент наверняка что-нибудь придумает. В конце концов, однажды она уже выручала. Если, конечно, не рассердится на то, что Юки вконец раскисла и позволила какой-то иллюзии измываться над собой…

Юки достала телефон.

Увы, экран пошёл густыми трещинами. Видимо, ударился, когда она кубарем летела по земле. Но он работал, и Юки смогла набрать номер агента.

— Да, — ответила та почти мгновенно.

— Агент… — выпалила Юки безо всяких приветствий. — Насчёт снотворного... оно у вас с собой?

Видимо, уловив по голосу всю отчаянную срочность ситуации, та ответила предельно лаконично:

— Да, с собой.

— Ох, слава богу…

— Что-то случилось?

Едва Юки открыла рот для ответа, как её окатило ледяной жаждой убийства.

Она чудом успела среагировать на хай-кик от невесть как возникшего рядом призрака. Резко пригнувшись, Юки ушла от удара и нырнула в высокую живую изгородь, тянувшуюся вдоль тротуара. С громким шорохом продираясь сквозь ветви, она прокричала в трубку:

— Умоляю вас! Езжайте ко мне! И сейчас же… усыпите меня!

(3/44)

Хоть Юки ради удобства и бросила фразу «езжайте ко мне», на деле это было невозможно. Подобрать на машине мечущуюся по ночным улицам девушку попросту нереально.

Поэтому они сошлись на том, что агент подождёт где-нибудь поблизости. Юки скинула свои координаты в мессенджере, в ответ та назначила точку встречи, и Юки направилась туда.

Заодно агент отправила и свою геопозицию — оказалось, она совсем рядом. Вполне логично: с момента, как она высадила Юки у дома, не прошло и пятнадцати минут. Из-за дикого, сюрреалистичного появления призрака Юки казалось, будто миновало дня три, но на деле агент всё ещё находилась неподалёку и могла в любую секунду вернуться назад.

Юки устремилась к месту встречи. Убегать от призрака — по крайней мере, на первых порах — оказалось не так уж сложно. Скорость бега у них одинаковая, поэтому если следить за тем, чтобы двойник не срезала путь — то есть не давать её логике сработать, — погони можно не бояться. Проблемы начались на минуте десятой: проще говоря, призрак не знал усталости. В иллюзорных мышцах не копится молочная кислота, а несуществующим лёгким не нужен кислород — логика, видимо, была такой. А вот живая, настоящая Юки стремительно выбивалась из сил и оказывалась в безвыходном положении.

Когда впереди наконец показалась долгожданная машина агента, ноги Юки уже отказывались слушаться — она не могла бежать даже по прямой.

— Юки! Сюда!

С этим криком агент бросилась ей навстречу. В руках она сжимала капсулу снотворного и бумажный стаканчик с водой.

Сейчас для Юки не было на свете ничего желаннее.

Это и был первый этап плана. Как остановить призрака, порождённого моим же разумом? Проще простого. Нужно лишь лишить Юки сознания. Отключится мозг — исчезнет и галлюцинация. Элементарное решение. Конечно, проблему на корню это не решит, но даст спасительную передышку.

С трудом переставляя ватные ноги, Юки оглянулась.

Призрак нагоняла. Юки замедлилась, и дистанция между ними неумолимо сокращалась. Добежать до машины уже не выйдет. Агент приняла верное решение, бросившись навстречу, но даже так Юки сильно сомневалась, что успеет до неё добраться.

Расстояние между всеми тремя — Юки, агентом и призраком — стремительно таяло.

В этот самый миг... «Погоди-ка», — подумала Юки.

Даже если призрак нагонит, что она сможет сделать? Она бестелесна, а значит, прикоснуться к агенту не сможет. Не сможет выбить лекарство у неё из рук. Да, она способна помешать самой Юки, но... способна ли она на большее? Разумеется, с точки зрения призрака устранить агента — самый логичный шаг, но осуществимо ли это на практике? А если да, то как именно она ударит?

Юки невольно задалась этим вопросом.

И в подсознании мгновенно выстроилась новая логическая цепочка.

Так оно и вышло.

Опередив Юки на долю секунды, призрак добралась до агента.

Высоко подпрыгнув, она обеими ногами в кроссовках влепила ей сокрушительный дропкик.

От совершенно неожиданного удара агент отлетела и рухнула на землю. Снотворное она удержала, а вот стаканчик выронила. Описав дугу, он покатился по асфальту, неспешно разливая воду.

— Ю… ки?.. — выдавила агент сдавленным от боли голосом.

— П-простите! Это не я! Честное слово!

Скорее всего, в реальности Юки ударила её ногой. Впрочем, она ведь выскочила босиком, да и ноги настолько отнялись от усталости, что вряд ли годились для удара — так что, возможно, в ход пошёл кулак. Как бы то ни было, она определённо что-то сделала. Иначе с чего бы агенту отлетать?

Юки протянула руку оказавшейся в паре метров агенту. Та мгновенно поняла жест и бросила ей капсулу.

Юки уставилась на продолговатую таблетку. Она терпеть не могла капсулы и ни за что не проглотила бы такую без воды, но сейчас было не до капризов. Настал час личностного роста и преодоления страхов. Собравшись с духом, Юки попыталась закинуть её в рот, но…

Её руку перехватили.

Запястье Юки сжимала рука призрака.

Тварь прилепилась прямо со спины. Юки отчётливо чувствовала чужие пальцы на своём запястье и дыхание на шее. Раз рука не слушается, она попыталась дотянуться губами до зажатой в пальцах капсулы, но тут же поняла, что рот тоже на замке. Вторая рука призрака зажимала ей рот. Разумеется, в реальности Юки просто сама крепко стиснула челюсти, но сути это не меняло: принять снотворное она не могла.

Юки задёргалась, всем телом пытаясь сбросить с себя призрака.

Тщетно. Сила иллюзии была куда больше. Речь уже не шла об отдельных частях тела вроде руки или рта — Юки практически полностью парализовало. С размаху удариться головой об асфальт и отключиться — она держала в голове и такой экстренный план, но в её жалком положении об этом нечего было и думать.

«Проклятье», — с яростью подумала она.

Ещё чуть-чуть… оставалось ведь совсем немного!

Юки попыталась вывалить на врага все мыслимые и немыслимые грязные ругательства, какие только могла вспомнить.

Однако… не смогла. Сознание стремительно мутилось, покидая её.

— …Юки.

Сквозь подступающую пелену она увидела агента, стоящую совсем рядом.

— Прошу простить мою дерзость… я позволила себе действовать по своему усмотрению. До сих пор я предлагала вам лишь препараты для приёма внутрь, поэтому, полагаю, вы и попросили снотворное в таблетках, однако…

Агент подняла руку. В ней не было ни капсулы, ни бумажного стаканчика.

— Я ношу с собой не только таблетки. В данной ситуации я сочла этот вариант более надёжным.

В пальцах она держала… уже пустой шприц.

«Профи…» — изо всех сил хотела выкрикнуть Юки, но язык её уже не слушался. Поэтому она попыталась выразить свой восторг хотя бы мимикой. Прежде чем окончательно провалиться в мир сна, она постаралась чуть смягчить выражение уголков глаз — всё, на что её хватило. Поняла ли её агент — так и осталось загадкой.

(4/44)

Агент уложила уснувшую Юки на заднее сиденье.

Сама же села за руль и дотронулась до груди — туда, куда пришёлся удар. Снова заныло. Приложили её крепко. И всё же… судя по словам Юки, она сделала это не по своей воле. Во всём виноват терзающий её призрак.

Ещё во время недавнего телефонного разговора Юки в общих чертах обрисовала ситуацию. Похоже, она видит призрака — свою точную копию. Этот двойник винит Юки, измывается над ней и пытается завладеть её телом… В подобное верилось с трудом, но стоило вспомнить отчаянное лицо девочки и её абсолютно беспричинное нападение, как всё вставало на свои места: не будь за этим чего-то столь же серьёзного, концы с концами бы не сошлись. Поверить сложно, но принять — вполне. Пожалуй, в этой истории было куда больше реализма, чем в её собственной работе на организацию, устраивающую смертельные игры. Как и ожидалось, инцидент в Царском Дворце выбил Юки из колеи.

Помимо самой ситуации, агент узнала и о плане действий. Первый этап — усыпить Юки, а заодно и призрака. А вот второй этап…

Агент достала телефон и набрала номер.

Хотя этот контакт и был в записной книжке, звонить по нему приходилось впервые. Ответит ли она в такой час, да ещё и с незнакомого номера? С этой мыслью агент прижала трубку к уху, вслушиваясь в гудки.

— Да. Алло.

К счастью, ответили сразу.

Мягкий женский голос. На фоне вместе со словами раздался тихий перезвон колокольчика: динь-динь. И то и другое было её неотъемлемой частью.

— Прошу прощения за поздний звонок… Ринрин, — произнесла агент. — Это агент Юки. Я звоню по очень срочному делу.

Ринрин. Незрячая бывшая участница и наставница Юки, обучившая её эхолокации. Около полугода назад они сражались друг с другом в тренировочной игре на отдалённом острове.

— Ах, агент. Что-то случилось? — спросила Ринрин, ничуть не рассердившись из-за ночного звонка.

Агент изложила суть. Выслушав всё до конца, Ринрин произнесла лишь:

— Понятно.

— Такое часто случается? Из-за эхолокации можно начать видеть невидимое… например, саму себя?

— С чего бы? Будь это так, я бы предупредила её заранее.

— Логично…

— Но в мире игроков о таком слышишь сплошь и рядом, — продолжила Ринрин. — Убитые во снах набрасываются с упрёками, или паранойя из-за мерещащихся ловушек доводит до того, что девочка вообще не может выйти на улицу… Многие из-за этого ломаются и больше не могут участвовать в играх, это обычное дело. Можешь считать её случай обострённой стадией. У неё, видимо, многое накопилось, и вкупе с силой эхолокации это вылилось вот в такую форму.

— Раз вы так хорошо всё понимаете… должно быть, уже догадываетесь, о чём я хочу попросить? — спросила агент.

На самом деле агент уже знала, о чём попросит, но задала этот вопрос намеренно. Ведь Юки предупреждала: Ринрин поймёт замысел и без лишних объяснений.

— Что ж… — протянула Ринрин после недолгого раздумья. — Значит, этот призрак действует по логике её собственного подсознания?

— Похоже на то.

— В таком случае она должна была решить, что призрака необходимо сковать какими-то «правилами»… Правилами, которые вытащат её из ловушки, где её избивают в одни ворота, и перенесут схватку на равное поле боя… А самое могущественное правило для любого игрока только одно. Смертельная игра.

Ринрин рассуждала вслух, шаг за шагом выстраивая логическую цепочку.

— Выходит… она просит меня организовать тренировочную игру? Столкнуться с собственной иллюзией в рамках игры и таким образом её уничтожить. Наверняка она вынашивает именно такой план. А значит, строго говоря, это просьба связаться через меня с посредником… Ну как, я угадала?

— …Вы совершенно правы, — ответила агент.

Всё было в точности так, как и говорила Юки. Совпала не только суть просьбы, но и весь ход мыслей. «Поразительно», — подумала агент. Наверное, существует нечто такое, что ведомо лишь ветеранам смертельных игр. Агент испытывала искренний трепет перед этими двумя: перед Юки, которая, столкнувшись с таким безумием, мгновенно выстроила план спасения, и перед Ринрин, прочитавшей этот замысел, словно телепат.

— Вы согласны? — спросила агент.

Но ответ последовал не сразу.

«Неужели откажет?» — пронеслось в голове агента. Полгода назад тренировочная игра состоялась лишь потому, что Ринрин прониклась сочувствием к теряющей зрение Юки. Нынешняя ситуация не имеет к этому никакого отношения. Так что не придётся удивляться, если она сейчас бросит: «А мне-то какое дело?». Агент уже приготовилась к холодному отказу, но…

— …Хорошо, — произнесла Ринрин.

— Берётесь за дело, выходит?

— Да. Я помогу.

Ринрин издала тихий смешок:

— Что ж… Давайте начнём «ритуал». Ритуал, столь величественный, что его хватит для всего её воображения… — сказала она и рассмеялась пуще прежнего.

Этот смех резанул агента по нервам. Не меняя тона, она произнесла в трубку: «…Благодарю вас», ощутив, как внутри сгущается холодная тревога.

Вспоминая бой на отдалённом острове полгода назад, агент невольно задумалась.

Да, всё шло в точности по плану Юки, но… действительно ли стоило просить эту женщину о помощи?

(5/44)

По дороге на тренировочную игру.

Юки снился сон.

(6/44)

Обычно во время игр подобного не случалось. Но, возможно, из-за того, что уснула она не так, как всегда… ей приснился сон. И то были вовсе не эфемерные грёзы, а нечто похожее на воспоминание. События более чем двухлетней давности — самый конец Леса Свечей, когда они с Айри вдвоём ждали финала.

На ту игру отводилась неделя. Однако из-за того самого непредвиденного обстоятельства большинство участников выбыло, ситуация зашла в тупик, и на третий день игру свернули досрочно. Вплоть до этого момента… Юки и Айри, оказавшись в числе немногих выживших, коротали время в комнате со всеми бытовыми удобствами, расположенной прямо на игровой площадке.

— С каких пор вообще проводятся эти смертельные игры? — спросила тогда Айри.

Поначалу она держалась от Юки в стороне, но, проведя вместе день-другой, они начали понемногу переговариваться.

— Не знаю, — ответила Юки свойственным ей тогда тоном, куда более безразличным, чем сейчас. — Но вроде бы они существуют уже больше десяти лет. Судя по тому, что говорят другие игроки.

— И постоянных участников тоже много?

— Хватает. Нет, вернее сказать — хватало.

— Поверить не могу, что кто-то раз за разом выживает в подобном.

— Такое случается крайне редко, — ответила Юки, вспоминая бойню в Лесу Свечей. — Но, впрочем, типы они и впрямь невероятные.

— …И что же тут весёлого, раз люди идут на такое?

Задали ли ей в реальности столь глубокий вопрос, память точно не сохранила. Всё происходило во сне, так что, возможно, Юки сама его выдумала.

— Зависит от человека, — ответила Юки.

— А в твоём случае? Почему?

— Да нисколько не весело, — слова сорвались с губ без малейших колебаний. — Потому я здесь.

— …? — недоумённо на неё посмотрела Айри.

Но Юки не стала вдаваться в подробности. О таком не принято рассказывать.

Должно быть, я просто не умею быть счастливой. Ни в чём не находя удовлетворения, я плыла по течению, пока меня не прибило сюда. Мир смертельных игр… Не то чтобы я с самого начала почувствовала в нём своё призвание. Просто он подходил мне чуть больше всего остального.

С тех пор прошло много времени.

И пусть недавно я наконец-то нащупала нечто по-настоящему ценное…

Но сейчас Юки снова страдает. Почему всё так? Почему я не могу обрести покой? Неужели в этом мире нигде нет желанного рая?

Во сне Юки протянула руку к потолку.

Но потолок искривился. Протянутая рука тоже пошла волнами. Сознание помутилось и поплыло, словно мозг взбалтывали миксером. Граница между реальностью и сном размылась, всем телом она ощутила то ли невесомость, то ли погружение на самое дно, и затем…

Придя в себя, Юки открыла глаза в полностью белой комнате.

(7/44)

Это была белая комната.

Белая комната, которую идеально описывали слова вроде «больничная» и «безжизненная». И это была не первозданная бледность голого бетона, а тщательно подобранная и нанесённая краска. Здесь, где белизна безраздельно поглощала всё вокруг, Юки и открыла глаза.

— Холодно…

Первым, что она почувствовала, придя в себя, был пробирающий холод.

Причина нашлась сразу: на Юки не было одежды.

Точнее говоря, футболка осталась на месте, а вот надетого поверх неё спортивного костюма не оказалось. Дотронувшись до головы, она не обнаружила заколки. Кроссовок на ней не было с самого начала, но теперь её лишили всех трёх привычных вещей, с которыми Юки никогда не расставалась.

— О, проснулась?

Юки обернулась на голос.

Там стояла призрачная копия её самой, вальяжно прислонившись к стене.

— …!

Оставшись в одной лишь футболке, Юки рефлекторно приняла боевую стойку.

— Остынь, — насмешливо фыркнул призрак, глядя на её реакцию. — Не надо стойки. Ничего, чего ты так боишься, не случится.

Двойник была одета точно так же — в одну только футболку.

Её появление заставило Юки вспомнить всё. Точно… чтобы остановить её, я уснула. Попросила агента связаться с Ринрин, чтобы та всё подготовила для тренировочной игры…

И вот теперь я здесь.

Юки снова огляделась по сторонам.

Белая комната квадратной формы, чуть просторнее её собственной квартирки в одиннадцать квадратов. Светильники на высоком потолке делали её еще белее.

И хотя комната казалась абсолютно стерильной, пустой она не была. Первым делом в глаза бросились два английских слова, выведенных на одной из стен.

«SNOW ROOM».

«Снежная комната»… Должно быть, название игры. Эти слова, выведенные на белоснежной стене крупными, чернее туши буквами, сразу привлекали внимание.

— Ознакомься-ка с правилами, — бросил призрак, указав подбородком на стену.

Там, прямо под надписью «SNOW ROOM», располагалась инструкция. Не текст, а рисунки. В ряд выстроились три пиктограммы — вроде тех, что печатают на дорожных знаках или указателях.

На первой до предела упрощённые человечки из палочек что-то искали. В этой комнате находились двое, Юки и её двойник, и на рисунке человечков тоже было двое. На второй пиктограмме один из схематичных искателей находил в сундуке с сокровищами одежду — судя по всему, тот самый спортивный костюм. А на третьей — фигурка, уже облачённая в находку, благополучно выходила из здания через дверь. Второй же человечек с завистью смотрел ей вслед.

— Короче говоря, игра на побег, — любезно пояснила её копия. — В этом здании спрятан твой комплект одежды, включая спортивный костюм. Кто найдёт его раньше соперника и сбежит отсюда — тот и прошёл игру. Вот и всё.

Призрак кивнула подбородком в сторону, и Юки посмотрела уже туда.

Там находилась дверь. Массивная, двустворчатая. Плотно запертая, без каких-либо ручек, защёлок или замочных скважин. С этой стороны её явно не открыть.

По обеим сторонам от неё скалились грозного вида турели. Штрафные устройства. Юки припоминала, что видела похожие пушки ещё в своей первой игре — Забеге новичков. Они предназначались для наказания игроков, пытающихся сжульничать и пройти к выходу нечестным путём. В мире смертельных игр эти устройства были такой же неотъемлемой частью дверей, как золотые рыбы сятихоко — на крышах японских замков, или львы-стражи сиса — у входов в окинавские дома. На полу перед створками виднелась заштрихованная зона. Должно быть, она означала: «Шагнёшь без спортивного костюма — расстреляем на месте».

Такие тщательные меры безопасности ясно давали понять — выход находится именно там.

«Ясно», — подумала Юки. С правилами всё понятно.

Но… что с того? Игра началась. Отлично. Однако это не объясняло, почему двойник ведёт себя так смирно. Ведь цель этой твари — завладеть разумом Юки. И теперь, когда Юки очнулась и снова может двигаться, она не нападает?

Юки ещё раз посмотрела на призрака.

Призрак стоял, прислонившись к стене. Не к той, где красовалась надпись «SNOW ROOM», а к соседней. Всё в той же позе, не шевелясь.

При взгляде на него у Юки шевельнулась догадка.

— Слушай, — заговорила она.

— Чего тебе?

— Не отойдешь в сторонку?

Лицо призрака едва заметно окаменело.

— С чего бы? — огрызнулся он.

— Да так. Просто отойди.

С недовольным видом призрак нехотя повиновался.

И тогда… на стене за его спиной тоже обнаружились пиктограммы.

Всего две. Обе жирно перечёркнуты косой линией. Очевидно, это правила, указывающие на запреты. Первое — запрет на порчу спортивного костюма: его нельзя рвать, жечь и так далее.

А второе… запрет на любое насилие.

Юки тихо усмехнулась.

Так вот почему призрак не распускает руки. Устроить игру с собственной галлюцинацией и сковать её действия правилами… Расчёт оправдался. Ринрин в точности уловила замысел. Большое ей спасибо.

— Надо же было выдумать такую нелепую уловку… — проворчал призрак. — Выстроить столь помпезную сцену — ну и морока. Так сильно хочешь от меня отделаться?

— Ну да, — ответила Юки.

— Мне даже обидно. Столь жестокий отказ…

— Обидно?

Юки намеренно поймала врага на слове.

Она поняла, что в этом есть смысл. Этот призрак действует, подчиняясь её собственному подсознанию. А значит, если придираться к словам и перехватить психологическое преимущество, можно подорвать его силы.

— Рада это слышать. Выходит, я впервые смогла нанести тебе урон. Пожалуй, буду и впредь придерживаться этой тактики.

Призрак промолчал, лишь раздражённо цокнув языком.

— Погнали уже, дражайший оригинал, — бросил он.

— Да, давай, — отозвалась Юки.

Запертый выход оказался не единственной дверью в комнате. В каждой из трёх оставшихся стен тоже имелось по проёму. Обычные раздвижные двери, какие бывают в школьных классах. Видимо, они вели в другие помещения. Насколько огромно это здание и сколько сил уйдёт на поиски спортивного костюма — пока оставалось загадкой.

К одной из таких дверей призрак и зашагал.

И тут раздался звук шагов — звонкий стук.

Юки оторопела. Сама мысль о том, что призрак издаёт звуки при ходьбе, казалась абсурдной. Настоящими эти шаги быть не могли. Призрак бесплотен, а даже будь он осязаем — он ведь босиком. С чего бы раздаваться столь звонкому стуку? Этот звук исходил не от него — его транслировали. Где-то работали скрытые динамики.

Стук продолжался. Призрак шёл вперёд и вскоре оказался перед дверью. Чтобы её открыть, нужно было взяться за ручку и потянуть в сторону, но бесплотная иллюзия сделать этого не могла. Дверь не должна была поддаться, но…

Однако она разъехалась сама по себе.

Вернее… так показалось Юки. Не сама же она её открыла. Оставалась вероятность, что её тело сделало это бессознательно, как во время удара по агенту, но вряд ли. Пусть вера в собственные чувства уже таяла, от точки, где стояла Юки, до проёма было приличное расстояние — дотянуться невозможно. Как и в случае со звуком шагов, дверь открыл кто-то другой, управляя всем удалённо.

Как бы то ни было, призрак скользнул в открывшийся проём. Оставшись одна, Юки принялась озираться по сторонам.

И вскоре заметила в углу под потолком крошечную камеру наблюдения.

(8/44)

В то же время в другой комнате.

Агент нажала на кнопку.

(9/44)

«Наконец-то началось», — подумала агент, убирая палец с кнопки на планшете.

Затем она окинула взглядом помещение.

Оно тоже казалось безжизненным, но совершенно в ином смысле, нежели стерильная белая арена игры. Стены и пол — голый бетон, на потолке — стальные балки, покрытые рыхлой, похожей на пыль огнезащитой. Из мебели — лишь пара складных стульев да несколько столов. На них теснились мониторы для слежения за игрой, громоздилась какая-то неопознанная аппаратура и змеился ворох проводов, снабжавших всё это электричеством и связью. В комнате находились лишь трое: агент Юки, Ринрин и посредник.

Это была аппаратная — комната для управления ходом игры. Она располагалась совершенно в другом здании, вдали от белой комнаты, где заперли Юки.

— Ну как, получилось? — поинтересовалась Ринрин.

— Да. Похоже на то.

Агент посмотрела на один из мониторов.

С экрана на неё смотрела белая комната — стартовая точка игры. Одна из дверей была открыта. Юки озиралась по сторонам и как раз подняла взгляд прямо на них, судя по всему, заметив объектив.

По её лицу не было похоже, что она почуяла неладное.

«Значит, спектакль удался», — с облегчением выдохнула агент. Дождавшись, пока Юки закончит перепалку со своей галлюцинацией, они дистанционно воспроизвели стук шагов и открыли дверь, создав иллюзию того, что призрак покинул комнату.

— Что ж… В таком случае запустим и вторую? — с этими словами Ринрин щёлкнула тумблером микрофона.

Он предназначался для связи с белой комнатой, вот только обращалась Ринрин вовсе не к Юки.

Агент перевела взгляд на соседний монитор. Оттуда на неё смотрела точно такая же белая комната, чьё устройство почти ничем не отличалось от той, где очнулась Юки.

Только вот участница, стоявшая на экране, была кем угодно, но не Юки.

Именно в этом и заключалась главная техническая особенность этой игры. Чтобы контролировать действия призрака, они воссоздали точную копию игровой арены. Вторую участницу поместили на эту площадку, находившуюся прямо под аппаратной, на первом этаже, и поручили ей проходить игру. Синхронизировав прогресс на обеих аренах, они заставили Юки поверить, что призрак существует на самом деле. Такова была изнанка Снежной комнаты — игры, представлявшей собой поединок один на один с призраком.

Проще говоря, в реальности Юки предстояло соревноваться с добровольной помощницей, исполняющей роль её собственного призрака.

Именно к ней и обратилась Ринрин:

— Твоя соперница начала. Ты давай тоже.

— Слушаюсь, — донёсся голос помощницы из встроенного в монитор динамика.

— Излишне напоминать, но выкладывайся на полную. Задействуй все свои навыки без остатка. Замечу хоть малейшую халтуру — убью на месте. Ладно?

«Да в каком месте «ладно»?!» — возмутилась про себя агент.

«Что за манера так разговаривать с человеком, который добровольно вызвался помочь…» — хотела было возмутиться агент, но помощница невозмутимо ответила:

— Разумеется.

То ли она действительно вознамерилась выложиться без остатка, то ли ей было совершенно плевать, даже если её прикончат.

— И ещё… Выходи строго через ту дверь, что прямо перед тобой. Иначе выйдет нестыковка.

— Нестыковка? Что вы имеете в виду?

— Не суй нос куда не просят. Просто делай, что сказано.

— …Слушаюсь.

Помощнице никто не объяснял истинной сути происходящего.

Ей лишь сказали, что это прототип новой игры на побег и требуется провести тестовый прогон. Поэтому Снежная комната, в которой она сейчас находилась, была не более чем муляжом — имитацией, где её жизни ничего не угрожало. Её предупредили, что в соседнем секторе параллельно играет ещё один человек и их прогресс будет синхронизирован, но она и понятия не имела, что её соперница — Юки, а у той идёт самая настоящая смертельная игра. О том, что её саму вслепую используют как куклу для проекции призрака, она тоже не знала ни сном ни духом.

Впрочем, она наверняка о чём-то догадывалась. Для тестового прогона подготовка была чересчур масштабной, а кураторы вроде агента вели себя слишком уж мрачно.

Но главная причина крылась в другом — в том, кем именно была эта помощница.

(10/44)

Юки вышла из комнаты через другую дверь — не ту, в которую скрылся призрак.

Створка за её спиной тут же захлопнулась. Двери здесь оказались с доводчиками, какие часто ставят в больницах или общественных банях. «Похоже, они не только открываются сами по себе, но и закрываются», — подумала Юки, оглядываясь по сторонам.

За ней оказалась точно такая же белая комната. Размером с предыдущую и совершенно пустая. Ни надписи «SNOW ROOM», ни свода правил — только камера под потолком да по одной двери на каждой из четырёх стен. Выбрав ту, что была прямо по курсу, Юки открыла её и шагнула в следующее помещение.

И снова очутилась в идентичной белой комнате.

Судя по всему, всё это здание состояло из вереницы одинаковых комнат. Юки миновала по прямой три комнаты, но везде находила лишь камеры и двери. Не то что спортивный костюм — здесь даже прятать его было негде.

«Что всё это значит…» — думала она, переступая порог четвёртой комнаты. Здесь двери впереди не оказалось. Должно быть, стена здания. Раз прямо пути нет, Юки свернула налево. И снова пошла по прямой, рассудив, что так рано или поздно упрётся в угловую комнату. Так она и двигалась вдоль глухой стены — из одного крайнего помещения с тремя дверьми в другое.

И тут…

— Ой, — невольно вырвалось у неё.

Прямо перед ней возник призрак.

Точнее, он не материализовался из воздуха: долей секунды позже самой Юки он вошёл сюда же через противоположную дверь. Видимо, двойник точно так же бродил из комнаты в комнату.

— Здоров, — бросил призрак. — Ну как успехи? Есть подвижки?

— Пока глухо, — ответила Юки. — А у тебя?

— Ну… примерно то же, что и у тебя.

Вместо того чтобы прямо признать нулевой результат, двойник напустил на себя многозначительный вид и прошёл мимо.

Юки проводила его взглядом. Призрак прошагал мимо под аккомпанемент искусственного стука, открыл дверь и вышел — Юки смотрела ему вслед, пока створка автоматически не захлопнулась.

Всё те же открывающиеся сами по себе двери, всё тот же звук шагов. Понятно, что ими управляют удалённо, но… по какому принципу? Просто жмут на кнопки наугад? Или же кто-то где-то действительно ходит и открывает настоящие двери?

Скорее всего, второе. Наверняка существует ещё одна арена с точно такой же планировкой — неважно, физическое или виртуальное, — и там перемещается реальный игрок. Его движения транслируются сюда в виде звуков и открывающихся дверей, а её собственный мозг уже облекает эти данные в плоть и кровь, дорисовывая образ призрака.

Иными словами, у неё есть реальный соперник. «Снежная комната» — вовсе не одиночная игра, а полноценная дуэль с собственной иллюзией.

Но кто же тогда играет против неё на самом деле?..

Поймав себя на том, что мысли уходят не в то русло, Юки одёрнулась. Нет. Сейчас это не имеет значения. Важно лишь то, что эта игра — один против одного. А значит, расслабляться нельзя. Нужно завладеть спортивным костюмом раньше призрака и доказать, что истинная «я» — это я.

— Легко сказать… — пробормотала Юки, стоя посреди пустой комнаты.

Шёпот впитался в белые стены и бесследно угас.

Судя по всему, она добралась до угла. Здесь было всего две двери. Комната ничем не отличалась от предыдущих — хотя нет, без лишних проёмов она казалась ещё более пустой и мёртвой.

Как здесь вообще можно искать спортивный костюм, если искать попросту негде? Юки лишили самой возможности искать, заставив бесцельно бродить по лабиринту — в подлинном смысле слова игра ещё даже не началась. В груди тяжёлым осадком копились тревога и ощущение тщетности.

Выпустив эти эмоции с усталым вздохом, она сделала шаг к выходу из угловой комнаты.

И в этот самый миг… ровно на следующем шаге.

Её босая ступня во что-то вляпалась. Во что-то мерзкое, вязкое — как собачье дерьмо.

(11/44)

Юки рефлекторно отпрыгнула назад.

Взгляд метнулся вниз. Прямо у неё под носом слегка просел пол — там, где секунду назад стояла её нога.

Нажимная плита. Тело разом вспомнило, что она находится в смертельной игре. Внутри Юки тоже словно щёлкнул невидимый тумблер: мгновенно перейдя в боевой режим, она настороженно огляделась. Дротики? Циркулярные пилы? Она приготовилась к удару коварной ловушки, но…

События приняли совершенно неожиданный оборот.

Вернее, не события, а стена. Часть гладкой белой стены отъехала в сторону, и из ниши выдвинулось нечто вроде сейфа.

Не ослабляя бдительности, Юки подошла ближе. Вблизи загадочный предмет всё ещё выглядел как обычный сейф. На его дверце виднелась надпись:

В2. Выберите официальное название Статуи Свободы из предложенных вариантов:

А. Свобода, озаряющая мир (Liberty Enlightening the World)

Б. Статуя святой Афродиты (The Statue of Saint Aphrodite)

В. Свобода, ведущая народ (Liberty Leading the People)

Г. Мать изгнанников (Mother of Exiles)

Штраф за ошибку: удар электрическим током.

Простенькая задачка.

Рядом с вопросом располагались четыре металлические кнопки — от «А» до «Г». Вполне логично: дашь правильный ответ — сейф откроется, ошибёшься — получишь штраф, и через кнопку тебя ударит током.

— Вот оно что… — пробормотала Юки.

Наверняка эти комнаты просто напичканы подобными штуками. За абсолютно пустыми на первый взгляд стенами и полами скрываются переключатели и загадки. Видимо, вытягивая их наружу, игрок должен шаг за шагом подбираться к заветному спортивному костюму.

Итак… Юки вновь вчиталась в текст. Четыре варианта ответа. Штраф за ошибку — электрический ток. Даже если ткнуть наугад, шанс на успех — один к четырём, да и силу наказания стоило бы прощупать заранее. Положившись на интуицию, Юки нажала кнопку «В»…

Мгновение спустя её тело прошила ослепительная боль.

— Гх-х-х!..

Юки отдёрнула руку. Она рухнула на пол, корчась от боли. Болел не просто палец — агония парализовала всё тело. Замыкая цепь, ток прошёл от кнопки сквозь неё прямо в пол — осознала она сквозь неутихающую боль. По роду своей специфической деятельности Юки неоднократно получала разряды тока, но этот удар однозначно претендовал на звание одного из мощнейших. Таким чудовищным напряжением явно не наказывают за ошибку в банальной загадке на самом старте, которая задумывалась лишь для разминки.

И только когда боль начала отступать, Юки вспомнила.

Эту игру спроектировала… та самая Ринрин.

(12/44)

— Похоже, до неё дошло, — произнесла Ринрин в аппаратной.

Наверняка она имела в виду Юки, наткнувшуюся на первую загадку. Хоть Ринрин и не могла видеть экраны, она всё поняла по доносившемуся из динамиков бормотанию и болезненному стону после разряда тока.

— Похоже на то, — согласилась агент.

— Вернее сказать, «наконец-то дошло»?

— …Вполне возможно.

Агент перевела взгляд на монитор с помощницей.

Сейчас та как раз приступала к третьей задаче. Она находила скрытые механизмы и щёлкала головоломки с пугающей скоростью. Явно не из простых… не успела агент в очередной раз поразиться её сноровке, как помощница разделалась и с третьим вопросом.

Распахнув дверцу сейфа, та буднично заметила:

— Как-то слишком просто. Пусть это и самое начало, но не чересчур ли легко? Полагаю, стоит повысить сложность вопросов или ужесточить штраф за ошибку. Иначе совсем нет азарта.

— Не разговаривай со мной так запросто, — ответила той Ринрин. — Относись к происходящему как к настоящей игре. Выходи на связь только в случае крайней необходимости.

— Вот как. Однако… разве вам не нужна обратная связь? Разве не для этого устраивают тестовые прогоны?

От такого логичного замечания Ринрин, казалось, слегка опешила.

А ведь и в самом деле: именно под этим предлогом они её и наняли. То, что помощница регулярно делится впечатлениями, было абсолютно естественным.

— Выслушаю всё разом в конце, — выкрутилась Ринрин. — Не нужно докладывать о каждом своём шаге. Ясно?

— Вас поняла.

«И всё же Ринрин на редкость язвительна», — подумала агент. Неужели эта помощница ей настолько неприятна?

(13/44)

Придя в себя после экзекуции электричеством, Юки вновь обратилась к тексту.

В2. Выберите официальное название Статуи Свободы из предложенных вариантов:

А. Свобода, озаряющая мир (Liberty Enlightening the World)

Б. Статуя святой Афродиты (The Statue of Saint Aphrodite)

В. Свобода, ведущая народ (Liberty Leading the People)

Г. Мать изгнанников (Mother of Exiles)

Штраф за ошибку: удар электрическим током.

Боль ясно дала понять, что «В» — промах. Теперь вариантов оставалось три, но желания снова тыкать наугад поубавилось. Пришлось задуматься всерьёз. Официальное название Статуи Свободы… Юки его не знала, но рассудила, что ответ можно вычислить методом исключения. Выбивающиеся из общего ряда «Б» и «Г» наверняка ошибочны. Скорее всего, викторина рассчитана на то, чтобы заставить игрока колебаться между похожими «А» и «В». Раз «В» отпадает, правильный ответ — «А».

Юки потянулась к кнопке «А». На всякий случай она натянула на палец ткань футболки, однако механизм не сработал. Похоже, кнопка реагировала только на прямое касание кожи, прямо как сенсорный экран смартфона. «Всё продумали…» — с досадой выругалась про себя Юки и нажала на металл голым пальцем. Новой вспышки боли не последовало, и дверца сейфа щёлкнула.

Внутри лежал лишь одинокий листок бумаги. Юки взяла его.

***

Подсказка 2

В этом здании ровно двадцать пять комнат.

Пять на пять одинаковых квадратных помещений.

***

Не слишком-то ценная информация. Пять на пять, итого двадцать пять комнат — примерно о таких габаритах здания она и сама догадывалась, пока бродила по лабиринтам. С другой стороны, вопрос был пустяковым, вот и награда оказалась под стать.

Хоть пользы от записки было мало, оставлять её призраку не хотелось. Оставшись в одной лишь футболке без единого кармана, Юки не нашла ничего лучше, чем свернуть листок в узкую полоску и вплести в волосы, словно храмовое предсказание омикудзи* на ветку.

[п/п: Омикудзи — это традиционные бумажные предсказания, которые вытягивают в синтоистских святилищах и буддийских храмах Японии. Если предсказание оказалось неблагоприятным (например, кё — неудача), бумажку складывают и привязывают на специальную стойку или дерево на территории храма. Считается, что тогда неудача не пойдет за вами, а останется в храме.]

Открыв дверь, она шагнула в соседнюю комнату.

— Ого… — невольно вырвалось у неё.

В этой комнате головоломка уже оказалась активирована.

Как и в предыдущем помещении, часть стены ушла в сторону, обнажив сейф. Кто-то уже ответил на вопрос, и дверца была распахнута настежь. Очевидно, дело рук призрака. Выходит, двойник тоже раскусил механику игры.

Юки подошла ближе и заглянула внутрь.

Пусто. Призрак забрал награду… по крайней мере, так это должно было выглядеть. А технически как оно работает? Присмотревшись повнимательнее, Юки заметила на дне небольшую откидную створку. Значит, листок просто сбросили вниз. Организаторы симулировали не только стук шагов и движение дверей, но и работу сейфов вплоть до исчезновения предметов. Разгадав ещё один винтик в системе этой игры, Юки направилась к выходу.

Напоследок ей бросилась в глаза дверца тайника.

Вчитываться в сам текст Юки не стала, но номер в самом начале привлёк её внимание: «В6».

(14/44)

Шагнув в соседнюю комнату, Юки не обнаружила там никаких вопросов. Лишь белый пол, стены да потолок.

Она принялась мерить шагами помещение. Во-первых, здесь тоже могла скрываться нажимная плита, а во-вторых, на ходу лучше думалось.

Прочёсывая комнату, она рассуждала: стоит ли вообще рассчитывать, что тайники есть везде? В здании двадцать пять комнат, неужели загадки припрятаны в каждой из них? Тогда всего их двадцать пять… Нет, погоди, вовсе не обязательно по одной на комнату. Их может быть две или три. И вообще, неужели заветный спортивный костюм просто лежит в одном из этих многочисленных сейфов?

— Нет… вряд ли всё так просто, — произнесла Юки вслух.

Многое оставалось неясным, но в этом она не сомневалась. Будь оно так, исход поединка зависел бы от банального везения — кто первым наткнётся на правильный сейф. Иными словами, всё свелось бы к слепой игре в угадайку. Если опираться на базовые принципы игр на побег, логичнее расценивать всё происходящее лишь как «первый этап».

За этими размышлениями Юки продолжала бродить по комнате и вдруг наступила на скрытый механизм.

Часть стены отъехала в сторону, открыв сейф. Номер загадки на нём гласил…

— Семнадцать, значит… — констатировала она.

Самый первый найденный вопрос шёл под номером два. В соседней комнате — шестой. В этой — семнадцатый… Немного поразмыслив, Юки не нашла в их расположении никакой закономерности. Похоже, цифры раскидали абсолютно случайным образом.

Она взялась за задание. Разгадав головоломку, завязанную на японской слоговой азбуке годзюон [*1], Юки открыла дверцу и обнаружила внутри всего один фломастер. Оказывается, помимо записок, в тайниках попадались и вещи. Поскольку складывать находки ей было по-прежнему некуда — на ней была лишь футболка, — Юки деловито заложила фломастер за ухо, точь-в-точь как прогнозист на скачках [*2].

[п/п: [1] Это таблица из 10 строк на 5 столбцов, в которых находятся гласные/согласные звуки. На пересечении эти 2 звука дают знак. Очень грубо говоря, так японцы строят алфавит. По этой таблице учат и хирагану, и катакану. По порядку знаков в таблице распределяют слова в словарях и так далее.

[2] Привычка держать пишущий инструмент за ухом в японских реалиях прочно ассоциируется именно с составителями прогнозов.]

После этого она продолжила обход в поисках новых задач.

В любом случае, сейчас оставалось лишь решать всё, что попадается под руку. Под полами других комнат тоже скрывались механизмы, активирующие сейфы. Типы вопросов и их сложность варьировались, но все они оказались Юки вполне по зубам: не допустив ни единой ошибки, она вскрыла ещё три тайника и забрала добычу. Первой оказалась записка с подсказкой — вроде той, что попалась ей в начале. Она гласила: «Подсказка 5. Игрок, попытавшийся покинуть здание без спортивного костюма, будет застрелен». Это было очевидно и так, стоило лишь вспомнить турели на старте, поэтому особой ценности бумажка не представляла. Второй находкой стал карманный блокнот размером с ладонь. Должно быть, для черновиков при расчётах. Третьей — таблица с азбукой Морзе. Видимо, где-то есть вопрос, который без неё не одолеть.

Юки попыталась исследовать комнаты с найденными вопросами ещё тщательнее в надежде отыскать вторые или третьи переключатели, но безуспешно. «Всё-таки на каждое помещение приходится ровно по одному тайнику…» — укрепляясь в этой мысли, она переходила к следующей комнате и снова искала механизм.

— Надо же… — пробормотала Юки, щёлкая найденную там четвёртую по счёту головоломку.

«Подумать только, я — и разгадываю загадки», — подумала она про себя.

А ведь она поумнела. Особенно если сравнить с тем, какой была раньше.

(15/44)

— …Ты зачем вообще сюда ходишь?

Как-то раз Юки задали такой вопрос.

Спрашивала Хитоми. Одноклассница по вечерней школе, а заодно — бывший игрок.

Дело было в школе. То ли на перемене между кабинетами, то ли перед классным часом… По какому-то стечению обстоятельств вокруг не оказалось ни души. Только поэтому и мог состояться разговор, не предназначенный для ушей обычных людей.

— А? — переспросила Юки.

— Зачем в школу ходишь? — повторила Хитоми в своей привычной резкой манере. — Ты ведь до сих пор в игре. И завязывать, как я, вроде не собираешься… к чему тогда учёба?

«А, вот она о чём», — догадалась Юки.

— Надо, — ответила она. — Чтобы продолжать играть, какие-никакие мозги тоже нужны.

Юки отучилась здесь уже почти два года, и причина крылась именно в этом. Школьные знания вряд ли применимы в играх напрямую… но теперь она чувствовала, что в битвах стала куда больше думать головой.

— Возможно… — протянула Хитоми и добавила: — А в старшую школу ты не ходила? Или бросила?

Юки перевелась посреди учебного года, так что Хитоми знала: стандартный путь после выпуска она не продолжила.

— Не ходила, — ответила Юки. — У меня родители — сторонники так называемого невмешательства. Вернее, им просто плевать. Мол, закончишь обязательную школьную программу — и гуляй на все четыре стороны. Я и последовала их совету: выпустилась из средней школы и просто слонялась без дела.

— Надо же… Прямо как я, — отозвалась Хитоми с какой-то едва уловимой солидарностью в голосе.

Лицо Юки в ответ тоже едва заметно смягчилось.

Жила как придётся, без цели и как-то сама собой стала игроком.

Вот и всё, что можно было сказать о её прошлом.

Никакой предыстории. Никакой драмы. При её тогдашнем характере для них просто не нашлось бы места. Возможно, дело в крови. Нигилизм родителей передался ей сполна. С тех пор как Юки стала игроком, они окончательно отдалились: от них не было никаких вестей, да и сама она не собиралась показываться им на глаза. Наверное, они больше никогда не увидятся. И в таком исходе Юки не видела абсолютно ничего странного.

Раз уж так сложилось с родной семьёй, то с посторонними — и подавно. За всю жизнь у неё было лишь два человека, с которыми она по-настоящему сблизилась. Первая — наставница. А вторая… Тамамо. Впервые. Впервые чужой человек подобрался к ней настолько близко.

И потому она не знала, что делать.

Не знала.

(16/44)

— …А? — пробормотала Юки в одной из белых комнат.

На этот раз искать ничего не пришлось — тайник уже был открыт. Должно быть, призрак постарался. Юки уже второй раз натыкалась на кем-то активированную загадку, но всё равно слегка удивилась.

Вопрос располагался не на стене, а прямо в полу.

Да и сама дверца оказалась заметно крупнее прежних. Она напоминала уже не сейф, а крышку люка, ведущего в подполье. Возможно, под ней скрывался подземный склад или лаз, но пока люк оставался запертым — а загадка неразгаданной, — оставалось только гадать.

Юки подошла ближе и прочла надпись:

***

В?? Под каким номером идёт этот вопрос? Введите ответ на цифровой панели.

Штраф за ошибку: обрушение потолка.

***

Юки рефлекторно нахмурилась, причем так сильно, что сама ощутила, как двинулись брови.

Она ничего не понимала. Точнее, суть задания была ясна: нужно угадать номер и заполнить пробел в графе «В??». Но как именно это сделать? Разве номера разбросаны по комнатам не в случайном порядке? И когда об этом спрашивают так буднично, словно между делом интересуются: «Кстати, какой сейчас вопрос по счёту?» — это невольно ставит в тупик.

Немного поразмыслив, Юки выдвинула рабочую гипотезу: что, если действовать методом исключения? Отыскать все спрятанные по одному на комнату тайники — хотя и это правило ещё предстояло подтвердить, — вычеркнуть известные цифры и ввести ту, что останется в самом конце. Звучало правдоподобно, но тогда сейчас эту задачу не одолеть. Видимо, призрак пришёл к тем же выводам и оставил люк нетронутым.

Поразмыслив, Юки покинула комнату.

В соседнем помещении она вновь принялась прощупывать шагами пол от стены до стены в поисках скрытой плиты.

Однако мысли то и дело возвращались к странному люку. Судя по всему, та загадка играет ключевую роль. Мало того что вместо сейфа вмонтирован целый люк, так ещё и цена ошибки совершенно иная. «Обрушение потолка»… Вдаваться в подробности ни к чему — любая оплошность означает верную смерть. Наказание куда суровее прежнего. Такая жестокость напрямую указывала на важность тайника, но раз пока к нему не подступиться, ничего не поделаешь. Юки продолжила молча вышагивать по комнате.

Погружённая в раздумья, она и не заметила, как пролетело время, а осмотр подошёл к концу.

Вот только переключателя нигде не оказалось.

— …Странно.

«Что-то здесь не так», — подумала Юки.

Во всех предыдущих комнатах нажимная плита неизменно пряталась где-то в полу. Может, здесь её перенесли на стену? Или же она слишком задумалась и умудрилась пропустить механизм? Допуская такую оплошность, Юки вернулась к стене и принялась заново прочёсывать пол.

Тем временем дверь комнаты открылась.

Раздался знакомый звонкий стук шагов: цок, цок. Призрак вошёл внутрь.

— Ого, — завидев Юки, произнёс двойник и картинно поздоровался: — Моё почтение.

— Привет, — отозвалась Юки, не переставая прощупывать ногами пол, и принялась наблюдать за незваным гостем.

В волосы призрака, точь-в-точь как у самой Юки, были вплетены свернутые записки и мелкие предметы. Видимо, копия тоже не теряла времени даром и продвигалась по игре. Конечно, этот облик был лишь плодом воображения Юки — вернее, её собственное подсознание считало, будто та тоже продвигается по игре, основываясь на всё новых знаниях о ней.

Призрак тоже окинул Юки оценивающим взглядом.

— Чем это ты занята? — поинтересовался он. — Лупишь ногами по полу, как дурочка какая-то…

— Как чем? Механизм ищу, — ответила Юки, продолжая методично оттаптывать пол.

В ответ двойник лишь тихо, издевательски рассмеялся. Тот самый привычный, полный превосходства смешок. «Да что с ней не так?» — мысленно огрызнулась Юки.

— И не надоело тебе так прохлаждаться? — хмыкнул призрак. — Смотри, отрыв станет ещё больше.

Юки нахмурилась. Снова эти многозначительные намёки. Но это был не просто дешёвый блеф — за этими словами явно скрывалось нечто большее. Но что именно?

Прежде чем в голове Юки созрел хоть какой-то правдоподобный ответ, призрак сдвинулся с места. Пройдя мимо топающей Юки, он открыл дверь и скользнул в соседнюю комнату.

В ту самую, с люком в полу.

За миг до того, как створка двери автоматически сомкнулась, Юки успела заметить, как призрак опускается на корточки перед загадкой.

Любопытство вспыхнуло с новой силой. Неужели… он знает ответ? Искать переключатель дальше стало невыносимо. Бросив свои поиски, Юки подошла к только что захлопнувшейся двери, снова приоткрыла её и уставилась в спину призраку, который, судя по всему, вводил код. Памятуя о штрафе за ошибку, внутрь она входить не стала, оставшись наблюдать с порога.

Не прошло и трёх секунд, как призрак закончил ввод и нажал кнопку подтверждения.

Юки напряглась всем телом, ожидая худшего.

Однако потолок не рухнул. Вместо этого раздался мелодичный электронный сигнал, подтверждающий правильный ответ, и массивный люк распахнулся.

Юки обомлела. С одной стороны, раз двойник ввёл код, значит, был в нём уверен, и удивляться тут вроде бы нечему. Но поверить в это всё равно было сложно. Как она его решила? Метод исключения здесь попросту не сработал бы. Пока тайник в комнате Юки оставался ненайденным, математически вычислить нужную цифру было невозможно. И хотя Юки внимательно следила за каждым движением призрака, сам ответ скрывала его спина. Довольно странно не мочь разглядеть экран из-за того, что его заслоняет бесплотная иллюзия… Но как бы то ни было, ни самой разгадки, ни логики её получения Юки не узнала.

Пока Юки стояла в оцепенении, призрак уже собирался спускаться в открытый зев люка — то ли в подземелье, то ли в скрытый проход.

«Дело дрянь», — пронеслось в голове Юки.

Ноги сами рванулись вперёд. Поддавшись порыву, она инстинктивно подалась следом, намереваясь броситься в погоню, но…

В этот самый миг их взгляды встретились.

И Юки не упустила того, как в глазах двойника блеснула готовность.

Краем глаза она заметила и другое: рука призрака, лежавшая на краю люка — так, что пальцы скрывались в тени и их было не разглядеть, — едва заметно дрогнула.

Этих двух деталей с головой хватило, чтобы понять, что сейчас произойдёт. С той же естественностью, что и секунду назад, Юки резко затормозила, круто развернулась на пятках и рванула обратно, выжав из себя лишнюю треть скорости.

И тут…

Раздался яростный, оглушительный лязг: бряк-бряк-бряк! Этот звук напоминал не столько трение двух цепей друг о друга, сколько неравномерный, судорожный звон стремительно разматывающихся звеньев — именно такой лязг издала бы цепь, если бы привязанный к ней массивный груз внезапно сбросили с потолка.

В тот самый миг, когда Юки открыла дверь и влетела в проём, перемахнув через порог, возвращаясь в свою комнату, позади раздался утробный, сокрушительный грохот — «БУ-У-УМ!», — отозвавшийся в самом нутре её тела. Пол под ногами буквально содрогнулся. Потеряв равновесие, Юки рухнула на четвереньки. Едва упёршись ладонями в пол, она в панике скрутилась назад — резко развернув шею, корпус, всё, что только поддавалось повороту, — и оглянулась.

Обрушился потолок комнаты.

(17/44)

По-другому описать это зрелище было просто невозможно.

В той самой комнате, где Юки стояла ещё секунду назад, потолок целиком лёг на пол. Видеть рухнувшие перекрытия ей довелось впервые в жизни, поэтому подобрать точные слова оказалось непросто. Напоминало исполинский плоский камень — вроде диатомитового коврика для ванной или напольной плитки, которую ещё не успели уложить, — и сейчас этот монолит целиком накрыл пол. К гигантской плите крепилось несколько цепей, на которых оказался подвешен потолок.

Внезапно цепи шевельнулись.

С тяжёлым лязгом — бряк-бряк-бряк — они начали натягиваться. Каменная плита медленно поползла вверх, возвращаясь в исходное положение.

Придерживая дверь, чтобы не упустить ни секунды происходящего, Юки рассуждала. Всё сработало в точности так, как гласил штраф: потолок рухнул. Но почему? Очевидно, из-за неверного ответа. Козни призрака. Люк уже был открыт, ответ на вопрос уже был дан, но двойник специально ввёл в терминал ошибку, намеренно активировав ловушку.

С одной-единственной целью — раздавить Юки насмерть.

Лязг цепей стих, потолок окончательно встал на место.

Перед глазами вновь предстала обычная белая комната. Пустая, с одной единственной дверцей люка в полу.

Она была закрыта, но стоило потолку зафиксироваться наверху, как створка открылась.

Из проёма показалось лицо призрака. Двойник посмотрел на Юки. Убедившись, что та не превратилась в лепёшку и не получила ни единой царапины, иллюзия презрительно хмыкнула.

— Надо же… Какая жалость, — бросил призрак напоследок и снова захлопнул створку.

«Чёрт…» — с обидой выругалась про себя Юки и шагнула в комнату. Подойдя к люку, она дёрнула за ручку. Бесполезно. Заперто. Если дверцы сейфов оставались распахнутыми после однократного решения, то этот люк блокировался при каждом закрытии. Судя по тому, как призрак приоткрыл створку, изнутри механизм поддавался, а вот снаружи его было уже не открыть.

Если, конечно, не ввести верный ответ на загадку.

Но… как, чёрт возьми, это сделать?

(18/44)

— Выходит, это всё — магический квадрат? — донёсся в аппаратную голос помощницы.

Справившись с загадкой, она уже спускалась в открывшийся лаз. Вперемешку со скрипом металлической лестницы динамики продолжали транслировать её рассуждения:

— В расположении номеров не прослеживалось никакой внятной закономерности. Можно было, конечно, выписать цифры из остальных двадцати четырёх комнат и найти ответ методом исключения, но… судя по всему, загадки спрятаны далеко не везде. А раз так, остаётся только один вариант.

— Я ведь велела не обращаться ко мне, — перебила её Ринрин. — Помолчи.

— Разве? Я просто мыслила вслух… Но я ведь права? Вы и так прекрасно знаете ответ. Нет смысла пускаться в долгие объяснения.

Ринрин лишь недовольно скривилась — помощница за словом в карман не лезла. Агент краем глаза покосилась на неё.

Впрочем, по сути, та была абсолютно права. Именно поэтому люк и открылся. Изначально планировалось натолкнуть её на эту мысль подсказкой из другого тайника, но чтобы она разгадала всё вообще без зацепок…

Магический квадрат — это квадратная матрица, в которой сумма чисел в каждом ряду по вертикали, горизонтали и диагонали одинакова. Итоговое значение строго привязано к размеру сетки: для поля «три на три» это пятнадцать, для «четыре на четыре» — тридцать четыре, а для «пять на пять» — шестьдесят пять. Вся игровая зона состояла из двадцати пяти комнат, образующих квадрат пять на пять, а номера загадок были расставлены так, чтобы складываться в эту идеальную матрицу.

Благодаря этому математическому свойству неизвестные значения легко вычислялись, позволяя заполнить пробелы. Так что для открытия люка знать все остальные цифры вовсе не требовалось. Более того, геймдизайн этого изначально и не позволял. Как верно подметила помощница, загадки скрывались далеко не везде. Например, в том помещении, где Юки совсем недавно в буквальном смысле топталась на месте, не было ни нажимной плиты, ни тайника. Чистейшей воды мартышкин труд.

Пусть штраф за ошибку и выглядел суровым, реальная сложность головоломки была смехотворной. С такой плёвой задачкой справился бы и младшеклассник.

Если, конечно, иметь возможность взглянуть на лабиринт с высоты птичьего полёта.

Агент перевела взгляд на монитор с трансляцией Юки. Та, лишённая подобной перспективы, стояла перед дверью, обхватив голову руками.

— Слава богу… — пробормотала агент, глядя на экран.

И относилось это «слава богу» вовсе не к тому, что прохождение застопорилось, а к тому, что та избежала ловушки. Когда помощница намеренно ввела ошибку, у агента душа ушла в пятки. С ракурса Юки движение рук было не разглядеть, и агент до смерти перепугалась, что её подопечная попросту не успеет отскочить. Но опыт взял своё. Почуяв неладное, Юки молниеносно отступила и не дала раздавить себя потолком.

В той, параллельной «Снежной комнате», где находилась помощница, штрафы за ошибку тоже присутствовали. Однако, поскольку ей всё преподнесли как бета-тест, все угрозы носили сугубо имитационный характер. Разряд тока лишь слегка покалывал, а рушащийся потолок был склеен из лёгкого пенопласта — такой никого не расплющит.

Но поскольку подобное и наказанием назвать было сложно, организаторы ввели дополнительное правило: за мелкий штраф игрок обязан стоять на месте одну минуту, а за крупный — целых пять. Помощница наверняка была уверена, что для её соперника действуют абсолютно те же условия.

Поняв по звуку двери, что оппонентка вошла в комнату, она активировала ловушку исключительно ради того, чтобы повесить на Юки пятиминутное наказание.

К счастью, худшего исхода удалось избежать. И всё же помощница вырвалась вперёд. Если Юки продолжит топтаться в тупике, разрыв продолжит увеличиваться. «Пожалуйста, догадайся… догадайся как можно скорее», — безмолвно молилась агент, наблюдая за своей подопечной.

Достигли ли её эти мольбы, неизвестно.

Но Юки вдруг оторвала руки от лица и воскликнула:

— Так вот оно что!

(19/44)

— Магический квадрат! — воскликнула Юки, отнимая руки от головы.

Другого объяснения просто не существовало. Квадратная планировка комнат и вычисление недостающих чисел. Пожалуй, в мире есть лишь одно математическое понятие, связывающее эти две вещи воедино.

А раз так, то и Юки должна с этим справиться. Призрак уже решил загадку, а значит, вся необходимая информация — номера тайников в каждой из комнат — уже на виду.

Юки сломя голову бросилась по лабиринту. Фломастером она выписывала на оборотную сторону записки номера найденных вопросов. В процессе Юки заметила, что многие загадки, хоть и были открыты, остались нерешенными. Видимо, двойник просто вытянул их из стен, лишь бы собрать данные для главной головоломки.

Закончив обход, Юки вернулась в комнату с люком.

Она развернула исписанный листок и окинула взглядом плоды своей экспедиции.

И тут же взялась за расчёты, прямо фломастером выводя цифры на белом полу.

К слову, на школьных контрольных по математике в умении превратить чистовик в непроглядную мазню Юки не было равных. Даже те вычисления, что легко делались в уме, она на всякий случай расписывала от руки, поэтому бумага мгновенно покрывалась каракулями. И сейчас эта привычка проявилась во всей красе. Мало того что Юки отчаянно спешила, так ещё и в качестве огромного черновика выступал весь пол.

К моменту, когда она уже сама невольно поймала себя на мысли: «Я вообще магический квадрат решаю или оккультный магический круг черчу?», ответ наконец сошёлся.

— Всё ведь правильно?..

Обводя итоговую цифру, Юки вдруг почувствовала укол тревоги.

Ей до смерти хотелось как можно скорее вписать ответ, но на кону стояла жизнь. Юки принялась за проверку. В силу математической природы магического квадрата, если суммы во всех рядах сходятся, расчёты верны. На всякий случай она прогнала всё дважды и решила, что ошибки, кажется, нет.

Собравшись с духом, Юки вбила ответ.

Нажала кнопку подтверждения.

И пулей отскочила к двери. На случай, если число окажется неверным.

Но опасения оказались беспочвенными. Раздался электронный сигнал, извещающий о правильном ответе, и створка люка распахнулась.

(20/44)

За дверью уходила вниз глубокая вертикальная шахта.

Она и впрямь вела под землю. Видимо, никакого освещения там не предусматривалось: уходящий вниз лаз тонул во мраке, а с определенной глубины и вовсе скрывался в непроглядной тьме. Юки бросила вниз фломастер. Из глубины донёсся сухой стук — бряк-бряк. По крайней мере, шахта не была бездонной.

К стене была прикреплена лестница, и Юки начала спускаться. Опираясь на падавший сверху свет, она осторожно преодолевала ступеньку за ступенькой. Сверху казалось, будто лаз моментально ныряет в абсолютный мрак, но на деле видимость оказалась на удивление сносной, и спуск прошёл без проблем.

Вскоре босых ног Юки коснулось нечто прохладное.

Она достигла пола.

Спустившись, Юки огляделась. Свет с поверхности сюда почти не доходил, и вокруг царил мрак. Ощупав пол, она почувствовала неровную каменную кладку, напоминающую брусчатку. Стены оказались точно такими же. Для искусственного туннеля здесь было слишком много дикого камня, а для естественной пещеры — слишком ровно. Юки почему-то вспомнились классические подземелья из ролевых игр.

«Пора за дело», — решила Юки, стоя в кромешной тьме.

Она громко щёлкнула языком.

Звонкий щелчок разнёсся по округе. Юки затаила дыхание, чутко вслушиваясь в то, как звук отскакивает от потолка, стен и пола, возвращаясь обратно.

Эхолокация. Пространственное ориентирование по отражённому звуку. Уникальная способность Юки воспринимать окружение исключительно на слух. Для неё нынешней тьма перестала значить слепоту. В недавней игре — в Царском Дворце — она даже умудрилась сразиться на мечах, будучи полностью лишённой зрения. Где-то в этом лабиринте наверняка скрывался призрак, и шуметь, выдавая своё присутствие, было рискованно… но Юки рассудила, что без этого ей всё равно не продвинуться ни на шаг.

Звуковой импульс показал, что впереди тянется прямой коридор.

По нему Юки и направилась. Пройдя какое-то расстояние, она уткнулась в развилку, наугад выбрала направление и пошла дальше. В мире непроглядной тьмы раздавались лишь звонкие щелчки языком да шлёпанье её босых ног.

Если подумать, брести сквозь тьму ей было не впервой. В памяти всплыла десятая по счёту игра — Руины, — где ей точно так же пришлось скитаться без единого источника света.

А вместе с тем вспомнилась и та язвительная богатенькая девица.

«И ведь была же такая…» — усмехнулась про себя Юки. В каком-то смысле та девушка тоже стала одним из немногих людей, оставивших глубокий след в её жизни. Похоже, наживать достойных врагов у неё получается куда лучше, чем заводить друзей.

Что бы она сказала, увидев меня нынешнюю? Наверняка пришла бы в неописуемую ярость.

Уж лучше б она снова появилась из ниоткуда и влепила мне хорошенькую пощёчину…

— …

«Ну и бред же в голову лезет», — горько усмехнулась про себя Юки.

Вскоре она уткнулась в Т-образный перекрёсток.

Проход расходился вправо и влево. С помощью эхолокации Юки поняла, что левый коридор ведёт в тупик, но намеренно свернула именно туда. Сработало первое впечатление от этого места — ощущение, будто она в подземелье из ролевой игры. А в таких местах тупики редко бывают просто тупиками.

Не сделав и двадцати шагов, она упёрлась в стену.

Очередной щелчок подсказал, что у самых ног что-то стоит. Нечто вроде крупного ящика с выпуклой крышкой. Ощупав предмет, Юки поняла, что он сколочен из дерева, но местами усилен металлическими вставками.

«Самый настоящий сундук с сокровищами, что ли?» — пронеслось у неё в голове.

Как и положено в тупиках данжей. Юки постучала по стенкам, надеясь по звуку угадать содержимое, но звук от дерева отражался слабо, и понять ничего не удалось. Тогда она попробовала приподнять сундук, чтобы потрясти его, однако тот оказался прикручен к полу. Оставив попытки схитрить, Юки перешла к самому банальному способу проверки. Иными словами — потянулась к тому месту загадочного сундука, где по логике вещей должен был находиться навесной замок или защёлка.

Пальцы нащупали что-то металлическое.

Юки тщательно ощупала находку. Ни замочной скважины, ни кодового диска. Обычная застёжка, вроде тех, что ставят на школьные ранцы или портфели. Стоило слегка надавить, и механизм поддался.

Сундук не заперт.

Это осознание импульсом передалось к пальцам, и почти на одних рефлексах Юки откинула застёжку, открывая крышку.

И уже в следующее мгновение ощутила опасность.

Слух уловил куда более явную угрозу — глухой свист рассекаемого воздуха.

Юки мгновенно рухнула на спину. Прямо над ней что-то пронеслось, едва овеяв обнажённые ноги ветерком. С сухим стуком снаряд отскочил от стены и упал на пол. Юки поднялась, сориентировалась по звуку и подобрала предмет. Вокруг царила непроглядная тьма, но пальцы безошибочно распознали форму.

Дротик.

Неотъемлемая часть смертельных игр — ловушка.

— Так и знала, — пробормотала Юки.

Она предвидела нечто подобное. Потому и успела среагировать. Непременный атрибут игр на побег и золотой стандарт любого подземелья. Наверху угроза возникала лишь при неверном ответе на загадку, но здесь, похоже, правила игры изменились.

Юки заглянула в сундук. Во мраке ничего не разглядеть. Щёлкнув языком и убедившись, что внутри не скрыто никаких других механизмов, она запустила руку внутрь и вытащила награду. Повертев предмет в руках секунд десять, Юки нащупала выключатель. Стоило ей щёлкнуть тумблером, как всё вокруг залило ярким светом.

От неожиданной вспышки Юки рефлекторно зажмурилась.

Лишь спустя пару секунд она заставила себя приоткрыть глаза.

Предметом, рассеявшим тьму подземелья, оказался электрический фонарь.

(21/44)

Тем временем в аппаратной.

Ринрин оторвала зад от складного стула и поднялась.

Не проронив ни слова, она направилась к выходу.

— Вы куда? — поинтересовалась агент.

— Пойду поохочусь на диких кроликов, — бросила Ринрин.

Очевидно, это был завуалированный предлог отойти по нужде. В обычной жизни такого вряд ли услышишь, да и сама агент столкнулась с этой фразой впервые. Но, возможно, в мире смертельных игр — в те времена, когда Ринрин сама была игроком, — выражались именно так.

Водопровода в здании не было, но на улице установили биотуалет. Ринрин направилась туда, оставив агента наедине с поставщиком. Поставщик — мужчина, что большая редкость для индустрии смертельных игр, — был немногословен, поэтому в помещении повисла звенящая тишина. Впрочем, неловкости не ощущалось: оба неотрывно следили за мониторами.

Агент смотрела главным образом на экран Юки. Под землёй, как и в белых комнатах наверху, были расставлены камеры. Из-за кромешной тьмы до сих пор приходилось полагаться лишь на инфракрасный режим, но теперь, когда Юки раздобыла фонарь, её силуэт можно было разглядеть в обычном свете.

«Наконец-то…» — пронеслось у нее в голове. «Наконец-то» раздобыла свет, и «наконец-то» спустилась. Теперь Юки вновь оказалась с соперницей на одном этапе.

Агент перевела взгляд на монитор помощницы.

Та спустилась под землю первой и закономерно вырвалась вперёд. Второй этап — подземный лабиринт — был пройден ею уже почти наполовину. Для освещения девушка использовала шариковую ручку со встроенным фонариком, которую нашла ещё наверху. Сундук с полноценным фонарём она пропустила. Конечно, фонарь давал куда больше света, чем ручка с крошечным светодиодом, и в этом Юки, пожалуй, имела преимущество. Вот только помощница явно не страдала от нехватки освещения, так что на фоне разрыва в прохождении этот плюс казался сущим пустяком.

— Этот разрыв уже не сократить… — пробормотала агент, трезво оценивая обстановку.

Не хотелось каркать на шансы Юки, пока та отчаянно сражалась за жизнь, но факт оставался фактом. Как-никак, в подземелье помощницы просто не существовало реальных ловушек. Как и штрафы на поверхности, все здешние угрозы носили сугубо имитационный характер. В отличие от Юки, помощница могла шагать вперёд абсолютно безбоязненно.

Если у Юки и оставался хоть малейший шанс на победу, то…

Он крылся в самой последней загадке, в глубине подземелья.

Оставалось лишь уповать на то, что интуиция помощницы даст сбой. «Пожалуйста, только бы она упустила эту деталь…» — твердила про себя агент.

— И всё-таки как тщательно всё проработано, — зазвучал из динамиков голос помощницы. — Отгрохать целое подземелье… Размах прямо-таки профессиональный. Говорят, есть ещё одна точно такая же площадка. Сколько же денег вбухали в подготовку?

«Опять она за своё», — подумала агент. Несмотря на строгие запреты, девушка то и дело выходила на связь. Сколько бы Ринрин на неё ни рычала, её это ничуть не пугало.

— Будьте добры, соблюдайте тишину, — ответила агент, придвинув к себе микрофон вместо ушедшей Ринрин.

— Ого. Этот голос… Сецуна, верно? — тут же отреагировала помощница.

Она знала голос агента. Ещё на этапе вербовки они встречались лично и успели немного пообщаться. Разумеется, свою истинную роль в играх Юки агент скрыла, представившись псевдонимом — Сецуна.

— Раз ответили вы, значит, Ринрин отлучилась?

Агент оставила её вопрос без ответа.

— Надолго она отошла? Просто в уборную, или вообще уехала? Если у вас есть свободная минутка, как насчёт поболтать? Пока чёрта нет дома, — съязвила помощница и сама же рассмеялась своей шутке.

Агент даже не улыбнулась. Храня упорное молчание, она ясно давала понять, что не намерена поддерживать диалог.

— Какая вы холодная, — тем не менее продолжила помощница. — Что ж, тогда позвольте мне поболтать самой с собой. …Ну и ну, эти механизмы и впрямь устроены так опасно, прямо как в настоящей игре. Интересно, в порядке ли мой соперник?..

— Я же просила, сосредоточьтесь на игре… — начала было агент и осеклась на полуслове.

— …Что вы сейчас сказали? — переспросила она. — Я говорю: в порядке ли мой соперник? — повторила помощница.

— С чего бы… вам об этом беспокоиться?

Агент сама не заметила, как заговорила быстрее. Она тут же осознала свой промах — сама же втянулась в разговор, — но было уже поздно.

Помощница тихо рассмеялась и ответила:

— Вы ещё спрашиваете? Вы ведь только что с головой себя выдали.

И то верно. Если эта игра — действительно всего лишь тренировка, обычный бета-тест без малейшей угрозы для жизни, реагировать подобным образом попросту странно. «Успокойся», — приказала себе агент.

— Честно говоря… с самого начала дело казалось нечистым, — продолжила помощница. — Чувствовалось, что это не просто пробный забег, что здесь кроется что-то ещё… Значит, я была права?

Агент снова замолчала. Она поняла, что больше нельзя давать помощнице ни единой зацепки.

— Как насчёт такого предложения? Давайте прямо сейчас раскроем друг перед другом карты. Расскажите мне истинную подоплёку этой игры. А взамен я расскажу кое-что своё. Например, почему я решила, что по-настоящему смертельная игра идёт только у моего соперника.

Она всё-таки догадалась. О том, что на противоположной стороне играют всерьёз… и о том, что за этим испытанием скрывается двойное дно.

«Как много она поняла?» — соображала агент. Раз предлагает «раскрыть карты», значит, догадалась далеко не обо всём. И всё же… Надо во что бы то ни стало молчать. Иначе всё пойдёт прахом.

— Значит… отказ? — истолковав молчание агента, резюмировала помощница. — В таком случае… пожалуй, я первой открою карту. Быть может, это заставит вас передумать.

Выдержав короткую паузу, она продолжила:

— Сейчас мой соперник — игрок с псевдонимом Юки. Я ведь не ошибаюсь?

(22/44)

Агент впала в ещё большее смятение.

Откуда она узнала? Подозрения о двойном дне понять было можно — сама агент считала легенду с бета-тестом слегка притянутой за уши. Но для того, чтобы всплыло имя Юки, не было ни единого повода…

— По правде говоря, я знала это с самого начала, — донёсся голос помощницы до оцепеневшей агента. — Ещё когда Ринрин только обратилась ко мне, я уже догадывалась, что дело связано с Юки.

— Почему?..

Любопытство взяло верх. Нарушив обет молчания, агент всё-таки подала голос.

— Потому что Юки упоминала при мне имя Ринрин. Кажется, около полугода назад…

— Вы встречались с Юки? Вне игры?

— Да. Разве она вам не рассказывала?

Нет. Впервые слышит. Даже являясь её личной сопровождающей, в её личную жизнь она не лезет.

— Вот ваша единственная ошибкой в расчётах, — произнесла помощница. — И ошибкой фатальной. Вы с Ринрин были уверены, что видите меня впервые. Но на самом деле я знала о том, что связывает Ринрин и Юки. Знала, что в прошлом та брала у неё уроки.

— …

— И когда эта самая Ринрин явилась ко мне, списать всё на случайность было уже невозможно. Ведь единственной точкой соприкосновения между нами была именно Юки… Естественно было предположить, что дело касается её.

Агент была бессильна. Она не могла ни потребовать прекратить этот самовольный монолог, ни, наоборот, попросить продолжать. Ей оставалось лишь застыть каменным изваянием и молча слушать.

— Но когда я выслушала ваше предложение, то сразу поняла: дело нечисто. Хотите, чтобы я провела бета-тест тренировочной игры? «Да ладно вам, что за бред», — подумала я. Пусть это и прозвучит нескромно, но человека моего уровня ради такой ерунды не зовут… Да и условия игры выглядели странно. Зачем городить две отдельные площадки и связывать их между собой? Можно же просто сыграть на одной, и дело с концом. Какой смысл заходить так далеко, лишь бы спрятать соперника?

Разумеется, агент и сама понимала, насколько дырявой была их легенда. Но придумать историю, в которой всё сходилось бы безупречно, она тогда не смогла.

— Но самым подозрительным было то, что имя Юки вообще не всплыло. Соперником явно должна была стать она… но почему это скрывают? Сплошные вопросы.

— Тогда почему же вы… — произнесла агент.

Агент прекрасно помнила, что помощница согласилась на их предложение мгновенно и без колебаний. В её поведении не было и намёка на какие-либо подозрения.

— Я намеренно решила не расспрашивать, — ответила помощница. — Судя по тому, как держались вы с Ринрин, у вас имелись свои причины. Я решила не лезть с бестактными расспросами, но осталась при своих догадках. И как только картинка сложилась, мне захотелось выложить её вам в подходящий момент. И этот момент — прямо сейчас.

— Неужели вся ваша предыдущая болтовня была лишь вступлением?

— Именно. Я ждала, когда к микрофону подойдёте вы, а не Ринрин. Она вряд ли стала бы выслушивать мои речи. Мне нужен был момент, когда она отлучится.

Выходит, агенту ни в коем случае не следовало брать микрофон. Приходилось признать: она потеряла бдительность. Забыла, что имеет дело с бывшим игроком — человеком, прошедшим через мир, где ставкой была жизнь.

— Ну что ж… рассказать вам о моих догадках? — произнесла помощница.

(23/44)

— Для начала… я взяла за рабочую гипотезу, что мой соперник — Юки. В противном случае, каковы бы ни были обстоятельства, мне до них нет никакого дела… Так что размышлять в этом ключе вполне логично. Выходит, я и впрямь соревнуюсь с Юки. Но почему площадки разделены? В чём смысл? Случится что-то непоправимое, если мы пересечёмся? Или она по какой-то причине находится там, где встретиться с ней физически невозможно?

Помощница продолжила:

— Я перебрала разные варианты… и гипотеза о том, что на той стороне идёт настоящая игра, подошла лучше всего. То, во что играю я — лишь тренировка, а вот то, во что играет Юки — настоящая игра со ставкой на жизнь. Тогда разделение площадок обретает смысл, как и ваше молчание. Ведь узнай я, что могу убить Юки, возник бы риск, что я либо откажусь от участия, либо соглашусь, но стану играть спустя рукава.

«В яблочко», — подумала агент.

— На той стороне на кону стоит жизнь. Пожалуй, это можно принять за истину. Тогда следующий вопрос… почему Юки вообще угодила в такую переделку? В том, что эта игра проводится не по инициативе администрации, сомнений нет. Игры всего для двух участников — большая редкость, специальную форму нам не выдали, да и вербовать меня пришли бы агенты в чёрных костюмах.

Агент действительно приходила к помощнице не в униформе, чтобы скрыть свою личность. Кроме того, заставлять гостью раздеваться под стать Юки было бы неловко, поэтому помощнице разрешили играть в повседневной одежде. А предметом, нужным для побега, сделали корону, а не спортивную куртку. Всё обставили как поиск сокровищ.

— Эта игра организована частным образом. Безусловно. Но зачем понадобилось устраивать нечто подобное? Первое, что пришло мне в голову — месть. Согласитесь, в задумке, где человек думает, будто просто проходит бета-тест, и сам того не ведая убивает другого… чувствуется откровенно злой умысел. Некто, затаивший обиду и на меня, и на Юки, пытается убить нас обеих самым омерзительным из мыслимых способов.

Сердце агента ёкнуло. И впрямь, судя по обстоятельствам, иного вывода напроситься просто не могло.

Однако помощница продолжила:

— Впрочем, это вряд ли. Гипотеза, конечно, убедительная, но ни в Ринрин, ни в вас, Сецуна, совершенно не чувствовалось яда. Вы не были похожи на обманщиц. Существовала вероятность, что вы и сами не знаете правды… но тогда откуда эта неподдельная серьёзность? И самое главное: моё чутьё игрока не заподозрило опасности. Пусть я уже и одряхлела, но смею надеяться, что прямую угрозу своей жизни распознать ещё способна. А раз её не было, значит, и злого умысла здесь нет. Да, игра смертельно опасна, но проводится она из благих побуждений. По вашей доброй воле… или же сама Юки попросила вас её устроить. Однако…

Помощница бросила уже четвёртое по счёту «зачем?»:

— Ради чего всё затеяли? Подготовить подобное оборудование, да ещё и в двух экземплярах — сил и средств ушло явно немало. Какова цель проводить имитацию игры с таким размахом? Неужели с Юки стряслась беда настолько серьёзная, что потребовала столь колоссальных ресурсов? И когда я задалась этим вопросом, мне вспомнилась её ученица.

— Чт… — агент запнулась, а затем спросила: — Вы знаете и об этом?

— Да. Слышала от самой Юки. Отношения с людьми ведь даются ей с огромным трудом… Я допустила, что произошло нечто серьёзное, связанное именно с этой девочкой. И, взглянув на игру под таким углом, я обратила внимание на одну примечательную деталь в правилах. На то, что наше продвижение синхронизируется вплоть до каждого движения дверей и звука шагов. Уж больно тщательно всё проработано. Словно проектировщик стремился создать иллюзию, будто второй игрок действительно существует и перемещается где-то рядом. А раз так… теория, конечно, слегка безумная, но всё же…

Выдержав паузу, чтобы приковать к себе внимание слушателя, помощница произнесла:

— Что, если она видит дух умершей? К примеру… в недавней игре Юки сошлась в прямом противостоянии с собственной ученицей. Она убила её своими руками и выжила, но, не выдержав горя от потери, начала видеть что-то вроде её духа. И теперь, в этом выдуманном мире, она играет партию с фантомом, пытаясь по-своему поставить точку…

Помощница рассмеялась. Судя по всему, собственные рассуждения показались ей забавными.

— Или эта догадка звучит чересчур романтично?

(24/44)

«Невероятно», — подумала агент.

Практически идеальное попадание. Лишь в самом конце она чуточку сбилась с пути, но в главном — в том самом главном, что сложнее всего было предугадать, — попала точно в цель.

— Ну как? Насколько близко к сути я подобралась? — поинтересовалась помощница.

«Что делать?» — подумала агент. Выслушав столь долгий монолог, она невольно почувствовала себя обязанной сказать хоть слово в ответ. Но сейчас её главная задача — контроль за тренировочной игрой. Значит ли это, что нужно всё отрицать до победного конца? А если так, станет ли помощница играть дальше? Вряд ли. Но даже если признать правду, ситуация не изменится. Что делать? Как же поступить?..

— Даже если так… — начала было агент.

…то что вы намерены делать?

Но закончить фразу не успела.

— Чем это ты тут занята?

Услышав этот голос, агент приготовилась к смерти.

Ринрин вернулась. Быстрым, решительным шагом она направлялась к ней. Выражение её лица оставалось таким же, как и обычно, но за ним явственно мерещился лик они, дьявола или иного жуткого чудовища. Агент, начавшая хоть немного понимать чувства Юки, убрала руку от микрофона и отошла от монитора.

Ринрин перехватила микрофон.

— Что ты задумала? — обратилась она к помощнице.

Похоже, она прекрасно понимала ситуацию. Разговор наверняка был слышен даже вне аппаратной.

— В каком смысле «что задумала»? — отозвалась помощница.

— В том, что ты её прощупывала, — Ринрин искоса глянула на агента. — Кажется, я ясно велела не совать нос не в своё дело. Жить надоело?

— Ого… а разве это было запрещено? — прикинулась дурочкой помощница. — Я ведь просто хотела добросовестно пройти игру. Узнай я личность соперника и истинную подоплёку происходящего, это могло бы сыграть мне на руку. Вы же сами заявили, что убьёте за малейшую халтуру… поэтому я, естественно, сочла своим долгом использовать любую возможность. Что ж, прошу прощения, если перегнула палку.

«Сплошные отговорки», — подумала агент.

Облегчить себе прохождение… вовсе не в этом крылась её истинная цель. Она заговорила исключительно ради того, чтобы блеснуть дедукцией и докопаться до правды. И только.

— Не беспокойтесь, игру я продолжу, — произнесла помощница. — И впредь не позволю себе ни малейшей беспечности. Даже если моим соперником оказалась Юки.

— Ладно… — сказала Ринрин. — Но чтобы это было в последний раз. Следующего уже не будет.

— Слушаюсь и повинуюсь.

На экране монитора отразилось, как помощница пожала плечами.

Глядя на этот жест, агент подумала: возможно, просить её о помощи было плохой затеей… как бы идеально она ни подходила на эту роль.

(25/44)

Юки продолжала продвигаться по подземелью.

(26/44)

И после того дротика Юки то и дело поджидали ловушки. То натянутая тонкая проволока, способная рассечь тело, то новые вылетающие дротики, то бьющее из стен пламя, то обрушивающиеся куски потолка. Игра, судя по всему, близилась к кульминации, и обстановка принимала всё более зловещий оборот. Впрочем, такие жаждущие крови препятствия были для Юки привычной стихией. Она миновала их все без единой царапины.

Двигаясь дальше, она упёрлась в стену.

Но не в простую. Материал ничем не отличался от остальной кладки, но посередине виднелся ровный стык. Это была дверь. Только без скобы или ручки — вместо них на стене красовалась уже знакомая деталь.

В. Если ☆△○ + △☆□ = □△□☆, то какая цифра должна быть на месте ○?

Штраф за неверный ответ: ваша рука будет отсечена.

Прямо под загадкой зияло отверстие. Как раз такого размера, чтобы просунуть внутрь руку. Посветив в глубину фонарём, Юки разглядела цифровую клавиатуру. Очевидно, ответ требовалось вводить вслепую, засунув кисть внутрь.

Вокруг отверстия был высечен каменный барельеф в виде человеческого лица. Лица с весьма тревожным выражением: то ли искажённого гневом, то ли объятого ужасом. Отверстие зияло прямо на месте приоткрытого рта. Просунуть туда руку означало добровольно позволить каменной пасти её сожрать.

— Кажется, их называют «Устами Истины»? — пробормотала Юки.

Вроде бы так. Скульптура в виде человеческого лица в какой-то римской церкви, о которой ходит легенда: если лжец засунет руку в приоткрытый рот, маска откусит ему кисть. В самом Риме Юки ни разу не бывала, но копии этого знаменитого изваяния встречались ей то тут, то там. И она не раз беспечно совала в них руки. Вот только сейчас поступать так же легкомысленно желания не возникало.

Штраф за неверный ответ: отсечённая рука.

Стоит полагать, здесь всё устроено в точности по легенде. Внутри наверняка спрятана гильотина, и, ошибись Юки хоть на цифру, лезвие со свистом отрубит ей руку.

К счастью, ответ она знала, так что проверять правдивость мифа на собственной шкуре не придётся. Юки просунула в пасть левую руку и нащупала клавиатуру. Самих клавиш она не видела, но выпуклые цифры позволяли легко ориентироваться на ощупь. Торопливо, но предельно осторожно Юки набрала заветную восьмёрку и нажала кнопку подтверждения.

Гильотина не упала.

С тяжёлым гулом и скрежетом каменная стена медленно поехала вбок. Юки потащило следом, и она поспешно выдернула руку из пасти.

Вскоре проход полностью открылся.

Юки шагнула вперёд. Стоило ей миновать порог, как стена с тем же глухим рокотом поползла обратно. Не дожидаясь, пока дверь захлопнется, Юки двинулась дальше.

Вскоре путь ей преградила новая дверь.

И загадка на ней, и барельеф в виде лица — всё в точности повторяло предыдущее препятствие. Второй вопрос. Юки благополучно ввела правильный ответ и пошла дальше. Успешно миновав третью, а затем и четвёртую загадки, она продолжала пробираться сквозь тьму подземелья.

Попутно она размышляла.

Отвлекаться в лабиринте, где на каждом шагу раскиданы ловушки, было опасно, но мысли не давали покоя. Кто же этот игрок, исполняющий роль её призрака? Кто на самом деле стоит за личиной фантома?

Первым кандидатом на ум приходила Ринрин. Однако она полностью слепа. Для испытания, где требуется читать условия загадок, она не годится. А если компенсировать тексты шрифтом Брайля или голосовыми подсказками, условия оказались бы слишком неравными в пользу Юки. Ринрин с этим не справится. Агент Юки и поставщик вообще не профессиональные игроки, до роли дублёра им далеко. Среди знакомых Юки подходящих кандидатур не находилось.

Значит, позвали кого-то со стороны. Подготовили второго игрока так же тщательно, как и саму арену. Но кого? Первый встречный середнячок не подойдёт. Прозвучит нескромно, но двойник должен представлять реальную угрозу для ветерана с шестьюдесятью двумя победами за плечами. Нужен уровень мастерства класса Ринрин. Если подумать, кто удовлетворяет таким жестким требованиям… На кого Ринрин могла бы положить глаз?

Кто-то из сильных действующих игроков вроде Айри или Магумы?

Или, быть может, ушедшие на покой ветераны — Хитоми или Коёми?

В какой-то миг ей даже пришло в голову сущее безумие: вдруг из самого ада восстали Мисиро и её ученица?

Но в итоге все логические нити привели Юки к одной-единственной догадке. И она задала в пустоту вопрос, который достичь ушей этого человека никак не мог:

— Неужели это вы… наставница?

(27/44)

Хакуси достигла финального вопроса.

(28/44)

В самом сердце подземелья стоял сундук.

Выкрашенный в золото, он ярко поблёскивал в свете крошечного фонарика Хакуси. По пути ей уже попадались сундуки, но такой она видела впервые. Он явно выделялся на фоне остальных. Очевидно, это и была конечная цель — тайник, где хранилась необходимая для побега корона.

Хакуси замерла перед ним.

— Чего застыла? — донёсся голос Ринрин через наушник. — Живее проходи игру. Неужели халтуришь?

Едкий упрёк. После недавней выходки в тоне Ринрин прибавилось яда.

— Я предельно серьёзна, — ответила Хакуси. — Похоже, это финал, вот я и решила проявить осторожность. Любой игрок поступил бы так же.

— Хмф, — демонстративно фыркнула Ринрин, как ей показалось.

Хакуси еле сдерживала смех. «Из людей нашего круга так разговаривать со мной может разве что она. Пожалуй, больше никого и в живых-то не осталось», — подумала Хакуси.

Ринрин была игроком ещё более раннего поколения, чем сама Хакуси, тоже считавшаяся ветераном. До этого дела они никогда не виделись и не общались, но строгая иерархия поколений брала своё. Поэтому Хакуси приходилось обращаться к ней подчёркнуто вежливо, тогда как Ринрин без стеснения позволяла себе властный тон. Давненько Хакуси не отчитывали свысока, и это её даже забавляло.

Уже ради одного этого стоило ввязаться в игру.

Когда Ринрин и Сецуна заявились к ней, Хакуси немало удивилась. Во время активной карьеры такое — ещё ладно, но после ухода на покой — большая редкость. Несмотря на блестящий рекорд в девяносто пять побед, имя Хакуси мало кто знал. После игры Лес Свечей состав участников кардинально сменился, и её былая слава померкла.

К тому же одной из гостий оказалась Ринрин. Та самая женщина, у которой в прошлом брала уроки Юки. «Неужели дело как-то связано с Юки?» — предположила было Хакуси, но из разговора выяснилось, что её просят всего лишь провести бета-тест. Зучало чересчур безобидно. Невозможно было не заподозрить второе дно, однако Хакуси предпочла не задавать лишних вопросов и просто согласилась. Потому она сейчас и была здесь.

Хакуси подошла вплотную к золотому сундуку.

Размером он ничем не отличался от предыдущих. Разница заключалась лишь в золотой краске и тексте загадки на передней стенке.

В. Сложите между собой кратчайший маршрут от входа в подземелье до этого места и введите ответ.

Штраф за неверный ответ: пол вокруг сундука обрушится.

Прочитав графу со штрафом, Хакуси прищурилась.

Затем она поводила фонариком из стороны в сторону, оглядывая помещение.

И наконец посмотрела на то, что всё это время маячило перед глазами, но на что она намеренно не обращала внимания. Пол вокруг сундука оказался сплошь застеклён. Луч света выхватил под стеклом пустоту. Ловушка-яма. Если она ошибётся с ответом, стекло под ногами разлетится, и Хакуси рухнет в пропасть.

— Случись такое, и мне конец, — пробормотала Хакуси.

Насколько глубока яма, скудный свет фонарика разглядеть не позволял, но, упади она туда, обратно уже не выберется. На такие физические трюки у Хакуси попросту не осталось сил. Именно поэтому она и ушла из игроков.

Ветеран, за плечами которого было больше девяноста побед, — Хакуси. Её тело было настолько истощено прошлыми испытаниями, что ни о какой базовой ловкости не могло быть и речи. Со Снежной комнатой она справлялась лишь потому, что упор здесь делался на головоломки, но в целом её кондиции давно не годились для смертельных игр. Одна ошибка — и всё кончено. Разумеется, позже её вытащат, но технического поражения ей уже будет не избежать.

Ошибаться нельзя. Нужно во что бы то ни стало ответить правильно с первой же попытки.

Хакуси внимательно изучила текст задания.

«Сложите между собой кратчайший маршрут от входа в подземелье до этого места». С первого взгляда истинный смысл этих слов не улавливался. По пути ей не встречалось ничего похожего на числа. А если измерять саму длину маршрута, то в чём вводить ответ? В метрах? В сантиметрах? Да и измерительных приборов у неё не было.

«Для начала проверю-ка сам кратчайший маршрут», — решила Хакуси и достала карту.

План подземелья с высоты птичьего полёта. Эту бумагу она нашла в одном из сундуков. Хакуси провела пальцем по кратчайшему пути, но никакие скрытые цифры так и не проступили. Да и вписано в карту, разумеется, ничего не было. Подсвечивая листок фонариком-ручкой, она пригляделась повнимательнее и…

Заметила, что план поделён на двадцать пять секторов.

Едва заметные пунктирные линии. По четыре вертикальных и горизонтальных, нанесённых через равные промежутки. Вся карта расчерчена сеткой пять на пять — ровно двадцать пять ячеек. Хакуси прекрасно знала, что напоминает этот рисунок — и какие числа за ним кроются.

— Магический квадрат с поверхности, значит… — произнесла она вслух.

Точно. Очевидно, нужно вновь использовать те числа. Взять кратчайший маршрут от входа до этой комнаты, наложить его на магический квадрат с поверхности, сложить все числа на пути и ввести результат. Вот и всё решение.

Хакуси достала свои записи.

На обороте был набросан порядок чисел магического квадрата, который она вычислила ещё наверху. Раз все данные на руках, остаётся лишь банальное сложение. Хакуси управилась со счётом в уме меньше чем за десять секунд и набрала ответ на цифровой клавиатуре.

И… занеся палец над клавишей ввода, на миг замерла.

И вовсе не от страха ошибиться. Хакуси была абсолютно уверена в ответе. В таких головоломках правильное решение всегда отзывается в голове чётким щелчком: «Вот оно». И сейчас это чувство было железобетонным. Алгоритм и расчёты верны без тени сомнения.

Сомневалась она в другом: а стоит ли вообще вводить правильный ответ?

Внутри этого сундука наверняка лежит конечная цель — корона. Стоит забрать её и выйти из здания, как Хакуси победит. А для её соперницы настанет конец игры. Действительно ли её соперница — Юки… действительно ли Снежная комната, которую та сейчас проходит — настоящая игра на выживание… Разузнать правду так и не вышло. Хакуси и сама до конца не была уверена в тех выводах, что изложила Сецуне. Но верила в них как минимум наполовину. Если всё и дальше так пойдёт, дело вполне может обернуться непоправимой трагедией.

И всё же, стоит ли нажимать на ввод?

— …

Хакуси задумалась лишь на мгновение… и усмехнулась собственным мыслям.

«Ну что за чушь в голову лезет», — подумала она. Видимо, сказалось их долгое знакомство: она успела привязаться к Юки. Но что должна делать Хакуси? Ответ очевиден. Играть в полную силу. Верна её догадка или нет — неизвестно… Даже если верна, Юки устроила эту игру по собственной воле. А раз так, Хакуси остаётся лишь до конца исполнить свою роль в этих декорациях.

Даже если этот выбор приведёт бывшую ученицу к гибели…

«Ну и пусть», — холодно решила она.

Раз такова её воля, Хакуси её исполнит. Пусть остаётся здесь бездыханным трупом.

Хакуси нажала клавишу ввода. Набранные на экране цифры исчезли.

Как вдруг…

По подземелью разнёсся пронзительный, оглушительный визг ошибки.

(29/44)

Раздался пронзительный визг.

— …!?

Юки опешила.

Внезапный звук во тьме пугал сам по себе, но от этого оглушительного визга она вздрогнула по-настоящему.

«Что за чертовщина?» — подумала она. Звук напоминал сигнал аварийной тревоги… Неужели её обошли? Призрак нашёл спортивный костюм? И этот сигнал оповещает о его победе? В душе Юки вспыхнуло волнение.

Однако, как назло, она не могла сдвинуться с места. Юки как раз пыталась решить уже пятую по счёту загадку на двери.

В. Какой из входов от «А» до «Г» ведёт к финишу в приведённом ниже лабиринте?

Штраф за неверный ответ: ваша рука будет отсечена.

Под текстом был нарисован лабиринт.

Мелкий и запутанный, вроде тех, что мальчишки увлечённо чертят на переменах в начальной школе. Зона с надписью «GOAL» и четыре входа, расположенные по краям и обозначенные буквами от «А» до «Г». К финишу вёл лишь один, и нужно было определить верный маршрут. Словом, из той породы задач, которые гарантированно решаются, но требуют прорву времени. Юки оказалась в ловушке, безнадёжно теряя драгоценные секунды.

Визг доносился прямо из-за двери. Источник звука был совсем близко. Скорее всего, эта преграда — последняя. В том, что загадка отнимала кучу времени и при этом давала выбор из нескольких вариантов — а значит, позволяла ткнуть наугад, — Юки явственно ощутила злой умысел составителя. Он наверняка предвидел подобную ситуацию и намеренно сделал вопрос в виде теста.

Чтобы поторопить. Чтобы заставить действовать наугад.

— …

Юки посмотрела на свою левую руку, погружённую в приоткрытый рот каменного лица.

Решение пришло мгновенно. В мыслях она уже пожертвовала конечностью и наугад ввела «Г».

И… воображаемое стало реальностью.

— ********…гх!! — издала она немой вопль и скорчилась на полу.

Такое происходило не впервые. Конечности ей отсекали бессчётное множество раз, да и конкретно левую руку она теряла уже не единожды. Но к такой боли привыкнуть невозможно. Пока остаёшься человеком — никогда. И всё же Юки поднялась на ноги куда быстрее обычного человека, подобрала упавший фонарик и осветила стену.

Из Уст Истины лезла белая вата.

Та самая, что устремилась из отрубленной левой руки. Юки осторожно, стараясь по возможности не повредить внутренние ткани, вытащила отсечённую конечность, всё ещё лежавшую в каменной пасти. Оставив её у края прохода, она использовала свою последнюю попытку — просунула в отверстие правую руку и ввела «В». В этом варианте уверенности тоже не было, но, к счастью, ответ оказался верным. Дверь открылась.

Визг уже смолк.

Юки со всех ног бросилась вперёд.

По пути, словно наказывая за неосторожность, с потолка обрушился град копий. Она попыталась уклониться… однако несколько наконечников всё же распороли тело. Из ран сыпались белые хлопья, но Юки мчалась вперёд, не сбавляя скорости.

Вскоре она выбежала к тупику.

(30/44)

Первым делом в глаза Юки бросился сундук. Выкрашенный золотой краской, он ярко отражал свет её фонаря. Она шагнула было к нему, однако…

Прямо перед ней каменный пол обрывался.

— Ого… — вырвалось у Юки, и она замерла.

Выставив фонарь вперёд, она пригляделась.

Прямо у неё под ногами зияла пустота.

В темноте, да ещё и с одним рабочим глазом, оценить глубину провала было непросто, но навскидку — метров десять. Похоже, яма находилась здесь не всегда: скользнув взглядом по сторонам, Юки заметила прижатые к стенам стеклянные створки. Должно быть, раньше они и служили полом. Но затем по какой-то причине резко распахнулись, сбросив стоявшего на них человека вниз. Иными словами, это была ловушка-яма.

Вскоре обнаружилась и дурёха, угодившая в эту западню.

— Здорово, дражайший оригинал, — окликнул её знакомый голос, принадлежавший не менее знакомому лицу, — её призрак.

Она сидела на дне и пыталась выбраться из ловушки, цепляясь за каменную кладку.

Проигнорировав приветствие, Юки спросила прямо:

— Что случилось?

— Сама видишь… Оплошала.

С этими словами призрак посмотрел наверх.

Туда, где прямо над его головой висел золотой сундук.

Приглядевшись, Юки заметила странность. Стеклянный пол исчез, но сундук не упал, оставшись висеть в воздухе. Вскоре разгадка нашлась: по бокам и на днище виднелись металлические пластины. Сундук был намертво прикручен к стене.

Кроме того, на нём виднелась надпись. Расстояние от края обрыва до сундука — то есть ширина провала — не превышало и пары метров, так что разобрать короткий текст из двух строк не составило труда.

В. Сложите между собой кратчайший маршрут от входа в подземелье до этого места и введите ответ.

Штраф за неверный ответ: пол вокруг сундука обрушится.

Очередная загадка.

Похоже, из той же серии, что и двери с Устами Истины или сейфы на поверхности: пока не решишь — не откроется.

Юки принялась прикидывать варианты решения. Вскоре её осенило: а что если использовать магический квадрат? Наложить пройденный маршрут на карту поверхности, сложить номера вопросов в комнатах и ввести полученную сумму. Юки как-никак ветеран, так что весь путь помнила наизусть. Сетку магического квадрата она на всякий случай записала на обороте памятки — оставалось лишь сопоставить одно с другим и высчитать ответ. Призрак наверняка сделал то же самое.

Но как тогда объяснить эту ситуацию?

Ошиблась в расчётах? Вряд ли. В голове не укладывалось, что двойник, сохранявший абсолютное преимущество всю игру, допустил такую нелепую оплошность на самом финише. К тому же… если недавняя теория Юки верна, то её настоящий соперник — Хакуси. Представить, что эта женщина совершила столь глупую ошибку, было решительно невозможно.

Значит, в самой загадке кроется подвох? Юки вчиталась в текст повнимательнее и…

— А-а…

До неё дошло.

Дело в строке о штрафе. «Пол вокруг сундука обрушится»… Но действительно ли он обрушился? Да, пола нет, призрак сброшен на дно и явно понёс наказание. Но технически стеклянные створки просто распахнулись, а не рухнули вниз. Слово «обрушился» обычно подразумевает куда более масштабные разрушения, верно?

Налицо нестыковка между заявленным штрафом и реальностью.

А значит… вот оно что.

— Это не штраф… а ловушка?

Точно. Всё точь-в-точь как с первым сундуком: стоило поднять крышку, как вылетел дротик. В этот раз западня наверняка сработала в ту самую секунду, когда призрак ввёл ответ на клавиатуре.

Пожалуй, «обрушение», заявленное в качестве штрафа, должно выглядеть куда масштабнее. Не просто пол, но потолок и стены должны рухнуть, превратив всё в настоящий хаос. Этот стеклянный пол лишь казался готовым обвалиться, а на деле был банальной ловушкой, срабатывающей независимо от правильности ответа.

Иными словами, в этом сундуке таились сразу две западни. За ошибку непременно ждёт штраф, но даже если ответишь верно — ловушка всё равно сработает. Нетипичная ситуация с загадкой прямо на сундуке может сбить игрока с толку. И призрак попался на эту удочку с потрохами.

Стоп… тогда что получается? Призрак ввел ответ. И раз штрафа не последовало…

Значит, она ответила верно?

И замок на сундуке уже открыт?

— …

Юки посмотрела на призрака.

Та карабкалась по стене, всё ближе подбираясь к сундуку. Насколько она сама осознаёт ситуацию? Что значило её недавнее «оплошала»? Она решила, что ввела неверный ответ, или же поняла, что ответила правильно, но не распознала ловушку под ногами?.. В любом случае, стоит ей коснуться крышки — и она узнает правду.

Но Юки должна её опередить.

Юки немного отошла от края провала.

Взяла разбег. Ширина ямы — чуть меньше двух метров. Перепрыгнуть — пара пустяков. Не выпуская фонаря из руки, Юки оттолкнулась босыми ногами и прыгнула.

Она приземлилась прямо на висящий сундук.

Крепления держали намертво: он даже не шелохнулся под её весом. Зажав рукоять фонаря в зубах, Юки ловко обхватила сундук обеими ногами и с силой потянула крышку единственной уцелевшей рукой.

Как она и рассчитывала, крышка подалась, и сундук открылся.

И… у Юки перехватило дыхание.

В сундуке, выкрашенном золотом даже изнутри, лежал спортивный костюм Юки.

(31/44)

Не только спортивный костюм. Там лежали ещё и кроссовки, и заколка для волос.

Обычные фабричные вещи, выпущенные многотысячным тиражом, однако Юки с первого взгляда поняла: это именно её. И дело не в мелких зацепках вроде пятен или потертых швов — просто это понятно само собой. Есть в них что-то особенное, свойственное лишь тому, что носишь долгие годы.

Отчего-то эта находка вызвала у Юки невероятную радость. И дело было не только в том, что вещи лежали в сундуке и служили пропуском к победе. Казалось, они способны вернуть выбитую из колеи Юки в нормальное состояние. Будь у неё целы обе руки, она бы радостно вскинула их вверх. Её оголённая кожа отчаянно жаждала этой до боли знакомой ткани костюма.

Юки тут же потянулась к одежде.

— Погоди-ка.

Её окликнули.

Дозваться до неё сейчас мог лишь один человек. Точнее… ни одного.

Это был призрак. Она всё ещё карабкалась по стене, пытаясь добраться до сундука. До Юки ей было не дотянуться, поэтому она решила достать её хотя бы голосом.

Юки ничего не ответила. Она молча просунула руку в рукав спортивки.

— Эй, не игнорируй меня. Давай поговорим… — произнёс он, глядя на неё снизу вверх.

— Раз у тебя остались силы болтать, может, потратишь их на подъём? — бросила Юки, посмотрев вниз. — Или хочешь заговорить мне зубы, чтобы хоть немного оттянуть переодевание?

— Да нет. Раз уж мы так близко, подумала, почему бы не поболтать…

— Мне с тобой говорить не о чем.

— Слушай… так и уйдёшь? — не унимался призрак. — Бросишь меня здесь и спасёшься в одиночку?

Юки лишь фыркнула.

Надо же было сморозить такую глупость… Оторвав взгляд от призрака, Юки взяла спортивные штаны и ответила:

— К чему эти вопросы? Таковы правила, такова игра.

— Правила, значит… Как же ты их обожаешь.

Юки села прямо внутрь сундука, чтобы не упасть. Ловко орудуя правой рукой и обеими ногами, она принялась натягивать штаны.

— Слушай… А что у тебя с левой рукой? — продолжала допытываться та. — Ошиблась с ответом у какой-то двери? …Нет, постой. Ты ведь сама ею пожертвовала, да? В последней загадке как раз было четыре варианта ответа. Загудела сирен, ты решила, что время на исходе, и ткнула наугад. И вытянула пустышку. Я права?

Юки промолчала. Натянув штаны, она потянулась к заколке для волос.

— В этом вся ты. Чуть что — без малейших колебаний отсекаешь и отбрасываешь даже собственную плоть. Ни к чему привязаться неспособна. Ничто в этом мире для тебя не ценно. Потому и способна отказаться от чего угодно. Бессердечное чудовище.

Закрепить заколку одной рукой было сложно, поэтому Юки пустила в ход пальцы ног. Выглядело по-обезьяньи нелепо, но заколку она всё-таки надела.

— Выходит, и меня вы убили так же? — раздался до боли знакомый голос, и внутри Юки всё заледенело.

Она посмотрела вниз. И увидела Тамамо.

(32/44)

Тамамо.

Красавица, с отличительной чертой — собранными в пучок волосами. Бывшая ученица Юки и та, с кого, по сути, и началась вся эта история.

Она стояла там — в яме ловушки.

— …гх.

Спустя пару мгновений Юки осознала происходящее.

Перед ней был фантом Тамамо. Точнее сказать, сущность, носившая облик Юки, теперь преобразилась в её ученицу. Если подумать, ничего странного в этом нет. Раз это лишь иллюзия, ей всё равно, чью внешность принимать. И если нашлась фигура, способная ударить по Юки куда больнее, призрак просто перевоплотилась в неё.

— Ну как вам… Юки? — произнёс призрак голосом Тамамо, глядя на неё лицом Тамамо. — Даже теперь вы бросите меня? Решили убить меня дважды? Юки…

К горлу Юки подступила тошнота.

Ни о каком переодевании больше не могло быть и речи. Возьми она сейчас в руки кроссовок — и от дикой ярости не задумываясь швырнула бы им в призрака.

Заметив эту реакцию, фантом явно поняла, что ударила в самое больное, и продолжила жалобным, умоляющим тоном:

— Не бросайте меня, Юки. Не оставляйте… Не убивайте…

— …Да кончай ты этой дешёвой хернёй заниматься! — сорвалась Юки на крик. Пусть это и было на руку фантому, сдержаться она уже не могла. — Думаешь, от такого я хоть на секунду заколеблюсь?!

Ещё чего. В конце концов, это всего лишь иллюзия. Тамамо мертва, её больше нет в этом мире. Притащить её призрак домой и разыгрывать фантазию отношений наставницы и ученицы — исполнять подобное безумие Юки не намерена.

В ответ на этот яростный вопль фантом… злорадно усмехнулась. Настоящая Тамамо ни за что в жизни не скривила бы так лицо.

— Вовсе нет, не думаю, — ответила фантом. — Но за живое задеть, похоже, удалось. …А-а, вот я и проиграла. Какая досада. С концом. Призрак исчезнет, ученицы больше нет, и всё вернётся в прежнее русло спокойной жизни игрока. И это при том, что вы меня убили.

Юки ничего не ответила. Однако уже не игнорировала.

— Но вы уж приготовьтесь. Пока Юки остаётся Юки, непременно появятся и вторая, и третья я. И что тогда? Снова поступите так же? Сначала побьётесь в истерике, потом разберётесь как-то по-своему, выбросите всё из головы и как ни в чём не бывало пойдёте дальше… Так и будете повторять это раз за разом?

— …Больше я такой ошибки не совершу.

— Ещё как совершите. Ведь ты — бессердечное чудовище… От природы неспособное любить и беречь. Никого и ничто не уважаешь. Для тебя вообще ничего святого нет. И на меня, и на саму себя, и даже на цель в девяносто девять побед — в глубине души тебе на всё это глубоко наплевать, — продолжая свою речь, призрак начал менять облик.

Образ Тамамо стёрся, и она вновь приняла вид самой Юки.

— Потому-то тебе и нужны правила. Если отчаянно не вколачивать в себя эти клинья, ты просто рассыплешься на куски… Раз для тебя ничто не ценно, то и тобой никто не дорожит. И отношений нормальных ты ни с кем не способна выстроить. А даже если что-то временное и выйдет, то сама же всё пустишь под откос. Так и продолжишь мучиться в полном одиночестве. Блуждающий призрак, не способный ни к кому прикоснуться. В этом вся твоя суть! Разве не так?!

Юки попыталась ответить.

Но не смогла выдавить ни звука. «Скажи что-нибудь», — приказала она себе. Не давай ей болтать. Молчишь — значит, признаёшь. Возрази хоть что-нибудь, что угодно… Однако, вопреки этому отчаянному желанию, с губ не сорвалось ни слова.

И как раз в этот миг…

Тело Юки прошила резкая, колющая боль.

(33/44)

Боль не душевная. А физическая.

Она исходила из ран по всему телу Юки. Отсечённая левая рука, распоротая копьями кожа, обожжённые током ткани… что именно болело сильнее, разобрать было невозможно. Да и выискивать конкретную причину не имело смысла.

Но именно эта вспышка боли отрезвила Юки, вернув ясность мысли. Всё, что хотелось, что нужно было высказать, наконец обрело форму и выстроилось в чёткую цепочку. «Ах… точно… именно так! Неужели ты собиралась и дальше закрывать на это глаза, после того как ради тебя столько сделали? Неблагодарная дрянь».

— …Неправда, — бросила Юки прямо в лицо призраку. — Всё не так. Будь твои слова правдой, ничего из происходящего просто не вышло бы.

— …Вот как?

— Вокруг полно людей, на которых я могу положиться. — продолжила Юки: — Агент, Ринрин, поставщик … и этот мой соперник, кем бы он ни был. Только благодаря их помощи я стою сейчас на одной арене с тобой.

Слова сами вырывались из горла, оставляя после себя жгучий жар.

— Будь я бессердечным чудовищем… не умей я выстраивать отношения с людьми, ни за что не получила бы эту поддержку. И эта игра никогда бы не состоялась. Сама эта Снежная комната, сам тот факт, что я сейчас пререкаюсь с тобой здесь — всё это прямое доказательство моей человечности!

Юки выплеснула всё до последней капли.

Все аргументы, что были в голове, иссякли. Ответь ей призрак хоть что-нибудь — на второй выстрел Юки бы уже не хватило.

Однако призрак промолчала. Не сказать чтобы опешившая или раздосадованная, но с, кажется, недовольным видом она продолжила карабкаться по стене ямы.

Видя это, Юки в молчании закончила переодеваться. Спортивка, штаны, заколка — оставалось лишь последнее. Взяв кроссовки, она обулась.

В этот миг из одного кроссовка выпорхнул листок.

Юки поймала его на лету. Осветив листок фонарём, она вчиталась в текст. Призрак тоже устремил на неё пристальный взгляд.

В записке значилось: 

***

Подсказка 26

С момента, когда один из игроков находит спортивный костюм, правило «Запрет на насилие» утрачивает силу.

Игрокам разрешается вступать в схватку за предмет.

***

(34/44)

— Э?.. — подала озадаченный возглас агент в другой комнате.

Её взгляд был прикован к монитору. Но не к подземелью, где сейчас находилась Юки, а к наземному этажу. К стартовой комнате, на стенах которой красовались название игры и свод правил.

Часть стены на экране отъехала в сторону.

Именно та часть, где была нарисована пиктограмма второго правила — «Запрета на насилие». Панель сменилась белой стеной, и правило исчезло.

А мгновение спустя агент увидела, как из кроссовка Юки выпорхнуло нечто похожее на записку.

«Что за?..» — пронеслось у неё. Ни о чём подобном ей не говорили. Согласно задумке игры, Юки должна была просто выйти из лабиринта, и на этом всё бы завершалось. Исход уже решён. Ничего непредвиденного произойти не могло.

— Хе-хе-хе… — раздался сдавленный смешок Ринрин. — Похоже, ты удивлена, агент. Впрочем, я тебе ничего не рассказывала, так что логично…

— Что всё это значит?

— Ровно то, что ты видишь, — невозмутимо отозвалась Ринрин. — Правило «Запрет на насилие» скрыто. Иными словами, оно аннулировано. Видела записку, выпавшую из кроссовка Юки? Она как раз и оповещает её об отмене запрета.

— Чт… — агент на миг потеряла дар речи. — Зачем?! Теперь всё окажется просто бессмысленным!

«Запрет на насилие». Фундаментальное правило, вообще делавшее этот поединок с призраком возможным. Оно связывало двойника по рукам и ногам, и если его убрать…

— Встречный вопрос: неужели ты думала, что ей позволят уйти просто так? — произнесла Ринрин. — «Раз насилие запрещено и силой ничего не отнять, моей копии не остаётся ничего, кроме как беспомощно сосать палец в сторонке. Поэтому я мирно сбегу и покончу с призраком»… Неужто ты думала, что я допущу настолько беззубую развязку?

Тон её голоса оставался мягким.

Но за этой мягкостью крылись эмоции, далёкие от спокойствия. Куда более сильные и глубокие, чем даже по отношению к помощнице.

— Значит, вы скрыли это от меня, — проговорила агент.

— Да. Ведь ты бы наверняка воспротивилась… В самом конце, когда игра была почти готова, я попросила поставщика встроить эту опцию.

Агент перевела взгляд на поставщика. Тот молча отвёл глаза.

— Я, вообще-то, порядком разозлилась, — продолжила Ринрин. — Когда впервые услышала об этой затее, то, честно говоря, разочаровалась в ней. «Я своими руками убила ученицу и потрясена этим, помогите мне»?.. Какое банальное нытьё. Не думала, что эта девчонка способна на столь наивные терзания. «Я останусь игроком, чего бы это ни стоило. Буду играть до самой смерти». Я так щедро помогала ей лишь потому, что видела в ней эту решимость, а тут…

Ринрин глубоко откинулась на спинку складного стула, заставив его протяжно скрипнуть.

— И поэтому… в самый последний момент вы выбили у неё почву из-под ног? — спросила агент.

— Ничего я не выбивала. Лишь слегка повредничала. Одолеть призрака невозможно, но можно сбежать от него, верно? Вот пусть так и сделает. Доберётся до выхода — и правила игры сами уничтожат её двойника…

Ринрин взяла микрофон. Щёлкнув тумблером, она обратилась к помощнице:

— Алло. Ты там ещё жива?

(35/44)

— Алло. Ты там ещё жива? —раздался голос Ринрин в наушнике.

Хакуси услышала его на дне ямы.

— …Жива, — ответила Хакуси.

— Пробное прохождение завершено. Спасибо за работу. Позже я приду вытащить тебя, так что пока жди там.

— Уже всё?

— Да. Дальше она сама как-нибудь справится…

Ринрин специально сказала «она». Судя по всему, организатор до последнего намеревалась держать закулисье игры в секрете.

— К тому же, Хакуси, сама ты оттуда не выберешься, верно? А раз двигаться дальше не можешь, то и продолжать игру нет смысла.

— Да… пожалуй, так.

Хакуси посмотрела на край провала метрах в десяти над головой. Её нынешнему телу ни за что не хватит сил, чтобы взобраться по отвесной шахте наверх.

— Ну, тогда до скорого, — бросила Ринрин и прервала связь.

Хакуси тяжело откинулась на мягкий настил за спиной. Дно провала устилали маты — всё было продумано так, чтобы избежать травм при падении.

Подловили. Оплошала в самый последний момент. А ведь могла догадаться. Если стеклянный пол открылся как створки, значит, присмотрись она повнимательнее — обязательно бы заметила стык посередине. И поняла бы, что стекло не обрушится, а именно распахнётся. Осознала бы, что это банальная ловушка, никак не связанная со штрафом. «Вот же дура», — мысленно ругнулась Хакуси. Отвлеклась на двойное дно игры и упустила из виду самое главное.

Но как следовало поступить, если опора уходит из-под ног даже при верном ответе? Едва задавшись этим вопросом, Хакуси тут же нашла решение. Точно. Против ловушки нужна ловушка. По пути ей как раз попадалась подходящая. Нужно было просто использовать ту самую…

(36/44)

Юки опустила фонарь в сундук и смяла записку в кулаке.

Но её текст отпечатался в памяти. Запрет на насилие снят… Притворяться, будто не видела этих слов, было бесполезно. Как невозможно развеять фантома, так нельзя и стереть из памяти прочитанное.

Она посмотрела вниз.

Там был призрак. Она карабкалась наверх. Уже не изрыгая ругательств, как прежде, она молча перебирала руками, цепляясь за стену.

Вот только… губы её кривились в хищной усмешке.

«Эта тварь настроена драться…» Призрак никак не мог разглядеть текст записки, но наверняка всё понял по реакции Юки. Хотя постойте, она ведь и так читает мысли?

Впрочем, руки её пока не дотягивались. Она одолела почти три четверти высоты, но на то, чтобы выбраться из ямы, всё равно требовалось время. Не воспользоваться этой форой было бы глупо. Нужно оторваться от призрака хоть на пару шагов, пока есть возможность. Юки посмотрела на коридор подземелья, изо всех сил напрягла обутые в кроссовки ноги и, не выпуская фонаря…

Прыгнула.

Без разбега прыгать было куда тяжелее, но она благополучно приземлилась на обе ноги. От удара по ступням вверх поползло ноющее онемение.

Не дожидаясь, пока оно спадёт, Юки сорвалась с места. Мчась по коридору, сворачивая за углы, она миновала ловушку с копьями длиннее её роста, о которые успела пораниться на пути сюда, и оказалась по ту сторону двери — той самой, что недавно сожрала её левую руку.

Стоило приблизиться, как створка с грохочущим скрежетом начала медленно отъезжать в сторону.

От нетерпения хотелось взвыть.

Она что… всегда открывалась так медленно? На пути сюда было точно так же, и логично, что на обратном ничего не изменилось, но сейчас, когда важна была каждая доля секунды, эта неторопливость просто выводила из себя. В итоге, не дождавшись, пока створка отъедет хотя бы на треть, Юки боком протиснулась в щель, как в закрывающиеся двери поезда. Фонарь в правой руке лишь цеплялся за края и мешал, поэтому она бросила его на пол.

И бросилась бежать по подземелью, ориентируясь лишь на эхолокацию.

Бежать вслепую оказалось сложно: то и дело налетая на углы, спотыкаясь и падая, Юки всё же добралась до следующей преграды. Снова боком проскользнула в едва открывшуюся щель и побежала дальше. Третья дверь, четвёртая…

И тут, у пятой двери, она услышала шаги.

Не акустический эффект подземелья, а отчётливое шлёпанье босых ног по каменному полу. Плод её собственного воображения. Фантом настигает… Раз слышны шаги, значит, она уже дышит в затылок. Охваченная паникой, Юки с ещё большим остервенением протискивалась сквозь узкую щель, отчаянно перебирая руками и ногами, лишь бы хоть на секунду отсрочить момент, когда её нагонят.

Проскочив подземелье насквозь, она оказалась у входа.

Вскарабкалась по лестнице к створке люка.

Стоило толкнуть крышку, как сверху хлынул свет. С непривычки Юки отвернулась от слепящего сияния… и увидела поднимающуюся по лестнице фантома. Она поспешно вынырнула на свет, выбралась на поверхность и попыталась захлопнуть люк.

Но когда оставалась лишь крошечная щель, створка застряла.

Более того, на неё с силой надавили снизу.

Фантом с противоположной стороны выталкивала крышку. Навалившись на неё всем весом, Юки отчаянно сопротивлялась… и в то же время ощущала всю абсурдность происходящего. Ведь в физическом мире она, скорее всего, просто корчилась на полу в полном одиночестве. Со стороны происходящее наверняка походило на виртуозную пантомиму. Но для самой Юки всё это было непреложной, пугающе осязаемой реальностью.

Вскоре, уступив в силе, Юки почувствовала, как створка начинает приоткрываться.

В образовавшуюся щель просунулся локоть призрака. Юки попыталась от души пнуть по нему ногой, но удар пришёлся в пустоту — нога просто рассекла воздух. Значит, нападать с этой стороны по-прежнему нельзя. Чёрт. Что делать? Если так пойдёт и дальше, фантом выберется наружу и отберёт костюм. Юки уже пожалела, что ввязалась в эту бессмысленную борьбу, вместо того чтобы просто сбежать. Должен же быть выход. Разве нет способа дать отпор? Она лихорадочно обвела взглядом комнату и…

Взгляд зацепился за загадку на створке люка.

В?? Под каким номером идёт этот вопрос? Введите ответ на цифровой панели.

Штраф за ошибку: обрушение потолка.

Рука дёрнулась быстрее мысли.

Она вбила на клавиатуре случайный набор цифр и ударила по клавише ввода.

Юки отскочила от люка и со всех ног бросилась к ближайшей двери. Сдвинув её в сторону, она влетела в соседнюю комнату и оглянулась.

Призрак открыл люк, намереваясь выбраться на поверхность.

Однако, заметив, как из-за штрафа потолок неотвратимо опускается на пол, она тут же захлопнула крышку и скрылась под землей.

Раздался глухой, отдающийся в самом животе грохот рухнувшего камня. Разумеется, Юки не стала беспечно дожидаться, пока потолок медленно поползет наверх, и со всех ног бросилась к выходу.

Должок за недавнее возвращен. «Выиграла пару секунд», — с чувством мрачного торжества подумала она. На бегу Юки оглянулась, но фантома нигде не было. Похоже, удалось оторваться.

От двери к двери, из комнаты в комнату Юки спасалась бегством.

— Не уйдёшь! — настиг её голос призрака прямо на бегу. — Думаешь, так просто сбежишь? Думаешь, на этом всё закончится? Чёрта с два! Ты же сама не потерпишь столь беззубой развязки! Разве нет?! Даже если сейчас тебе повезло, когда-нибудь я снова восстану из мёртвых и доберусь до тебя! Утащу за собой прямо в ад!

— Чем трепать языком… попробуй поймай! — единственное, что бросила Юки в ответ.

Она влетела в стартовую комнату. Едва оказавшись внутри, Юки заметила, что часть правил на стене исчезла. Времени вчитываться не было, но это наверняка пункт «Запрет на насилие».

Выходная дверь уже была распахнута. Снаружи виднелся просторный пустырь, на котором была припаркована чёрная машина агента. Ещё совсем чуть-чуть. До спасительного финиша оставалось меньше десяти шагов, и Юки рванула вперёд, однако…

Она не успела.

Её с силой дёрнули за волосы сзади.

— …гх!

Кожу головы обожгло острой болью.

Наверняка то была лишь иллюзия… но для Юки — непреложная реальность. Под неумолимой силой, тянущей её назад, она против воли остановилась.

— Ну вот, смотри, таков итог, — раздался голос фантома прямо за её спиной.

Искренне радостный тон. Голос, пропитанный низменным, грязным восторгом.

— В глубине души ты ведь знаешь, что от меня не убежать. Вот почему всё так вышло. Разве нет?

С этими словами призрак ещё сильнее потянул Юки за волосы.

От этого голова Юки болезненно запрокинулась, сместив центр тяжести назад. Сделать шаг стало невозможно. Фантом настиг её в каких-то жалких метрах от цели… в точности как во время её недавнего побега. Но тогда всё уладила первоклассная агент, а сейчас её рядом не было. Придётся справляться самой.

— Вовсе… нет… — простонала Юки в ответ.

— Так вышло потому… что пора поставить точку!

Обращаясь к призраку, что ощущался вполне реальным, Юки подумала:

Если тебе так сильно этого хочется — забирай.

В рай, в ад — тащи куда угодно.

— Гх, у-у…

Юки до боли напрягла шею.

Она начала мериться силами с тянущим её за волосы фантомом. У люка она уступила, но сейчас проиграть было нельзя. Стиснув зубы, Юки вложила все оставшиеся силы лишь в то, чтобы наклонить голову вперёд хотя бы на десять-двадцать градусов. Лицо свело от чудовищного напряжения, оно перекосилось, и Юки осознавала, что прямо сейчас её черты скривились настолько, что уподобились морде монстра. Ей вспомнилась камера наблюдения на потолке. «Пожалуйста, не смотри, только не смотри на такую меня…» — совершенно не к месту пронеслось в мыслях.

Юки поклялась себе. В столь жалком виде она предстаёт абсолютно точно в последний раз.

— …А-А-А-А-А-А-А-А!!

С диким криком Юки сделала шаг вперёд.

Лишь на один шаг ей удалось продвинуться вперёд.

Лишь на один шаг ей удалось протащить за собой фантома.

(37/44)

Всего один шаг.

Но в этом единственном шаге крылся колоссальный смысл. Ведь теперь — не только Юки, но и фантом за её спиной — ступила в зону, расчерченную косыми полосами.

Пол перед самым финишем покрывала диагональная штриховка, служившая игрокам предупреждением. А по бокам возвышались грозные орудия — безжалостные исполнители штрафов. «Шагнёшь без спортивного костюма — расстреляют на месте», — предполагала Юки.

И сейчас эта догадка должна была подтвердиться.

— А… ах ты ж тварь…

Фантом, явно осознав ловушку, попыталась отдёрнуть Юки назад.

Но Юки отчаянно упёрлась ногами в пол.

В этот момент обе турели двинулись с места. Прицелы сместились чуть за спину Юки — то есть навелись на фантома, нарушившую правила. Администраторы не могли видеть двойника, но Юки так явно разыгрывала яростное сопротивление, что операторы подстроились под неё.

Однако… на этом всё.

Орудия так и не изрыгнули огонь.

Оно и понятно. Ведь для этого пришлось бы стрелять прямо в сторону Юки. Пусть прицелы и смещены чуть назад, всегда остаётся погрешность и риск разброса пуль. Даже ради достоверной имитации поединка, даже при условиях, приближенных к настоящей игре, — заходить настолько далеко было бы чистым безумием.

Но Юки было жизненно необходимо, чтобы они пошли на этот риск.

Иначе в этой нелепой истории никогда не будет поставлена точка.

— …Стреляйте, — приказала Юки. — Стреляйте! Не смейте колебаться!!

(38/44)

— Стреляйте! Не смейте колебаться!!

Голос Юки разнёсся по комнате наблюдения.

Ринрин подалась вперёд.

— Что там стряслось? — спросила она у агента.

— …Дело в том… что… — сбивчиво пролепетала агент. — Юки… остановилась. Возле самого выхода, в заштрихованной зоне…

— Хочешь сказать, её удерживает призрак?

— Судя по всему, да. А поскольку фантом тоже находится в зоне поражения, Юки приказывает… стрелять.

— …

Ринрин живо представила себе эту сцену.

И её мгновенно захлестнуло веселье. Прикрыв рот ладонью, она издала сдавленный смешок: «Хи, хи-хи…»

Но смех рвался наружу, с каждой секундой становясь всё громче. Дай она слабину хоть на миг — и разразилась бы раскатистым хохотом. Лишь бы не разрушить свой выверенный образ мягкой, добродушной старшей сестрицы, Ринрин изо всех сил подавляла порыв, загоняя распирающий её восторг глубоко внутрь.

Использовать правила, чтобы пристрелить фантома.

Да… вот что значит быть настоящим игроком. Она всё прекрасно понимает.

— И… на чём мы остановились? — спросила Ринрин.

— Орудия мы уже навели. Но… что нам делать дальше?..

— Как быть — решать только тебе, агент, разумеется.

Ринрин поднялась со стула.

По звуку голоса было ясно, что агент сидит прямо перед монитором. Подойдя со спины, Ринрин скользнула руками и мягко опустила их ей на плечи.

— Чего ты сама для неё хочешь?

Агент промолчала.

Но Ринрин кожей чувствовала исходящие от неё сомнения. И её можно было понять. Нажмёшь на спуск — и можешь убить собственную подопечную. Да, мишенью является фантом, но вероятность трагической случайности слишком велика. Стоит ли идти на такой риск лишь ради того, чтобы стереть двойника и воздействовать на подсознание Юки? Подобные терзания были абсолютно закономерны.

«Как трогательно», — подумала Ринрин. Её охватило упоительное, ни с чем не сравнимое веселье.

— Если не можешь, хочешь, я выстрелю за тебя? — прошептала Ринрин ей на ухо.

Но та — судя по тому, как вздрогнули плечи — покачала головой.

— …Нет… Я сделаю это сама.

И…

(39/44)

С яркими вспышками разразился оглушительный грохот.

(40/44)

В тот миг Юки показалось, будто время замедлилось.

С игроками такое случается сплошь и рядом. В самый отчаянный момент чувства без всякого предупреждения обостряются до предела, и приходит кристальное понимание происходящего. Состояние своего тела, движения противника, даже неминуемая беда, от которой уже не спастись, — абсолютно всё.

Юки совершенно отчётливо видела пули, тянущие за собой тонкие шлейфы дыма.

Самая первая чиркнула Юки по шее. Вспыхнула острая боль — но именно эта острота подсказала, что рана неглубока. «Скорость пули куда выше скорости передачи боли, так почему же мне больно прямо сейчас?» — с поразительным хладнокровием подумала Юки. Возможно, мозг просто корректирует хронологию событий задним числом. Точно так же, как заставляет её видеть фантома.

Следующая пуля вырвала кусок плоти из плеча. Юки осознала, что разорвана не только кожа, но и ткань спортивки — пусть её спортивный костюм и был изрядно заношен, такую огромную дыру на нём оставили впервые. И дело не ограничилось одним попаданием: следующая пуля, а за ней и ещё одна точно так же рвали её тело и одежду. Этот костюм был её верным напарником, возвращённым с таким трудом, но теперь, похоже, придётся покупать новый.

Одна из пуль впилась Юки в волосы на затылке. С грубым скрежетом она скрутила пряди и прошила их насквозь. Попасть в волосы, состоящие лишь из пучка тонких волокон, само собой, невозможно, но ведь жар и трение никуда не исчезли. Место попадания выгорело и осыпалось. И Юки прекрасно это знала, но… как пули вообще туда попали? Прицелиться в волосы на затылке из установленных спереди орудий толком нереально. К тому же она чётко ощутила, что сквозь её волосы прошла не одна, а сразу множество пуль. Как такое возможно? Неужели фантом реально тянет её за волосы, и потому в них проще попасть?..

После очередного попадания сила, тянувшая Юки назад, бесследно исчезла.

Отчаянно сопротивлявшаяся ей Юки по инерции рухнула вперёд. Ушибла колени, подпёрлась руками, и…

В этот миг течение времени вернулось в норму.

В уши ударил оглушительный грохот непрерывной пулемётной очереди.

— …гх…

Чувствуя едкий запах гари, Юки обернулась.

Там…

…валялись волосы. Её собственные волосы. И длинные пряди, и короткие обрывки. Юки дотронулась до затылка и поняла, что срез пошёл неровными зубцами. Похоже, вырвало изрядный клок. Также она увидела и виновников произошедшего — россыпь расплющенных пуль, выбоины повсюду и белую ватную массу, сочащуюся из её собственных ран.

И больше ничего.

Не было ничьего силуэта.

Не было ничьего трупа.

(41/44)

В отдельной комнате агент ввела несколько команд на планшете.

С него она управляла штрафными турелями. Поскольку мишень, судя по всему, исчезла, агент вернула обе турели — и правую, и левую — в исходное положение.

И… тяжело выдохнула.

Тело покрыла липкая испарина, кровь отхлынула от лица. Рука сама собой прижалась ко рту. Типичная поза для человека, которого мутит, и агента действительно сильно тошнило. Не будь в комнате Ринрин и поставщика, её бы, наверное, вырвало.

Какое счастье… Юки осталась жива. Несколько пуль задели её, но ничего смертельного. Агент испытала такое искреннее, глубокое облегчение, какого не чувствовала даже тогда, когда сама выжила в своей первой игре.

— Отличная работа.

Ринрин похлопала её по плечу.

Видимо, по повисшей в воздухе атмосфере она поняла, что всё закончилось.

— Спасибо… — отозвалась агент и, пошатываясь, поднялась на ноги.

Нужно было идти встречать Юки.

— Может, отдохнёшь немного? На тебе лица нет.

Ринрин предложила ей перевести дух, но агент ответила: «Нет… это ведь… моя работа…»

Судя по поведению Юки на экране, фантом исчез. «Правила» этой игры уничтожили его. Но если заставить Юки ждать… если допустить такое нарушение, немыслимое в настоящей игре… её подсознание чего доброго отменит этот вердикт, и фантом воскреснет. Агент хотела поскорее пойти подопечной навстречу, чтобы пресечь этот страх, но сил облекать всё это в слова не осталось. Не проронив больше ни звука, она вышла из комнаты и зашагала по коридору.

Она шла, тяжело и твёрдо впечатывая каждый шаг, чтобы не упасть.

Постепенно на душе становилось спокойнее.

— …Что же «это»… было?..

Она произнесла вслух вопрос, который никак не давал ей покоя.

Ведь… «это» случилось буквально только что. Прямо перед финишем Юки замерла, ведя отчаянную борьбу с фантомом, вот только её волосы при этом вели себя крайне странно.

А если точнее — неестественно сильно натянулись.

Словно… кто-то и впрямь тянул за них сзади.

(42/44)

Разумеется, там никого не было. Лишь одна Юки.

И всё же действия, вероятно совершённые призраком, — не обман зрения, а реальное физическое действие — развернулись прямо на глазах у агента. Да, именно благодаря этому удалось так точно взять двойника на мушку, но… что же это было на самом деле?

Просто ветер? Скорее всего. С точки зрения физики иного объяснения нет. Дверь на улицу была распахнута, так что сквозняк — дело вполне естественное. Из-за перепада давления между улицей и ареной возник локальный порыв ветра. А то, что волосы казались натянутыми как струна… просто искажение монитора, в реальности же они наверняка просто трепетали. Так и есть. Хотелось в это верить.

Признавать произошедшее настоящим паранормальным явлением не хотелось совершенно.

Одной выходки фантома хватило с лихвой. Новых неприятностей даром не нужно. «Обычный ветер. Вне всяких сомнений», — твердила про себя агент, как мантру, однако…

— Вы отлично потрудились, Сецуна.

От голоса, обдавшего ухо ледяным шёпотом, агент остолбенела.

И огляделась по сторонам.

Никого. Вообще. Ни призрачного силуэта, ни безжизненного игрока в спортивной форме — в пустом коридоре не было ни души.

— …

Агент прижала ладонь ко лбу, покрытому липким холодным потом.

«Я просто устала», — решила считать она.

(43/44)

Юки вышла на улицу.

Вокруг расстилался пустырь. Практически никаких следов цивилизации. Лишь машина — судя по всему, принадлежавшая агенту, — здание, которое она только что покинула, и… ещё одна постройка по соседству. Может, оттуда велось управление игрой? Или там проходило второе испытание? Она понятия не имела.

Но зато она увидела агента, выходящую из-за здания.

Та, кажется, тоже сразу её заметила и молча указала рукой в сторону машины. Повинуясь этому безмолвному жесту, Юки направилась к автомобилю. К счастью, пули не задели ноги, так что шла она без труда.

— А… точно, — тихо пробормотала Юки.

Она вспомнила, что есть слова, которые просто обязана произнести. Фраза, о которой она, кажется, давненько не вспоминала. Раз уж она убила её как полноправного игрока, то, так уж и быть, хочет сказать их. Хотя бы в качестве последней дани уважения.

— Гуд гейм, — обратилась Юки в пустоту.

Она немного подождала, но ответа не последовало.

Поэтому Юки сама себе ответила: «Гуд гейм». И, осознав всю нелепость собственной выходки, смущённо поморщилась.

(44/44)

———