Стал вторым номером в романтическом фэнтези Том 1 Глава 224 Мастер меча? (3)

Потолок был мне до боли знаком… хотя назвать его чужим я не мог. Если копнуть глубже в воспоминания, где-то я этот потолок уже лицезрел. Точно, именно его я созерцал после схватки с Сайлэнсом в самом начале обучения в Академии. Единственное, что отличалось от того момента — в этот раз героиня романа не отвесила мне пощёчину за то, что я валялся без сознания рядом с моей подругой детства.

— Это лазарет Академии. Приди в себя. Мы использовали кровоостанавливающее средство и провели экстренную операцию. Ты потерял слишком много крови, чуть было не случилось непоправимое. Угораздило же тебя получить удар в… не самое удачное место. Я хотела сказать тебе об этом, когда ты немного оправишься…

Вместо пощёчины прямо передо мной болтала чушь Вайолет, чьё присутствие объясняло, почему Дейзи в прошлый раз была так настроена.

— Да брось, это не пуля, ты думаешь, меч мог попасть прямо туда?— Ай! Ещё как мог!

Я отвесил ей щелбан в качестве воспитательной меры, и Вайолет повалилась на пол, издав пронзительный вопль. Если мои последние воспоминания перед отключкой не были сном, то щелбан от настоящего мастера меча — вещь крайне болезненная.

Вайолет, всё ещё нелепо извиваясь на полу, схватилась за лоб и поднялась. Глядя на её сморщенное лицо и выступившие на глазах слёзы, я почувствовал, как моё настроение слегка улучшилось.

— У-у… ты спал, и прошло уже два года… Ой, всё, не бей! Два дня! Прошло всего два дня!

Видимо, ей действительно было больно, раз она, едва я замахнулся, чтобы пресечь её неуместную шуточку, в испуге отпрянула назад, прикрывая лоб ладонями.

— Я просто пришла объяснить всё, как только ты подал признаки пробуждения!

Её возглас, полный искреннего возмущения, вызвал у меня лишь недоумение.

— Раз пришла объяснять, так и объясняй. Зачем нести всякий вздор?— Мне было скучно ждать, вот и всё!

Использовать начальство как средство от скуки? Какая наглость. В итоге я не удержался и огрел её ещё раз.

— …

Вайолет, схватившись за покрасневший лоб и на некоторое время лишившись дара речи от боли, наконец поведала мне всё, что произошло, пока я был без сознания, с таким выражением лица, будто на её плечи легла вся несправедливость этого мира.

— Короче, после того мазка клинка, с которым ты сражался, всех остальных мазков окончательно выбили.— А что стало с тем мазком клинка?— А что с ним сделается? Вся мощь Академии обрушилась на него гурьбой, и он геройски скончался.

Значит, Мастер меча всё-таки ушёл. По словам Вайолет, даже при активной поддержке Мечного святого, принца Эллена, близнецов Высших эльфов, Аслана и множества других мечников в связке с баффами Дейзи тот продержался довольно долго. К тому же, по какой-то странной причине, в битвах с магами он проявлял нечто похожее на желание выплеснуть накопившуюся горечь… В самом деле, под стать своему титулу, он до последнего хранил гордость меча. Хотя…

— Когда Дейзи приложила его святой силой, камень с душой мазка клинка треснул, и он больше не двигался.— Понятно…

Значит, та штука, похожая на глаз, и была его истинным телом. Если подумать, каждый раз, когда я поджигал его меч, он подозрительно сверкал.

— Единственное, что радует — масштабы ущерба для Академии оказались не такими уж критическими…

То ли благодаря грамотной подготовке, то ли уровню студентов, который существенно вырос. Несмотря на появление десятков мазков, внутри самой Академии удалось избежать серьёзных разрушений. Зато…

— В пригороде всё куда печальнее.

Внешние районы, где обычно торговали лавочники и располагались гостиницы для приезжих во время праздников и Дня основания страны, пострадали сильнее всего.

— Помимо материальных потерь, немало людей погибло, попав под раздачу.

Ситуация кардинально отличалась от прошлого. Раньше те, кого чёрные маги использовали для отвлекающих маневров, едва ли могли даже просочиться за территорию Академии. В основном это были политические заключённые или потомки павших королевств. Чёрные маги старались не устраивать теракты среди мирного населения, чтобы не портить и без того невысокую репутацию в народе.

— Наши расследования показали, что они использовали чёрную магию. Видимо, целью было промыть всем мозги и нанести максимальный урон.

Вайолет поморщилась, произнося эти слова.

— По идее, это должно было случиться в сюжете гораздо позже.— Ты каждый раз это говоришь.— Это лишь значит, что будущее наступает быстрее, чем мы ожидали.

Изначально в Академии время от времени объявлялся какой-нибудь посредственный чёрный маг, а всё остальное вращалось вокруг политических интриг и идейной борьбы. По-настоящему массовые жертвы должны были начаться только после падения мира и наплыва мазков в пост-академической части сюжета…

— Ну, в тот момент, когда появились мазки, всё полетело к чертям, так что…— Верно, но всё же…

Видимо, в качестве балансного патча, мазки оказались слабее, чем в оригинале, раз уж вылезли так рано. Но даже так, для обычного человека — да что там, даже для студентов высшего ранга Академии — они были настоящими чудовищами. Так что жертв было не избежать. Проблема заключалась в том, как разгребать эти последствия.

— Так что там Империя собирается делать?

Хотя, скорее, было бы точнее задаться вопросом, как именно она собирается это использовать.

— И что с этим делать? Конечно, война.

Я кивнул, соглашаясь со словами Вайолет. Это было вполне предсказуемо. Сейчас Империя оказалась под ударом со всех сторон, фактически став "мальчиком для битья", но только потому, что она всё ещё является Империей. Точнее говоря, проблема заключалась в том, что обширные территории Эллераса были настолько велики, что страна с трудом справлялась с поддержанием порядка. Врагов было полно, зон контроля — ещё больше, а стоило отвлечься хоть на мгновение, как тут же набегали аристократы, ставящие свои личные интересы превыше государственных. Таким образом, приходилось выбирать "фокус и концентрацию".

Но Эллерас всегда был известен на континенте как государство, полное разбойников. Сама Империя погрязла в последствиях своих собственных действий: огромные земли и несмолкающие восстания — прямое тому доказательство. И вот теперь она наконец-то обнажила свой меч. Причём на стороне Империи была полная законность. Есть ли какое-либо оправдание у тех, кто совершил теракт? Нет. Пострадало ли мирное население? Да. Были ли за спиной террористов тёмные маги? Да. Поклонялись ли они порочному божеству? Да. Были ли среди террористов существа, которым не место на континенте, вроде мазков? Да.

Не отреагировать при таких весомых аргументах было бы само по себе преступлением. Даже те страны, что находились в натянутых отношениях с Империей, и те, что болезненно относились к любым военным манёврам, были вынуждены смиренно кивнуть в знак согласия. Великие державы, такие как Леон и Дэйл, а также Святое королевство, всегда ратовавшее за мир, не могли возразить против начала этой войны. Возможно, Святое королевство и само рассчитывало извлечь выгоду, прикрываясь своим статусом.

— Они уже выступили.— Инквизиторы?— Ага. Сейчас они носятся как угорелые.

Значит, они уже выдвинулись. Даже несмотря на то, что я пролежал всего два дня, а не две недели, они демонстировали невероятное рвение и добивались результатов. Я помню, когда в самом начале поползли слухи о том, что инквизиторы направляются в Академию, многие испытывали опасения. Сами по себе эти парни вызывали лёгкий дискомфорт, но свою работу они выполняли просто безупречно.

— Кроме того, случилось ещё одно странное обстоятельство… Ах да, точно.

Вайолет, которая до этого делилась целой кучей историй, произошедших за эти короткие два дня, вдруг замолчала, словно что-то забыв. Внезапно она хлопнула себя по лбу, снова присела и добавила:

— Случилось ещё одно неожиданное событие.— Какое?— Эсид объявил о своём участии в выборах председателя студенческого совета Академии.— Вот как?

Если это Эсид… шансы у него весьма неплохие. Помимо того, что он является героем любовного романа, он каким-то образом сумел завоевать высокую репутацию среди второкурсников и первокурсников.

— …Ты не понимаешь почему?— Откуда мне знать?— Ой…

Вайолет посмотрела на меня с недоумением, но тут же покачала головой и сообщила, что у Эсида появился соперник.

— Потенциальное противостояние с принцем? Неужели я попал в какой-то типичный злодейский сюжет романа?— Если судить по первоисточнику, то роль действительно похожая.— Серьёзно?

Я уже начал было думать, что сюжет разворачивается по оригинальным рельсам, но, как оказалось, не совсем.

— И кто же этот соперник?— Твоя девушка.— Дейзи?

Если задуматься, Дейзи вполне способна составить конкуренцию Эсиду.

— Нет, я же говорю — злодейка. И вообще, у тебя же гарем…— Я не говорил, что она злодейка. Ты сказала «похожая роль».— Она злодейка, но не главный злодей…

Я был не настолько глуп, чтобы не понять, к чему она клонит.

— Лоррелия-сонбэним? Почему?— Тут кроется до обидного сложная и запутанная история…

У каждого человека всегда найдётся своя непростая и печальная история. К тому же, даже если бы я выслушал её, я бы всё равно ничего не смог изменить. Поэтому…

— Давай тезисно, в одну строку.— В императорской семье и так начался режим «беспредела», аристократов собираются «пустить под нож», и партия аристократов опасается, что контроль над Академией, перейдя к членам императорской семьи, станет для них фатальным.— Это совсем не одна строка.— Но по-другому это не сократить!— С этим согласен.— Фу-у…

Вайолет, выпустив пар, почесала затылок и попыталась объяснить максимально кратко:

— В общем! Лоррелия-сонбэним выдвинута главой аристократической партии! Её всеми силами пытаются протащить на пост председателя!— И насколько это реально?— Ты думаешь?— Я сомневаюсь.— Вот поэтому, как истинные аристократы, они решили действовать «по-дворянски».

Решить дело «по-дворянски», значит…

— Угрозы? Подкуп? Что-то ещё?— Ещё как. Говорят, они уже задействовали всё перечисленное.

Похоже, пока я спал, мир превратился в полный хаос.

***

Хотя выборы председателя и казались типичным сюжетом для романа, для меня сейчас существовали дела куда более важные.

— Серьёзно? Ты собираешься на тренировочную площадку сразу после пробуждения?— Ты же теперь мастер меча. Нужно закрепить навыки, пока ощущения ещё свежи.

Всё-таки, раз уж мы были любовниками, пока я спал, Дейзи щедро одарила меня целительной силой. Да и дядя Эллен, видимо, чувствуя свою вину из-за того, что случилось, обеспечил первоклассную поддержку, включая переливание крови. А благодаря заранее запасённой святой воде моё тело было в идеале… ну, до идеала далеко, но двигаться я вполне мог. Значит, пришло время испытать ауру — символ статуса мастера меча, оплаченный тяжёлыми жертвами нашего Мастера меча.

— Врёшь!

Мою реплику, брошенную уже на тренировочной площадке, когда мы обсуждали моё самочувствие, услышал Сососо, который подслушивал издалека, и впал в отчаяние.

— Эллен — мастер меча, так ещё и ты, Адам, стал мастером меча?!— Что?!

Из дальнего угла площадки донёсся недовольный резкий голос.

— Чтобы ты, да превзошёл уровень моего отца, к которому я до сих пор не могу подобраться?!— …

Нет, предок, ты бы лучше бросил мечи и сосредоточился на пути магии… Почему ты вечно хватаешься за клинок, постоянно проигрываешь, но продолжаешь цепляться за него? Тем более, ты потомок драконов, к тому же ещё и предок королевской крови…

…Я проглотил эти слова, так как не решился высказать их самому предку, к тому же королевскому. Вместо этого я сказал:

— Смотрите. Это — аура мастера меча.

Я продемонстрировал факультету фехтования тот самый уровень, которого все жаждут, но которого почти никто не может достичь — мечту любого фехтования.

— …

Странно.

— Ну и где?— Ты нас за дураков держишь?— Впрочем, если каждый будет приходить и требовать такое показать, это, небось, жутко утомляет.

Студенты факультета фехтования, стоявшие с мечами в руках, бросали в мою сторону язвительные ремарки, но я их почти не слышал. Дело в том, что я хотел использовать ауру, но она просто… не вышла.

— …

Чувствуя, как по спине стекает холодный пот, я судорожно начал вспоминать битву с мазком клинка. О чём я тогда думал? Каким образом направлял ману…

…Да я ни о чём не думал. Тогда я просто вошёл в состояние «муа» и творил всякую дичь.

— …

Когда на меня начали смотреть с подозрением, Аслан нанёс самый болезненный удар по моему эго:

— Может, ты просто не умеешь?

Для мечника быть уколотым не клинком, а языком — позор вдвойне. И когда в их глазах уже читалось: «Неужели и правда не умеет?», я наконец вспомнил, как циркулирует аура.

— …

И перед их взором… наконец вспыхнула ослепительная аура.

…По крайней мере, на какое-то время.