В мой первый день под прикрытием организация развалилась Том 1 Глава 16 За что он благодарен?
— Преподаватель… а это место…
— Преподавательское общежитие.
— Так вы живёте здесь…
Делев впервые видел Преподавательское общежитие изнутри.
«Ну и развалюха».
Он изредка проходил мимо, так как студенческое общежитие находилось по соседству. Уже тогда здание казалось ему старым, но то, что он увидел внутри, превзошло все ожидания.
Кап, кап
Хотя дождя не было, откуда-то сверху капала вода. Повсюду висела паутина. Казалось, что в воздухе даже витал какой-то странный запах. Это убожество невозможно было даже сравнить с величественным студенческим общежитием, построенным на щедрые пожертвования!
— Вам разве… не неуютно?
— А что здесь может быть неуютного?
Кундел — великая семья. Естественно, Делев и представить не мог, что в таком месте можно жить. Сам он занимал одноместный люкс на верхнем этаже студенческого корпуса.
«Он живёт здесь намеренно?»
Теперь Делев считал, что за каждым поступком Зиэля должна стоять какая-то веская причина.
«На то наверняка есть основание. Определённо».
Это и вправду было место, в котором не было ни единого повода находиться, как ни посмотри. Оно выглядело настолько убогим и мрачным, что даже самый бедный преподаватель предпочёл бы добираться до Академии издалека.
«Не удивлюсь, если здесь водятся призраки».
— За Преподавательским общежитием удобно тренироваться.
Тем временем Зиэль вывел Делева на задний двор. Повсюду валялся мусор и густо росли кусты, но там нашелся пригодный клочок земли, где могли бы тренироваться один или два человека.
— Вы тоже здесь тренируетесь, преподаватель?
— Я нет.
Делев истолковал это так: в этом просто нет нужды.
«Как и ожидалось от мастера».
На самом деле он не мог. Тренировки убийц чаще всего проходили в закрытых помещениях.
— Занимайся там. Я посмотрю.
— П-правда?
— Преподаватель должен присутствовать, чтобы не было штрафных баллов.
Делев решил, что Зиэль предлагает ему наставничество. С другой стороны, Зиэль имел в виду именно то, что сказал.
«Может, он добрее, чем я думал?»
Сквозь слои недопонимания Делев взял деревянный меч.
Вжих, вжих!
Деревянный меч по весу не уступал настоящему. Развернулось мастерство меча, полное мощи, которому не хватало разве что стального лезвия. Делев был главным талантом семьи Кундел в нынешнем поколении. Его способности оценивали выше, чем у его старших братьев. Хотя он ещё не превзошёл их из-за возраста и недостатка опыта, его искусство меча получало признание с самого момента поступления.
Похвалы и ожидания. Делев жил только в этом мире, поэтому встреча с Зиэлем стала для него настоящим потрясением.
«Мне всё ещё не хватает навыков».
Он осознал своё несовершенство.
«Мне ещё далеко до конца пути».
Постепенно он начал понимать, что мир, который он видел раньше, был очень тесным.
Вжих, вжих!
Меч Делева тяжело рассекал воздух. Это была «Техника Тяжёлого Меча Кунделов», которой так гордилась его семья. Она заключалась в последовательном перемещении маны через талию к спине, плечам, рукам и кистям с помощью особой техники дыхания, что давало колоссальную разрушительную силу. Говорили, что такая мощь способна не только смять и разорвать толстые доспехи одним ударом, но, в зависимости от мастерства, даже расколоть землю.
— Ху-у, хап!
Делев непрерывно демонстрировал формы. С первой по пятую — базовые движения были отточены до совершенства. Следом шли промежуточные формы: с шестой по десятую. Однако на седьмой форме его движения внезапно оборвались.
Лязг!
Он даже выронил меч, когда попытался силой завершить приём. Делев быстро подхватил оружие и начал заново с базовых основ.
«Старшие братья уже освоили промежуточные формы».
Финальные приёмы начинались с одиннадцатой формы. Это было целью Делева. Но ему было стыдно за то, что он всё ещё застревает на промежуточном этапе. Учитывая запредельную сложность «Техники Тяжёлого Меча», продвижение к промежуточным формам уже было выдающимся достижением, но Делев никогда не был доволен собой.
Как долго он бросал себе вызов? В конце концов, после пятидесяти неудачных попыток выполнить седьмую форму, Делев тяжело выдохнул. Его дыхание сбилось из-за постоянного использования маны.
«И всё же, я стал лучше».
Раньше он бы выдохся уже к тридцатой попытке, но благодаря тренировкам на физическую подготовку его выносливость заметно выросла. Расстраивало лишь то, что седьмая форма так и не поддавалась.
«Я хотел показать отцу результат на межкурсовом турнире».
«Он подумает, что я всё ещё на шестой форме, как и при поступлении».
«Я хотел с гордостью выполнить седьмую и удивить его».
Именно поэтому Делев в последнее время чувствовал нетерпение.
«Отборочные испытания не должны стать проблемой, но если это будет межкурсовой турнир…»
Внезапно его посетила мысль. Почему преподаватель Зиэль сказал, что возлагает самые большие надежды на такого, как он? Тогда он повернул голову, чтобы посмотреть на Зиэля.
— П-преподаватель?
Тренировка длилась больше часа. Он был так сосредоточен, что только сейчас взглянул на Зиэля…
— Вы всё это время так стояли?
Зиэль стоял ровно в той же позе и на том же месте, что и в начале, не шелохнувшись ни на миллиметр. Стоять неподвижно не так уж трудно, но не двигаться вообще, словно время замерло?
«Он человек?»
— Да. Есть какая-то проблема?
— Нет, не то чтобы… просто это поразительно.
— Вы тоже так сможете, студент Делев Кундел.
Наверное, смог бы. Но человеческой природе свойственно вертеть что-то в руках или переминаться с ноги на ногу, когда становится скучно. В любом случае, Делев осторожно спросил:
— Как… вам моё выступление?
— Ты имеешь в виду технику меча, которую только что показал?
— Да.
— Это было искусство меча.
— …
Он имел ввиду не это, а спрашивал о впечатлении...
«Для преподавателя это выглядит как заурядное махание мечом?»
«Как и ожидалось от преподавателя Зиэля. Мне ещё далеко до того, чтобы привлечь его внимание».
«Или, возможно, он просто старается быть беспристрастным».
«Я и так получаю достаточно особого отношения. В конце концов, я съел тот дорогой обед!»
Делев собрался с духом и снова сжал рукоять меча. Седьмая форма, как обычно, не получалась.
«Почему не выходит?»
И тут…
— Это было искусство меча.
Слова Зиэля всплыли в памяти.
«Просто искусство меча?»
Делев резко остановился. В голове промелькнула догадка.
«Техника Тяжёлого Меча Кунделов».
Он всегда слышал только одно.
«Искусство меча нашей семьи — особенное. Другие семьи никогда не сравнятся с ним».
Поэтому Делев подсознательно относился к этой технике как к чему-то исключительному и пытался выполнять её только особыми способами.
Например, седьмая форма — это рубящий удар сверху, выполняемый с разворотом корпуса. Нужно дважды провести ману по контуру и сделать два взмаха в сумме. По крайней мере, так было в «Технике Тяжёлого Меча».
«Просто обычное искусство меча… а что, если подойти к этому чуть проще?»
В обычном фехтовании ради эффективности несколько движений объединяют в один цикл дыхания маны. Однако в технике Кунделов мана вливается в каждое отдельное движение, чтобы довести разрушительную силу до максимума. Так он делал в «Базовых формах», так его учили.
— …!
Его глаза вспыхнули осознанием. Мысль пронеслась в голове подобно молнии! Делев опустил меч и выровнял дыхание.
«Обыденно».
Тяжёлая техника его семьи, которую он считал уникальной. Сделав шаг назад и взглянув со стороны, он наконец почувствовал.
«Вложить две формы в один вдох».
Вот в чём была проблема. Одна форма на один цикл дыхания. Поскольку скорость дыхания не была такой уж высокой, мана не успевала за скоростью движений. Но что, если вложить движения, то есть две формы, в один вдох? Как в обычном искусстве меча. Что, если отбросить предубеждения о своей исключительности?
Как только Делев закончил размышлять, он вложил две формы в один вдох и...
— У меня получилось.
С восторгом он впервые успешно выполнил седьмую форму. Количество маны в одном цикле было фиксированным, поэтому разрушительная мощь снизилась, но главное — он добился успеха.
«Так это было настолько просто».
Теперь оставалось лишь постепенно увеличивать скорость дыхания. Почему он понял это только сейчас? О том, что Делев тренирует седьмую форму, не знал никто из его семьи. Он хотел освоить её сам и занимался втайне. И он действительно сделал это в одиночку.
«Не нужно было упрямо держаться только одного пути».
«Если дорога трудна, можно пойти в обход. Главное — в итоге достичь цели».
Ему казалось, что он получил великое откровение о жизни, а не просто освоил седьмую форму! И это просветление даровал ему не кто иной, как стоящий неподалёку преподаватель Зиэль.
— Преподаватель, спасибо вам.
Делев выразил глубокую благодарность.
«Совет был в самую точку».
Просветление, полученное всего от одной фразы Зиэля! Статус Зиэля в сердце Делева снова вырос. К слову, возможно, из-за того, что сегодня он тренировался дважды, его внезапно накрыла усталость.
— Преподаватель, могу я идти?
Зиэль взглянул на свои карманные часы и кивнул.
— Уже глубокая ночь. Иди, студент Делев Кундел.
Как и ожидалось от учителя. Он мог бы немного похвалиться своей проницательностью, но не сказал ничего особенного.
«Чертовски крут».
С другой стороны.
«За что он меня благодарит?»
Зиэль напряжённо размышлял, за что именно Делев сказал ему спасибо. Тем временем…
«Это ассистент Тирон».
Зиэль также заметил личность того, кто наблюдал за ним из кустов.
*
До отборочного теста оставалось два дня.
— Преподаватель Зиэль, как я уже говорил, вам нужно просто присутствовать на отборочных испытаниях.
Зиэль ненадолго встретился с ассистентом Тироном перед занятиями.
— Ничего особенного делать не нужно. Передаю слова профессора: считайте это просто возможностью набраться опыта.
— Я понял.
— Другие ассистенты и я возьмём на себя оценку тестов на физическую силу, а профессора проведут часть по искусству меча.
Тирон протянул документ.
— А. И дисциплины тоже записаны здесь. Мы оцениваем параметры силы и навыки меча. По два пункта на физическую подготовку и на искусство меча.
— В искусство меча добавили ещё один критерий.
Раньше исход решался спаррингом. Но теперь к этому добавили «Танец меча».
— Да. Я слышал, это решили на совете профессоров.
— Есть причина?
— Ну. Я и сам толком не знаю.
«Танец меча» — это, буквально, оценка артистизма владения оружием. Наблюдение за тем, как движения меча разворачиваются в воздухе, и оценка их красоты. С точки зрения Зиэля, это была категория оценки, лишённая смысла, эффективности или практичности. По крайней мере, её вес в общем балле был невелик. Около 10% или вроде того.
«Кто-то наверняка сделал очередное пожертвование».
Когда что-то внезапно добавляется или убирается из отлаженной системы, это значит, что есть кто-то, кому это выгодно. Тирон вспомнил прошлогодний отборочный турнир. Тогда произошла одна шокирующая ситуация. Роуэн Валькирия, первокурсник и второй сын семьи Валькирия (одной из Пяти великих семей), был исключён. Разрыв в баллах был крошечным, но ему не повезло с турнирной сеткой.
«Разве семья Валькирия не сделала третье по величине пожертвование в этом году?»
Картина постепенно прояснялась. Он чувствовал намерение во что бы то ни стало отправить Роуэна Валькирию, теперь уже второкурсника, на обменный турнир. Семья Валькирия славилась своим изящным искусством меча. История о том, как противники были настолько заворожены их движениями, что даже не замечали атаки, была широко известна.
— В общем, как-то так. Вот график отборочного турнира… Студенты, которые вылетят, наверняка будут сильно расстроены. Пожалуйста, утешьте их как следует, преподаватель.
Тирон продолжил шёпотом:
— По моему мнению… если не случится сюрпризов, студент Делев и студентка Селия наверняка будут выбраны в команду первокурсников. О, у студента Мариса тоже есть шансы.
— Нет. Я так не думаю.
— А. Студент Марис и вправду на грани, верно? Немного сомнительно…
— Будет выбрано гораздо больше.
— Простите?
Зиэль взглянул на студентов, готовящихся к уроку, и продолжил:
— Будут выбраны десять студентов из тех, за кого я отвечаю.
— …
Тирон не просто растерялся — он лишился дара речи.
«Откуда такая уверенность?»
Даже на первый взгляд список тех, кого выберут, был уже предрешён. Среди первокурсников этого года было всего двое детей из Пяти великих семей — Делев и Селия, но это не значило, что навыки остальных были намного ниже. Особенно среди шестидесяти студентов, за которых Зиэль не отвечал, было немало одарённых учеников.
«Ну, мечтать не вредно».
Тирон пожал плечами. Возможно, сказывался долгий опыт работы с профессором Элканто. У него вошло в привычку просто соглашаться, даже когда кто-то делал странные заявления.
— Можно смотреть на это и так. О, и последнее: декан факультета тоже посетит отборочный турнир первокурсников.
Тирон ожидал, что Зиэль занервничает.
— Декан особенно обеспокоен первокурсниками этого года.
Декан факультета Меча! Вершина этого факультета и бывший командующий Имперской гвардией! Личность, перед которой должны склоняться даже знатные дворяне!
— Да. Я понял.
Но в ответ последовала спокойная реакция.
— Раз уж вы сказали, что это было последнее, больше нет никаких поручений?
«Что он за человек?»
Когда тебе говорят, что придёт декан, нужно хотя бы притвориться взволнованным.
— А, да. Больше ничего.
— Хорошо. Тогда я пойду на занятия.
Глядя в спину уходящему Зиэлю, Тирон продолжал множить догадки.
«Он даже декана не боится?»
Поистине невероятная поддержка. Никто не знал, кто именно за ним стоит, но эта фигура явно была огромной.
«Видя, с каким уважением к нему относится Делев Кундел… может, семья Кундел что-то знает?»
Всего несколько дней назад Тирон по делам учебной части поздно вечером вышел из общежития. Чисто случайно он обнаружил Делева, тренирующегося за Преподавательским корпусом под присмотром Зиэля. То, что он увидел, было сценой, где Делев выражал свою благодарность Зиэлю с глубочайшим почтением.
«Тут что-то нечисто».
Вопрос за вопросом. Заблуждение за заблуждением. Всё это наслаивалось друг на друга.
«Чем же он занимался раньше?»
Но у него не хватило смелости копать глубже. Наличие могущественных покровителей означало, что не стоит совать нос в чужое прошлое. Тирон хотел прожить долгую-долгую жизнь, если это возможно.
«Я не могу умереть, пока не стану штатным профессором. Ни за что».
Ассистент Тирон поспешно покинул зал. До отборочного турнира оставалось два дня. Он даже не смел представить, что там произойдёт.