Вечная Воля (Новелла) Том 1 Глава 4 Духовное улучшение

Все пребывали в радостном настроении, полные восторга от Бай Сяочуня. Его обаяние было неоспоримо, а его находчивость казалась безграничной. Старший Брат Чжан, впечатлённый его деяниями, решил вознаградить его, вручив ему горсть духовного риса.

С весёлым смехом Бай Сяочунь, слегка пошатываясь, направился к своей скромной лачуге. Не успел он улечься в постель, как вся поглощённая им духовная энергия, питаемая множеством волшебных ингредиентов, внезапно ожила внутри. Головокружение охватило его, он повалился на землю ничком и тут же крепко захрапел.

Сон его был безмятежным и глубоким. На заре следующего дня, открыв глаза, он обнаружил, что взгляд его пылает ярким блеском. Осмотрев своё тело, он с удивлением отметил, что стал заметно крепче, нежели накануне. Вся кожа его была покрыта липким слоем скверны. Спешно направляясь к водоёму, чтобы смыть с себя грязь, он увидел, как Старший Брат Чжан и остальные готовят завтрак для учеников секты. Заметив испачканного Бай Сяочуня, они не смогли сдержать смеха.

— Девятый Младший Брат, вся эта грязь — это сущность, покинувшая т твоё тело. Без неё твоё культивирование станет значительно проще. Возьми несколько выходных, твоя помощь нам пока не требуется. Через несколько дней можешь возвращаться к своим обязанностям. И не забывай про духовный рис! Скорее съешь его, пока он не утратил свои свойства.

— Непременно, — отозвался Бай Сяочунь.

Полный сил, он вернулся к себе, подхватил с печи черепашью сковороду. Наполнив её водой, он поставил её обратно на огонь. Затем он извлёк зёрнышко духовного риса, чтобы рассмотреть его поближе. Зерно размером с большой палец, оно сияло хрустальной прозрачностью и источало восхитительный аромат.

— Если этим питаются Бессмертные, то оно, должно быть, поистине необыкновенно.

С глубоким вздохом он подбросил несколько поленьев в печь, разжигая огонь. Мощный жар тут же окатил его, заставив отступить и испуганно моргнуть. Затем он взглянул на пламя и щёлкнул языком.

— Это необычный огонь. Он разгорается быстрее и горит жарче, чем обычный огонь в деревне.

Внимательно изучив горящие поленья, он понял, что это особая древесина. К этому моменту огонь разгорелся ещё сильнее, и Бай Сяочунь с изумлением заметил, как один из узоров, выгравированных на задней части черепашьей сковороды, начал светиться, начиная от места, где, казалось, когда-то был хвост черепахи, и заканчивая местом у её головы. Вскоре весь узор ярко засиял. Бай Сяочунь ошеломлённо уставился на это зрелище, а затем с радостным хлопком ударил себя по бедру.

— Я так и знал! Это должно быть какое-то сокровище! Эта сковорода определённо лучше сковороды Старшего Брата!

Полностью уверенный в исключительности этой сковороды, Бай Сяочунь поспешно бросил рисинку в кипящую воду.

Затем он уселся поодаль, держа в руках бамбуковый свиток «Искусство Контроля Котла Пурпурной Ци». Следуя инструкциям и имитируя дыхательные техники, изображённые на первом рисунке, он начал своё культивирование.

Едва начав, Бай Сяочунь широко распахнул глаза от удивления. Позу, которую ещё вчера он с таким трудом принимал, сегодня он удерживал с невероятной лёгкостью. Он чувствовал себя в ней совершенно комфортно, без малейшего намёка на неудобство. Дыхательная же техника больше не вызывала у него одышки; напротив, она приносила ощущение глубокого удовлетворения.

Более того, он был абсолютно уверен, что раньше мог удерживать позу лишь на протяжении трёх-четырёх вдохов, но теперь, после семи или восьми вдохов, он не ощущал ни малейшей боли или дискомфорта.

Не поддаваясь радостному возбуждению, Бай Сяочунь спокойно продолжал, в течение тридцати вдохов. Как раз тогда, когда он наконец почувствовал лёгкую слабость и начало дискомфорта, тонкая струйка ци неожиданно появилась внутри него. Она была невероятно холодной и циркулировала с головокружительной скоростью; прежде чем она успела совершить полный оборот в теле, она исчезла. Однако Бай Сяочунь был настолько обрадован, что вскочил на ноги.

— Ци! Ха-ха-ха! Наконец-то появилась хоть капля ци!

Вне себя от ликования, он принялся ходить взад и вперёд по комнате. Он быстро осознал, что произошедшее, вероятно, как-то связано с его ночным угощением. В этот момент он пожалел, что не съел ещё больше.

«Неудивительно, что Старший Брат Чжан скорее умрёт от голода на Кухнях, чем войдёт во Внешнюю секту. Даже у учеников Внешней секты нет таких возможностей».

Нетерпеливо усевшись, он снова принялся культивировать. На этот раз ему удалось удерживать позу и правильное дыхание в течение целых шестидесяти вдохов, и поток ци вновь появился внутри: тончайшая струйка, стремительно проносящаяся по телу.

Во второй раз он был подготовлен и приступил к направлению ци по особой траектории, как было показано на первом рисунке в бамбуковом свитке. В скором времени ци начался приток точно по выбранному им пути. Он сохранял позу и использовал движения, как указано на первом изображении, и вскоре почувствовал небольшие всполохи холода в различных участках тела. Подобные каплям воды, они вливались в общий поток ци, неуклонно увеличивая его. В конце концов, это напоминало крошечный ручей, который непрерывно циркулировал по телу. Он вздрогнул, и вдруг возникло ощущение, словно слой тумана рассеялся в его сознании, а разум прояснился. Гул раздался из его тела.

Он внезапно ощутил легкость и живость, невиданные ранее. Одновременно он избавился от примесей, выступивших каплями из пор по всему его телу. В отличие от предыдущего раза, поток ци не исчез, а продолжал бежать внутри. Бай Сяочунь приоткрыл глаза, и они засияли ярче, чем прежде. Его разум, казалось, работал еще лучше, а тело стало легче и проворнее.

«Непрерывный резервуар ци, — с восторгом подумал он. — Это означает, что я успешно достиг первого уровня культивации Искусства Контроля Котла Пурпурной Ци! Это также означает, что я прорвался к — как оно там называется — первой ступени Конденсации Ци!»

Бай Сяочунь был вне себя от радости и немедленно отправился мыться.

Когда Большой Толстяк Чжан и остальные увидели его, они обменялись понимающими взглядами. Их немного удивило, что Бай Сяочунь так быстро достиг первого уровня, но все они знали, что послужило причиной этому.

После того, как Бай Сяочунь вернулся к себе, он более внимательно перечитал свиток.

«После освоения первого уровня Искусства Контроля Котла Пурпурной Ци, я смогу управлять предметами. Вау! Это почти магическая техника Бессмертных. Я смогу перемещать предметы по воздуху».

С сияющим взглядом он последовал указаниям из свитка, сложив ладони и пальцы особым образом для создания заклинания (1). Затем он взмахнул пальцем, указывая на близстоящий стол. В тот же миг поток внутри него начал бурлить, подобно взбешенному мустангу, и устремился к его правому указательному пальцу, а затем наружу через кончик пальца. Он превратился в нечто, напоминающее невидимую нить, которая соединилась со столом. Однако почти сразу же соединение потеряло стабильность, и нить рассеялась в воздухе.

Бай Сяочунь побледнел. Он потратил минуту на восстановление сил, затем обдумал только что сделанное и решил больше не пытаться двигать стол. Вместо этого он достал из своей сумки деревянный меч и положил его на стол. Он не был уверен, из какой породы дерева был сделан меч, но, несмотря на то, что меч был значительно легче стола, он казался необычайно тяжелым. Он взмахнул пальцем в направлении меча, тот дернулся, затем медленно поднялся в воздух на дюйм от поверхности, прежде чем снова упасть.

Энтузиазм Бай Сяочуня ничуть не ослаб. После нескольких дополнительных попыток ему удалось поднимать меч всё выше и выше. Вскоре он был на десяти дюймах, затем на двадцати, затем на тридцати… К моменту наступления сумерек он смог заставить деревянный меч лететь по прямой. Хотя скорость была невелика, и он не мог повернуть меч в воздухе, меч не падал так быстро, как в начале.

«Теперь я, Бай Сяочунь, — Бессмертный!» (2)

Он гордо встал, заложил левую руку за спину (3), затем помахал правой рукой, заставляя деревянный меч неуверенно летать взад-вперед по комнате. В конце концов его ци начала иссякать, он отложил деревянный меч и продолжил практиковать культивацию.

Позже он уловил приятный аромат, исходящий от сковороды, поднял голову и глубоко вдохнул носом. Внезапно почувствовав сильный голод, он понял, что занимался культивацией целый день, напрочь забыв о духовном рисе, который варился в глубокой сковороде. Он тут же подошел и поднял крышку, чтобы заглянуть внутрь.

Как только он это сделал, сильный, ароматный запах духовного риса вырвался наружу. Более того, в какой-то момент в процессе варки на поверхности зерен появился сияющий, переливающийся серебристым цветом узор!

Узор был хорошо различим, и когда Бай Сяочунь пристально вгляделся в него, он неожиданно погрузился в него, ослепленный светом, излучаемым узором. Через некоторое время узор начал тускнеть. Бай Сяочунь прищурил глаза, немного подумал и взял духовную рисинку в руки, чтобы рассмотреть её поближе.

«Знакомый узор…»

В его глазах мелькнула догадка. Он нагнулся, заглянул в печь и увидел, что огонь давно погас. Дрова превратились в пепел, а узор на сковороде потускнел и стал почти незаметным. Однако он по-прежнему мог определить, что узор на рисинке был точно таким же, как и на сковороде.

Он решил больше не исследовать узор и, чтобы перестраховаться, предпочел пока не есть приготовленный рис. Вместо этого он положил его в свою сумку, посидел немного в раздумьях, затем покинул хижину, чтобы пойти помогать Большому Толстяку Чжану и остальным.

Прошло уже полмесяца, и культивация Бай Сяочуня снова стала замедляться. Тем не менее, он расспросил кого мог и узнал, что серебряный узор никогда не появляется на рисе во время его приготовления. Это только усилило его любопытство. Чем больше он узнавал, тем более необычным казалось зерно риса с узором, не говоря уже о сковороде, которая была и вовсе странной.

Спустя несколько дней Третий Толстяк Хэй отправился за припасами, оставив Бай Сяочуня одного. Это позволило ему проскользнуть в Комнату Четырех Морей — место, где слуги могли получить общие сведения о культивации.

Возвращаясь домой, Бай Сяочунь старательно скрывал радость, переполнявшую его. Как только он закрыл за собой дверь, он тут же достал зерно духовного риса и принялся разглядывать узор. Он просто не мог поверить своим глазам!

«Когда Бессмертные практикуют культивацию, есть три незаменимых навыка. Первый — создание лекарств, второй — создание магических предметов, а третий — духовное улучшение!»

Бай Сяочунь вспомнил изображения, которые смог найти в древних записях в Комнате Четырех Морей. Одна из них походила на серебряный узор на его рисинке.

«Духовное улучшение!»

Мгновение спустя он глубоко вздохнул.

Духовное улучшение — это особая техника, которая принудительно вводит энергию Неба и Земли в предметы. Это своего рода магия, которая заменяет естественные функции Неба и Земли. Технику можно было применять к лечебным пилюлям, благовониям или магическим предметам. К сожалению, Небо и Земля запрещали эту технику, поэтому успех не всегда был гарантирован. Успех означал, что сила предмета значительно возрастала. Неудача же приводила к тому, что энергия Неба и Земли делала предмет совершенно бесполезным.

Самым поразительным в духовном улучшении было то, что его можно было повторять снова и снова. Каждый успешный раз увеличивал эффект от духовного улучшения в десять раз, приводя к трансформацям, способным сотрясать Небеса и переворачивать Землю. Конечно, чем более ценным изначально был предмет, тем более ошеломляющим был результат успеха.

Неудивительно, что шансы на успех падали с каждым последующим улучшением. На самом деле, после определенного момента даже Великие мастера духовного улучшения не решались продолжать. В конце концов, последствия неудачи становились слишком тяжелыми.

«В древних записях говорится, что сокровищем-хранителем Секты Духовного Потока является предмет, который каким-то образом удалось улучшить духовно десять раз. Меч Небесного Рога!»

У Бай Сяочуня пересохло в горле. Он сглотнул и посмотрел на свою сковороду с видом недоверия и замешательства. На её обратной стороне было ровно десять едва заметных полос узора. И когда он смотрел на них, его сердце начало биться так сильно, что казалось, готово выпрыгнуть из груди.

Теперь он был совершенно уверен, что узор, появившийся на духовной рисинке, был следом духовного улучшения. А причиной появления этого узора была его собственная сковорода!

После минуты раздумий он сжал зубы. Если он не докопается до конца этой тайны, он не сможет уснуть. Он знал, что эта сковорода очень непроста, поэтому не мог никому доверить свой секрет. Он подождал наступления глубокой ночи и очень тихо, на цыпочках, подошел к сковороде. Сделав глубокий вдох и стараясь не думать о том, что будет, если у него не получится, он достал деревянный меч и положил его в сковороду, точно так же, как делал это с зерном риса.

1. Похоже на мудры из йоги.

2. В мире обычных людей человека, практикующего культивацию, называли Бессмертным. В мире культиваторов Бессмертным считали того, кто достиг определенного этапа культивации.

3. Изящная поза, которую принимают важные и уважаемые люди на Востоке, когда обе руки соединены за спиной. Здесь (и часто далее) главный герой частично (или полностью) имитирует эту позу.