Величайший Еретик Том 1 Глава 4 Мемория

Пространство, куда попал Астар, выглядело... поистине фантастически.

Вокруг не было сырых каменных стен и вони подземелья — лишь бесконечное черно-синее пространство. Эта тьма не пугала. Она казалась плотной, словно бархат, нежной и, как ни странно, умиротворяющей. А всюду вокруг плавали искрящиеся огоньки! Они не опускались и не поднимались, просто висели в воздухе, словно их держали незримые течения.

Астар огляделся, ощущая, как его дыхание выравнивается. Он пробно шагнул вперед, но под ногами не оказалось опоры. Его тело просто зависло в этом загадочном месте, будто пространство само его несло.

— Черт побери... — пробормотал он, осматриваясь. — Это все больше смахивает на бред. Если это сон, то чертовски правдоподобный.

Его слова, похоже, утонули в безмолвии. Ни эха, ни обыденных шумов — лишь тихое мерцание искр и необычное чувство покоя.

Но тут случилось то, чего он вовсе не ждал.

Астар уловил необычное, но четкое ощущение. Он замер, стараясь разобраться, в чем дело. Это напоминало озарение, но гораздо более глубокое.

Каждый огоньок вокруг него словно бормотал на неизвестном наречии. Однако это не были слова — шепот отзывался в сердце, в разуме. Словно изысканная мелодия, где каждая нота связана с ним невидимой связью.

— Что это?.. — шепнул он, потянувшись к ближайшей искре.

Она разгорелась сильнее, словно отреагировала на него. Впрочем, искра не прикоснулась, медленно отодвигаясь от руки. Но Астар все равно ощутил исходящее от нее тепло и внезапно осознал: он не просто видит эти огоньки. Он их чувствует. Каждую по отдельности.

Одни мельче, другие крупнее, но каждая искра казалась фрагментом единого целого. Главное — они связаны с ним самим. Их объединяли невидимые нити, словно общая паутина. И эта паутина сплетала их всех воедино...

— Это... это безумие, — произнес он, прижав ладонь к груди, где пульсировала слабая дрожь.

Огоньки, казалось, бились в такт его сердцу, отзываясь на мысли. Самое пугающее и волнующее — это ощущение напоминало то, что люди описывают как связь с родными... Чувство, которого Астар сам никогда не знал!

Это понимание обрушилось на Астара подобно могучей волне, хлынувшей в сердце. Родители, одиночество детства, несбывшиеся мечты — все всплыло перед ним в этой бездонной пустоте. Искры, связанные с ним незримыми узами, вдруг пробудили в нем то, чего он лишен: ощущение семьи. Родителей, которых он жаждал, но всегда отталкивал эту тоску!

Он вцепился в ткань одежды, не замечая, как дыхание сбивается. Грудь стиснуло от нахлынувших чувств, словно забытые воспоминания пробили преграду, которую он возводил вокруг души годами.

— Черт возьми... — выдавил он сквозь зубы, чувствуя, как глаза увлажняются.

Одиночество всегда оставалось его уязвимым местом, запретной раной. Он запер эту сторону себя, окружив цинизмом и насмешками, чтобы не казаться слабым. Он убеждал себя, что семья — пустой звук. Что обойдется без нее. Что он крепче всех, раз выкарабкался из приюта и встал на ноги сам.

Но теперь...

Это ощущение — странное, теплое, почти мучительное — поглотило его. Эти искры, объединенные с ним и друг с другом, даровали нечто неведомое. Родственную связь. Принадлежность. Он ощутил это всем телом.

— Какого черта со мной творится?! — прошептал он, сжимая кулаки так, что ногти впились в кожу.

Слезинка скользнула по щеке, но Астар сделал глубокий вдох, отгоняя слабость. Он не имел права поддаваться, особенно здесь. Взгляд его окреп, черты лица застыли, словно перед битвой.

"Нет. Я не дам этому месту меня сломать!"

Глаза все еще блестели, но волей он заставил себя расправиться. Стер слезы, уставившись на огоньки с вызовом всему, что они несли.

"Это какое-то чертово испытание или что?! Я не сломаюсь!"

Однако он не мог отрицать тепло, что продолжали дарить огоньки. Оно обволакивало, успокаивало, напоминая: он не один.

Астар замер в безграничном просторе, глядя, как огоньки мерцают вокруг. Но тут один из них выделился. Ярче прочих, но странно темный — его сияние не лилось, а поглощало свет, рождая чувство жуткой инаковости.

Темный огонек неспешно двинулся к нему, оставляя слабый шлейф. Астар застыл, ощущая подъем любопытства вперемешку с беспокойством. Взгляд прикипел к нему, будто внутренний зов манил. С этим огнем он тоже чувствовал мистическую связь...

— Что ты такое?.. — шепнул он, протягивая руки.

Как только пальцы Астара коснулись пламени, окружающая реальность словно взорвалась! — Ду-дуум!

В тот же миг его тело пронзила нестерпимая боль, будто тысячи раскаленных игл вонзились в каждую частичку плоти. Грудь сжало в тисках, голова раскалывалась на части, а крик агонии вырвался из горла, отзываясь эхом в бесконечной тьме.

— Аааааагх! — заорал он, оседая на колени, но руки будто приросли к огню, не отпуская его.

Боль ощущалась не лишь телесной. Что-то чужеродное и непостижимое вторглось в разум, роясь в воспоминаниях. Казалось, он растворяется, теряя свое прошлое и саму суть.

Через муки Астар заметил, как от огня стекает загадочная черная энергия, вливающаяся в него. Аналогичные струи появились издалека, устремляясь к Астару. Словно ведомые этим “огнем”, потоки темной энергии из другого измерения просачивались в пространство, чтобы “отметить” его.

И внезапно перед глазами замелькали видения!

Сцена за сценой проносились, будто он наблюдал чужую судьбу глазами постороннего. Мужчина в черных одеждах, лицо в тенях. Темно-фиолетовые нити энергии вихрились у его рук, извиваясь, словно живые тени. Он направлял ее — уничтожая необычные города, не похожие на нынешние гигантские ульи. Каждое движение дышало силой, мастерством и опасностью.

"Что это?! Кто он?!" — в панике подумал Астар, но муки не давали сосредоточиться.

Следующее видение: мужчина завис в небесах над развалинами, темно-фиолетовая энергия кружит вокруг, взгляд устремлен вниз, где кишат полчища кошмарных чудовищ. Он будто взывает к кому-то, но слов не разобрать — лишь гул, заполняющий все вокруг.

Каждое видение глубже втягивало Астара в вихрь. Он не мог постичь увиденное. Прошлое? Будущее? Почему это ощущается так живо? Кто этот индивид?

"Нет... это не просто видения," — мелькнуло в мыслях, прежде чем новая лавина боли и картин поглотила сознание, чуть не вышвырнув из реальности.

И вот, на краю полного поглощения бурей, хаотичные обрывки сцен рассеялись... Лишнее отфильтровалось, а крохотная доля знаний этого мужчины перенеслась в его разум, словно копия.

Астар чувствовал, как тело полыхает внутри, а мозг захлестывают волны невыносимой боли. Однако сквозь это он уловил нечто необычное: все прояснялось. Это была не просто агония или беспорядочные образы. В сознании всплывали фрагменты знаний, открывая ранее скрытые тайны.

"Что это...?" — мысленно выдохнул он, стиснув зубы, чтобы не заорать вновь.

Видения вернулись, но теперь в coherentной последовательности, словно главы неизведанной книги, ставшей его собственной. Он разглядел лицо мужчины — золотистые глаза, острые и жесткие, длинные фиолетовые волосы, шрам через все лицо. Астар уже не был посторонним зрителем. Знания интегрировались в него.

В видении мужчина грациозно повелевал темно-фиолетовыми потоками энергии. Они лились из ладоней, формируя силуэты, напоминающие темных духов. Каждый жест точен, будто дирижировал неслышимым ансамблем. Лоб засветился, и он творил… Предмет, похожий на черную пластину с мерцающими рунами… Астар не ведал как, но знал: в этой пластине заперта техника… И эта табличка, пока лишь в духовном облике, материализовалась рядом с ним в пространстве, усыпанном бесчисленными огнями.

— Это его сила... Но почему я это вижу? Почему я это чувствую? — пробормотал он, но отклика не последовало.

Новые знания вливались в разум. Это были не просто картины, а постижение. Астар осознал: они не просто даются — они срастаются с ним. Разум расширялся, обретая тонкое понимание, ранее казавшееся магией.

И тут он уяснил еще: этот огонь, темный и сияющий разом, был не просто инопланетной силой...

Вместе с таинственной табличкой к Астару хлынуло понимание ключевых понятий этого чуждого мира!

“Мемория”, “Источник Мемории” и “Память Предков”! Техника и эти термины — вот что передалось с видениями! Ровно столько и не больше!

В тот миг глаза Астара будто налились кровью! Ибо он постиг то, чего вовсе не желал принимать!

— Нет! Этого не может быть! — выкрикнул он сквозь боль. — Не может быть, чтобы я родился в этом мире!

Астар хрипел, дыхание рвалось неровными толчками, словно он вынырнул из ледяной бездны. Фраза "я родился в этом мире" гремела в сознании эхом, каждый повтор — как набат, впивающийся все глубже в разум.

— Нет... это ошибка... ошибка! — он сжал кулаки, но слабость в теле, усугубленная этим шокирующим осознанием, не давала ему пошевелиться. — Я... Я вырос на Земле! У меня были... друзья, карьера! Мои родители — просто ублюдки, которые меня бросили!

Видения накатывали волнами, каждая укрепляла только что полученные знания. Теперь Астар понял, что черный огонь — душа давно погибшего мужчины, и самое страшное, этот мужчина был одним из его предков, как и все остальные огни в этом пространстве!

А если это правда... то и он сам отсюда, из этого мира!

«Мемория», «Источник Мемории»... «Память Предков»!

Эти слова, переданные огнем, теперь эхом отдавались в его голове с ужасающей четкостью. Вместе с фрагментом воспоминаний этого мужчины они обрели смысл… Сущность в том, что энергия, которую Астар впитывал из кристаллов в шахте, звалась меморией. Мемория — это первозданная субстанция, присутствующая повсюду в этом мире, и по убеждениям местных, из нее сотканы даже души.

Согласно полученным знаниям, почти каждое живое существо использует эту меморию в той или иной мере. А при смерти его душа и воспоминания возвращаются в Источник Мемории — общее пространство, где все знания, эмоции и опыты сливаются воедино.

Отсюда вытекала концепция, именуемая в этом мире Памятью Предков. При рождении новое существо получает от родителей духовный отпечаток, навсегда связывающий его с одним из родов — отцовским или материнским. Это не просто генетика, а связь душ, заключенная в Источнике Мемории!

Информация, влившаяся в Астара, была фрагментарной и хаотичной. Он не улавливал, как все функционирует… Но, похоже, накопив достаточно мемории, можно было шагнуть на новую ступень бытия. В этот миг существо погружалось в Источник Мемории, где обитали души и память умерших предков, связанных с его родом. Это ритуал, через который проходили почти все способные накапливать и развивать в себе меморию до достижения этой стадии. Астар не ведал, как именно, но в тот момент каждый устанавливал связь с одним из предков, получая частицу его знаний. Так накапливалась мощь и сила рода! Именно это открытие ввергло Астара в ужас, ведь он сейчас переживал именно это! Он очутился в Источнике Мемории, впитав воспоминания одного из тех, с кем связан духовным отпечатком! С тем, кто из одного рода с ним!

Однако Астар оставался тверд в уверенности: он вырос на Земле, и никакие магические нити или древние узы не в силах это опровергнуть.

— Это ведь ложь? Не может быть правдой! — выкрикнул он в пустоту, но в ответ лишь звенела тишина.

Огонь перед ним мерцал, словно подбадривая, а рядом возникала черная табличка. Похоже, душа предка ждала, пока Астар примет его дар. Но Астар не был готов.

— Я — не из этого мира... Не могу быть! — его голос дрожал, полон ярости, ужаса и отчаяния.

Но наряду с этими возражениями внутри него нарастало ощущение, от которого не уйти. Он ощущал связь с этим пространством, с этим огнем, с мужчиной из видений. Связь глубокую, сокровенную, неуязвимую.

«Неужели я и вправду из этого странного мира? Да что за чертовщина!»

Эта мысль пронзила его оборону, словно кинжал в сердце. Астар стиснул зубы, сдерживая крик. Он не желал принимать это, но каждая клетка тела, каждое чувство, сейчас обостренное до края, подтверждало правду.

Родина? Дом? Кто он теперь?

Из глаз Астара потекли редкие слезы. Смесь злости, боли, потери и чего-то неописуемого... Может, тоска по утраченному. Или страх, что жизнь на Земле никогда не была подлинной. Все это напоминало жестокую, грандиозную шутку!

Физическая мука, истязавшая тело Астара, постепенно стихала, огонь отодвинулся. Словно раскаленные иглы, впивавшиеся в каждую клетку, отступили, оставив легкое покалывание. Слабость сохранялась, но с ней пришло необычное облегчение — будто весь этот процесс его очистили.

Воспоминания, обрывки видений, образы мужчины, повелевающего потоками темно-фиолетовой энергии, тоже таяли. Они уходили в тень сознания, на задний план, превращаясь в смутные контуры. Но все ушло. Часть знаний закрепилась в его уме прочно.

Подведем итог просто и беспощадно: из потока информации, нахлынувшего на него, в голове осело лишь немногое. Крупицы о мемории, ее природе, связи душ с Источником Мемории и о Памяти Предков.

Но ключевое — табличка рядом наконец обрела полную форму!

— Техника Пожирания Скверны, — прошептал Астар, вдруг ясно осознав, что это единственное, что он четко запомнил о ней.

Он также понимал, что для раскрытия этой техники требуется активировать табличку. Однако проблема крылась в недостатке у него базовых знаний об этом мире, чтобы осознать точный смысл этого...

"Что вообще значит эта техника? И зачем она нужна?" — сжал он табличку в ладони, ощущая, как необычное тепло разливается по телу. Вопросы вихрем кружились в мыслях, но ответов не находилось.

Вновь он припомнил, как черный огонь неторопливо надвигался на него. Тот не нес угрозы. Наоборот, он будто предлагал нечто, что Астару надлежало принять. Словно их души и натуры отыскали в друг друге общее, несмотря на пропасть между жизнью и смертью. Это чувство сопричастности устрашало его больше всего.

— Я родился здесь, — прошептал он, и слова прогремели, словно удар молота о наковальню.

Осознание повергало в ужас, но оставалось неизбежным. В сознании замелькали знания, точно пробудившаяся истина, от которой невозможно отвернуться. «Мемория», «Источник Мемории», «Память Предков», духовный отпечаток рода...

— И что, черт возьми, мне теперь делать?! — заорал он в пустоту. — Тогда где мои чертовы родители и весь мой сраный род?! Как они вообще забросили меня в другой мир, где я всю жизнь вкалывал напрасно! Вы что, издеваетесь?!

— Дерьмо! Да лучше бы я сейчас валялся у океана и обнимался с какой-нибудь красоткой! Плевать на призвание, я хотя бы был в комфорте! — внутри Астара вскипела ярость и неуемная досада! Всё, чем он гордился и что совершал, просто рухнуло и перевернулось с ног на голову!

В этот миг он снова вспомнил слова, услышанные в последние секунды на Земле. В них ясно прозвучало «прости, сынок...». От этого жгучая злоба только разгорелась пуще.

Астар уже собрался продолжить вопли, выпустить бурлящую в нем ярость, но вдруг заметил изменения в окружающем Источнике Мемории. Черно-синее пространство, усыпанное мерцающими огнями, задрожало, будто его захлестнули невидимые волны. Границы этого места стали размываться, приобретая прозрачность, словно реальность утекала сквозь пальцы.

— Нет... что происходит?.. — прошептал он, озираясь по сторонам.

Огни, ранее обволакивавшие его теплом и ощущением принадлежности, стали угасать по одному. Они испарялись, как капли на раскаленном камне, оставляя лишь слабый световой шлейф. Пространство теряло глубину, превращаясь в плоскую, безжизненную пустоту.

Астар потянулся к ближайшей искре, рука его дрожала.

— Постойте! — выкрикнул он, но слова утонули глухо, словно воздух сгустился и поглощал звук.

Остатки Источника Мемории стремительно таяли, и не успев осознать случившееся, его захватила невидимая сила. Ощущение оказалось тягостным — будто его волокли куда-то насильно. Тело отяжелело, а разум погрузился в густой, вязкий мрак.

Он закричал, но даже своего голоса не расслышал. Тело провалилось сквозь невидимую мембрану, за чем последовало внезапное падение. Оно длилось миг, и тут же он дернулся, распахивая глаза!

— Кгаах! — вырвалось у него, когда холод внезапно пронзил тело.

Глаза широко открылись, он жадно вдохнул воздух. Сердце бешено стучало, голова шла кругом. Перед ним больше не мерцали искры и загадочное пространство. Вместо этого предстала знакомая, но отвратительная реальность.

Он распростерся на сырой, грязной земле своей темницы. Зловоние гниющей плоти, испорченной еды и пота ударило в нос, заставив подавить тошноту.

Не успел он и рта раскрыть, как сидевший рядом Даланар, выпучив глаза, в шоке ткнул в него пальцем. И самое удивительное — следующие слова Астар внезапно понял!

— Вот черт... Дурачек, ты что прорвался на стадию Примарха? Да как ты вообще сумел добиться этого, в такой жопе, как эта тюрьма?! Тебе что, забыли перерезать связь с Источником Мемории? — слова звучали на чужом языке, но теперь Астар разбирал их идеально, будто всю жизнь на нем говорил.

Услышав это, Астар в изумлении уставился на себя... В этот миг его тело испускало слабый сияющий серый туман! И это замечали не только он — все пленники вокруг в неверии воззрились на него!