Величайший Еретик Том 2 Глава 76 Между Молотом и Наковальней

Исполины, трое Черных Абиссалов, продолжали трапезу, каждый по-своему, но все одинаково отвратительно.

Медленно. Грязно. С ненасытной жаждой, будто голод копился столетиями.

Они продолжали заглатывать туши, одна за другой. Даже не разжевывая. Их пасти и кости хрустели, растягивалась, в них что-то щелкало, будто ломались суставы или выворачивались связки, лишь бы вместить еще.

И все, что слышал Астар, — это чавканье и хруст.

— Хрч... чвяк... щлп... треск... — чередовались в неестественном ритме.

Воздух пропитался кровью и разложением, дышать становилось тяжело, будто сама атмосфера напиталась диким ужасом. У Астара сводило скулы, он чувствовал, как поднимается тошнота, но не смел шелохнуться. Казалось, это длилось вечность, хотя прошло лишь несколько минут.

"Когда же вы нажретесь, ублюдки..." — пронеслось в его голове.

Но когда от недавней горы подношений осталась едва ли четверть, сама эта куча стала "расползаться" по арене.

Огромные туши больше не формировали холм — их остатки были разбросаны по округе, а пол арены залило сплошной пеленой крови и внутренностей. Красная жижа стекала по камням, заставляя Астара стоять в ней по щиколотки.

И тогда — почти одновременно — трое Черных Абиссалов поднялись.

Первым взмыл в воздух драконий исполин. Сильным толчком он оторвался от земли, хлопнув уродливыми крыльями, и в два прыжка оказался вновь на своей нише. Его тело блестело от крови, а с когтей стекали мясные волокна.

Вторым, хрипя и булькая, поднялся гуманоид. Он будто выжидал, пока последние капли скатываются с его тела, прежде чем, вяло и скрипуче, вскарабкаться обратно на пьедестал.

Центральный взошел последним. Его раздутое брюхо тяжело поднималось с каждым шагом, но он безошибочно и властно карабкался на скалу, цепляя пузом скалы и руша некоторые из них.

И тогда — раздался рык драконьего абиссала.

— РХАААХРРР...

Глухой, вибрирующий, насыщенный давлением.

"Можете приступать, низшие," — донеслось в сознании Астара. Слова, отданные не голосом — а волей, переданной в умы всех присутствующих.

В эту же секунду, как по сигналу, в воздухе завизжали ауры.

Фиолетовые Абиссалы рванулись вперед.

Они издавали рев, соревнуясь в громкости и звериной жажде. Каждый из них стремился добраться до оставшихся туш первым. Челюсти вгрызались в плоть с остервенением, когти вспарывали остатки мяса, а вся арена вновь наполнилась хриплым, отвратительным чавканьем.

Астар наблюдал за этим, стараясь не дышать глубоко. Но больше запаха его волновало другое:

"Надеюсь, что когда вперед пойдут все Синие, я смогу скрыться в толпе и не имитировать трапезу..."

Он ой как не хотел прикасаться к этим кровавым ошметкам и выгрызаться в них.

Так, в ожидании, прошло около десяти минут.

Фиолетовые все еще жрали — кто-то яростно, кто-то уже лениво, с набитым брюхом.

И вдруг — рык повторился.

— РРРАААААХХХ...

Голос того же драконьего исполина прорвался сквозь гул арены и тут же осел в сознании:

"Присоединяйтесь к своим вожакам."

Астар дернулся. Его взгляд метнулся в сторону и он сразу понял, что вперед двинулись не все. Зашагали те Синие, которые были главарями своих "стай". А также — Синие, на чьих телах были метки Фиолетовых. Среди которых был и сам Астар.

Все остальные — а их было большинство — остались стоять на своих местах, не двигаясь.

Астар почувствовал, как внутри что-то сжалось. Тошнота подступила к горлу.

"Вот дерьмо..." — мысленно выругался он. "Почему не все?! Почему не все Синие пошли вперед?!"

Но понимая, что не может остаться позади, он также зашагал. Он ступал по склизкой, кровавой жиже. Ноги утопали в плоти, вонзаясь во внутренности. С каждым шагом раздавался чавкающий, вязкий звук.

— Чвп… шлп… хррч…

Астар ощущал, как вонь — резкая, удушающая, солоноватая — пробирается в носоглотку. Вкусовые рецепторы предательски реагировали, вызывая тошнотворный привкус даже без касания ртом.

"Они жрут с таким рвением… будто недостаточная усердность оскорбит Черных Абиссалов…" — пронеслось в голове. "Они словно пытаются доказать преданность, рвя зубами мясо..."

И в тот же миг абиссалы его "ранга" опустились вниз.

С рыками, с хрипами — как голодные псы. Они падали на остатки туш, хватали зубами и когтями, перегрызали хрящи, впивались в жир и кости. Их ауры пульсировали, каждый демонстрировал рвение, показывал, что благодарен.

Астар понял, что придется подыгрывать — нельзя выделяться.

Он собрал всю волю в кулак и тотчас упал на колени. Грязь с мясом облепила ноги. Он протянул руку и схватил первую попавшуюся часть — обглоданную звериную ногу с копытом. Мясо на ней уже начинало пузыриться от жары, а кожа вздулась.

Астар покачал головой, будто отгоняя любые сомнения и без единого колебания вонзил зубы.

— Хрум.

Мясо было вязким. Скользким. Сырое, и слегка пованивающее. Оно хлюпнуло во рту, напоминая слизь. Но он не дрогнул.

Он жевал. С усилием. С громкими рыками и натужной мимикой, изображая удовольствие и заставляя каждый мускул лица изображать голод и наслаждение.

Аура исполинов все еще ощущалась — их присутствие висело над ареной как невидимый, но неотвратимый приговор. Астар чувствовал, как воля Черных висит над толпой, словно транслируя приказ:

"Жри. Будь признателен, что можешь пожирать после нас."

Он продолжил жевать, но так, чтобы мясо выпадало изо рта и ему не приходилось глотать. Он сдерживал рвотные позывы, сжимая зубы и мысленно моля:

"Черт возьми! Прикажите жрать всем остальным! Мы уже сыты!"

Для Астара время тянулось бесконечно долго. Все о чем он сейчас мечтал — чтобы вся армия бросилась к центру арены, и он смог себя скрыть. Чтобы можно было перестать имитировать "пиршество".

Тем временем хаос продолжал нарастать.

Абиссалы из толпы теряли терпение. Те, кто не мечен, стояли неподвижно, но их тела тряслись от нетерпения. Они топтались на месте, царапая землю когтями. Крики рвались из горла, смешиваясь с шипением и грохотом об камень. Кто‑то крушил зубами скалу, кто‑то мотал головой, словно жаждал действовать.

И в этот момент — раздался следующий рык.

— РРРРР...

Команда прозвучала как воля, без звука, но с абсолютным воздействием:

"Можно."

И тогда... вся атмосфера кардинально изменилось.

В считанные секунды на арене разгорелась вакханалия.

Словно плотина прорвалась — тысячи абиссалов сорвались с мест. Визг, рев, гортанные вопли. Они бросались вперед, будто обезумевшие, волной захлестывая арену со всех сторон. Их тела сталкивались, когти царапали все вокруг, но никто не обращал на это внимания.

Это не была бойня друг против друга — это было ритуальное пиршество.

Кто‑то рычал так, что закладывало уши. Кто‑то прыгал поверх других, размахивая щупальцами. Отдавленные лапы, сдавленные тела, но никто не останавливался. Давка становилась все сильнее. Арена дрожала от напора.

Арена превратилась в кровавую баню.

Астар не успел и опомниться, как хаос накрыл его с головой.

Со всех сторон его начали толкать. Огромные туши абиссалов налетали, вжимались, прорывались сквозь него. Но, вопреки ожиданиям, страх не охватил его. Нет.

В глазах вспыхнула радость.

Оглядевшись, он понял — вокруг слишком много движущихся тел. Слишком много толчков, слишком много звуков. Никто не смотрел на него.

Сейчас был идеальный момент для побега.

"Шанс! Сейчас или никогда!" — мысленно выкрикнул он.

Он мгновенно выплюнул все, что было у него во рту — мясо вывалилось, как слизистый ком. А затем начал отступать, постепенно двигаясь в ритме топы, также толкаясь и брыкаясь, чтобы не выделяться.

Плечом он врезался в бок другому абиссалу. Тот заорал, но даже не обернулся — лишь продолжил путь к мясу. Астар рванул дальше, скрываясь в этой мясной волне, как лист в урагане.

Постепенно, шаг за шагом, он отдалялся от центра арены.

Толпа все также ревела, топталась, дралась за каждый клочок мяса. Абиссалы рвали и глотали, визжали, взвизгивали, хрипели. Звуки трапезы оглушали, но Астар сохранял хладнокровие. Он знал — стоит ему замешкаться или привлечь внимание, и вся надежда рухнет.

"Тихо... Тихо... Я уже почти у выхода..." — мысленно бормотал он.

Напряжение сдавливало грудь, но каждый новый шаг назад — словно капля кислорода в душной камере. Он не оглядывался лишний раз, но держал край зрения на Фиолетовых. На тех, кто мог выдать его.

Но...

Никто не смотрел. Никто не следил за ним.

Постепенно, Астар оказался почти у выхода. Он чувствовал, как в груди затеплилась настоящая надежда, но он не спешил.

Он остановился.

Взгляд его поднялся вверх, к пьедесталу. К трем Черным Абиссалам.

"Проблема в них... Нужно понять, не заметят ли они меня и не оскорбляю ли я их?" — рассуждал Астар, не отрывая взгляда от трех исполинов.

Но невзирая на страх, Астар понимал, что нужно рисковать. Он медленно, начал делать шаг назад. А потом еще один... И еще один…

Он уходил все дальше, аккуратно огибая край арены, медленно заворачивая за выступ скалы. Толпа все так же бесновалась в центре, утопая в мясе и крови.

В какой-то момент Астар сделал тот последний шаг, который окончательно завел его за угол. Он оказался вне видимости.

Астар тут же развернулся, прижимаясь спиной к скале и перед ним открылась равнина. Он посмотрел вперед, в сторону, где, по его расчетам, находился Великий Рубеж Мемории.

Его сердце забилось яростнее.

— Удалось! — выдохнул он с неверием и улыбкой. — Нужно бежать... Пока все сильные абиссалы здесь.

Он влил всю доступную силу в ноги. Мышцы напряглись. Дыхание рванулось. Тело дрогнуло от разгона.

— Шуув! — он рванул так быстро, что даже воздух засвистел.

Астар побежал с такой скоростью, что казалось — сам воздух подгонял его в плечи. Время словно исказилось. Он сделал только несколько вдохов — а уже пересек добрую половину долины. Мир пролетал мимо, превращаясь в размытые тени скал, пятна земли, искореженные кристаллы.

Но он не мчался слепо.

Каждые несколько секунд — прыжок в расщелину, за валун, или за кристалл. Он скользил между укрытиями, как зверь, знающий цену каждому движению. Астар не хотел провалиться на последнем этапе побега, поэтому сохранял максимальную осторожность и хладнокровие.

Раз — спрятался.

Два — метнулся дальше.

Серое небо нависало сверху, рассеянный свет заливал долину тусклой пеленой. Ветер завывал между скалами, обдувая его разгоряченное лицо.

Но сквозь все это — сквозь гул сердца, шипение дыхания, рывки и замедления — чувствовалась свобода.

Свобода, что таилась впереди.

"Надеюсь, что я смогу пересечь Великий Рубеж Мемории! Я уже не могу дождаться встречи с друзьями!" — сердце Астара наполнилось предвкушением и счастьем.

Когда до края долины, до начала леса, осталось всего несколько сотен шагов, Астар уже готовился сделать очередной прыжок — впереди виднелась узкая расселина между валунами. Он собирался нырнуть туда, чтобы на секунду отсидеться и оценить обстановку, как делал уже десятки раз на этом пути.

Но именно в этот момент его взгляд зацепился за нечто, что пронзило его душу ледяным кинжалом.

Его глаза скользнули по лини леса. По тому самому краю, где начиналась спасительная тень деревьев, где он собирался скрыться.

Его взгляд застыл.

Астар резко затормозил, едва не упав. Воздух вырвался из легких, словно его ударили под ребра. Он встал, как вкопанный, не понимая, что делать дальше.

— Это... что, шутка такая?.. — сквозь зубы прошипел он. — Да какого хрена вообще происходит?!

Вдалеке, прямо по краю равнины, среди деревьев, он увидел движение.

Сначала — едва уловимое. Тени между стволами. Легкое колебание воздуха. Но чем дольше он смотрел, тем отчетливее становилось: это были фигуры.

Десятки.

Нет — сотни!

Они шли десятками плотных построений, выстаиваясь друг за другом в одну линию. Белые одежды развевались на ветру, а серебряные доспехи отливали тусклым светом. Вся их поступь была наполнена дисциплиной, почти фанатичной решимостью.

Астар мгновенно их узнал.

"Это воины Церкви Мемории!"

Мнемархи, идущие друг за другом, следовали за экзорцистами во главе шеренг. И перед каждым экзорцистом парило по несколько больших черных кубов. Это были те самые "Жертвенные Кубы", которые несколько лет назад впервые продемонстрировал Лазар.

И все они… двигались прямо в сторону долины. Прямо к арене. Прямо к шабашу абиссалов!

Астар мысленно выругался — и, не медля ни секунды, резко спрыгнул поглубже в расщелину рядом, ловко цепляясь за неровные выступы. Черный дым исходящий из недр земли, еще больше скрыл его. Он вжался в стену, стремясь максимально скрыть свое присутствие — нужно было стать невидимым, пока судьба не решила пошутить еще сильнее.

Воздух дрожал от обрывков ветра, и все, что сейчас видел Астар — это лишь кусочек серого неба над головой, словно насмехающегося над ним. Ни звука, ни движения, кроме хриплого дыхания и мягкого шепота абиссии, струящегося по коже.

Он понимал: перед ним армия Церкви Мемории, которой он не объяснит свое нахождение здесь. Позади же — безумная, беспрецедентная орда абиссалов, точно готовая броситься в бой.

"Между молотом и наковальней..." — самоиронично подумал Астар.

Он сжал зубы и холодно улыбнулся про себя:

"Кажись, я выбрал самый удачный день для побега! Вот же дерьмо!"

Но в этот миг, все его размышления прервались.

Все его напряжение и тревожные догадки оборвались одной мимолетной сценой.

На том самом узком клочке неба, что проглядывал между скалами ущелья, мелькнула тень — быстрая, пронесшаяся, будто выстрел. Но даже этого краткого мгновения хватило, чтобы Астар разглядел силуэт.

Это был летящий в небе каменит. Белый и высокий. С голым торсом, но скрытым одеждой низом тела. Но то, что пронзило Астара до самого нутра — это не факт полета каменита, а аура, что его окружала.

Она была яркой и чистой, но самое главное — она была золотой!

Астар застыл.

Мысль, прорвавшись сквозь оцепенение, зазвучала, будто вопль, который нельзя было заглушить:

"Неужели сюда прибыл Золотой Мнемарх?!"