Величайший Еретик Том 3 Глава 119.1 Тучи Сгущаются (1)

В просторной лаборатории стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь едва слышным скрипом и шелестом нитей.

В воздухе парила женщина, растянутая словно на невидимых тросах. Ее тело было обездвижено, глаза закатились, дыхание свистело. На животе зиял ужасающий разрез, из которого тянулись тонкие красные нити. Они аккуратно стягивали рану, превращая живое мясо в ровный, почти хирургический шов.

Напротив стояла Мориана. Ее пальцы двигались изящно, словно она управляла музыкальным инструментом. В алых глазах горел сосредоточенный азарт исследователя, не знающего жалости.

Чуть в стороне стоял Астар. Его лицо оставалось невозмутимым, маска верного ассистента была безупречна. Но за ней скрывалась внутренняя настороженность. Он ждал момента — чтобы начать реализовывать план, о котором думал уже несколько дней.

Золотая Матерь закончила последние движения, и нить туго сомкнулась, исчезнув внутри тела. Подопытная медленно опустилась на каменную платформу, а воздух в лаборатории стал казаться легче.

— Хорошая работа, Савриэль, — с удовлетворением произнесла Мориана, поправляя алое платье. — Хотя реплики органов у тебя все еще выходят слишком нестабильными, но вот с внутренними тканями… получилось неожиданно хорошо. Посмотрим, насколько успешно они приживутся.

Астар чуть склонил голову, ровно кивнув.

— Я все еще считаю, что мы спешим, — спокойно сказал он. — Но сегодня все прошло удивительно гладко.

Подойдя к своему массивному столу, Мориана взяла один из черных свитков и начала что-то тщательно записывать. Ее почерк был таким же точным и холодным, как движения пальцев во время эксперимента.

В этот момент тяжелые двери со скрипом распахнулись, и в лабораторию вошли несколько некроманов во главе со Старейшиной Нубиусом. Их лица были привычно бесстрастны, глаза скрыты под масками, шаги — ровные, слаженные. Они быстро сняли женщину с каменного стола, аккуратно уложив ее на парящую платформу, а затем собрали остатки мертвого абиссала.

Астар едва заметно кивнул им, приветствуя. Некроманы ответили таким же коротким жестом и почти сразу покинули зал, не проронив ни слова.

Когда дверь закрылась, в помещении вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом пера Морианы. Она дописала последнюю строку, отложила свиток и, не глядя на Астара, вдруг спросила:

— Кстати, как тебе Квартал Еретиков? — ее голос был будничным, но в нем сквозила скрытая проверка. — Ты ведь сходил туда на прошлой неделе?

Астар кивнул, сохраняя холодное выражение лица:

— Я удивлен. Никогда не думал, что людей можно ростить, как скот. Заставлять их плодиться и даже культивировать…

Мориана довольно кивнула, словно услышала похвалу своих усилий. Но следующие слова заставили ее приподнять бровь и слегка нахмуриться.

— Но я считаю, что ваша система несовершенна, — прямо произнес Астар, не выбирая выражений. — Вы теряете слишком много ресурсов ради простого устрашения. Это нерационально.

Мориана хмыкнула, перевела на него взгляд и ледяным голосом уточнила:

— О чем ты?

Астар едва заметно улыбнулся, позволяя себе тень дерзости:

— Думаю, многие будут согласны со мной, но не осмелятся заявить об этом. Я же… могу понаглеть. По твоему разрешению.

Мориана слегка прищурилась. В алых глазах загорелся интерес, и она приказала:

— Говори прямо.

А Астар и не собирался молчать, прямолинейно отвечая:

— Я не успел осмотреть весь Квартал Еретиков, но уже заметил большие проблемы. Например, старик Морастар сказал, что многие дети умирают вскоре после рождения.

Он сделал короткую паузу и тут же, с явным упреком, добавил:

— Тогда почему не улучшить условия Инкубатора и Колыбели? На зачатие и вынашивание одного ребенка уходит почти год. Зачем мы попусту теряем ресурсы? Просто ради издевательств?

Взгляд Морианы изменился. В алых глазах промелькнула тень — легкий внутренний диссонанс, будто ее собственные привычки впервые поставили под сомнение.

Но уже через миг она откинулась на спинку кресла и протянула лениво, но с оттенком признания:

— Признаюсь… твои слова звучат логично. Мне нравится издеваться над этими зверьками, и, видимо, я начала упускать из виду прагматичность.

Астар мягко качнул головой, будто оправдывая ее, и ответил:

— Это естественно. Ты — Золотой Мнемарх, и твое восприятие времени отличается. Один год для тебя — ничто. Но если сложить потери за десятилетие, цифра выйдет огромной. Фактически, мы теряем целую толпу потенциальных еретиков. Грубо говоря — мы попусту тратим исследовательский материал, и источник редких техник экзорцизма.

Астар медленно двинулся к ней, каждый его шаг звучал отчетливо в тишине лаборатории. Подойдя вплотную, он протянул руку и легко взял прядь ее алых волос, позволив ей скользнуть меж пальцев.

— Это не единственная проблема Квартала Еретиков, — произнес он низким, спокойным голосом. — Если хочешь, я могу снять с тебя это бремя и сам исправить все просчеты. Если же нет — я бы посоветовал поручить это Нубиусу.

Мориана чуть наклонила голову, задумалась. В ее алых глазах промелькнула расчетливая холодность.

— Нубиус питает ненависть к еретикам, — наконец сказала она, чуть нахмурившись. — Не думаю, что он сделает все так, как нужно.

Она перевела взгляд на Астара и, принимая решение, добавила:

— Хорошо. Если это не помешает твоим тренировкам — я дам тебе полномочия заняться Кварталом Еретиков. Свежий взгляд нам не помешает.

Астар лукаво улыбнулся, его рука плавно скользнула выше, и он взял Мориану за подбородок, приподнимая ее лицо к себе.

— А что я получу, если мои действия изменят ситуацию к лучшему? — произнес он с игривой дерзостью.

В глазах Морианы вспыхнул алый блеск, а голос стал бархатным, томным:

— Не переживай… мы как-то договоримся.

Астар коротко рассмеялся, наклонился и легко поцеловал ее в лоб, после чего отстранился, вновь вернув себе спокойную осанку.

— Хорошо, я подумаю, что можно улучшить, — сказал он. — Для начала стоит снизить смертность детей и подлатать здания, важные для наших целей. Бараки где они живут — можно не трогать. Нельзя убирать все факторы угнетения, а то еще поверят, что мы начали относиться к ним, как к людям.

Он развернулся к выходу и, уже на ходу, флиртуя, добавил:

— Я пойду практиковаться. До вечера, Святая…

Мориана с предвкушением в глазах кивнула и вновь склонилась к своим записям. Ее пальцы заскользили по свитку, конспектируя ход прошедшего эксперимента, словно предыдущий разговор был лишь частью большего уравнения, которое она привыкла держать под контролем.

✦ ✦ ✦

Астар быстрым шагом покинул лабораторию и вскоре вышел на улицы подземного города. Каменные своды давили сверху, отбрасывая свет искусственных светил, но для него это уже стало привычной картиной.

Он глубоко вдохнул и мысленно пробормотал:

"Хорошо… теперь у меня есть причина чаще появляться в Квартале Еретиков и при этом не вызывать подозрения. Главное — не спешить, но и не затягивать. Сначала сделаю запрос на строителей и несколько дней буду бездействовать. Лучше не показывать лишней заинтересованности…"

Он зашагал по каменной плитке, направляясь к своей лаборатории.

"Когда вернусь в Багряный Аукционный Дом, нужно будет отчитаться перед Жнецом… А также забрать первую большую партию пилюль Мирциллы," — холодно отметил он про себя.

Внутри зрела двойственность — внешняя маска преданного помощника и любовника Святой и скрытая решимость действовать ради своего рода. Каждый шаг напоминал ему: он идет по самому тонкому льду, и любая ошибка может стоить многих жизней.

✦ ✦ ✦

В это же время, в глубине Квартала Еретиков происходили иные события.

Тусклый свет дрожал в крошечной хибаре, едва пробиваясь сквозь щели. Сырая, закопченная комната пахла затхлой водой и пережженным маслом.

За низким деревянным столом, освещенным единственным дрожащим фонарем, сидел жилистый старик — Морастар. Его руки, все еще крепкие, с узловатыми пальцами, держали синюю пилюлю. Он смотрел на нее так, будто в этом маленьком предмете заключена судьба всего его остатка жизни.

Усталый взгляд скользнул вверх — на стене, прямо напротив него, висел грубый рисунок, сделанный углем на старом куске пергамента. Мужчина и женщина, их лица еще живые, полные надежды. Женщина держала младенца, а мужчина — мальчика лет семи за руку. А рядом с парой, стоял он сам. На этом рисунке было все то, что когда-то было смыслом Морастара.

— Лира, Барс… и мои любимые внуки… — пробормотал старик. — Вы все ушли раньше меня, глупого старика, который не сумел вас защитить.