Величайший Еретик Том 3 Глава 119.2 Тучи Сгущаются (2)

Он печально покачал головой, а в его голосе слышалась горечь, смешанная с тихой нежностью:

— Как прискорбно… Внутри я желаю, чтобы эта пилюля оказалась ядом и убила меня. Тогда я бы мог быть с вами… Вернуться в Источник Мемории, где наши души были бы связаны и согревали друг друга теплом.

Старик хмыкнул, почти беззвучно, и уголки его губ дрогнули.

— Но сдается мне… — пробормотал он, — что мой час еще не пришел.

Он закрыл глаза, отбросив все сомнения. Внутри него поднялось странное чувство — даже не надежда, а что-то вроде тихого вызова судьбе.

Отбрасывая сомнения, старик бросил пилюдю в рот и запил теплой мутной водой.

Горло дернулось, когда пилюля прошла вниз.

Как только пилюля скользнула в его желудок, Морастар медленно оперся обеими руками о стол, чувствуя шершавую древесину под пальцами. Его взгляд остановился где-то в пустоте, дыхание стало ровнее. Казалось, он полностью принял свою судьбу — какой бы она ни оказалась.

Морастар ожидал реакции тела, но ничего не происходило. Ни онемения конечностей, ни боли, ни привычного спазма рабского паразита, ни даже сонливости. Старик с кривой, почти безумной улыбкой хмыкнул:

— Так это была пустышка? Ха-ха… — голос его дрогнул, словно ржавый металл. — Какое искусное издевательство — дарить ложную надежду тому, кто уже почти отчаялся.

Но едва он произнес эти слова, как что-то изменилось.

Сначала — легкая пульсация в глубине черепа. Затем странный жар, будто внутри мозга раскрылось теплое пятно. Это был рабский паразит — его знакомое, мерзкое присутствие. Но шокировало не это.

Паразит стал… вялым. Его ощущение, всегда такое яркое и удушающее, начало растворяться. Морастар впервые за десятилетия почувствовал, как тонкая нить, связывавшая его с невидимой цепью, ослабевает.

Это было странное, почти нереальное чувство. Будто ошейник и цепь, которые держали его десятилетиями, вдруг сняли… но фантомная тяжесть все еще оставалась.

В голову Морастара хлынула мысль, от которой сердце забилось сильнее, а руки задрожали. Он резко подорвался с места, стул с грохотом отлетел в сторону. Старик судорожно ощупал свой лоб — словно пытаясь убедиться, что это не сон.

— Что за… — выдохнул он хрипло, глаза его расширились. — Не может быть…

И как только мысль пронеслась в голове Морастара, его ладонь сама рванула к ножу на столе. Лезвие холодно блеснуло в дрожащем свете фонаря, когда он приставил его к горлу и без колебаний начал вдавливать внутрь.

Кожа натянулась, потом треснула — тонкая полоска крови скользнула вниз, а кончик ножа вошел всего на пару миллиметров.

— Паразит не реагирует! — изумленно прошипел он.

И следом, как удар молнии, его посетила еще более ужасная мысль:

"Я наконец могу убить себя!"

Рука напряглась, готовая вонзить лезвие глубже, но внезапно внутри него что-то дрогнуло. Сама суть его воли, его нутро — все то, что держало его десятилетиями, — восстало против этого движения.

Его пальцы затряслись, нож качнулся, но не желал вонзаться глубже.

— Но почему… — прохрипел он, а на глахах проступили слезы. — Я же хочу закончить эти страдания! Это невыносимо!

Все внутри будто подталкивало старика к тому, чтобы воспользоваться таким редким моментом. Больше не наблюдать за страданием Квартала Еретиков, и отправить свою душу в Источник Мемории. Туда, где его уже заждалась жена, дочь, зять и внуки.

И тут перед его мысленным взором вспыхнуло лицо того ноксули, который дал ему пилюлю — Савриэля. В памяти прозвучала его тихая, загадочная просьба:

"Когда поймете, что это за 'средство' — не предпринимайте поспешных действий."

Старик будто очнулся. Он резко отдернул руку, нож с грохотом упал на пол и покатился под стол. Морастар отступил назад, прижимая ладонь к горлу, и тяжело задышал, словно убегал от самого себя.

— Черт… — выдохнул он, уставившись на рисунок своей семьи. Его губы дрогнули, а в голосе послышалось раздражение. — Простите меня… Видимо, вам придется еще немного подождать.

Он закрыл глаза, стиснул зубы и сжал кулаки. Его тело все еще тряслось, но в глубине сердца появилось то, чего он давно был лишен — слабая, но настоящая искра надежды.

✦ ✦ ✦

Но были силы, которые не разделили бы стремлений Астара, и Морастара.

Пока один готовился к реконструкции Квартала Еретиков, а второй ощутил вкус свободы, был третий, который не подозревал о планах готовящихся под его носом.

В просторном кабинете, освещенном мягким зеленым светом кристаллов, царила зловещая тишина. Стены, уставленные человеческими скелетами, казались живыми в их неподвижности, а пустые глазницы смотрели на происходящее, словно безмолвные свидетели.

За массивным столом, выполненным в форме огромного трехглазого черепа, сидел Старейшина Нубиус. Его длинные пальцы скользили по свиткам и листам, он что-то активно записывал, при этом бормоча себе под нос:

— Образец серии Н, номер триста восемьдесят… Гибридная ткань начала разрастаться… Интересно…

Его голос был сухим, почти шипящим, и в нем слышалось привычное равнодушие исследователя, для которого все живое — материал.

Внезапно в дверь кабинета постучали. Нубиус поднял глаза от записей, в которых так глубоко утонул, и произнес:

— Входите.

Дверь открылась почти беззвучно. Внутрь вошла фигура, полностью облаченная в черное. Ее длинный плащ тянулся по полу, а маска закрывала лицо целиком, оставляя видимыми только два горящих красных глаза.

Нубиус аккуратно положил перо на подставку, сплетенную из тонких костей, и произнес, слегка прищурившись:

— А, это ты… Удалось что-то накопать?

Мужчина в черном тут же опустился на одно колено, его движения были четкими и дисциплинированными:

— Судя по архивам Ордена Странствий и Торговли, Савриэль действительно числился на их службе годами, — начал он низким, глухим голосом. — Из странностей: он почти всегда действовал один. И мне не удалось найти кого-то, кто бы служил вместе с ним. Те, кто мог бы подтвердить или опровергнуть это, либо мертвы, либо пропали без вести, либо сейчас находятся на тайных миссиях.

Мужчина замолчал на миг, как будто проверяя, все ли сказал, а затем добавил:

— Но, судя по документам Ордена, в его истории нет никаких явных проблем. Все чисто.

Нубиус слегка прищурился. На лице его появилось что-то похожее на облегчение, но, привычно осторожный, он все же уточнил:

— А что насчет его передвижений?

Некроман в черном коротко кивнул, будто ожидая этого вопроса заранее:

— Из-за того, что он преодолел почти весь континент, отследить его маршрут оказалось сложно. Но нам удалось проследить его путь до города Велмор, что на юге континента. По документам, ранее он как раз выполнял задание в тех местах. Так что все чисто.

Нубиус уже собирался облегченно отмахнуться, его длинные пальцы медленно потянулись к перу, чтобы вернуться к записям. Но мужчина в черном чуть замешкался. Его взгляд дрогнул, и он будто колебался, стоит ли говорить дальше.

Нубиус прищурился, его голос зазвенел холодом:

— Еще что-то?

Мужчина еще ниже опустил голову, и неуверенно произнес:

— Вряд ли это как-то связано… Но именно в тот период, когда Савриэль находился возле Велмора, на караван Церкви Мемории напали. Нападение было странным… они смогли пленить целых шестерых Синих Мнемархов.

Старейшина Нубиус, услышав это, слегка нахмурился, но не придал услышанному большой значимости. Его голос прозвучал спокойно, почти равнодушно:

— Видимо, не повезло наткнуться на Фиолетового Мнемарха. Такое случается.

Но мужчина в черном покачал головой и его голос стал тише, настороженнее:

— В этом и странность. Один из мнемархов Церкви успел передать посмертную записку. В ней сказано, что катастрофа произошла не из-за нападения Фиолетового… а из-за внезапной подмоги ужасающе сильного Синего Мнемарха.

Он сделал короткую паузу и добавил, подчеркивая каждое слово:

— Его техника была невероятно странной, но в то же время чудовищно мощной. Именно он переломил ход сражения. Поэтому я и решил доложить… даже если это просто небольшая странность, которая, скорее всего, никак не связанна с Господином Савриэлем.

Тишина повисла, и даже мягкий свет зеленых кристаллов в кабинете показался более тусклым.

Нубиус замер. В сердце его что-то кольнуло, легкая тень тревоги. Интуиция подсказывала, что за этим событием скрывается нечто большее, чем простое совпадение.

"Синий Мнемарх, который переломил ход сражения…" — пронеслось у него в голове.

Эта мысль заставила его невольно вспомнить о ненормальной боевой силе Савриэля.

Нубиус медленно прищурился, сцепив длинные костлявые пальцы перед собой. Его голос прозвучал тихо, но остро, словно скальпель:

— В записке были описаны способности нападавшего? Его техника? Стиль Боя?

Мужчина в черном чуть заметно качнул головой.

— Если честно, я не знаю. Мне передали только суть. Но если вас это смущает… я могу направить запрос в Церковь Мемории и попытаться достать копию послания.

Нубиус не колебался ни секунды. Его глаза холодно блеснули в зеленом свете кристаллов.

— Сделай все тихо.

Мужчина тут же склонился в поклоне и молча покинул кабинет, беззвучно закрывая за собой дверь.

Старейшина остался один. Некоторое время он неподвижно сидел в кресле, словно застывший скелет среди своих "декораций".

"Не думаю, что это дело связано с Савриэлем," — мысленно произнес он. "Но лучше перестраховаться и перепроверить каждую мелкую зацепку. Мое доверие не так уж легко заслужить…"

Зеленые кристаллы в стенах вспыхнули чуть ярче, отражаясь в его глазах, и он вновь потянулся к своим записям. Но мысли о Синем Мнемархе и Савриэле теперь застряли в его разуме.