Величайший Еретик Том 3 Глава 121.1 Откровения Прошлого (1)

С момента начала "ремонта" Квартала Еретиков незаметно прошло почти три месяца, полных забот и тревог Астара.

Внешне жизнь подземного города текла своим чередом. Новые эксперименты, новые жертвы, новые вечера, которые он проводил с Морианой — все это складывалось в привычный узор ужасной повседневности.

Иногда, особенно в последние дни, Астар мысленно усмехался над самим собой: в прошлой жизни он жаловался на фальшь корпоративной среды Земли. Но теперь понимал — та "фальшь" была всего лишь детской игрой в сравнение с нынешним представлением.

Тогда он просто носил маску владельца компании, улыбаясь и приветствуя всех сотрудников, словно часть семьи. Сейчас же он буквально отыгрывал роль верного последователя идей Церкви Мемории. Днем он кивал, участвовал в их экспериментах и слушал речи об идеях Золотой Матери Наследия. А ночью, оставаясь наедине с мыслями, шаг за шагом плел тень заговора, готовил мятеж и втайне подпитывал доверие тех еретиков, кто еще мог поверить в освобождение.

С каждой неделей эта двойная жизнь давила все сильнее. И вместе с этим — крепла решимость. Астар окончательно осознал, что он полностью слился с этим миром, словно жизнь на Земле была просто дурным сном.

Большую часть времени он проводил в лабораториях Морианы. Его навыки в обращении с абиссальной плотью росли с каждым днем: то, что раньше требовало предельной концентрации, теперь давалось куда легче. Теоретические знания также обогатились — он все лучше понимал анатомию, а также специфику разных органов и тканей.

Мориана все чаще смотрела на него не как на помощника, а как на того, кто вносит неоценимый вклад в ее дело.

Их отношения становились ближе. Ночами, когда она позволяла себе забыть о роли "Святой", Астар видел в ней просто женщину — нежную, страстную иногда властную. В такие минуты он ловил себя на мысли, что жалеет ее. А иногда — что почти понимает и принимает ее идеи.

Но каждый раз он резко гасил в себе эти искры, напоминая: Мориана и Церковь Мемории — его враги. Его близость к ней — всего лишь роль, как бы цинично это ни было.

Иногда, когда они лежали рядом в одной кровати, Астар ощущал горько-сладкое чувство, не до конца понимая, как должен относиться к подобной ситуации. Эта смесь жалости, симпатии и отвращения к Мориане не давала ему покоя.

Но также Астара гложило и отношение к Ланае. Он всем нутром ощущал, что действует неправильно, словно предает ее каждый раз, когда позволял себе оставаться рядом с Морианой. Тяжесть этого чувства накапливалась, и в один день он решился: честно описал ситуацию, в которой оказался, и попросил передать письмо Ланае.

Он боялся, что Ланая возненавидит его, но все же не мог оставлять ее в неведении. Вот только ее ответ оказался удивительно спокойным и даже придал ему сил продолжать участвовать в этом фарсе.

Слова Ланаи были просты:

"Я совру, если скажу, что не злюсь. Но также, я понимаю, что не все зависит от тебя. Как я и сказала тебе — пока я нахожусь на первом месте в твоем сердце — остальное меня не интересует. Ты обязан попасть на Континент Библиос и спасти себя. Делай для этого все, что нужно. Я обязательно тебя дождусь. Люблю тебя, мой Астар."

Читая ее строки, Астар почувствовал, как из груди уходит тяжесть, с которой он жил последние месяцы. Каждое слово ложилось на душу, будто светлая печать, отгоняющая мрак сомнений.

И с каждым последующим днем он все яснее убеждался: его странные чувства к Мориане даже близко не стояли к тем, что связывали его с Ланаей.

✦ ✦ ✦

Но помимо дел любовных у Астара было много других хлопот. Интенсивные тренировки Стиля Очагов Скверны истощали его энергию до предела. Каждый раз, когда он подводил себя до предела, где-то в глубине он ощущал, как просыпается проклятие Техники Пожирания Скверны.

Чтобы не допустить этого, Астар регулярно наведывался в Багряный Аукционный Дом. Там он поглощал ядра абиссалов, восполняя резервы абиссии, и тайно встречался с Жнецом, обсуждая дальнейшие планы. Мирцилла же продолжала делать пилюли, передавая их, все еще не подозревая, какую большую роль во всем этом играет.

Такой ритм — постоянное исчерпывание и пополнение абиссии — не мог не сказаться на культивации Астара. Даже против собственной воли он ощущал, как его сила стремительно крепнет. Он пытался сдерживать этот рост, но все было тщетно: абиссия, словно неуправляемое пламя, жадно впитывалась в его тело, закаляя его и накапливаясь.

Видя подобную тенденцию, у Жнеца больше не осталось сомнений. Он также отчетливо понял, что Астар не сможет культивировать в тени. Даже не желая того, рано или поздно он станет Фиолетовым Мнемархом. А значит — до того момента, он обязан найти Библиотеку Истока. Для этого Жнец начал поднимать древние архивы, карты Континента Библиос и записи о нем, передавая все это Астару.

✦ ✦ ✦

Но самые важные события этих трех месяцев происходили в Квартале Еретиков. Морастар посвятил в тайну мятежа лишь узкий круг проверенных людей, раздавая пилюли только тем, кому доверял безоговорочно. Остальные партии они прятали в разных местах квартала, готовясь к будущему побегу.

Они быстро пришли к выводу, что наращивать число "посвященных" слишком опасно. Достаточно одного слабого звена — и все дело рухнет. Кто-то, с кого сняли цепи, мог просто сорваться от страха или отчаяния, тем самым уничтожив единственный шанс побега.

За три месяца удалось накопить достаточно пилюль, чтобы снабдить большую часть еретиков. По подсчетам Морастара, еще месяц поставок — и пилюль хватит на всех.

Старик каждый раз задерживал взгляд на этих маленьких флаконах дольше, чем следовало. Его морщинистые, но крепкие руки наливались силой, когда он осторожно перекладывал их в тайники. Будто он осознавал: каждая пилюля несла в себе не просто лекарство — а цену и надежду, от которых зависела судьба целого рода.

✦ ✦ ✦

Как раз в этот момент Астар собирался вновь посетить Квартал Еретиков.

Они с Морианой только что закончили очередной эксперимент — пересаживали орган из абиссальной ткани в подопытного. Воздух лаборатории еще был густ от запаха крови и настоев, когда Астар снял перчатки и направился к выходу.

Мориана, не отрывая взгляда от своих записей, уловила его движение и спросила:

— Ты в Квартал Еретиков?

— Да. Реконструкция почти завершена, но я хочу чтобы все было сделано идеально. Нельзя позволить, чтобы кто-то посмел лениться под конец, — ответил он ровно.

Мориана слегка улыбнулась, делая пометки в журнале:

— Ты хорошо поработал. Нубиус подтвердил, что показатели смертности снизились. Как ты и говорил, в долгосрочной перспективе мы только выиграем. Моих любимых зверьков теперь станет еще больше.

Астар коротко усмехнулся, изобразив довольство:

— Благодарю за похвалу, Святая.

Он уже собирался повернуться и уйти, но вдруг за спиной прозвучал ее игривый, властный оклик:

— Сегодня тебе не позволено уходить на поверхность. Вечером я хочу насладиться тобой.

Астар бросил через плечо лукавый взгляд, подмигнул и, чуть склонив голову, ответил:

— С пребольшим удовольствием, моя Святая.

С этими словами он спокойно направился к выходу, оставив за собой холодный блеск кристаллов и мерное постукивание пера Морианы по страницам.

✦ ✦ ✦

Выйдя из лаборатории, Астар зашагал по каменным улицам подземного города.

В его голове крутилась те же мысли, что и во все последние дни:

"Время нападения Ополчения Истины все ближе. Все идет по плану… но что будет, когда разразится хаос? Кто сумеет выжить в этой мясорубке, одному Богу известно. Но что пугает больше всего — я даже не узнаю, чем закончится это сражение… и к каким последствиям приведет."

Чем ближе становился “роковой день”, тем сильнее в груди копошилась тревога. Она словно грызла его изнутри — не позволяя ни на миг забыть, что каждый пройденный шаг был не просто дорогой к спасению, но и обратным отсчетом к буре.

Он быстро дошел до арки, ведущей в Квартал Еретиков, и привычным шагом направился к хибаре Морастара.

На удивление, еретики встречали его уже не с паническим ужасом, а с напряженной настороженностью. Страх в их глазах все еще жил — но теперь он был иным. За эти месяцы они привыкли к его визитам и поняли: за косой взгляд или неосторожное слово Астар пока еще никого не убил и не увел в лаборатории.

Пройдя вглубь квартала и подойдя к дверям хибары, Астар бесцеремонно открыл дверь:

— Эй, старик! Я пришел оценить прогресс стройки!

Внутри царил полумрак; тусклый свет фонаря едва отбрасывал дрожащие тени на стены. Морастар сидел за грубым столом и смотрел на выцветший рисунок на стене. Но при виде Астара он как-то неестественно резко и нервно поднялся. Их взгляды встретились, и в этот миг Астар вновь уловил то странное чувство, что замечал последние недели.

Морастар словно что-то скрывал от него: смотрел слишком пристально, но тут же отворачивался, пряча взгляд.

"Да что с этим стариком не так?" — мысленно произнес Астар. "С дня раскрытия моей настоящей личности, он заметно поменял ко мне отношение. Но в последние недели это чувство стало только сильнее…"

Астар молча достал небольшой ящик с пилюлями, опустился на колени, поднял пару досок в полу и положил его в специально выдолбленный тайник.

— Очередная партия. Хватит, чтобы подготовить еще несколько десятков человек, — холодно сказал он, отряхивая руки.

Но Морастар, вместо обычной благодарности или делового вопроса, лишь долго смотрел на ящик, потом — на руки Астара. Казалось, он хотел что-то спросить, но не решался.

Тишина затянулась, в воздухе повисло неловкое напряжение. Астар прищурился с легким недоумением, выпрямился и, тяжело вздохнув, спросил:

— Что с тобой, старик? Последнее время ведешь себя… странно. Будто хочешь что-то сказать, но боишься открыть рот. Ты сомневаешься в нашем плане?

Морастар вздрогнул, будто его поймали на горячем, и торопливо отвел глаза.

— Глупости… Просто устал. Видимо годы берут свое, — пробормотал он.

Но голос его дрогнул, и в нем звучала не усталость, а тревога и какая-то странная стыдливость.

Видя это, Астар прищурился и подошел ближе. Его голос прозвучал тихо, но твердо:

— Не ври мне. Если в чем-то сомневаешься — говори сейчас. Разногласия во время побега могут привести к катастрофе.

Он смотрел прямо в глаза старика, без привычной иронии или холодности. Взгляд был требовательным, настойчивым, словно сам давил на совесть собеседника.

Видя, что тот молчит, Астар чуть прикрикнул:

— Старик, у нас нет времени на игры. Говори давай.

Услышав это, Морастар опустил голову, его пальцы крепко сжали край стола, словно он боролся сам с собой. Тяжелое молчание повисло в воздухе, пока наконец он хрипло не выдавил:

— Это всего лишь безумие отчаявшегося старика… Но мне нужно с тобой кое-что обсудить, — он замолчал, и едва слышно добавил. — Просто знай, что я хочу видеть в тебе больше, чем ты есть на самом деле...

Он поднял взгляд — в его глазах смешались страх и надежда, будто две противоположные силы тянули его в разные стороны.

Астар криво улыбнулся и не удержался от сарказма:

— Ну спасибо тебе за такие добрые слова. Мог бы сразу назвать меня бесполезным, или слабаком на худой конец.

Но Морастар покачал головой и тяжело вздохнул:

— Я не в том смысле… Последние дни меня не оставляет одна мысль. И лучше бы мне никогда ее не озвучивать, и не позорить себя.