Величайший Еретик Том 3 Глава 126.1 Отплытие (1)

Астар бежал впереди, по узкой винтовой лестнице, освещенной редкими кристаллами, мерцающими холодным светом. За ним следовали сотни еретиков — их шаги гулко отдавались по каменным стенам, сливаясь в единый ритм, похожий на схождение лавины.

Этот проход вел еще глубже, прочь от подземного города, к самому подножию гигантского плато, на котором стоял Бонград. Воздух становился тяжелее, влажнее, но никто не останавливался — слишком близка была свобода.

Астар крепче сжал белый жетон и мысленно произнес:

"Вскоре мы окажемся внизу. По плану нас должны встретить и вывести Род Еретиков в безопасное место. Надеюсь, что никаких проблем не будет."

Он посмотрел вперед, где лестница уходила вниз бесконечной спиралью, и нахмурился.

"Нужно спешить в порт, как можно быстрее… Жаль, что я не смогу пойти с дедушкой…"

Мысль болезненно кольнула внутри:

"Я даже не успел узнать о своей семье… ибо нас прервал Нубиус…"

И в этот момент лестница наконец закончилась. Перед Астаром открылся широкий каменный коридор, упирающийся в массивные ворота, украшенные символами Клана Откровения Плоти. У ворот стояли трое Синих Мнемархов — стражи нижних уровней. Они обернулись на шум шагов, и, увидев бегущую толпу еретиков, замерли, не веря своим глазам.

— Что за… — только успел выдохнуть один из них.

Но договорить он не смог.

Морастар и несколько стариков вихрем рванули вперед. Вспышки мемории ослепили охранников, и за миг их тела были разорваны на куски. На каменные плиты хлынула кровь, а тишину прорезал гул толпы, которая не собиралась останавливаться.

— Хорошо! Мы почти выбрались! — выкрикнул Астар, подбегая к воротам.

Он уперся руками в створки и толкнул их со всей силы.

С глухим грохотом массивные ворота начали двигаться вперед, и из-за них вырвался ослепительный луч света.

И как только ворота распахнулись полностью, еретики замерли.

Перед ними открылся мир, которого большинство из них никогда не видело. Настоящее небо, залитое солнцем, казалось чем-то нереальным — словно иллюзией, созданной в насмешку над их мечтами.

Луч света ударил по лицам, отражаясь в глазах сотен людей. Кто-то прикрыл глаза ладонью, кто-то опустился на колени, не в силах оторвать взгляда от небес. У некоторых по щекам покатились слезы — тихие, искренние, как у детей.

Многие стояли, не решаясь сделать шаг вперед. После десятков лет, проведенных в мраке лабораторий, солнце само по себе пугало. Казалось, будто за его сиянием скрыта новая опасность. А не видя потолка над головой, им казалось, словно ступи они за порог — таинственная сила притянет их вверх и они “упадут в небо”.

И в этот момент голос Морастара прорезал оцепенение, раскатившись над толпой, как удар грома:

— Всем наружу! Или хотите остаться в лабораториях?!

От этих слов сомнение мгновенно рассеялось. Еретики, словно очнувшись, один за другим ринулись вслед за Астаром.

Впереди открылся вид на пустошь — бескрайнюю, словно выжженную до самого горизонта. Вдалеке виднелись костяные леса, а в лицо ударил соленый океанский воздух, свежий и резкий.

Астар на миг нахмурился — вокруг не было видно ни одного союзника. Он уже хотел выругаться, но не успел. Как только первые ряды еретиков выбежали наружу, воздух с обеих сторон дрогнул. На расстоянии нескольких десятков метров пространство начало искажаться, словно мираж расползался под жарой.

Из-под волны иллюзии появились два больших отряда в черных одеждах.

— Ему удалось! Слава Мемории! — послышался знакомый женский голос.

Астар сразу узнал его — Сираэль. Она бежала впереди, тоже скрытая под черной одеждой, из-под которой виднелись только глаза.

Еретики, увидев неизвестные фигуры, тут же напряглись, многие вскинули руки, готовясь защищаться. Но Астар громко выкрикнул:

— Это союзники! Все хорошо!

Сразу после этих слов напряжение слегка спало. Люди в черных одеждах подбежали, и начали осматривать еретиков, помогать тем, кто едва держался на ногах.

А перед Астаром остановились четыре фигуры. Даже под плотными тканями и масками он мгновенно узнал их по походке и силуэтам.

Лукарис, Сираэль, Мирцилла, и самое неожиданное — Орзулис.

Казалось, Орзулис сразу заметил замешательство Астара. Он сделал шаг вперед, положил руку ему на плечо и спокойно произнес:

— Я и раньше подозревал, что ты не простой мнемарх, Савриэль… Но и представить не мог твою истинную личность.

Астар приоткрыл рот, не веря услышанному:

— Орзулис? Неужели ты тоже в Ополчении Истины?

Но тот лишь покачал головой.

— Нет, — ответил он спокойно. — Я здесь по приказу дедушки. Недавно он посвятил меня в свои планы и объяснил, чего добивается.

Он помолчал пару секунд и добавил уже тверже:

— Мои подчиненные направятся в лаборатории и уничтожат все, что там осталось. А я помогу тебе добраться до порта Клана и сесть на нужный корабль.

Прежде чем Астар успел ответить, его крепко обняла Сираэль. С другой стороны на него тут же повис Лукарис, обняв за плечо.

— Пожалуйста, вернись живым! — выдохнула Сираэль, прижимаясь к нему.

— Братан! — поддержал Лукарис со слезами на глазах. — Ты обязан вернуться! Нас впереди еще столько всего ждет! Алкоголь... пиры... деву—

В этот миг Сираэль тотчас топнула пяткой по ноге Лукариса, заставляя того вскрикнуть и замолчать.

Астар только улыбнулся и устало кивнул. Этот короткий, теплый миг будто на мгновение стер весь ужас, в котором они жили. На сердце стало чуть легче — впервые за долгое время.

Но в этот момент сбоку послышался робкий голос Мирциллы:

— Я тоже… буду за тебя переживать, — тихо сказала она, опуская взгляд. — И, кстати… я обижена, что вы мне сразу все не рассказали.

Астар повернулся к ней. Сквозь черную ткань, скрывающую ее грибную шляпку, он все равно мог представить, как она надула щеки — по-своему серьезно, но по-детски трогательно.

Он мягко улыбнулся и, не удержавшись, аккуратно провел ладонью по ее шляпке.

— Извини, — спокойно сказал он. — Я был бы очень рад сейчас обо всем поговорить и все выслушать… но время совершенно неподходящее.

Мирцилла на мгновение замерла, затем сама взяла его за руку и сделала шаг ближе. Ее голос стал чуть тверже, но в нем все равно звучала тревога:

— Хорошо. Тогда поговорим, когда ты вернешься.

В этот момент еретиков уже осмотрели, а из-за скалы начали выезжать повозки, запряженные массивными зверями. Люди в черных одеждах помогали раненым садиться внутрь, поднимали детей, распределяли группы. Все происходило быстро и слаженно — время поджимало.

Орзулис, наблюдая за этим, махнул рукой своим подчиненным. Те без лишних слов ринулись к воротам и скрылись в подземелье — очевидно, направляясь в лаборатории, чтобы завершить зачистку.

Он перевел взгляд на Астара и произнес спокойно, но с нажимом:

— У нас мало времени.

Лукарис, к удивлению, первым отцепился от Астара. Он выдохнул, словно собираясь с мыслями, и выдал серьезным тоном, без привычной бравады:

— Мы присмотрим за твоими родными. Мирцилла вытащит твоего паразита по дороге к порту, а потом ее тайно вывезут к нам.

Астар посмотрел на них всех, чувствуя, как сердце сжимается от благодарности. Он кивнул и искренне произнес:

— Спасибо, ребята…

В его голосе слышалась усталость, но и тепло — редкое, живое чувство, которое среди крови и войны казалось почти забытым.

В этот миг Сираэль быстро шагнула к Астару, приподнялась на носочки, и не говоря ни слова, поцеловала в щеку. Ее глаза блеснули на мгновение — и она тут же развернулась, бегом направляясь к повозкам.

Лукарис лишь коротко усмехнулся, протянул Астару мешочек с пространственными кольцами и произнес:

— Это что бы ты с голоду не сдох. А, и от себя, я положил внутрь кучу разнообразного алкоголя. Не благодари!

Подмигивая, он хлопнул Астара по спине — крепко, по-дружески — и побежал следом за сестрой.

Как бы им всем не хотелось задержаться хоть на секунду, времени на это не было. Все происходило слишком быстро.

И вдруг на плечо Астара легла новая ладонь — большая, тяжелая и уверенная. Он обернулся и увидел Морастара.

Старик устало, но с теплотой посмотрел на него и хрипло произнес:

— Как я понимаю… ты с нами не едешь?

Астар на мгновение опустил взгляд и покачал головой.

— Увы… мне нужно отправиться на второй континент. От этого зависит моя жизнь. Я бы очень хоте…

Но договорить он не успел — Морастар шагнул вперед и крепко обнял его. Простой жест, но в данный момент он был бесценным для Астара.

— Раз я еще не скоро тебя увижу, — выдохнул старик, слабо усмехнувшись. — Хотя бы дай мне взглянуть на настоящего тебя, кхе-хе.

И как только прозвучали эти слова, Астар внезапно осознал, настолько он привык к облику Савриэля. Он уже и забыл что его внешность — это просто маска. Его вторая личность давно стала частью его самого.

Он взмахнул рукой, и в воздухе появился круглый артефакт — белая мраморная печать, излучающая мягкое свечение. Астар поднес ее ко лбу, и в тот же миг по телу прошла волна света.

Под изумленные взгляды окружающих сияние начало стекаться к его лицу, собираясь в форму маски. Ее контуры постепенно затвердевали, становясь почти осязаемыми.

Через несколько секунд хвост и рога Астара начали исчезать, а кожа утратила синеву, становясь человеческой — бежевой. Он медленно снял маску с лица, пряча ее в пространственное хранилище, и улыбнулся.

Наступила короткая тишина. Даже ветер словно стих.

Перед ними стоял совсем другой человек — настоящий Астар.

Морастар слегка приподнял брови, уголки его губ растянулись в довольной улыбке. Но куда сильнее были реакции остальных: даже Орзулис замер, не веря глазам, а Мирцилла, стоявшая рядом, едва слышно выдохнула — пораженная и растерянная.

Астар чуть улыбнулся, глядя на своего деда.

Морастар, все еще не отводя взгляда, протянул руку вперед — твердо, уверенно, по-мужски.

Астар без колебаний пожал ее в ответ.

— Можешь довериться моим союзникам, дедушка, — произнес он спокойно, но с теплотой. — Надеюсь, под твоим руководством еретики наконец воспрянут духом. И когда-нибудь… мы возродим величие нашего рода.

Морастар улыбнулся шире, в его глазах вспыхнуло что-то живое — гордость, смешанная с любовью.

— Для этого нужно, чтобы у нас был свой Пожиратель Скверны, — сказал он, с легким вызовом в голосе. — Так что мы будем ждать тебя, Астар.

Старик шагнул вперед и еще раз обнял внука — крепко, по-настоящему, будто прощаясь, но не навсегда.

— Это мой тебе подарок, — добавил он, засовывая пергамент ему в карман. — Мне жаль, что я не успел рассказать тебе о нашей семье. Путь хотя бы этот рисунок будет с тобой.

Затем, не оглядываясь, старик направился к повозкам, где уже рассаживались еретики. Колеса скрипнули, звери рванули с места, и вскоре вся колонна начала двигаться прочь, растворяясь среди каменных уступов.

Астар смотрел им вслед, пока повозки не скрылись за скалами. Он глянул на рисунок, где он мог видеть своих отца и мать — Лиру и Барса, а также брата Лазара. Ну и естественно Морастара, и себя в виде младенца.

Пряча рисунок, словно драгоценность, Астар кивнул и, обернувшись к Орзулису и Мирцилле, произнес тихо, но уверенно:

— Мое настоящее имя — Астар.

Он улыбнулся.

— Я хочу, чтобы вы знали его… ведь я действительно считаю вас своими друзьями.

Услышав это, Орзулис лишь мельком окинул Астара взглядом — уже без удивления, но с легким, почти одобрительным смешком.

— Прыгай в повозку, Астар, — смеясь, сказал он. — А то все наши приготовления пойдут прахом. Нужно отправить тебя, прежде чем Декалог Святых пришлет подмогу.

Астар коротко кивнул. Все трое быстро направились к одной из повозок, стоявших чуть в стороне. Они запрыгнули внутрь, и та сразу тронулась — за ней двигалась еще одна, в которой сидели мнемархи — очевидно не из Ополчения Истины, а из свиты Орзулиса.

Пока повозка набирала скорость, Мирцилла достала из-за пояса небольшой стеклянный флакон и вытряхнула оттуда круглую пилюлю.

— Давай приступим к извлечению паразита, — сказала она, протягивая ее Астару.

Он нахмурился, глядя на пилюлю.

— Что это?

— Обезболивающее, — спокойно ответила Мирцилла, хотя голос выдал легкое напряжение. — Оно смягчит процесс операции.

Астар криво усмехнулся, покачав головой.

— Недавно я принял Пилюлю Пламенного Сердца… Так что, боюсь, придется работать без обезболивающего.

Мирцилла замерла на пару секунд, ее глаза забегали, но она быстро взяла себя в руки, решительно кивнув.

— Хорошо… Тогда я постараюсь быть мягче.

Орзулис, наблюдая за ними, фыркнул, схватил кусок дерева, валявшийся в углу повозки, и протянул Астару.

— На. Лучше закуси это, а то еще откусишь себе язык.

Астар не стал упираться — просто взял деревяшку, зажал между зубами и улегся на спину, как просила Мирцилла. Повозка тряслась, но он постарался расслабить мышцы, глубоко вдохнул и кивнул, показывая, что готов.

Мирцилла закрыла глаза, сделала короткий вдох, будто собираясь с силами, и активировала свою технику. Ее руки засияли мягким, зеленым светом, и из ладоней начали вытягиваться тончайшие, почти прозрачные нити мемории. Они колыхались, словно живые, переплетаясь в воздухе и медленно плывя к лбу Астара.

— Начинаем, — произнесла она тихо, но твердо. — Старайся не двигаться.

Астар едва успел кивнуть, как его пронзила резкая, жгучая боль. Будто тысячи игл впились в лоб и череп изнутри. Деревяшка в зубах треснула, из горла вырвался приглушенный крик. Мир вокруг поплыл, перед глазами все затуманилось.

Он чувствовал, как нечто живое проникало прямиком в его мозг, игнорируя кожу и кости. Нити Мирциллы проходили насквозь.

Все тело дрожало, мышцы сводило судорогой. Мысли путались, и все, что он смог сформулировать в голове, было короткое, рваное:

"Вот черт… Это больнее, чем я рассчитывал…"

Повозки тем временем разъезжались в разные стороны. Одни — к скрытому убежищу, где Род Еретиков должен был начать новую жизнь, свободную от оков Клана Откровения Плоти.

Другие — в противоположную сторону, туда, где начинался новый путь Астара. Путь в неизвестность. Путь, полный опасностей, боли… и новой судьбы.