Величайший Еретик Том 4 Глава 149.2 Пророк Бездны (2)

Звук был таким мощным, что вибрация пронеслась по воздуху, земле и телам собравшихся. Даже Левиафан вдалеке издал рев.

И тогда Короли и Апостолы воздели руки.

Над каждым из них, прямо в воздухе, начала формироваться черная субстанция — плотная, словно жидкий обсидиан, с редкими вспышками пурпурных искр.

Эта материя постепенно кристаллизовалась, приобретая форму: осколки, напоминающие то ли кости, то ли кристаллы, в каждом из которых мерцал отпечаток души своего создателя.

У каждого — своя форма, своя аура: у Короля Оробаэса — угловатая и приземистая, подобно древнему щиту; у Бел’иара — изящная, изогнутая, подобно клыку; у Сел’моры — утонченная, схожая с лепестком черного стекла.

Затем эти осколки пришли в движение, подчиняясь единому ритму, и медленно поплыли к Астару.

Перед ним, один за другим, они начали соединяться, вращаясь вокруг невидимого центра, пока не сложились в великолепную корону — черную, как сама бездна, с одиннадцатью звеньями, каждое из которых было отмечено едва различимой спиралью.

Астар не успел даже осознать происходящее, как вдруг что-то мягко коснулось его головы.

В следующую секунду по его телу прошла волна энергии — холодная, но приятная. Она пронзила его от макушки до кончиков пальцев, заставив его дыхание перехватить.

Мгновенно он ощутил чужие присутствия — одиннадцать сознаний, одиннадцать древних, могущественных душ. На краткий миг он, казалось, стал частью их — единым существом, связующим их всех.

«Это…» — успел подумать он, «ощущение власти… но не моей.»

И прежде чем он успел что-либо сказать, голоса вновь прогремели над Святым Городом.

Теперь они звучали не просто громко — от их имени говорили небеса и земля.

— Бездна Абиссии благословила всех нас! Услышьте первые слова Пророка Бездны!

Эти слова прокатились по всем улицам, по храмам, по подземным галереям, достигнув самых отдаленных жилищ.

И в тот же миг — всё затихло.

Колокола умолкли.

Толпа, еще недавно ревущая в экстазе, застыла в оцепенении.

Астар парил в воздухе, чувствуя, как его сердце бьется все быстрее. Корона на его голове словно давила — не весом металла, но тяжестью возложенной ответственности.

Он прикрыл глаза.

И в этот момент тишина внутри стала громче всего, что происходило снаружи.

«Все время, проведенное в этом мире…» — подумал он. «Я ощущал себя заложником обстоятельств. Моей жизнью управляли — события, люди, случайности. И я полагал, что это просто невезение…»

Он сделал вдох, ощущая, как с каждой секундой его воля крепнет.

«Но это не так,» — произнес он мысленно, уже с большей решимостью, почти с вызовом. «Я не пленник Техники Пожирания Скверны. Не марионетка судьбы.»

Он открыл глаза.

Его взгляд стал ясным, холодным, решительным.

«Это моя личная судьба. И я… принимаю ее.»

И как только эта мысль пронзила его — сама его душа, казалось, откликнулась.

Из глубин его Хранилища Души вспыхнуло пламя. Астар мгновенно использовал сразу семь Душ Абиссалов: Гнев, Ненависть, Страх, Обида, Вина, Стыд и Зависть.

— ДУ-ДУУУМ!

Мистическая аура взорвалась наружу, создавая вокруг него черный вихрь.

Ветер взревел, а вокруг Астара закружились спиральные потоки — каждый из них вибрировал с особой интонацией.

Его глаза вспыхнули красным, зрачки начали размножаться, расползаясь по белкам, пока вся склера не заполнилась зрачками, придавая ему облик, схожий с абиссалами.

В этот миг даже Короли и Апостолы невольно вздрогнули.

Не от мощи Астара — а от странного ощущения, которое касалось самых потаенных уголков их душ. Оно пробуждало воспоминания, скрытые раны, самые темные тени в их сердцах.

А внизу, в городе, толпы абиссалов, казалось, также подверглись воздействию этой энергии. Тысячи глаз вспыхнули темно-алым отблеском, словно ощутив родство с Астаром. Не по крови, но по духу.

Все происходящее не было случайностью — Астар заранее спланировал это «шоу». Еще за несколько дней до торжества, когда город только начал украшать улицы и возводить церемониальные арки, он принял окончательное решение. Он понимал: одних лишь слов будет недостаточно. Чтобы укрепить свой авторитет — требовалось нечто исключительное.

Сидя тогда в уединении, в тишине его разума прозвучала уверенная фраза: «Пожиратель Скверны стал Пророком Бездны после своей смерти… а я стану им при жизни.»

И теперь, стоя над Святым Городом, он позволил этим мыслям обрести реальность.

Он заговорил. Его голос, усиленный силой Апостолов, разнесся над городом, проникая в каждое жилище, в каждое сердце:

— Народ абиссалов… — начал он. — Природа наших тел различна, но души едины. Я надеюсь, что прямо сейчас вы чувствуете мою душу и понимаете, о чем я говорю. Что вы ощущаете меня так же, как я успел почувствовать вас за этот короткий год с момента моего появления в вашем мире.

Его слова растекались по городу, словно живые волны, пробуждая в слушателях нечто необъяснимое. Будто сама Бездна говорила через него.

Астар сделал небольшую паузу, позволяя тишине заполнил пространство. В этот миг он чувствовал всеобщее внимание, сосредоточенное на нем.

— Сегодня я принимаю не власть, а долг, — произнес он ровно. — И пока я слаб, я буду полагаться на мудрость ваших Королей и Апостолов. Объединив усилия и забыв о распрях, мы приведем наш народ к еще большему процветанию.

Гул одобрения прошел по улицам, словно сам город откликнулся на его слова. Но в тот момент глаза Астара сверкнули иным светом — хитрым, внимательным, пронзительным.

И следующие слова удивили даже Золотых Абиссалов. Они не ожидали, что Астар так открыто подымет следующий вопрос.

— Война или мир. Господство над всеми, или жизнь в тишине… — произнес он, и по рядам Королей пробежала едва заметная тень напряжения. — Я знаю, что вы думаете об этом. Каждый из вас — независимо от касты, веры или силы — носит в себе ответ.

Он развел руки в стороны, от этого делая символизм еще сильнее.

— Цена и награда за каждое решение различны. И прежде чем жертвовать вашими душами ради будущего, я должен понять вас и себя — как Пророк Бездны.

Эти слова прозвучали почти интимно, будто он говорил не с толпой, а с каждым из них лично.

И тогда Астар, позволив себе легкую, уверенную улыбку, произнес последнее:

— Но будьте уверены — мы, вместе с Королями и Апостолами, примем наилучшее решение. Решение, которое возвысит весь народ абиссалов.

От его последних слов по площади прокатилась волна восторга.

— Пророк Бездны! — закричали первые голоса, и вскоре вся площадь вторила им. — Пророк Бездны думает о нас! Он не позволит нам страдать!

Этот рев эхом отражался от храмов и улиц, заполняя весь Священный Град. Казалось, что теперь его слова разнесут по всему континенту, в каждый город абиссалов.

Смотря вниз, на море склоненных фигур, Астар невольно усмехнулся про себя.

"Не зря я проводил столько времени с простыми абиссалами…" — подумал он, чувствуя странное тепло в груди. "Их тревоги почти не отличаются от тех, что испытывают обычные люди — хоть на Континенте Мнеморис, хоть на Земле."

Он чуть прищурился, оценивая реакцию толпы, и в его мыслях промелькнуло короткое, циничное наблюдение:

"Популизм… В таких случаях он всегда работает лучше всего."

Астар поднял руки, и над городом вновь разнесся его уверенный голос:

— Да благословит вас Бездна Абиссии!

Эти слова стали последним аккордом церемонии. Толпа снова закричала, а Астар, плавно разворачиваясь, кивнул Аримэлле. В следующее мгновение его фигура начала медленно опускаться к террасе, скользя по воздуху, будто сам ветер нес его обратно к храму.

Одиннадцать Золотых Абиссалов наблюдали молча. Их взгляды следили за ним до последнего движения. Но особенно выделялся один — Бел’иар.

Его глаза блестели с интересом, почти с одобрением. Он слегка прикусил губу, и на лице промелькнула едва заметная усмешка.

"Как интересно… Все это время он так хорошо прятал зубы," — подумал он, глядя на фигуру Астара, что мягко опускалась на террасу.

В памяти Бел’иара еще звучали его недавние слова, и с каждым мгновением они нравились ему все больше.

"Вижу, у вас появились амбиции, Пророк Бездны… Хороший ход."

Апостолы выглядели довольными, поведение Астара словно говорило, что он на их стороне. Аримэлла, стоявшая чуть позади остальных, позволила себе редкую, мягкую улыбку, тихо выдыхая, будто сбрасывая многодневное напряжение.

Совсем иначе вели себя Короли. Некоторые из них выглядели задумчивыми, другие — раздраженными. Казалось, что речь Астара и ее последствия, скорее помешает им.

Когда Астар мягко опустился на каменные плиты террасы, тишина между двумя сторонами затянулась. Ее прервал старик с редкими седыми волосами, и с тонкими костяными пластинами, проходящими вдоль его плеч и шеи и даже лица. Его движения были неторопливы, но в каждом ощущалась достоинство прожитых веков.

— Приветствую вас, Пророк Бездны, — произнес он низким, хрипловатым голосом, в котором звучала и сила, и почтение. — Позвольте представиться: я — Король Оробаэс, старший в Совете Королей.

Астар кивнул, его лицо оставалось спокойным, но в голосе зазвучали уверенные, почти властные нотки.

— Мне очень приятно, Король Оробаэс. И, пожалуйста, поднимитесь с колен, — сказал он. — Хоть мой титул и выше, каждый из вас сильнее меня. Мне неловко принимать подобные почести.

В рядах Апостолов кто-то едва заметно улыбнулся. Бел’иар, стоявший немного в стороне, не удержался и тихо хихикнул, прикрывая рот рукой.

И не успели Короли и Апостолы полностью подняться, как Астар шагнул вперед и, не теряя спокойного выражения лица, произнес:

— Король Бел’иар очень много рассказывал мне о вас. Но, должен признать, слова — это одно. Я бы хотел поближе познакомиться с каждым из вас лично.

Он перевел взгляд на Аримэллу.

— Конечно, Пророк, — тотчас ответила она. — Банкетный зал уже готов. Давайте проследуем туда. Мы обязаны отпраздновать сегодняшний великий день.

Астар сдержанно кивнул, на его лице мелькнула легкая, немного хитрая улыбка.