Величайший Еретик Том 4 Глава 167.2 Три Врага (2)

✦ ✦ ✦

С достижением верхнего яруса воздух стал свежее и прохладнее. Открытая веранда на крыше храма открывала захватывающий вид на Священный Город и три горы, между которыми он раскинулся.

Лишь Астар сделал шаг вперед, и объединенная сила двух Золотых Бездны мягко, но властно окутала его.

Сел'мора расправила крылья, Кхор'тес оторвался от земли, и они в мгновение ока взмыли вверх. Порыв ветра ударил в лицо, волосы Астара отлетели назад, а мир под ними начал стремительно уменьшаться.

Сразу же, без малейшей задержки, воздух пронзил резкий энергетический импульс.

Троица устремилась к югу — в направлении Столицы.

Изнурительные, бесконечные, порой мучительные тренировки Астара… но по сравнению с нынешним полетом они казались ему отпуском.

Он возвращался в мир. И мир, очевидно, готовился встретить его бурей.

✦ ✦ ✦

И пока Астар и два Апостола неслись по небу Континента Библиос, над Континентом Мнеморис разворачивалась совершенно иная картина.

Над кровавым полем битвы, усеянным сотнями трупов — диких и разумных аборигенов, а также представителей всех рас Мнемориса — парили две фигуры. Каждая из них излучала такое мощное давление, что воздух вокруг них мерцал, а искаженная энергия становилась видимой невооруженным глазом.

Под ними тлели пожары; столбы дыма поднимались к небу. Деревья были вырваны с корнем, земля испещрена следами ударов, десятки кратеров свидетельствовали о недавних столкновениях сил Черного Уровня. Вдалеке уже разворачивались полевые лагеря: аборигены возводили укрепления, собирали трофеи, переносили раненых. Казалось, битва только завершилась, и еще один участок территории был вырван у защитников Мнемориса.

Первая парящая фигура — женщина-абориген с ангельской мягкостью черт лица, но с алыми перепончатыми крыльями, отливающими кровавым сиянием. Королева Мемира. Ее взгляд был холоден, однако в глубине глаз вспыхивали искры безумия — следствие избытка хаоса, который она охотно впускала в себя.

Рядом с ней в воздухе находилась иссохшая старуха. Ее рога медленно изгибались вокруг головы, сходясь к затылку и сливаясь воедино. Королева Асендия — одна из древнейших ныне живущих аборигенов. Лицо ее оставалось спокойным, но в этом спокойствии таилось нечто непредсказуемое.

Мемира нахмурилась, вглядываясь вдаль.

На горизонте, у побережья океана, возвышался гигантский город, укрытый сияющим куполом мемории. Гладкая полусфера излучала слабо-белый свет, контрастируя с темным небом, словно маяк, противостоящий хаосу.

Мемира злобно прищурилась, и по ее щеке прошла едва заметная дрожь — смесь раздражения и нарастающей ярости.

— Ситуация осложняется… — протянула она, ее голос перешел в низкое рычание. — На два фронта эффективно воевать мы не можем.

Асендия медленно повернула голову и цокнула языком.

— Возможно, ложный пророк был прав… — пробормотала она так тихо, что ветер едва не уносил ее слова. — Эта Церковь оказалась куда более грозным противником, чем мы предполагали.

— Нынешними силами их точно не одолеть. А эти другие…

Она кивнула в сторону города под куполом и добавила:

— Пусть их и меньше, но у них все еще есть три существа Золотого Уровня. И каждый из них — специалист по битвам.

Мемира, словно вспомнив несколько стычек, недовольно, но согласно кивнула.

Асендия же продолжила спокойным, но ледяным тоном:

— Если мы начнем полномасштабную войну с ними… Церковь Мемории только обрадуется. Они воспользуются нашими потерями, чтобы ударить в спину. И тогда хаос поглотит все. Если бы только этот барьер пал…

Мемира тяжело выдохнула, словно признавая неприятную истину, и неохотно процедила:

— Нам нужна помощь других Королей.

Но едва она произнесла это, как по ее лицу пробежала искаженная, полубезумная улыбка, слишком широкая для нормальной.

— Сейчас они против, да… — прошептала она, и голос стал сладко-ядовитым. — Но когда они почувствуют… каково это — не сдерживать свою природу. Когда ощутят, как прекрасно сеять хаос и смерть… Они поймут, насколько это пьянит!

Ее крылья дрогнули, по ним пробежали всполохи багровой энергии.

Она почти смаковала каждое слово.

Но старуха бросила на нее резкий, усталый взгляд, полный холодной трезвости.

— Умерь пыл, Мемира, — произнесла она, ее голос был тихим, но от него воздух словно сгустился. — Ты теряешь ясность ума. Это нам не на пользу.

Эти слова ударили, как хлыст.

Мемиру словно передернуло — безумный блеск в глазах погас так же внезапно, как и появился. Крылья слегка опустились, дыхание выровнялось.

И уже абсолютно спокойная, будто ранее не вела себя странно, она ответила:

— Ладно. Пока нужно укрепить наши позиции.

Она повернулась к линии горизонта, словно оценивая стратегию.

— Каждый из наших противников сейчас перешел в режим ожидания… — хладнокровно произнесла она. — Значит, и нам не стоит торопиться с действиями.

Асендия лишь тихо кивнула, хотя ее глаза ясно показывали: перемены, происходящие внутри Мемиры, ей не нравились.

✦ ✦ ✦

И в этот самый миг, далеко на западе, на обширном полуострове, который служил сердцем и главной цитаделью Церкви Мемории, разворачивались совершенно иные события.

Внутри сияющего зала с белоснежными стенами, испускающими мягкий свет, и полом, отражающим всё, словно зеркальная гладь, собрались члены Священного Декалога. Их когда-то было десять… теперь же осталось только семеро. Три пустующих места вызывали немой укор в сознании каждого присутствующего.

Возглавлял собрание бледный, исхудавший старик — Верховный Кононарх. Его тело казалось высохшим, а кожа — почти прозрачной, но глаза излучали острый, холодный разум. Он соединил руки в черных перчатках и невозмутимо продолжил обсуждаемую тему:

— Нет нужды торопиться, — произнес он, словно говоря о погоде, а не о грядущей войне. — Наши армии надёжно держат оборону. На поле брани присутствуют трое противников… и это работает в нашу пользу.

Голос его звучал ровно, уверенно, почти лениво — разительный контраст с царящим в мире бедламом.

Однако напротив него расположился рептилоид с черной чешуей — Надзиратель Рас. Он недовольно клацнул зубами и резко мотнул головой.

— Нас семеро, — прорычал он. — А на нашем участке фронта всего трое Золотых Абиссалов. Мы можем объединить усилия и стереть их в порошок!

Его рык эхом разнесся по залу, будто подчеркивая зияющие пустотой три места.

Но Верховный Кононарх даже бровью не повел.

— По вине собственной беспечности и непомерной гордыни, — произнес он ледяным тоном, — мы бездумно утратили троих Золотых Мнемархов.

В зале повисла гнетущая тишина.

— И если сейчас мы позволим себе действовать так же… — он едва заметно наклонил голову, — мы можем потерять еще кого-то. В обороне мы превосходим любого врага. Наши главные укрепления не смогут пробить даже несколько Золотых Мнемархов. Так зачем нам рисковать? разве время или ресурсы нас ограничивают?

Он произнес это буднично, будто всё находилось под его полным контролем.

И впервые за все заседание старик… едва заметно улыбнулся.

Уголки его губ немного приподнялись — едва, но этого оказалось достаточно, чтобы по спинам остальных пробежал неприятный холодок.

В этот момент Верховный Кононарх медленно повернул голову и обратил свой взор на высокого беса с внушительными, загнутыми вверх рогами — Архимага Барьеров. Тот сидел абсолютно неподвижно, подобно изваянию, но его глаза вспыхнули вниманием, когда Кононарх произнес:

— Архимаг Барьеров. Мне понадобится ваша помощь.

Демон слегка наклонил голову и коротко кивнул:

— Я слушаю вас.

Кононарх улыбнулся еще более зловеще. Хрипло рассмеявшись, он добавил:

— Я хочу, чтобы вы тайно проникли в Люксенхейм… и разрушили их защитный барьер.

Несколько Святых резко напряглись. Один из них — Хранитель Казны, на вид молодой ноксули в роскошных одеяниях — даже вскочил на ноги.

— Уничтожить барьер?! Но тогда город падет! — воскликнул он. — В Люксенхейме сосредоточены колоссальные ресурсы Церкви! Там…

— Уже нет, — рявкнул старик, и его голос хлестнул воздух, как плеть.

Хранитель Казны осекся.

Кононарх продолжил, на этот раз более сурово:

— Сейчас Люксенхейм контролируется кукловодами Ополчения Истины. Они используют его как прикрытие и логистический узел. Город временно не принадлежит Церкви. Следовательно, и его ресурсы — не наши.

Он чуть подался вперед, и в его глазах зажегся опасный блеск.

— Если барьер рухнет, — произнес он медленно, — орды диких абиссалов под командованием своих высших собратьев хлынут в город и посеют там полный хаос.

Он выдержал паузу, давая своей мысли улечься.

— Увидев такую возможность, разумные абиссалы не смогут сдержаться. Они непременно нападут.

Старик соединил пальцы и подвел итог:

— Мы натравим двух наших противников друг на друга… и таким образом создадим себе пространство для маневра.

Архимаг Барьеров слегка напрягся и произнес:

— Разрушить барьер для меня не составит труда. Но незаметно подобраться к нему…

На что бледный старик лишь поднял ладонь и произнес:

— Об этом можешь не беспокоиться. Я побывал в Хранилище, и уже кое-что приготовил для тебя…

Улыбка на его лице стала еще шире. И казалось, остальные Святые осознавали, что им придется пойти на подобный шаг, даже если это повлечет за собой разрушения и гибель их бывших подчиненных — жителей Люксенхейма.

✦ ✦ ✦

Таким образом, весь мир пришел в движение. На каждом континенте, в каждой фракции, в каждом тайном совете — зарождались свои замыслы, свои решения, свое видение грядущего.

Никто не желал быть простой пешкой. Никому не хотелось уступать. Мятежные абиссалы стремились захватить Континент Мнеморис силой, медленно теряя рассудок. Короли-лоялисты искали равновесие между сохранением традиций и утверждением своего господства. Церковь Мемории плела интриги, расставляя невидимые ловушки, дабы натравить врагов друг на друга и вернуть утраченное. А Круг Оскверненной Клятвы пытался выжить, используя нарастающий хаос в своих целях.

Каждый думал лишь о том, как выйти из грядущего противостояния единоличным победителем. Как удержать власть — или завладеть ею полностью.

И над всем этим витало ощущение: мир не просто трещит по швам… он готовится к неминуемому краху. Пока верхушка мира боролась за господство, сотни тысяч простых смертных проливали кровь и теряли свои жизни.