Величайший Еретик Том 5 Глава 184.1 Исследователи (1)

К Плавучему Дворцу величественно приближался дорогостоящий корабль. Его вытянутый корпус из тёмной древесины, изящные линии бортов и резные элементы, лишённые показной роскоши, но явно указывающие на статус его пассажиров, создавали впечатление бесшумного движения, оставляя за собой лишь едва заметную рябь на водной глади.

На палубе располагались мнемархи в белоснежных одеяниях Церкви Мемории. Сурка, находившаяся ближе к носу судна, вела беседу с кем-то из свиты, в то время как Астар держался позади, стараясь не привлекать внимания. Несколькими минутами ранее они покинули крону гигантского дерева, спустившись к его основанию, где начиналась водная часть города, служившая, по сути, «портом».

Оглядевшись по сторонам, можно было убедиться, что Тейле живёт полной жизнью.

Даже несмотря на войну и строгие меры дисциплины, ощущение полноты жизни не исчезло. Суда сновали вдоль каналов и среди деревьев, у пристаней толпились торговцы, представители различных рас вели оживлённые переговоры, занимались перегрузкой ящиков и спорили о ценах. Город продолжал своё существование, словно линия фронта находилась не в нескольких днях пути, а в совершенно ином измерении.

Астар оперся ладонями о борт корабля и посмотрел вниз.

Вода была кристально чистой. Под поверхностью мелькали стайки рыб — от мелких, серебристых, до более крупных, медленно перемещавшихся в глубине. Он напряжённо вглядывался, пытаясь разглядеть дно, но оно терялось в глубине. Вода уходила вниз слишком далеко, растворяясь в синевато-зелёной мгле.

Он перевёл взгляд на запад, туда, где с отвесных скал низвергались величественные водопады.

«Прежде всего, необходимо разобраться в местных порядках и осмотреть город», — размышлял он про себя. — «И только после этого приступать к поискам».

В этот момент взгляд Астара невольно переместился к носовой части корабля.

Там стояла Сурка, обсуждая что-то с пожилым элементалем. Старик был невелик ростом, худощав, с абсолютно лысой головой и густой, длинной белой бородой, спускавшейся почти до груди. Его кожа была покрыта тонкими белыми узорами — татуировки опоясывали шею, плечи, руки и даже заходили на его короткие, слегка заострённые уши.

Астар сразу же понял, что перед ним Фиолетовый Мнемарх.

Старик внимательно слушал Сурку, почти не перебивая, лишь изредка кивая. Их разговор касался ситуации на фронте — обсуждались потери, перемещения войск и нестабильные участки обороны.

И вдруг Сурка резко сменила тему.

— Кстати, Салантис, — произнесла она, протягивая старику два свитка с предвкушающим блеском в глазах.

Астар прищурился.

Даже на таком расстоянии он безошибочно узнал их. Это был оригинал абиссального письма и его собственный перевод.

«Любопытно…» — мысленно выдохнул он. — «Неужели этот старик тоже из исследователей?»

Салантис спокойно принял свитки, не выражая никаких эмоций. Сначала он развернул оригинал — его взгляд быстро скользнул по абиссальным символам, пытаясь уловить обрывки смыслов. Затем, не торопясь, он взял второй свиток — перевод Астара, испещрённый пометками, сомнениями и аккуратными предположениями.

Первые несколько секунд он читал рассеянно.

Казалось, его интерес был скорее формальным, данью вежливости Сурке. Но чем дальше продвигались его глаза по строкам, тем заметнее менялась его осанка. Плечи выпрямились, взгляд стал цепким и сосредоточенным. Он остановился, вернулся на несколько строк выше, перечитал. Затем ещё раз.

Ладонь, державшая свиток, едва заметно дрогнула.

— Госпожа Сурка, — вырвалось у него внезапно, — это вы сделали?

Он осекся почти сразу, нахмурился, внимательно вглядываясь в пометки.

— Нет… — пробормотал он уже тише. — Почерк не ваш.

Заметив реакцию старика, Сурка заметно посветлела. Её надежды оправдались, и это, казалось, доставило ей большое удовольствие.

— Как вы оцениваете перевод? — спросила она спокойно.

Салантис медленно поднял голову. В его глазах плескалось возбуждение, которое он с трудом скрывал за внешней сдержанностью. Вместо ответа он задал встречный вопрос:

— Скажите мне, — произнес он почти требовательно, — кто именно сумел это сделать?

Сурка слегка приподняла бровь.

— Судя по вашей реакции, вы впечатлены.

Салантис коротко кивнул, не отрывая взгляда от свитка.

— Это мягко сказано, — ответил он. — Я ошеломлён.

Он снова опустил взгляд на перевод, словно опасаясь упустить что-то важное, и пробормотал уже себе под нос:

— У меня так много вопросов…

Сурка издала короткий смешок. Затем подняла руку и, не оборачиваясь, указала большим пальцем себе за плечо.

— У вас есть возможность задать эти вопросы напрямую, — сказала она. — С сегодняшнего дня автор перевода будет работать вместе с вами.

Салантис замер на долю секунды, словно не сразу осознал услышанное. Затем резко развернулся.

Его взгляд впился в Астара. Глаза расширились, а рот приоткрылся от удивления.

— Это вы перевели? — произнёс он с явным недоверием.

Астар сделал шаг вперёд и улыбнулся — ровно настолько, чтобы не показаться ни слишком самоуверенным, ни скованным.

«Что ж», — промелькнуло у него в голове. — «Пришло время изобразить эксперта. Пересказать лекции Мериты словами Архивариуса».

— Перевод мой, — ответил он вслух. — Но, если быть честным, это скорее интерпретация, смешанная с догадками.

Он слегка развёл руками, словно снимая с себя излишнюю значимость.

Салантис резко повернулся к Сурке, как будто собираясь попросить разрешения на разговор. Но она опередила его, даже не дав раскрыть рот.

— Можете не сдерживаться, — спокойно произнесла она. — До Плавучего Дворца еще минут десять плавания. Можете поговорить.

Салантис тут же подошел к Астару и, неожиданно для своего возраста и положения, склонился — не слишком низко, но с отчетливым уважением.

— Вы можете сколько угодно преуменьшать свои способности, — сказал он, выпрямляясь, — но я вижу глубину вашего понимания. Это не случайные догадки и не удачное стечение обстоятельств.

Он прищурился, внимательно изучая Астара.

— Вы выглядите таким… юным, — продолжил он с искренним недоумением. — Как вам удалось достичь такого уровня понимания за столь короткий срок?

Астар же немного неловко улыбнулся, но затем более уверенно ответил:

— Не дайте моей внешности вас ввести в заблуждение. Я из тех чудаков, которые предпочитают молодо выглядеть и не брезгуют пилюлями для сохранения внешней молодости.

Он слегка пожал плечами.

— На самом деле я посвятил десятилетия исследованиям. Просто… не все они были публичными.

Салантис неловко рассмеялся, покачав головой.

— Прошу прощения, — признался он. — Я слишком увлекся и потерял хладнокровие. Такое случается со мной редко.

Старик внезапно прищурился, окинул Астара взглядом и с большим пониманием добавил:

— Оо… Так вы тоже Фиолетовый Мнемарх, — произнес он с улыбкой. — Вы искусно скрываете свою ауру. Я даже не сразу распознал ваш уровень силы.

В его голосе звучало неподдельное уважение.

— Похоже, вы искусны не только в теории, но и в практике. Это… редкое сочетание.

Астар благодарно улыбнулся, приняв почти благоговейный вид.

— Было время для практики, — сказал он с легкой самоиронией. — Мне недавно исполнилось восемьдесят лет, в конце концов.

Это была откровенная ложь, сказанная так спокойно, что даже он сам почти в нее поверил.

Салантис ответил вежливой улыбкой, но Астар сразу заметил: интерес старика к светским беседам иссяк. Его пальцы по-прежнему сжимали свиток, а взгляд время от времени возвращался к строкам, словно они тянули его обратно.

Поэтому Астар решил не затягивать.

— Вы упоминали, что у вас есть вопросы, — ровно произнес он.

Салантис тут же кивнул, будто только этого и ждал. Он развернул свиток, указал пальцем на одну из рунных связок и заговорил уже совершенно другим тоном — сосредоточенным, рабочим:

— Вот здесь. Вы перевели это слово как "путь". Оно довольно часто встречается в текстах абиссалов, но мы обычно интерпретируем его как "дорога".

Он поднял взгляд.

— Почему вы выбрали именно такой вариант перевода?

Астар не ответил сразу. Он наклонился ближе к свитку, перечитывая строку снова.

И только обдумав, произнес:

— Я начну издалека. Я заметил, что некоторые руны абиссалов изменяют свое значение в зависимости от контекста, — продолжил он. — Не только от соседних символов, но и от предполагаемого намерения автора. Их язык не является линейным. Он скорее… многослойный. Из-за этого прямой перевод часто вводит в заблуждение.

От подобной теории Салантис нахмурился, словно перебирая в уме свои знания.

Астар же использовал эту паузу в свою пользу. Он мысленно вернулся к одной из лекций Мериты, а также попытался вспомнить "академический" тон Архивариуса.

Он аккуратно коснулся края свитка и указал на слово.

— Вы правы — эта руна встречается часто.

— Но я изучал эту руну, выписывая все случаи ее употребления. Смотрел, между какими понятиями она стоит. В одних случаях она связывает сущность и результат. В других — начало и завершение процесса. Но ни разу — точку и точку в пространстве.

Астар слегка выпрямился, продолжая:

— Если бы речь шла о физическом перемещении, рядом обязательно появлялись бы пространственные маркеры: расстояние, направление, граница. Здесь же их нет. Всегда присутствует изменение состояния. Поэтому смысл "дорога" искажает суть. Это не маршрут, а последовательность трансформаций.

Он сделал короткую паузу, давая словам улечься.

— Проще говоря, для абиссалов это не ответ на вопрос "куда идти", а на вопрос "через что пройти, чтобы стать иным".

Салантис молчал, снова перечитывая отмеченные места. Его брови медленно сошлись, но теперь не от сомнения, а скорее от напряженного сосредоточения.

Астар опустил взгляд на свиток, провел пальцем по строкам и лишь затем продолжил, уже более размеренно, почти преподавательски:

— Когда я разбирал эту руну, я выписывал все значения, которые она принимала в различных контекстах, — сказал он. — "Переход". "Этап". "Испытание". "Становление".

Он слегка наклонил голову, словно взвешивая слова.

— А затем я задал себе простой вопрос: какое слово из нашего языка способно вместить все эти значения одновременно, не нарушая смысла ни в одном из случаев?

Салантис нахмурился и вновь пробежался взглядом по пергаменту. Его глаза двигались быстрее, пальцы чуть сжали край свитка.

И постепенно в них появился блеск.

Теперь, когда ему указали на закономерность, он действительно начал ее видеть. Связи между фразами, повторяемость структуры, логика переходов — все это вдруг выстроилось в единую линию.

— Любое другое значение работает лишь локально, — продолжил Астар. — В одном фрагменте — да. Но стоит перенести его в соседний, и смысл рушится. Например, если брать слово "дорога", как вы изначально предлагали.

— А "путь"… — он слегка развел руками, — он держится везде. Во всех позициях. Именно поэтому я на нем и остановился.

В этот миг Астар заметил блеск в глазах Салантиса и мысленно выдохнул: "Есть. Старик верит. Нужно закрепить результат."

Астар понимал, что время доставать самый главный аргумент. Аргумент в котором он не сомневался.

— Есть еще одна вещь, которая вас может заинтересовать, — сказал он, будто между делом.

Салантис тут же выпрямился, интерес вспыхнул мгновенно.

— О чем вы? — спросил он нетерпеливо. — Пожалуйста, не томите.

Астар чуть помедлил — ровно настолько, чтобы слова прозвучали весомо, но не подозрительно.

— Я не буду вдаваться в подробности, — произнес он. — Но изучение языка абиссалов началось для меня задолго до того, как мы вообще узнали об их существовании.

Он указал пальцем на свиток.

— Тогда я просто сопоставлял неизвестные руны с древними и мертвыми языками, которые изучал ранее. Искал повторяющиеся принципы. Логику построения. Ошибки, характерные для заимствований.

Салантис замер, затем подался чуть ближе.

— Вы хотите сказать… — запнулся он, и тут же договорил, — что нашли закономерность?

Астар утвердительно кивнул.

— Не знаю как это возможно, но я почти уверен, что абиссалы не создали язык с нуля. Они переосмыслили уже существующий.

Астар продолжил, уже без пауз, уверенно, будто давно выстроил эту линию рассуждений:

— Примерно в половине случаев руны абиссалов имеют искаженные соответствия рунам древнего общего языка До-Церковной Эры. И способ построения предложений у них схож.

Он слегка приподнял палец, сразу обозначая границу.

— Но здесь легко ошибиться. Некоторые руны изменились до неузнаваемости. Если подходить к ним напрямую, опираясь только на форму, можно прийти к ложным выводам. Язык словно намеренно "сломали", сохранив внутреннюю логику, но исказив оболочку.

Салантис вдохнул глубже, почти благоговейно.

— До-Церковная Эпоха… — протянул он. — Среди нас лишь несколько исследователей изучали древний общий язык. Но настоящих экспертов… — он покачал головой. — У нас сейчас нет. Нужно сделать запрос в Церковь Мемории. Возможно тогда...

Астар перебил старика, вежливо, без тени бравады:

— Не хочу хвастаться, но я хорошо им владею. Полагаю, именно поэтому и заметил сходство.

Это был редкий момент в их разговоре, когда Астар не лгал.

Он получил эти знания от Пожирателя Скверны. Именно благодаря им он когда-то смог прочитать письмена на арке в руинах Империи Черных Шипов. А также текст Техники Очагов Скверны.

От этих слов Салантис невольно сжал кулаки. Его лицо на мгновение потеряло обычную сдержанность, и на нем появилась почти мальчишеская улыбка.

— Значит… — выдохнул он, а затем уже громче, не скрывая возбуждения: — Значит, наши исследования наконец-то сдвинутся с мертвой точки!

Он с явным уважением посмотрел на Астара.

— Если ваши теории подтвердятся, — продолжил Салантис, — нас ждут открытия, которые перевернут все представления об абиссалах. И, возможно, о самом происхождении их культуры.

На что Астар спокойно ответил:

— На Континенте Библиос множество руин древних цивилизаций, — произнес он ровным голосом. — Абиссалы пришли оттуда. И, скорее всего, именно в тех руинах они заимствовали руны и принципы построения языка.

На корабле словно что-то надломилось.

Половина экипажа и сопровождающих мгновенно опустили головы. Кто-то отвернулся к воде, кто-то сделал вид, что увлечен небом.

Имя второго континента было запретным.

Знания о Библиосе до сих пор считались ересью, даже если всем уже была очевидна их правдивость. Еще недавно за подобные слова Церковь Мемории показательно и жестоко наказывала.

Салантис же быстро разрядил обстановку.

— Вы правы, — произнес он уже тише. — Но подобные вещи лучше обсуждать в кругу исследователей. Без лишних ушей. Давайте пока закроем эту тему.

Он сделал паузу, но удержаться все же не смог и добавил, уже с явным теплом в голосе:

— Я искренне рад, что вы присоединитесь к нам. Чувствую, совместная работа будет… плодотворной.

Астар ответил лишь коротким кивком, сохраняя спокойное выражение лица.

А внутри его буквально разорвало от облегчения и удовлетворения.

"Отлично сработано, Астар…" — мысленно выдохнул он.

Ему хотелось усмехнуться, но он вовремя подавил порыв, удерживая маску собранного, сдержанного исследователя.

В этот момент корабль плавно замедлил ход.

Впереди, между переплетенных корней и массивных стволов, показался Плавучий Дворец. Судно мягко легло на курс к причалам, и разговоры на палубе сами собой стихли.

Астар внутренне почувствовал, что наконец, начался новый этап его пути и поисков Круга Оскверненной Клятвы.