Величайший Еретик Том 5 Глава 190.2 Тартарул (2)

Магистр Экспедиций плавно приземлился на пол зала, и вместе с ним невидимая сила мягко, но неотвратимо опустила остальных. Астар почувствовал, как давление исчезло, и его ноги коснулись камня.

Ауреон кивнул и произнес коротко, без повышения голоса: — Встаньте. На формальности нет времени.

Его слова разнеслись по залу ровно и четко. Черные Мнемархи поднялись одновременно, без задержки и лишних движений.

Магистр сделал шаг вперед и указал рукой за спину. — Оставим любезности. Я привел подкрепление. Познакомитесь уже в процессе выполнения задач.

Два Черных Мнемарха, стоявших рядом с Астаром, лишь кивнули, выражая готовность работать плечом к плечу.

Ауреон же продолжил, указывая на Астара: — А это Астарос.

Он перевел взгляд на каменита из темно-синего камня и добавил уже конкретнее: — В последнее время Астарос сделал ряд важных открытий в исследованиях языка абиссалов. С этого дня он будет участвовать в допросах пленных и заниматься сбором информации.

Синий каменит внимательно посмотрел на Астара, явно меняя свое отношение на более уважительное.

— Лазарат, — продолжил Ауреон, — покажи ему, что к чему.

Названый Лазаратом без толики сомнения кивнул и, сделав полшага вперед, склонил голову в сторону Астара, как жест уважения.

— Можете рассчитывать на меня, — произнес он спокойно.

Астар ответил тем же — коротким, выверенным поклоном.

— Спасибо, — произнес он спокойно. — Мне многого не нужно. Лишь тихое место и доступ к абиссалам. Буду рад трудиться на благо Тартарула и Церкви Мемории.

Но любезности длились недолго.

Магистр Экспедиций прервал момент одним движением руки: — Пройдемте в зал для совещаний.

Он уже собирался сделать шаг, но внезапно обернулся к Астару и добавил, глядя прямо в глаза: — Я навещу тебя вечером и дам более подробные руководства. А пока следуй за Лазаратом.

После этих слов Магистр развернулся, и все Черные Мнемархи, кроме Лазарата, синхронно двинулись за ним в коридор, уходящий глубже в недра дворца. Их шаги быстро растворились в каменном эхе.

Лазарат смотря вслед Магистру Экспедиций, слегка улыбнулся и пробормотал: — Время идет, а он не меняется. Все такой же немногословный.

Астар удивился такой откровенности, и осторожно произнес: — Видимо вы давно знакомы...

На что Лазарат слегка рассмеялся, отвечая: — Даже слишком... — глянув на Астара, он объяснил: — Это родной город Ауреона. Когда-то давно я служил в его исследовательском отряде. Еще до того, как он прорвался на стадию Золотого Мнемарха, и стал частью Святых.

Вспоминая некоторые разговоры с Магистром, Астар будто невзначай произнес: — А ведь точно... Магистр несколько раз упоминал, что когда-то любил исследовать древние руины и континент в целом. Мне даже показалось, что он скучает за теми временами.

Лазарат в этот момент начал шагать в сторону противоположного коридора, кивком зазывая Астара с собой.

Будто вспоминая далекое прошлое, Лазарат вернулся к фразе Астара, говоря: — Мне всегда казалось, что Ауреон не желал бремени Святого. Как бы дико это не звучало, он из тех, кто безграничной власти предпочел бы свободу

Они прошли еще немного по коридору, и вскоре пространство перед ними расширилось, переходя в цилиндрический зал.

В центре комнаты парила массивная платформа — гладкий каменный диск с едва заметными световыми контурами по краю. Это был лифт, встроенный прямо в тело дворца, без шахт и механизмов в привычном понимании. Все поддерживалось благодаря мемории.

Лазарат шагнул первым, уверенно, без колебаний. Астар последовал за ним. Стоило им оказаться на платформе, как та мягко дрогнула и почти сразу начала стремительно опускаться вниз. Стены цилиндра поплыли вверх, световые линии скользили по камню, отмечая пройденные уровни.

Лазарат заговорил, глядя прямо перед собой: — Мне показалось, что Ауреон возлагает на вас большие надежды. По опыту скажу — он мало кого удостаивает такого отношения.

Астар слегка улыбнулся, не отрывая взгляда от уходящих вверх уровней: — Надеюсь, что это правда.

Пауза длилась всего пару секунд, затем он все же добавил, уже осторожнее: — Простите за прямоту… но почему вы так откровенны со мной?

Лазарат повернул голову и серьезно ответил: — Прозвучит странно, но ты чем-то напоминаешь мне молодого Ауреона.

Он чуть усмехнулся и, позволяя себе легкую шутку, добавил: — У вас обоих в глазах читается усталость. И какая-то тихая грусть. Словно собственная судьба давит сильнее, чем любые враги.

Астар не удержался и тихо рассмеялся, качнув головой: — Тогда это не самый лестный комплимент.

Но, отвернувшись, он все же отметил про себя: "Как-то неловко даже… Неужели я и правда настолько печально выгляжу?"

Казалось, этажи пролетали в одно мгновение. Платформа опускалась все ниже, а ощущение глубины усиливалось, будто они уже давно должны были оказаться под землей. Давление в ушах стало заметнее, воздух — плотнее и холоднее.

Астар уже собирался спросить, куда именно они направляются, когда платформа начала замедляться.

И уже через секунду она плавно остановилась, словно достигла самого дна.

Лазарат сделал короткий жест рукой, и массивные ворота, высеченные прямо в скале, раскрылись перед ними без единого звука или вибрации. Едва щель между створками расширилась, как изнутри хлынул какофонический звук.

Рычание. Вопли. Хриплые стоны. Глухие удары, лязг металла и обрывки чужой речи сливались в тяжелый, гнетущий гул.

Перед ними предстало гигантское подземное пространство. Потолок терялся во мраке, поддерживаемый исполинскими колоннами. Между ними рядами тянулись клетки, выстроенные в строгие линии. Внутри метались абиссалы.

Как дикие, так и разумные.

Некоторые бились о прутья, другие сидели неподвижно, с потухшими взглядами. В стороне находились сотни каменных столов, над пленниками склонялись исследователи, проводя над ними эксперименты. В других секторах по каменным дорожкам уже везли трупы, сбрасывая их в глубокие провалы, словно отработанный материал.

"Черт возьми, их здесь тысячи!" — на мгновение Астар вспомнил лаборатории Морианы. Однако здесь "работа" была куда более жестокой и грязной. Без малейшего стремления сохранить "рабочий материал".

Астар сделал шаг вперед.

— Что за... Где мы? — неосознанно вырвалось у него.

Лазарат не стал задерживаться у входа. Он спокойно двинулся вперед, между рядами клеток, будто находился не в подземелье, полном криков, а в обычном рабочем помещении.

— Здесь мы исследуем тела абиссалов, — ровно произнес он. — И параллельно пытаемся найти способ слить меморию и абиссию.

Он говорил так, будто речь шла о сложной, но сугубо технической задаче, без тени отвращения или сомнений в голосе.

— Война позволяет нам регулярно захватывать пленных, — продолжил Лазарат, не оборачиваясь. — Поэтому Святые дали разрешение на любые возможные опыты. Изучать все, что можно. Без каких-либо ограничений.

Они проходили мимо очередного сектора, где двое исследователей вводили трубки в тело разумного абиссала, вливая в него меморию. Абиссал дергался и рычал, но никто не обращал на это внимания.

Лазарат повернул голову и мельком взглянул на Астара, словно оценивая его реакцию.

— Их физиологию мы уже почти изучили, — сказал он с легкой, почти профессиональной гордостью. — Слабые места, реакции, пределы регенерации.

— Но благодаря вам, Астарос, мы наконец начнем разбираться в другом. В языке. В культуре. В том, как они мыслят.

Астар шел рядом, стараясь не задерживать взгляд ни на одном участке слишком долго. Крики сливались в единый фон, кровь на камне уже не бросалась в глаза, но внутреннее напряжение никуда не исчезло.

Тем временем Лазарат продолжал вести его все глубже:

— Эти знания понадобятся не только для допросов. — Он говорил спокойно, даже буднично. — Когда война закончится, Святые, несомненно, захотят посетить Континент Библиос.

Он на мгновение остановился и добавил, уже без улыбки:

— Настанет день, когда абиссалы компенсируют весь нанесенный нам ущерб.

С этими словами он развернулся и продолжил путь. Астар же молча последовал за ним.

✦ ✦ ✦

По пути их постоянно приветствовали.

Исследователи, надзиратели, боевые мнемархи — завидев Лазарата, они коротко склоняли головы или прикладывали ладонь к груди. В их жестах не было подобострастия, лишь четкое признание статуса. Лазарат отвечал так же лаконично: легкий кивок, ни слова лишнего. Он не замедлял шаг и не отвлекался, уверенно ведя Астара дальше.

В какой-то момент пространство вокруг них изменилось.

Они свернули с огромных залов в коридор привычного размера. Потолки стали ниже, эхо — приглушеннее, крики остались где-то позади. Камень здесь был чище, ровнее обработан, а свет — мягче и ровнее. После нескольких поворотов Лазарат остановился у массивной каменной двери без опознавательных знаков.

Он протянул Астару жетон.

— Вы просили о тихом месте.

Астар спокойно принял его, не задавая вопросов. Прикоснувшись жетоном к поверхности двери, он ощутил легкую вибрацию. По камню прошла едва заметная рябь, и створка беззвучно разошлась.

За ней открылся просторный кабинет.

Лазарат вошел первым и жестом пригласил внутрь:

— Здесь есть собственные купальни, массив для поглощения мемории и отдельный рабочий кабинет. — Он говорил деловито, словно зачитывал список оборудования. — Как только вы закроете дверь изнутри, вас никто не сможет потревожить.

Он поднял взгляд и указал на кристалл, парящий под потолком. Тот излучал ровный белый свет.

— Если с вами захотят связаться, он засияет красным. В этом случае достаточно будет снять барьер и открыть дверь.

Лазарат сделал шаг к выходу и добавил напоследок:

— Отдохните после дороги. Завтра я покажу вам, где и как вы будете работать.

Астар же лишь поклонился, произнеся:

— С нетерпением жду. Спасибо.

Дверь за Лазаратом закрылась так же плавно, как и открылась, и Астар наконец остался один.

Он лишь тяжело выдохнул и плюхнулся на резной стул с инкрустациями из драгоценных камней. Подняв взгляд к кристаллу под потолком, Астар пробормотал:

— Нужно дождаться Магистра Экспедиций…

В мыслях Астара вновь возникли картины поля боя.

Он прищурился и мысленно пробормотал: "Столько трупов абиссалов пропадает зря... Было бы неплохо, если бы они пошли на корм моему Стилю Очагов Скверны."

На лице Астара появилась хитрая улыбка, и он добавил:

— Если ресурсы бесплатные… Грех ими не воспользоваться.