Верховный Маг Том 10 Глава 1134

— Она не принадлежит мне, и это тебе прекрасно известно. Убирайтесь с дороги. Нам хватило твоих бесконечных речей. — Лигаин сохранил хладнокровие и первым отошёл от Врат.

Левиафану не понравилось, с какой лёгкостью Дракон проигнорировал его слова, но и он уступил дорогу.

— Коммуникационные амулеты действуют на расстоянии целого континента? — поинтересовался Лит.

— Обычные амулеты не рассчитаны на такие дистанции, если только их не зарядить колоссальным количеством маны. Однако в амулет Совета, который находится у тебя, встроен белый кристалл. Его мощности с избытком хватает для работы в любой точке Могара, — пояснила Тирис. — Тем не менее, те, кого ты оставишь здесь, не смогут использовать твою руну, пока ты находишься на Джиере.

Ребята приуныли при мысли о невозможности связаться с семьями, но тут же вспомнили о пространственном искажении Башни Солус. Они понятия не имели, есть ли у него пределы дальности, но жаждали проверить это как можно скорее.

— Как долго мне там нужно пробыть? — спросил Лит.

— До тех пор, пока ты не почувствуешь, что больше ничему не сможешь там научиться. Это вопрос мудрости, Лит. Нельзя всё распланировать заранее, просто позволь событиям идти своим чередом. Помни, что я говорила о фиолетовом ядре, и будь начеку. Вокруг полно таких, как Кседрос, — добавила Фалуэль, вспоминая своего непутёвого сына и вести от Скарлетт.

Гидра опасалась, что недальновидность Седры предопределила его судьбу, и желала уберечь Лита от подобных промахов.

Группа шагнула сквозь пространственный туннель. Возникло ощущение, словно они очутились в совершенно ином мире. Всё здесь казалось незнакомым: от аромата воздуха до самой почвы под ногами.

«Это похоже на то, когда я вернулся в Лютию с крайнего севера Королевства, только в сто раз хуже», — подумал Лит.

На другой стороне Могара их ожидали двое: обаятельный мужчина и хрупкая, на вид пожилая женщина.

— Кто из вас Лит? — спросил мужчина, переводя взгляд с Тисты на Лита. Распознать того, кто пробудился в раннем возрасте, было нетрудно, однако огромная разница в красоте и силе между ними мешала определить, кто же из них истинный лидер.

— Я Лит Верхен, гибрид и член Совета Зверей Гарлена. Приятно познакомиться. — Лит упомянул лишь те титулы, которые имели вес в любом уголке Могара, и слегка поклонился незнакомцу, чтобы тот не смог обнаружить Солус с помощью дыхательной техники.

— А я Арен Долм, Ёрмунганд, Младший Левиафан и глава Совета Зверей Джиеры. — С виду ему было чуть за тридцать: рост около метра восьмидесяти восьми, а светло-русые волосы украшали зелёные, жёлтые и синие пряди.

У него были ясные зелёные глаза и ямочка на подбородке, придававшая его чертам мягкость. Вместе с мускулистым телосложением и очаровательной улыбкой этого было более чем достаточно, чтобы большинство женщин сворачивали шеи ему вслед.

Он был одет в простую белую рубаху и коричневые льняные штаны поверх кожаных сапог. В таком наряде Арен больше напоминал простого земледельца, нежели одного из самых могущественных существ Джиеры. Левиафан ответил на поклон, внимательно разглядывая спутниц Лита.

К счастью, уроки Фалуэль включали в себя этикет Совета, а он оставался неизменным на любом континенте. Пробуждённые жили достаточно долго и обладали достаточными ресурсами, чтобы при желании пересечь океан. Давным-давно ими были установлены общие правила и протоколы, призванные помочь тем, кто решил переехать или просто посетить чужие земли.

— А это мои Ведомые. Тиста Верхен, моя сестра, и Флория Эрнас, моя близкая подруга, — представил их Лит, используя термин Совета, обозначающий тех, чья жизнь на протяжении сотни лет принадлежит их мастеру.

— Рады знакомству, господин, — произнесли девушки по очереди, отвесив ему глубокий поклон.

После краткого обмена любезностями Лит обратил внимание на человеческую женщину и обнаружил, что она уснула, прислонившись к стене.

— О, боги. Прошу прощения, — пробубнила она, широко зевнув, после того, как Арен осторожно её растолкал. — Просто я не отдыхала уже несколько месяцев. А эта перепалка Левиафана с Драконом показалась мне просто колыбельной по сравнению с непрекращающимися криками сотен голосов, которые день за днём сводят меня с ума в моём кабинете. Я Гирвин Исаар, представитель людей в Совете.

Она слегка улыбнулась, и стало очевидно, что женщина намного моложе, чем кажется на первый взгляд.

Гирвин была не столько стара, сколько крайне изнурена и болезненно худощава. Мешки под глазами и россыпь морщин стали расплатой за истощение, из-за которого она гораздо чаще засыпала над заваленным бумагами столом, чем в собственной постели. По оценкам Лита, в лучшие времена Гирвин выглядела бы как женщина лет пятидесяти, но сейчас казалась старше как минимум на два десятка лет. При росте около метра семидесяти пяти её седоватые волосы отливали синими, жёлтыми и оранжевыми прядями.

На ней была одета синяя мантия, украшенная искусным узором. От пережитого стресса женщина так исхудала, что некогда роскошное одеяние теперь свисало на ней, как на вешалке, придавая вид скорее нищенки в лохмотьях, нежели могущественной волшебницы.

— Неужели в человеческих городах всё настолько ужасно? — поинтересовался Лит, любопытство пересилило его попытки сдержаться, когда он увидел, как разительно отличаются друг от друга два лидера Совета.

— Дальше некуда, — вздохнула Гирвин. — Человеческая натура никогда не бывает довольна, а я никогда и не планировала становиться правительницей. Управлять сильными магами — дело простое, но вот вести за собой взрослых людей, которые ведут себя как дети, — это настоящий кошмар. Знаете, почему мои волосы выглядят именно так? — Она указала на свою седую копну. — Это результат длительного страдания от злоупотребления маной. То же самое произошло и с моим телом. Мне просто необходимо несколько дней для восстановления, но это почти невозможно. Эти негодники требуют, чтобы к ним относились как к взрослым, но при этом ожидают, что кто-то другой будет решать их проблемы, словно я их мать, а они — подростки!

— Прошу прощения, но почему вы просто не оставили их без внимания? — осведомилась Флория.

— Мы попытались сделать это в самом начале, и как результат, погибла десятая часть выживших. Половина из них умерла во время голодных бунтов, а другая половина покончила с собой, решив, что мы их бросили. — Гирвин сжала виски, с трудом сдерживая желание вырвать волосы. — Мы не выбирали, кто выживет, дитя. Большинство оставшихся — это те, у кого развился естественный иммунитет к болезни. И лишь единицы остались живы благодаря спасению кого-то из Пробужденных. Жители Джиеры лишились всего. Они склонны к насилию и впадают в отчаяние. Существует бесчисленное множество путей решения проблемы, будь то с рациональными людьми, но наши подопечные — это полная противоположность. Пробужденных слишком мало, чтобы вновь заселить континент, и с каждой потерянной душой человечество приближается к полному исчезновению.

— Почему ты говоришь об этом так, будто это что-то плохое? — Арен рассмеялся. — В худшем случае вы просто переселитесь на Гарлен.

— И оставите всё вам, зверям и растительному народу? — Взгляд Гирвин вспыхнул яростью, вернув лицу прежнюю живость. — Я потеряю свой дом, великолепно оборудованные лаборатории, и что самое ужасное, мне придется начинать всё сначала в чужом Совете!

— И опять же: по мне, так это звучит превосходно. — Дикая ухмылка Арена ясно дала понять Литу, что Совет Джиеры ничем не отличается от Совета Гарлена.