Воин-скелет не смог защитить подземелье (Новелла) Том 1 Глава 211 Девять к одному (6)

Я и сам не понимал, зачем снова оглянулся.

Позади тянулись только песок и горизонт. «Обнаружение» молчало, никаких следов не было, устройство слежения мы давно сняли, а ощущение погони всё равно не отпускало. Я ничего не видел и не слышал — просто казалось, будто кто-то идёт за нами.

Да и чего стоило это чувство? Моя интуиция прежде не раз подводила.

Я ещё раз посмотрел назад. Пусто. В такой пустыне и спрятаться-то негде.

Наверняка мерещится.

Торговцы между тем всё настойчивее заводили разговор.

— Откуда путь держите?

— Из Амана, — ответила Рубия.

— Не похожи вы на тамошних. Видать, издалека едете.

— Можно и так сказать.

На этом Рубия ловко пресекла попытку расспросить нас подробнее. Всё-таки она беглянка. Насколько далеко дядя успел разослать приказ о её розыске, мы не знали, а сообщать посторонним, что она из Эраста, не было никакого смысла.

Но торговцев это не остановило.

— В пустыне впервые?

— Да.

— Оно и видно. Кто же сюда на лошадях суётся вместо верблюдов? И снаряжение у вас, мягко говоря, не для пустыни. Ха-ха-ха...

«Тоже мне знатоки. Мы не собираемся пересекать всю западную пустыню. Если ехать недалеко, какая, к чёрту, разница — лошадь или верблюд?»

Их снисходительный тон начинал раздражать, но я не стал цепляться. В конце концов, они сами подошли к нам и предложили помощь.

Один из купцов снова обратился ко мне:

— На ваших доспехах герба нет. Не сочтите за дерзость, рыцарь, к какому дому вы принадлежите?

— Ни к какому известному.

— Вот как...

Торговцы переглянулись и ухмыльнулись.

— Тогда считайте, что вам повезло нас встретить. До Святыни мы проведём кратчайшей дорогой.

— Кратчайшей?

— Именно. Быстрее отсюда не добраться.

Сказав это, купец с вьющейся бородой снял с верблюжьего вьюка кусок вяленого мяса и протянул мне. Следом предложил мех с прохладной водой.

— Не хотите?

Я отказался жестом.

Конечно, их могло насторожить, что я не притрагиваюсь даже к воде, но пусть лучше решат, что у меня параноидальная осторожность.

Мы шли в хвосте каравана. Впереди не было даже миражей — один сплошной песок до самого горизонта.

Трудно было поверить, что когда-то, по словам Айзека, здесь кипела жизнь. Рубия тоже ничего об этом не слышала. Значит, либо Айзек опять сочинял, либо речь шла о такой древности, что память о ней давно стёрлась.

Примерно через час после того, как мы присоединились к каравану, сзади наконец появилось присутствие.

Кто-то на лошади мчался прямо к нам.

Сначала я уловил лишь далёкий дробный стук копыт по песку и хлопанье капюшона на ветру. Сразу усилил «Обнаружение».

Всадник только вошёл в самый край зоны навыка — обычным зрением с такого расстояния его не разглядеть. Но он быстро приближался, и чем меньше становилась дистанция, тем сильнее меня преследовало знакомое ощущение.

Если я способен узнать человека с такого расстояния, значит, знаю его очень хорошо.

Нас догоняла Рена.

Одна.

Я сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил ехать как ни в чём не бывало. Зачем она явилась, я пока не понимал, но почему-то был уверен: если речь только о Рене, я справлюсь сам.

Скажи я Айзеку — и он ещё предложит раскидать ловушки, начертить какую-нибудь дрянь на песке или устроит другое безумие, которое только всё испортит.

К тому же я, если уж совсем честно, хотел увидеть Рену ещё раз.

По крайней мере, мешать ей догонять нас мне точно не хотелось.

Но почему она едет одна? Без Наньяу, без Шаруниан. На безрассудный рывок это не похоже: Рена никогда не действовала совсем уж без головы.

— Ах...

Тихий вздох Рубии выдернул меня из мыслей.

— Как прозрачно.

Она указала на небо.

Мы ушли достаточно далеко от окраины пустыни, и пейзаж изменился. Ни озера, ни оазиса по-прежнему не было, зато небо стало поразительно ясным — густо-синим и чистым до рези в глазах.

Рубия заметно утомилась от жары, но смотрела вверх с детским восторгом.

— Оно невероятно чёткое. Странно, наверное, так говорить, но... будто между небом, землёй и облаками вообще ничего нет.

Я понимал, о чём она. Для меня это тоже была первая настоящая пустыня, и такой чистоты я прежде не видел. Ни на юге, ни в центральных землях, где мне доводилось скитаться, небо не было настолько ясным.

— Ха. Только не вздумай слишком радоваться ясной погоде. Если она здесь круглый год, земля превращается в пустошь, где никто не способен жить, — заметил Айзек.

По мне, прозвучало как очередная его нелепость, но Рубия серьёзно кивнула.

— Из-за воздуха, да? Я читала об этом в книге по метеорологии. Просто сейчас слишком красиво, чтобы думать о причинах.

И тут за ближайшей дюной я почувствовал сразу два десятка человек.

Забавное совпадение: ровно столько же было в нашем караване. Первой мыслью стало, что к нам приближается ещё одна торговая группа. Но стоило им показаться, стало ясно — обычных купцов там нет.

На верблюдах не было ни тюков, ни товара. Люди держали наготове луки, копья и клинки, причём оружие сразу направили в нашу сторону. Лица до глаз замотаны белыми тюрбанами, верхняя одежда красная, штаны белые — даже оделись одинаково.

С дружескими намерениями так не подъезжают.

— Всем стоять!

Дорогу перекрыл здоровяк, ехавший впереди.

Поднятая ими пыль шла прямо на Рубию. Я развернул меч плашмя и коротко махнул им. Порыв воздуха рассёк облако песка надвое и отвёл в стороны.

Мы находились в самом хвосте, так что на этот жест никто особенно не обратил внимания.

Предводитель был настолько огромен, что его сжатый кулак, пожалуй, оказался бы размером с лицо Рубии. Тяжёлый клинок он без всякого труда крутил одной рукой, а другой стянул тюрбан со рта.

— Платите за проход!

— Пустынные разбойники, — сухо определил Айзек.

— Может, именно эту «опасную информацию» мне пытались продать на аукционе?

— Хе-хе. Кто знает.

Если опасностью считались эти типы, то Айзек был прав: тридцать шесть сейронов за такую наводку — грабёж.

Их главарь выглядел крепче остальных. Наверное, примерно уровня Бенсона Флетчера или командира стражи Юблама. Но даже ему хватило бы одного небрежного удара кулаком, чтобы голова улетела далеко в песок.

Неужели Далиарк действительно пометил их как угрозу?

Да, вооружённых грабителей двадцать. Но, возможно, продавец просто раздул риск, чтобы выбить из меня деньги.

— Разбойники в пустыне... Им хоть выгодно? — спросила Рубия.

Она, похоже, совершенно не тревожилась, полагаясь на меня.

А вот другое было страннее: торговцы, с которыми мы ехали, тоже не выказывали ни малейшего страха.

Их бородатый предводитель вышел вперёд.

— Так это сам Робен по прозвищу Пустынная Гадюка. Мы приготовили плату за проход.

— Хм...

Они обменялись маленьким кожаным мешочком с такой будничностью, словно повторяли этот ритуал не первый десяток раз.

— Плату... за проход? — переспросил я.

Я-то ожидал, что разбойники просто полезут грабить.

Рубия тихо объяснила:

— Если промышляешь этим годами, нельзя нападать на каждого. Даже удачная резня привлекает розыск. Проще брать разумную мзду и отпускать караваны. Обеим сторонам меньше хлопот.

— Смотри-ка, как радуется. В книжках такое читала, а теперь увидела своими глазами? — поддел её Айзек.

— Но я ведь права. Видите? Сейчас они возьмут деньги и нас пропустят...

Она не успела договорить.

Робен развязал мешочек, заглянул внутрь и недовольно скривился.

— Послушай, Йоман. Ты что, скидку за постоянство выпрашиваешь? Сегодня с тобой двое лишних, а денег тут вполовину меньше обычного. Решил меня наебать?

Бородатый глава каравана расплылся в улыбке.

— Эти двое не мои.

— За двадцать человек всё равно...

— Да брось. Я специально никуда не свернул и привёл их прямо к тебе. Мужик в доспехах — ещё ладно, а девчонка очень даже ничего. Сам посчитай. Даже если держать её в палатке всего три дня, окупится с лихвой.

— Хм. Такую внешность за три дня выбрасывать жалко.

— Это я с запасом считаю. Вы с бабами обращаетесь как со скотиной. А если будешь беречь — хоть месяц пользуй. Мне, между прочим, и самому жалко отдавать. Можно сказать, убыточное предложение!

Йоман картинно развёл руки навстречу синему пустынному небу.

Рубия посмотрела на меня с недоумением, будто ещё не поняла, о чём именно они торгуются.

Мне хотелось закрыть ей уши. Айзек же кружил над головой и давился смехом — похоже, происходящее его искренне веселило.

Робен, судя по всему, решение уже принял.

— Хвоста за ними не будет?

— Они даже не из Амана. Если сдохнут в песках, никто и не узнает.

Торговцы начали понемногу отступать от нас. Их место тут же заняли люди в тюрбанах.

— Что... они делают? — спросила Рубия.

— Хе-хе. Люди занимаются тем, чем люди и занимаются. Чего ты ждала? — отозвался Айзек.

— Нас изначально вели сюда как товар.

— А тебя не задевает, что продали так дёшево? Я бы обиделся. Всего-то за проход каравана! Давай, дерись! Кто победит — за того и болеем!

Почему этот ублюдок так радуется, я не понимал.

— Привет, красавица.

— О, классика пошла! — тут же вставил Айзек.

Робен двинулся к нам, лениво раскручивая меч.

Айзек летал над ним и щёлкал клювом от восторга. Его веселье стало раздражать уже всерьёз.

Я полез за пазуху, достал несколько серебряных монет и показал главарю.

— Может, всё-таки возьмёшь плату за проход? Я заплачу щедро.

Ха-ха-ха-ха!

Смех подхватили все двадцать разбойников. Кто-то уже натянул лук, кто-то наставил на нас длинное копьё.

Пустынная Гадюка ухмыльнулся:

— А нахрена брать плату с тех, за кого никто не спросит? Заберём всё, вас прикончим и закопаем в песке. Делов-то.

Я оглянулся, не веря ушам.

Торговцы, отошедшие назад, выстроили внешнее кольцо окружения. Несколько человек даже обнажили мечи.

Значит, просто посмотреть на представление они не собирались. Если бы жертве каким-то чудом удалось прорваться через разбойников, уйти ещё и от каравана было бы трудно.

— Но зачем торговцам это делать?.. — Рубия всё ещё не верила.

— Чтобы никто не заговорил. Если кто-то вырвется и расскажет, как они зарабатывают, им конец.

Столько книг прочитала — а когда дело касалось её самой, Рубия становилась поразительно наивной.

От страха? Потому что привыкла считать себя никому не нужной? Или просто по привычке верила людям больше, чем следовало?

Я вспомнил нашу первую встречу. Тогда она с искренним недоумением спрашивала, зачем бандитам её преследовать, если у неё нечего украсть.

Её характеристики немного выросли, но сама Рубия почти не изменилась.

Робен наставил на неё тяжёлый клинок.

— Хе-хе... Пополнишь мою коллекцию рабынь.

Иногда мне начинало казаться, что на Рубию наложено какое-то проклятие. Почему к ней постоянно липнет подобное дерьмо?

Джентльменское общество «Некрон». Стража Юблама. Теперь вот эти.

Я слегка поднял двуручный меч и спросил:

— Вы часто так делаете?

Наверное, слишком легко поднял его одной рукой. Весёлый гогот вокруг на миг стих.

Робен отступил на шаг и почему-то ответил совсем не на тот вопрос:

— Силища у тебя, вижу, есть. Раз таким мечом машешь. Хочешь к нам?

— К вам?

— Ага. По кругу пустим вместе. Ты, похоже, телохранитель этой барышни. Скажи честно: изголодался ведь?

Я молчал.

— Хе-хе... Не поверю, что с такой девкой под боком не хотелось. Небось каждый день слюной давился. Ладно! Сегодня я щедрый. Будешь первым. Выбирай: лечь трупом в песок или наконец сделать то, о чём всё это время мечтал, а потом пойти с нами. Выбор-то простой.

Голос здоровяка разнёсся далеко по пустыне.

На меня уже смотрели наконечники больше десятка стрел.

И именно тогда воздух рассёк свист.

Фьюить!

Кукри пролетел сбоку и начисто отсёк Робену запястье вместе с мечом. Кровь ударила из культи фонтаном.

Послышался быстрый стук копыт.

Рена, которую я давно чувствовал позади, наконец ворвалась в круг. Судя по всему, она использовала навык скрытности: разбойники даже сейчас не успели понять, откуда она появилась.

Второй изогнутый клинок вернулся по дуге и снёс Робену второе запястье.

Рена уже была всего в десятке метров. Она чуть откинула капюшон и холодно произнесла:

— Вот это я называю убыточным предложением. Ещё обслужить?