Все грядущие дни (Новелла) Том 1 Глава 6

ЗАВРОСАПИЕНСЫ (ДОМАШНИЙ СКОТ ПАСТЫРЕЙ ЯЩЕРИЦ).

Одним из видов возможных наследников человечества был не человек вовсе. Они зародились среди рептилий, распространившихся во времена упадка Пастырей Ящериц.

Они являли собой истинный пример измененного мира. В то время как люди вырождались в примитивных животных, хладнокровные рептилии процветали в теплом климате своей планеты. Тысячелетия спустя они начали порождать все более разумные формы, одна из которых, отдаленно напоминающая без перьев хищных динозавров прошлого, преодолела порог разума и породила ряд цивилизаций.

Эти новообразованные культуры быстро осознали истинное происхождение чудовищных руин, покрывавших их планету, руин, которые ранее считались природными аномалиями или памятниками богов далеких времен. Теперь же, в переплетающихся руинах построек Ку и Звездного Народа, они увидели их истинную природу. Через это понимание Завры, не связанные биологически с людьми, приняли культурную самоидентификацию человечества.

В ходе своих археологических изысканий Завры начали осознавать, что животные, которых они использовали как скот для убоя и труда, происходили от основоположников их собственного существования. А где-то среди звезд скрывались силы, исказившие их, силы, превосходящие Звездный Народ, темные силы, способные вернуться в любой момент. Человеческие животные, подобно Panderavis, служили напоминанием: если Завросапиенсы желали обеспечить свое долгосрочное выживание в космосе, они должны были сохранять бдительность.

Напряжение этой реальности вызвало огромное давление в их культурах. Некоторые фракции обратились к искусственным религиям, сохраняя невежество под покровом утешительных иллюзий. Другие признавали угрозы из галактики, но прибегали к параноидальной риторике консервационизма. Галактика вызывала у них сильнейший страх. Наконец, были те, кто видел галактическую угрозу и готовился встретить лицом к лицу чужаков, какими бы могущественными они ни были. Конфликты и даже войны между этими тремя фракциями стали обычным делом.

В конце концов, спор, длившийся столетия, начал решаться в пользу прогрессивных фракций. Расширяя свои сферы знаний, влияния и деятельности, Завросапиенсы стали столь же «человечными», как и любая другая цивилизация, проявляющая себя в галактике.

МОДУЛЬНЫЕ ЛЮДИ (ПОТОМКИ КОЛОНИАЛОВ).

Слепая поступь эволюции шла наименее вероятными путями, используя самые мимолетные шансы. Само существование Модульных Людей было доказательством этого факта. Практически любой наблюдатель мог бы посчитать их предков, Колониалов, безнадежными калеками; им не хватало оформленных органов, а их существование ограничивалось способностью покрывать морское дно у берега, словно ковер из водорослей. Но, будучи столь деградировавшими, Колониалы были стойкими чемпионами выживания, способными цепко держаться за жизнь в самых неблагоприятных условиях.

С течением времени они начали самоорганизовываться в дифференцированные колонии вместо однородных по структуре матов. В колониях каждая человеческая «клетка» могла выполнять единственную функцию и получать выгоду от союза с другими. Так начался великий век организации, в течение которого различные колонии конкурировали друг с другом, формируя специализированные человеческие клетки, которые помогали им оставаться на переднем крае борьбы за выживание. Некоторые колонии отрастили огромные проводящие корни, способные перекачивать необходимые вещества издалека. Другие отказались от корней и начали перемещаться на сегментах, похожих на ножки морской звезды. Некоторые колонии усилились появлением юнитов, оснащенных когтями и ядами, выводя состязание на новый, смертельный уровень. Другие отвечали на угрозу появлением панцирных пластин или зрительными модулями с огромными глазами.

Окончательным победителем этой гонки вооружений Колониалов стала разумная колония, сформировавшаяся вокруг сверхспециализированных модулей, чья единственная цель состояла в управлении остальными. Эти колонии распространились по всей планете, адаптировав части своих конкурентов для функционирования внутри себя. Так родились Модульные Люди.

Обитая в полностью индустриализированных мегаполисах, они достигли неописуемого разнообразия форм и размеров. Всевозможные существа, от похожих на замки оборонительных укреплений до крошечных, торопливо бегающих курьеров, были членами Модульного Единого Целого. Они могли объединяться и разделяться, или обмениваться частями по мере возникновения необходимости. Единственным постоянным элементом во всем их изменчивом существовании было их ментальное и культурное единство.

Благодаря своей уникальной биологической структуре эти люди смогли достичь невообразимого. Они жили в царстве абсолютного мира и всеобщего равенства, где каждый чувствовал себя счастливой частью чего-то большего, единого целого.

Модульная колония использует специализированный орган, служащий для пищеварения, а также специальный аэрозоль для лечения язв, производимый медицинским устройством, которое держит существо в своих «руках». Важно отметить разные сегменты, каждый из которых сам по себе является измененным человеком.

ПТЕРОСАПИЕНСЫ (ПОТОМКИ ЛЕТУНОВ).

Мощные сердца Летунов стали ключом к их эволюционному прорыву, позволившим им разнообразиться и покорить небеса. Это был лишь короткий период времени, прежде чем конкуренция в небесах стала слишком ожесточенной даже для их совершенного метаболизма.

Некоторые родословные линии отказались от крыльев, вернувшись на землю, чтобы стать хищниками, травоядными и даже водными обитателями. Их адаптация к жизни в воздухе дала им преимущество на суше, породив формы, отличающиеся колоссальными размерами и невероятной ловкостью. Появились поистине удивительные существа, но разум так и не развился у наземных потомков небесных жителей. Вместо этого цивилизация расцвела в вышине. У одного вида, произошедшего от хищных птиц, похожих на аистов, обитавших на мелководье, развился настолько крупный мозг, что он обрел способность к воображению и активному воздействию на окружающий мир. Их ноги, ставшие универсальными и предназначенными для ловли скользкой добычи в болотах, стали еще более цепкими и взяли на себя функции рук. В качестве компенсации они потеряли часть аэродинамических качеств, необходимых для полета, но то, чего им не хватало в теле, они с избытком компенсировали разумом.

Способность к полету сделала Птеросапиенсов единым народом еще до того, как они смогли изобрести нации и границы. При такой врожденной легкости передвижения идеи и индивидуумы распространялись слишком быстро, чтобы могли укорениться социальные различия. Действуя в планетарном масштабе, они разводили своих гигантских наземных сородичей, строили города из насестов и ажурных башен, использовали энергию атома и пристально вглядывались в звезды, не испытывая необходимости чрезмерно заботиться о благосостоянии каждого отдельного индивидуума и избегая кровопролитных междоусобиц.

За свою эгалитарную систему жизни они заплатили неизбежной ценой, замедлившей их развитие. Их сердца, даже будучи усиленными, с трудом обеспечивали одновременно и способность к полету, и гротескно большой мозг. Следствием этого стала их недолговечность. Птеросапиенс достигали половой зрелости в два года, средний возраст составлял шестнадцать лет, а умирали они обычно к двадцати трем годам по нашему летоисчислению. Этот мрачный цикл заставил их ценить каждое мгновение своего существования, осмысливая его с лихорадочной интенсивностью. Полки свитков, написанных философами Птеросапиенсов, могли бы вызвать зависть любой человеческой библиотеки. В их городах жизнь протекала с нереальной скоростью, стремительно уносясь в прошлое навстречу своему скоротечному концу.

Как вид, эти ангелоподобные летуны стали жертвами собственной сердечной системы.

Женщина-Птеросапиенс позирует на фоне причудливых зданий морского курорта. Это будет единственный отпуск в ее эфемерной, всего лишь десятидневной жизни.

АСИММЕТРИЧНЫЕ ЛЮДИ (ПОТОМКИ БОКОГЛАЗОВ).

Хотя и искаженные гравитацией, Бокоглазы смогли восстановить свой разум и построить цивилизацию всего за несколько миллионов лет. Приземистые, похожие на блины здания раскинулись по всей поверхности их родной планеты. Эти постройки напоминали сплющенные бункеры и никогда не превышали нескольких метров в высоту. Они не выглядели многочисленными, но такие сооружения служили входами в подземные жилища, школы, больницы, храмы, университеты, а также посольства, тюрьмы, убежища, командные центры и арсеналы. Бокоглазы вели странный образ жизни, но они были людьми со всеми присущими им достоинствами и недостатками. Поэтому для них было совершенно естественным расширять границы своего обитания и искать новые рубежи для колонизации. К счастью, их солнечная система включала другие планеты, похожие на их родной мир практически во всем, кроме силы гравитации. Но они не собирались позволять таким незначительным деталям остановить себя.

На протяжении всей истории человечества люди шли на риск, кардинально меняя себя ради сохранения своего будущего. Это была рискованная, но оправдавшая себя азартная игра, начавшаяся еще в те времена, когда на Марсе жили люди. Однако перестройка плоских тел Бокоглазов для адаптации к условиям с меньшей гравитацией представляла собой поистине монументальную задачу. Достаточно сказать, что эксперименты, которые привели даже к ограниченному успеху, заняли тысячелетия. После бесчисленных проб и ошибок появились, а вернее, были созданы Асимметричные Люди. Их тела подверглись значительным изменениям: пальцы ног, напоминавшие лопаты и предназначенные для передвижения по грязи при сильной гравитации, превратились в ноги, похожие на конечности многоножек, а единственная хватательная рука была неестественно удлинена. Их гротескные лица, напоминавшие перевернутую голову камбалы, были развернуты и направлены вверх. Несмотря на свою искаженность, представители этой новой расы обладали огромными преимуществами перед своими предками с плоскими телами.

Их социальное развитие шло параллельно развитию марсиан далекого прошлого. Снова наступил Золотой Век, за которым последовало усиление напряженности и межпланетная война. Но, в отличие от марсиан, Асимметричные Люди безжалостно уничтожили свою родительскую расу и продолжили в одиночку править Солнечной системой. На своем пути они столкнулись с остатками культур Ку и Звездного Народа, что значительно ускорило их развитие. Достигнув триумфа в своем собственном мире, они обратили свои взоры к звездам в поисках новых подвигов.

Представитель знати Асимметричных Людей демонстрирует свою причудливую анатомию в обнаженном виде. Обычно эти существа облачаются в сложные одеяния, напоминающие нагромождение связанных друг с другом увеличенных чулок.

СИМБИОНТЫ (ПОТОМКИ ПАРАЗИТОВ).

Со временем отношения между паразитами и их носителями стали настолько тесными, что переросли в форму сотрудничества между индивидуумами. Это больше не были односторонние отношения: в обмен на питательную кровь своих носителей паразиты предлагали свои обостренные чувства в качестве системы раннего предупреждения против хищников и других опасностей.

Таким образом началась великая «гонка вооружений» в симбиотических отношениях. Некоторые «паразиты» даровали своим носителям большие глаза, другие — более острое обоняние, слух или даже дополнительные защитные механизмы в виде ядовитой слюны, распыляемой жидкости с отвратительным запахом или более сильного укуса. Со своей стороны, носители предлагали преимущества в виде удлиненных беговых конечностей, более сильных тел и специализированных, богатых кровеносными сосудами участков для прикрепления, покрытых теплоизолирующим мехом. В процессе эволюции появились различные комплексы видов паразитов и носителей, совместимые исключительно друг с другом.

Развитие таких существ шло по пути, напоминающему процветающие огромные колонии Модульных Людей в их собственном мире, отстоящем на световые годы. Но, в отличие от Модульных Людей, компоненты Симбионтов принадлежали к разным видам, а не к измененным вариациям одного и того же основного организма. Оба типа отношений неуклонно вели к одной и той же точке — к Разуму.

В изолированных лесах одного из континентов развился новый паразитный вид. Он не обладал баллистическими плевками яда, заразным укусом или сильно гипертрофированными когтями на руках, как его сородичи. Вместо этого эти паразиты предложили более простую сделку: способность мыслить в обмен на полное подчинение. Первоначально эти отношения напоминали скорее связь лошади и наездника, но через несколько сотен тысяч лет Симбионты смогли управлять своими носителями, словно марионетками, с помощью комбинации тактильных и обонятельных сигналов.

Еще несколько тысячелетий, и эти объединенные существа сформировали порядок, мало чем отличающийся от нашего собственного, включающий страны, политику и даже войны, хотя и в меньших масштабах в новой глобализированной мировой культуре. В этот век технологии заменили большинство функций носителей, но процветающее сельское хозяйство с их помощью все еще сохранялось по традиции и благодаря простой эффективности. Среднестатистический Симбионт начинал день на своем носителе для деловых целей и пересаживался на более удобного домашнего, когда возвращался домой после работы.

И, возможно, посредством обонятельного телевидения, он улавливал бы новости о раскопках древних руин Ку, о поразительных открытиях, сделанных в руинах, оставленных Звездным Народом, или о гигантских радиоустройствах, возвышающихся повсюду для прослушивания звезд.

Это был путь развития, который постоянно повторялся.

Симбионт демонстрирует позу на одном из своих многочисленных носителей. На заднем плане заметна часть их сельского жилища, где имеются двери ростом с человека для безмозглых хозяев и меньшие проёмы для их разумных покровителей.

ПАРАУСНИКИ (НАРОД ПАЛЬЦЕВЫХ).

Сами Пальцевые относились к числу постчеловеческих рас, наиболее радикально отклонившихся от своих прародителей. С пальцами, напоминающими гарпуны, и челюстями, подобными крокодильим, они мало походили на свои предковые формы. Но даже такая форма показалась бы их разумным потомкам архаичной. Мир, ставший их домом, изобиловавший мелкими, разбросанными по океану островами, изолированными материками и разнообразными нишами, представлял собой эволюционный инкубатор. На нём изолированные члены одного вида могли при благоприятном стечении обстоятельств развиваться в совершенно различные формы. Эти условия были схожи с островными биосистемами Мадагаскара, Галапагосов или Гавайев на древней Земле, исключая тот факт, что весь процесс происходил в глобальном масштабе.

Некоторые потомки Пальцевых, оказавшиеся в заточении на отдельных, изолированных островах, уменьшились в размерах и превратили свои клешни, похожие на рыболовные крючки, в изящные крылья. Другие мигрировали непосредственно в морские глубины, став аналогами китов, дельфинов и мозазавров. Среди этого эволюционного бурления одна особая родословная линия привела к появлению предковых форм Парусного Народа.

Они также удлинили свои пальцы, превратив их в паруса, которые, однако, не предназначались для полёта. Вместо этого они служили для легкого перемещения своих носителей по океанам. Так как пальцы превратились в паруса, для захвата своей пелагической добычи они использовали рты и удлинённые языки. Эти органы в конечном итоге взяли на себя функцию длинных, атрофированных ловчих придатков Пальцевых. Необходимость лучшей навигации в бескрайних морях оказала неизбежное воздействие на их память, и мозг Парусного Народа соответственно увеличился. Стало лишь вопросом времени, когда один из этих навигаторов достигнет уровня сознания, достаточного для мышления.

Даже после обретения разума, Парусникам потребовалось ещё немало времени, чтобы достичь хоть какой-то социальной стабильности. Их рассредоточенный мир породил огромное культурное разнообразие, враждовавшее между собой. На протяжении множества поколений бесчисленные флотилии воинов различных племён бились друг с другом в эпохальных, бессмысленных конфликтах. Неизбежно появились кочевые воины и пиратские сообщества, продлевающие порочный круг насилия, вышедший из-под контроля.

Лишь когда одно племя воинов развернуло войну в промышленных масштабах, и общество, ставшее государством, потребовало её поддержки, а затем, когда эта волна современности вызвала мысль о мире, Парусный Народ наконец смог объединиться. Слишком многие поколения запятнали океаны кровью.

Представитель Парусного Народа отправляется на охоту со своим вооружённым гарпуном компаньоном (на заднем плане). Крайне жестокие по своей природе, эти люди часто участвуют в диких охотничьих экспедициях, чтобы подавить свою кровожадность в условиях современной жизни. Обратите внимание на «руки», являющиеся производными от языка, и сопровождающее их летающее существо, которое фактически является одним из далёких родственников Парусного Народа.