Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 312 Наследство (1)

Шикарный ресторан, весьма популярный в 7-м районе.

Аруа Рейвен именно его выбрала для нечастой встречи с соратниками по клану.

Разумеется, раньше она тут не появлялась.

Если бы назначили встречу в знакомом месте, нахлынули бы ненужные мысли — и стало бы только хуже.

— Вы заказывать не будете?

— Ещё не все пришли.

Рейвен ответила кратко, и Абман как-то неловко скривился.

Именно в тот миг, когда над столом повисла эта неловкая тишина —

— Нет. Все, кто должен был прийти, уже здесь.

Вмешалась Айнар.

— Миша сказала, что не придёт. Я ещё надеялась, что потом она передумает и всё же явится, но раз до сих пор не пришла, значит, уже не придёт.

— Вот как... Значит, нас всего трое.

Рейвен сама не заметила, как выдохнула.

И тут же рядом раздались похожие вздохи один за другим.

Что уж говорить, всем было горько.

— Рейвен.

— Да, господин Урикфрит.

— А что с Эрвен? Ты с ней связывалась?

— Я пока что отправила письмо. Написала, что нужно обсудить расчёт за прошлую вылазку и... наследство господина Янделя. Попросила прийти.

Конечно, написала она только потому, что так было правильно.

Не потому, что правда надеялась увидеть здесь ту эльфийку.

После того, как она ушла тогда в таком виде.

— Ответ пришёл?

— Нет. Так что, когда с расчётом будет покончено, её долю я тоже просто отправлю по почте.

— ...Понятно.

— Ладно, с той эльфийкой ясно. Но я и подумать не могла, что и госпожа Миша не придёт. Уж она-то, как мне казалось, должна была прийти обязательно. Всё-таки для неё это важнее всего.

Рейвен тяжело вздохнула и посмотрела на Айнар.

А потом осторожно спросила:

— Как там Миша? Она хоть держится?

Рейвен правда за неё переживала.

В конце концов, в последний раз она видела её ещё во время траурного шествия, устроенного короной. Да и тогда они стояли далеко друг от друга, а атмосфера была совсем не такой, чтобы заговорить.

Так в каком же она сейчас состоянии?

— Как она может держаться? Сидит целыми днями у себя в комнате и почти ничего не ест. Один раз я силой заставила её поесть — так её вырвало.

— Вот как...

— Поэтому я в последнее время и домой почти не хожу. Мне кажется, ей от моего присутствия только ещё неуютнее.

— Тогда где Вы сейчас живёте, госпожа Айнар?

— Пока в святилище. Но, похоже, когда меня нет, Миша хотя бы что-то ест. Так что я просто накупила еды и забила ей дом под завязку.

— ...Ну, это уже хоть что-то.

— Рейвен, а ты как думаешь? Можно и дальше просто оставить Мишу в покое?

— Это...

Рейвен заговорила, невольно отталкиваясь от того, что сама пережила за последний месяц.

— Думаю, то, что она не ест, связано с чувством вины. Ну... знаете... само по себе то, что ты ешь... начинает вызывать какое-то отторжение...

Объясняла она совсем не по-своему — путано, сбиваясь, — но и Айнар, и Абман понимающе кивнули.

— А, вот оно что.

— В общих чертах я понял. И что тогда?

— ...Я и сама не знаю. Не понимаю, как ей помочь. Может, дать ей время побыть одной — не худший вариант. Но правильно ли это, я тоже не уверена.

— Ну да. Было бы странно, если бы у тебя вдруг нашёлся готовый ответ.

Айнар сказала это безо всякого злого умысла, но Рейвен одновременно почувствовала и удушливую тяжесть, и щемящую грусть.

Потому что Айнар не ошибалась.

Будь он здесь, он бы наверняка знал, как поступить.

— Ладно, сперва давайте закажем. Если и дальше так сидеть, нас попросту выставят.

Почуяв что-то неладное, Абман сменил тему, и Рейвен тоже ухватилась за этот повод, оставив тяжёлый разговор, чтобы вместе выбрать еду.

— О, я здесь впервые, а кухня и правда отличная. Вы чего? Ешьте.

— А, да...

Когда блюда принесли, они некоторое время ели и разговаривали о пустяках.

А потом наконец перешли к делу.

— С расчётом за трофеи проблем нет. Всё, что мы тогда получили, просто делится на пять равных частей. Проблема в наследстве... Вы ведь все читали завещание господина Янделя?

— Да, читал. Если не считать этих указанных долей, там вообще ничего не было. В его духе, конечно, но всё равно...

Абман не договорил и усмехнулся.

А потом очень осторожно задал вопрос:

— Только не кажется ли это странным?

— Странным? В каком смысле?

— Я про доли. Если честно, я вообще не понимаю, почему этот тип распределил всё именно так.

— А, это...

Рейвен с видом человека, который прекрасно понимает, о чём речь, слегка кивнула.

И неудивительно.

Она ведь и сама поначалу была потрясена.

Даже представить не могла, что он оставит наследство так, чтобы ровно по двадцать процентов досталось пятерым.

Она-то ожидала, что большая часть состояния отойдёт Мише или Айнар.

Но Бьорн Яндель решил иначе.

Он не расписал по пунктам, кому и что оставить. Только указал доли имущества. Так что теперь им самим предстояло договориться, кто что заберёт.

Но сами доли он уравнял.

И, наверное, причина была в том, что...

— Раз заговорила и вдруг замолчала, значит, о чём-то ты всё-таки догадалась?

Рейвен с горькой улыбкой ответила:

— Да тут и гадать нечего. Понятно ведь, почему господин Яндель так сделал.

Этот умный варвар хотел одного.

Чтобы после его смерти никто из нас не чувствовал обиды друг на друга.

Чтобы впредь мы всё так же были бок о бок и приходили на помощь друг другу.

— …Нет. Кажется, Мишу действительно нельзя бросать на самотёк.

Верно.

Он наверняка пожелал бы именно этого.

---

Спустя три дня после похода к Круглому столу.

Мы с Амелией впервые за долгое время облачились в полный боевой комплект и направились в замок лорда.

А затем в оговорённом месте повстречали одного мужчину.

— Приятно познакомиться. Так ты и есть Железная Маска?

Ник, под которым этот парень красовался в Ноарке, звучал как «Фелик Баркер».

Именно он рулил кланом, куда в детстве сёстры Рейнвейлз вливались в роли загонщиков.

Там у них насчитывалось около тринадцати человек, если память не изменяет.

— Приятно познакомиться. Я — Железная Маска.

У меня имелся ещё ник «Бьон, сын Тора», но я обошёлся кличкой.

В этом ничего удивительного не было.

В городе полно тех, кто предпочитает прозвища вместо ников.

— Пошли.

Я шагнул за ним в клановый дом, уютно устроенный внутри замка лорда, и меня сразу обволок тяжёлый аромат алкоголя.

Внутри всё выглядело нарочито стильно, а мрачные физиономии клановцев развалились кто куда, попивая и лениво покуривая сигареты.

Да это же не дом клана, а настоящая пивнуха.

— Выпьешь?

Как только мы плюхнулись на диван напротив друг друга, Фелик Баркер сунул бутылку прямо из горла.

— Пас.

Амелия отрезала мгновенно, ни секунды не раздумывая.

А я просто схватил бутылку.

Ну и что с того?

Если оба откажемся, то вызовем подозрения.

Мы ведь явились сюда именно ради вступления в клан. А в этом городе отказ от стакана равносилен заявлению: не верю тебе.

Итак...

*щелк*

Я расстегнул фиксатор, слегка приподнял нижнюю часть шлема и глотнул из бутылки.

Фелик Баркер тут же растянул губы в ухмылке.

— Отлично, отлично. Ты мне уже по душе. Кстати, один вопросик можно?

— Валяй.

— Почему именно наш клан?

Ответ напрашивался сам собой.

Ибо сёстры Рейнвейлз обретаются именно тут.

Чтобы естественно оказаться подле них, когда через пять месяцев разразится буря, лучшего пути не сыскать.

Естественно, озвучить это вслух я не стал бы.

— Эмили упоминала, что вы первыми нам предложение сделали?

— Но если верить хотя бы половине слухов о вас, то у вас имелись варианты покруче.

Я выдал заученную заранее отговорку.

— С кланом сподручно, конечно. Но в больших ордах доля всегда меньше.

— То есть ты из тех, кто предпочтёт голову тролля когтю огра.

— Именно. И в чём загвоздка?

Фелик Баркер впился взглядом, словно пытаясь выведать мои истинные мотивы.

Но фиг там.

Я же торчу в железном шлеме. Что он там по морде читать собрался?

И вот когда я это подумал про себя —

— Ха. Ха-ха-ха-ха!

Этот парень внезапно заржал и блеснул очами.

Но в отличие от Ауриля Гависа, он казался не устрашающим, а просто комичным.

Какой-то выскочка, пропитанный пафосом до краёв.

Голос у него тоже с наигранной хрипотцой.

Раздражает.

— Ладно. Замечательно.

— Что именно замечательно?

— Что вы мне нравитесь всё сильнее.

— Получается, мы в деле?

— Пока нет.

Фелик Баркер, изображая босса мафии, неспешно помотал пальцем.

— У нас правит бал сила. В клане, кроме меня, три ранга, и доля в рейдах зависит от ранга. А вашу мощь мы ещё не оценили.

— …?

— Знаешь поговорку: слабый — корм для сильного?

— Знаю.

— Тогда всё элементарно. Хочешь голову тролля — отними. Докажи. Этот мир именно такой —

Ага, к тому и клонил.

— Договорились.

— Э-э…?

— Ты же просто проверяешь слухи на деле. Верно?

— Ну… да, но…

— Тогда достаточно. Зачем болтовня?

Я резко встал, и Фелик Баркер ошарашенно запрокинул голову.

Неужто он всерьёз ждал, что я сдамся из-за его понтов?

Такие мелкие разборки просто скипаются.

— Ладно, выкладывай. Просто угрохать тебя?

— …Состязание за ранг — только для членов клана. И убивать никого не обязательно —

А, понятно. Скукотища.

— Тогда кого грохнуть?

С этими словами я медленно обвёл взглядом клановцев поблизости.

И один громила, поймав мой взгляд, дёрнулся.

— Похоже, этот и назначен мне в соперники.

— Верно. Но даже в таком состязании убивать не обязательно —

Да сколько можно повторять.

Едва я шагнул вперёд с явным убийственным умыслом, здоровяк под моей аурой отшатнулся и беспомощно глянул на Фелика Баркера.

Знакомый до боли взгляд.

Так всегда глазеют те, кто просит о пощаде.

Фелик Баркер наконец очухался и затараторил:

— П-подожди. Сзади есть пустырь.

— А, тогда двинем туда.

— И… в состязании способности под запретом.

Вот те раз.

Не ожидал правила без скиллов.

Значит, чисто на пассивках и базовых статах.

Это Ноарк. Мир для настоящих самцов.

— То есть прикончить его без способностей… Ну, не такая уж и сложность.

Я прикинул — и без вопросов согласился на условия.

Но оставалось ещё одно.

Фелик Баркер добавил шёпотом:

— И... желательно, чтобы никто не умер...

Я посмотрел на него с неподдельным удивлением.

— Тогда как здесь вообще поднимаются в ранге?

— ...Достаточно заставить противника сдаться.

— Что? И ранг можно получить, даже никого не убив?

Я-то думал, что в этом подпольном мире кровавый бой за повышение — это неписаный закон.

Ты же сам только что толковал о сильном и слабом.

— Да что у вас тут вообще происходит? Это же полный бред.

Я уставился на него так, словно по-настоящему не мог этого осознать.

И по странному стечению обстоятельств на его лице появилось почти такое же выражение.

— Разве ты не говорил, что в Ноарке всего месяц?

— И что?

— ...Да нет. Ничего.

Первым отвёл взгляд Фелик Баркер.

---

Тёмная комната.

Окна плотно завешены тяжёлой тканью.

Миша Калстайн с пустым взглядом приподнялась на кровати и подумала:

«Опять наступил новый день».

Она слегка отодвинула штору, лишь чтобы удостовериться, что на улице светло, и снова улеглась.

Сон больше не приходил, а по немытому телу липко полз пот, проступивший ночью от кошмара.

И голод уже не просто мучил сильно.

Живот ныл.

До жжения в нём.

— ...

Миша встала и, шаркая ногами, вышла из комнаты.

Затем замерла у двери комнаты Янделя — с того дня она ни разу её не открывала. Достаточно было представить, как повернуть ручку, войти — и внутри будет спать тот, кто всегда её ждал...

Но и сегодня она так и не решилась открыть дверь.

Она беспомощно отвернулась и спустилась вниз.

Как и наверху, здесь тоже царила тьма.

Из-за посетителей, приходивших оставить цветы, все окна в доме закрыли шторами.

Миша хриплым голосом прошептала:

— Опять приходили... и ушли...

На столе внизу лежала записка, нацарапанная неровным почерком Айнар: она сообщила, что забила кладовую едой и велела проверить.

Миша открыла кладовую.

Ржаной хлеб. Овощи, которые он часто клал в блюда.

Мясо. Фрукты.

Всё было заставлено тем, что раньше она ела с особым удовольствием.

Но...

— Убх...

Даже от одного вида тошнота подкатила к горлу.

Она не смогла не только попробовать — даже приблизить нос.

Ржаной хлеб обожал Бьорн.

Про мясо и нечего говорить.

Овощи она всегда брала про запас, потому что Бьорн был ужасно привередлив в еде, и они каждый день залеживались, так что ей приходилось их доедать самой.

В конце концов Миша захлопнула кладовую так резко, словно от чего-то спасалась.

И всё же она отлично осознавала:

надо есть.

Если не есть, тело просто сдастся.

А Янделю этого бы точно не хотелось.

— Бьорн...

Тёмная кухня без единого огонька.

Упав на стул, Миша долго сидела, всхлипывая, а потом встала и снова направилась к кладовой.

И в этот миг—

— О, так ты здесь? А я уж подумал, что дома пусто.

Сзади раздался голос незнакомого мужчины.

«Вор?»

Миша схватила нож с разделочной доски и резко развернулась. Для того, кто выглядел почти как оживший труп, она двигалась на удивление шустро.

Но...

— Тише-тише. Осторожнее.

Незнакомец с пугающей лёгкостью перехватил руку с ножом и мгновенно вывернул её.

Она попыталась вырваться, но он оказался слишком крепким.

Даже не шелохнулся.

— Давненько не виделись, а ты сразу с ножом? Это нечестно.

— Давненько...?

Миша сама не заметила, как подняла глаза и всмотрелась в лицо мужчины.

В темноте его было сложно разглядеть.

Но оно показалось знакомым.

Человек.

Кожа белая, словно снег.

Ни одного шрама — будто воспитан в роскоши и тепле.

Платиновые волосы аккуратно зачесаны назад, как символ высокого рода.

А главное...

— Краснокошачья, ты игрок?

— А? Ф-фрейя?

— Я спрашиваю, ты злой дух?

— Н-нет... вроде бы...

Этот лёгкий, почти игривый, но почему-то леденящий душу тон.

Он сразу помог ей вспомнить этого человека.

— Ты... тот самый...!

— Значит, вспомнила? Я Ли Бэкхо. Руку отпущу, так что не дёргайся.

— ...

Мужчина с необычным именем Ли Бэкхо, как и сказал, ослабил хватку.

Миша, прижимая ноющее запястье, отступила назад.

А платиноволосый улыбнулся так, будто желал её успокоить.

— Не нужно так настораживаться.

По спине мгновенно побежали мурашки.

Потому что, в отличие от изогнутых длинных губ—

— Я пришёл всего лишь задать один вопрос.

его глаза совсем не улыбались.