Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 516

Последний великий мудрец, Диплун Граундель Гаврилиус.

Великий исследователь и спаситель — тот, кто возвёл барьер, защищавший город от ведьминого проклятия, открыл межпространственные врата, ведущие в Лабиринт, чтобы решить проблему нехватки ресурсов, и первым вошёл туда.

Почти все подвиги, высеченные на самой вершине Камня Славы, без особой натяжки можно считать подвигами именно этого мужика.

В первозданном Лабиринте он оставил колоссальный след, и люди назвали его именем нечто, скрытое в Лабиринте... то есть скрытый фрагмент — «Замысел Гаврилиуса».

«Последний великий мудрец Диплун Граундель Гаврилиус и его товарищи уничтожили всех монстров Хрустальной пещеры и открыли скрытую область».

Его имя знает любой ребёнок, который только начинает учить историю. И товарищи его, само собой, тоже известны всем.

— ...Он ведь только что говорил на нашем языке, да?

— А? А, да... д-да, говорил...

— Нет, погоди... Он ещё и Рафдонию... знает?

Спутники, подслушивавшие разговор со старостой Брюнгридом, окончательно смешались.

Точно так же, как те монстры, когда увидели, что я говорю на древнем языке.

«Как это монстр говорит по-человечески?»

Именно такие лица у них и были. Да и, если посмотреть в зеркало, у меня рожа, наверное, не слишком отличалась бы.

Но...

«Я — староста этой деревни, Брюнгрид».

«Полагаю, ты исследователь, пришедший из Рафдонии?»

«Сколько времени прошло снаружи?»

Как человек, отвечающий за всю группу, я силой привёл мысли в порядок.

Кто этот ублюдок на самом деле?

...Вообще-то долго думать не пришлось. Ответ всплыл сразу.

— Драконий рыцарь, Корнелиус Брюнгрид.

Стоило мне произнести это имя, как староста, до сих пор молча ждавший, кивнул.

— Верно.

Твою ж... Серьёзно?

И это — в таком-то чудовищном виде?

— Д-драконий рыцарь Брюнгрид...

— Не верится.

— А может, он врёт? Это же человек из эпохи тысячелетней давности... И внешность у него такая, и то, что он до сих пор жив, — тоже...

Спутники зашумели, но староста даже не пытался отвечать каждому по отдельности.

Он смотрел только на меня.

— Так скажешь? Сколько времени прошло снаружи?

В мягком голосе старосты Брюнгрида было что-то такое, будто ответить всё же придётся.

Но сперва я решил прояснить другое.

— Прежде чем отвечать, спрошу. Этим можно воспользоваться?

В такой ситуации, когда мы видим друг друга впервые, кто вообще станет верить на слово?

Я без колебаний вытащил «Искажённое доверие».

— Давно не видел эту вещь...

— Так можно или нет?

— Можно. Более того, я и сам этого хочу.

Вот как...

После такого охотного согласия доверия к нему и правда прибавилось. Но это не значило, что я собираюсь убрать предмет обратно.

*щёлк*

Раз уж разрешение получено, я тут же активировал артефакт.

И тут началось непонятное.

— Для начала проверим, работает ли оно вообще. Назови своё имя.

— Корнелиус Брюнгрид.

— ...

Предмет не сработал.

Не потому, что он сказал правду. Просто всякий раз, когда говорил он, артефакт замирал.

Точно так же, как когда говорю я сам.

— ...Это ещё что за чёрт?

— Понятия не имею.

Пока я пытался понять, что происходит, Берсил подошла ближе и шепнула:

— Может... потому что он монстр?

Звучало вполне правдоподобно.

Даже я сам никогда не пробовал использовать этот предмет на монстрах. Если проверка рассчитана только на людей, такое вполне возможно.

«Или случай у него вроде моего».

На всякий случай я даже попросил Берсил наложить проверочную магию, но и она не сработала.

— Похоже, придётся говорить без этого.

Эх... зря только потратил попытку...

— Тогда теперь ответишь на мой вопрос?

— Сначала ещё одно.

— Спрашивай.

— Если ты и правда один из товарищей великого мудреца, то почему кто-то вроде тебя оказался здесь, в таком месте, да ещё и в таком облике?

— Это...

Староста договорил уже без паузы:

— Я и сам не знаю.

— ...Что?

— Это был самый обычный день. Я находился в Лабиринте, и когда пришёл срок, он закрылся. Но, открыв глаза, я обнаружил не крепость, а это место. А в довесок получил вот этот отвратительный облик.

— ...Что?

— Почему я очнулся здесь. Почему стал таким. Где это место. И почему я не умираю. Я очень долго думал об этом в одиночестве, но в конце концов пришёл лишь к одному выводу.

— ...

— Я не знаю, почему всё стало именно так.

В голосе старосты Брюнгрида не было ни обиды, ни злости.

Будто все чувства в нём просто истёрлись.

— Понимаю, с твоей точки зрения такой ответ вряд ли можно назвать удовлетворительным. Но всё же — я ответил?

— Пока сойдёт.

Раз уж я получил ответ, по справедливости теперь и сам должен был ответить на его вопрос.

— ...Сейчас в королевстве сто пятьдесят седьмой год Кэбёка.

— Кэбёка?..

— Прошло сто пятьдесят семь лет с тех пор, как умер Бессмертный король и на трон взошёл новый. А с тех пор, как ведьмино проклятие накрыло мир, минули уже тысячи лет.

— Тысячи лет... Вот как.

Реакция старосты, вопреки ожиданиям, была на удивление ровной.

Словно из него выпустили весь воздух.

Не было ощущения, что сейчас он взорвётся от тревоги. Или что, сдуваясь, рванёт куда-то совсем не туда.

«Ладно. Значит, теперь опять моя очередь?»

Никто об этом не договаривался, но я ещё не встречал никого, кто бы жаловался на такой порядок.

«На этот раз спрошу вот это».

Никто не гарантировал, что число вопросов не ограничено. Так что выбирать надо было с умом.

— Что это за монстры, которые выглядят так же, как ты?

Именно этот вопрос первым всплыл у меня в голове после рассказа старосты.

Если он и правда однажды просто открыл глаза здесь, в таком теле, тогда кто все эти твари с той же внешностью?

— Они жили на этом острове ещё до меня. Можно назвать их коренными жителями. Почему — я не знаю вовсе, но в тот миг, когда я очнулся, они уже приняли меня за одного из своих.

Стоило ему договорить, как Берсил дёрнулась и почти что-то выпалила, но я тут же остановил её.

— Господин Яндель... а это, случайно, не зл...

— Берсил.

— А...

Ну да. Зачем выдавать лишнюю информацию?

Мы ведь даже не знаем, можно ли ему доверять.

Я бросил взгляд на Берсил, которая, поняв свою ошибку, крепко сжала губы, и снова повернулся к старосте.

«Злой дух».

Именно это слово она, скорее всего, и собиралась сказать.

Возможно, староста Брюнгрид не просто изменился внешне. Возможно, в это тело монстра кто-то вселился.

Почему?

Пока не знаю.

В этом мире и без того хватает тайн.

— И дальше?

— Я предполагаю, что и они когда-то оказались в положении, похожем на моё. Только, в отличие от меня, разум у них не сохранился. Ум у них был, но не было учения. Поначалу они почти ничем не отличались от диких зверей.

— А сейчас они называют себя людьми.

— В отличие от них, я не старел и не умирал. Одного этого оказалось достаточно, чтобы они сочли меня существом почти божественным. Так я и стал старостой. Я обучал их, передавал им знания. На этом острове слишком сурово, чтобы выжить в одиночку. Скоро и ты сам это поймёшь.

— Но почему ты обучил их именно древнему языку?

— В этом облике древний язык и учить проще, и произносить удобнее.

Ну, если так, возразить особенно нечего.

Хотя назвать их расу «людьми» — вкус, конечно, тот ещё.

— Теперь мой вопрос?

— Давай.

Я без возражений отдал ему ход, но собрался ещё сильнее.

Причина была простой.

«Это он что, решил, будто варвара можно водить за нос?»

Если уж врёшь, так хотя бы не попадайся.

---

Корнелиус Брюнгрид.

Я до сих пор не знал наверняка, правда ли этот тип — один из древних героев.

«Я и сам не знаю, почему всё стало именно так».

То же самое и с его словами о том, что он не знает причины.

Возможно, это правда.

А возможно, ложь.

Но кое-что ясно уже сейчас.

«Тысячи лет... Вот как».

То, что он якобы не знал, сколько прошло времени снаружи, — полная чушь.

Он ведь уже успел схватить исследователей и оттащить их в деревню. Если бы захотел, давно бы всё у них выяснил.

«Судя по тому, что он понимает язык Рафдонии, дело точно не в том, что они не могли поговорить».

И всё же этот тип вышел из деревни и пришёл встречаться именно со мной.

Почему?

Такие сведения он мог узнать и без нашей помощи.

Если подумать, странной была даже реакция воинов ещё до его появления.

«Монстр... как он говорит на нашем языке?»

Монстры, которые напали на нас, а потом позвали в деревню, сделали это только после того, как я заговорил на древнем языке.

«В древнем языке... есть какая-то подсказка?»

Как только мысль дошла до этого места, староста открыл рот.

— Ты знаешь, как отсюда выбраться?

— Нет.

— Тогда как ты сюда попал?

— На Камне Славы появилась надпись, что открыта скрытая область. Во время разведки мы нашли вход и спустились сюда с первого этажа.

У нас обоих было полно вопросов, так что разговор быстро превратился в обмен короткими ударами.

— Почему вы убили исследователей, которые нашли это место?

— Это произошло не по моей воле. Их обнаружили деревенские воины. Полагаю, они испугались и растерялись, увидев незнакомых вторженцев.

— Ясно. Теперь твоя очередь.

— Что находится за пределами этого острова?

— ...Ты не знаешь?

— Здешние деревья не держатся на воде.

Вот оно как? Этого я не знал.

— Раз любопытство удовлетворено, теперь ответишь? Что скрывается по ту сторону этого моря?

— Мы и сами здесь недавно, так что толком не знаем. Пока нам известны только тот каменный остров, с которого всё началось, и ещё один остров — примерно в пяти часах отсюда.

— Понятно... Спасибо. Теперь снова твоя очередь.

Ход вернулся ко мне почти мгновенно.

Было немного тревожно — не слишком ли я шевелю палкой то, чего не стоит? Но проверить всё равно было надо.

— Почему ты не расспросил тех исследователей, которых утащили в деревню, а пришёл сюда, ко мне?

— Потому что через три дня начнётся сезон дождей.

— ...Сезон дождей?

Кстати, тот мелкий монстр тоже что-то говорил про сезон дождей.

— И при чём тут это?

— Все силы уходили на подготовку к нему. Пока с этим не закончишь, на другое времени не останется. Я собирался поговорить с пленными уже после.

Проще говоря, он был занят и просто не мог выделить время.

Честно говоря, звучало это как отговорка.

Даже наоборот — только вызывало ещё больше подозрений.

— То есть ты всё-таки выкроил время, чтобы прийти ко мне. Оставив в стороне всех тех исследователей, которых вы уже схватили.

Я спросил это прямо, не скрывая недоверия, и староста уставился на меня.

— Ты... довольно агрессивен.

— Для исследователя это естественная реакция.

— Возможно. Но к тому, кто спас тебе жизнь, всё же стоило бы проявить чуть больше уважения. Я ведь даже не завершил как следует подготовку к сезону дождей и пришёл сюда только потому, что боялся, как бы вы не погибли зря.

— Что? Спас жизнь?

Я переспросил, не поверив собственным ушам, а староста тем же голосом, в котором нельзя было уловить ни единой эмоции, спокойно сказал:

— Сейчас я могу наговорить что угодно, и ты всё равно не поверишь. Так что давай встретимся здесь снова через три дня и тогда поговорим.

— Через три дня?..

Я переспросил, но староста не стал объяснять.

— Всё равно ты не поверишь, даже если я прямо сейчас позову тебя в деревню.

Это-то верно.

Хотя не сказать, что через три дня положение сильно изменится...

— Постарайтесь не покидать этот остров. Нет, лучше держитесь поблизости отсюда. Если слишком затянете, мне придётся закрыть вход в деревню. Впрочем, вход я оставлю открытым, так что, если передумаете, сможете прийти в любой момент.

— ...?

— А до тех пор можете оставить Марупичичи у себя.

Сказав это, староста увёл воинов и исчез по тропке под корнями дерева. Я так и остался смотреть ему вслед, не понимая его намерений и не решаясь окликнуть.

— Ушёл...

— Яндель, и что теперь?

Без понятия. Я и сам хотел бы знать.

Поворчать хотелось до чёрта, но только миг. Я быстро взял себя в руки и занялся тем, что должен был сделать.

А сделать нужно было совершенно очевидное.

«Марупичичи, что именно такое сезон дождей?»

Сначала я вытряс из мелкого монстра всё, что можно было вытрясти, — в том числе о сезоне дождей. Потом, не отходя далеко от центральной части острова, мы бродили поблизости и охотились на монстров.

И так прошло время.

День.

Два.

*щёлк*

Стрелка перескочила, и наступил обещанный третий день.

«00:00»

На остров начал литься дождь.

*гро-о-ох*

Такого я за всю жизнь ещё ни разу не видел.

*кирык, кирык, кирырык*

*гр-р-р-р*

*ква-а-а-а-а*

Дождь из монстров.