Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 663 Попутчик (2)

— Я поздно пришёл в магию.

История ГМ началась с этой первой фразы.

— Двадцать лет. Уже сам по себе тот факт, что я попал в Магическую башню в таком возрасте, был делом крайне необычным. Само собой, привыкнуть оказалось ужасно трудно.

Ну, ещё бы.

Элита вроде Рейвен, которая попадает в Башню с детства, таких поздних новичков обычно терпеть не может.

Хотя ещё сильнее, чем поздних новичков, они не любят непрофильных магов вроде Двальки.

Впрочем, сейчас не это главное…

«Поздно пришёл в магию?..»

Как ни крути, не сходится.

Он сейчас мне врёт, что ли?

Когда я встречал его в прошлом, он ведь ясно говорил, что был магом шестого ранга всего через год после начала.

«Мне просто повезло с рангом, а сам я до сих пор толком не умею колдовать, так что живу в постоянном напряжении…»

Из-за этих его слов я тогда решил, что всё дело в том, что он вселился в тело мага.

А выходит, не в этом?

«Ладно. Сначала дослушаю».

Если это правда, случай и правда был необычный.

Позже, когда я уже общался с игроками в Ghost Busters, я узнал: те, кто приходил через Врата Бездны магом, обычно уже владели магией с самого начала.

Та же Берсил Гоулленд из нашего клана.

«Она ведь училась магии в Башне задолго до того, как ей исполнилось двадцать».

Тогда почему ГМ вообще решил стать магом?

Если у него не было магического старта, куда проще было бы стать исследователем и расти за счёт эссенций.

— Но почему ты вообще взялся за магию в таком возрасте?

Я спросил в лоб — и в ответ услышал совсем не то, чего ожидал.

— Вообще-то становиться магом я не собирался. Я просто решил, что должен стать исследователем.

— А?..

— Конечно, сражаться с чудовищами в Лабиринте врукопашную — это совсем не в моём характере, так что профессия мага мне действительно подходила лучше. Но, как Вы и сами сейчас сказали, учиться магии после двадцати — случай отнюдь не обычный.

— …Это да.

— Изначально я хотел учиться стрельбе из лука. Я рассудил, что хотя бы с арбалетом справлюсь даже я.

Значит, мечтал стать лучником…

Так даже интереснее.

Как человек, который собирался идти в лучники, в итоге оказался магом?

— У меня не было ни гроша, так что сначала нужно было заработать хотя бы на арбалет. Как только я стал взрослым, я брался за любую работу. Однажды мне даже удалось устроиться в кузницу…

Именно в тот период, когда он стучал молотом по железу, для ГМ и открылся путь мага.

Он словно по велению судьбы встретил мастера своей первой школы…

— Мастера заинтересовала игрушка, которую я смастерил в свободное время. Он сказал, что хотел бы со мной поговорить, вызвал меня отдельно, и мы беседовали часами.

Мастера раз за разом поражали точность чертежей, по которым ГМ сделал игрушку.

И его воображение тоже.

«Ну да. Он же современный человек».

Своего рода чит современного человека.

Иногда в романах ведь бывает такое?

Попадает в иной мир какой-нибудь технарь — и всякий раз, когда он мастерит хоть что-нибудь, окружающие приходят в бешеный восторг.

— Значит, благодаря этому ты и смог начать учиться магии?

— Да. Школа Майрета специализировалась на магии ветра, но мой учитель, тогдашний мастер школы, ещё и живо интересовался магической инженерией, магическими кругами и тому подобным. Так что мне просто повезло попасться ему на глаза.

— …Вот оно как.

Я кивнул, давая понять, что слушаю, и ГМ продолжил:

— Не то чтобы я хвастался, но магия удивительно мне подходила. Под руководством учителя я рос с поразительной скоростью. За это, разумеется, меня многие возненавидели.

ГМ развивался так стремительно, что даже в истории Башни подобного почти не бывало.

— Всё-таки случай, когда человек начинает в двадцать лет и уже через год получает шестой ранг, не встречался за всю долгую историю Магической башни.

Да ладно… он и правда взял шестой ранг всего за год?

Стоп. Тогда что значило его старое: «половинчатый маг, который даже колдовать толком не умеет»?

И, как назло, ответ на этот вопрос вскоре прозвучал из уст самого ГМ.

— Но даже так я оставался половинчатым магом.

— …Что?

— Вы знаете, что области магии настолько различаются, что можно стать магом высокого ранга, так ни разу и не выучив ни одного атакующего заклинания?

ГМ был именно таким случаем.

Проявив исключительный талант в магической инженерии и исследовании магических кругов, он стал магом шестого ранга, не умея толком даже метнуть огненный шар.

А потом…

— Те маги, что знали об этом, постоянно задирали меня, а я всё время жил настороже и старался не попадаться им на глаза. Ах… Магическая башня в те годы была настоящими джунглями.

— Но даже после этого учитель не приветствовал моё желание изучать другие виды магии. Он говорил, что мой талант лежит в магической инженерии и что тратить время на что-то иное — просто расточительство.

— После моих бесконечных просьб я всё-таки начал понемногу учить и другую магию, но основой моих занятий всё равно оставалась магическая инженерия. Тогда бывало так тяжело, что я месяцами не спал больше двух часов в сутки.

И всё же ГМ справился.

Ему нравилась магическая инженерия.

Да и благодарность к учителю у него тоже была.

— Может, это прозвучит странно… но порой мне казалось, будто учитель заменяет мне отца. У меня ведь… не было отца.

После такой основательной промывки мозгов путь исследователя, казалось, ускользал от него всё дальше, но ГМ всё равно упрямо держался.

А «держаться» — это, по сути, просто ждать, когда однажды дойдёшь до предела.

— В конце концов я не выдержал и сбежал. Сам собрал товарищей, стал исследователем и потом несколько лет так и не возвращался в школу.

Он лишь увеличил долю магии, полезной в исследованиях.

Но даже так занятия магической инженерией не бросил.

А потом время шло.

И когда маг по имени Юрвен Хавелион уже успел обрести кое-какое имя как исследователь…

— Тогда и грянул тот случай. Возможно, господин барон тоже о нём слышал… Мой учитель прикоснулся к запретной магии.

Запретная магия — табу среди магов.

Когда вскрылось, что учитель ГМ действительно занимался ею, войска короны немедленно нагрянули в школу, а самого учителя застрелили на месте.

— Всех магов нашей школы на несколько месяцев фактически заперли и допрашивали. А больше всех допрашивали, конечно, меня — я ведь дольше всех работал рядом с учителем.

Сидя в допросной и день за днём давая показания, ГМ случайно узнал, чем именно занимался его учитель.

— Я был потрясён. Просто не мог поверить.

— Да чем именно он занимался?

— Учитель вёл исследования, связанные с пересадкой души.

Речь шла о магии, цель которой — вживить человеческую душу в предмет и превратить его в магический инструмент.

Если создать разумную сущность, свободную от биологических ограничений, и дать ей учиться вечно, можно добиться невероятного скачка в развитии — такова была его идея.

«Да это же чистой воды диплёрнинг и ИИ».

Я как раз мысленно дивился этому, когда он продолжил:

— Самым важным в этом плане считался именно «талант». Учитель полагал, что скорость обучения будет зависеть от того, насколько одарённой окажется пересаженная душа. Поэтому он заранее составил список кандидатов.

И только тогда я понял, почему ГМ так не хотел рассказывать эту историю.

— Среди имён кандидатов, записанных в плане, который мне показал следователь, моё имя стояло первым. Судя по всему, он даже проставил оценки — и цифра рядом с моим именем тоже была самой высокой.

Предательство учителя, которого он почитал почти как родителя.

— А потом… школа просто исчезла, а я сам как-то незаметно основал уже свою собственную. Когда школа начала расти, дел у меня стало слишком много, и в Лабиринт я сам ходил всё реже.

Ну, дальше примерно понятно, как он жил.

Развивал сообщество, растил свою школу, вёл какие-то тайные политические дела с короной.

Ради одной цели — свалить из этого осточертевшего мира и вернуться домой.

— Итак… что Вы скажете о моей истории?

Спросил ГМ неожиданно лёгким, будто сбросил груз с души, голосом. Я немного подумал и ответил коротко:

— Да уж. Весёлой эту историю точно не назовёшь.

— …А-ха-ха, вот как?

Смех вышел таким неловким, что сразу было ясно: он выдавлен через силу.

Но если я просто начну сочувственно вздыхать вместе с ним, атмосфера станет только хуже.

Да и не верю я, что это ему чем-то поможет.

— Но, если подумать, всё ведь не так плохо.

— Простите?

— Ублюдок, который тебя предал, не живёт себе припеваючи и не хохочет, а жалко сдох.

От этих слов ГМ сперва уставился на меня как болван, а потом вдруг расхохотался в голос.

И сколько так прошло?

— А-ха-ха-ха… Да, верно. Да. Если посмотреть с этой стороны…

Но, ещё продолжая смеяться, он вдруг горько пробормотал:

— …Вот бы и я сам действительно мог всё так просто воспринимать.

Ну… человеческое сердце, как известно, не так-то легко заставить думать по команде.

---

На следующий день после этого откровенного разговора с ГМ

мы поднялись рано и поспешили к пещере, что вела к подземному проходу.

И к вечеру добрались до места.

Вот только проблема была в другом…

— Неплохо всё-таки было провести так время. Я словно снова вернулся в свои дни исследователя. Благодарю… Нет, погодите, что у Вас с лицом?

Такие вещи вообще-то говорят уже после возвращения в город.

Стоит кому-то внезапно ляпнуть подобное раньше времени — и сразу кажется, что вот-вот обязательно что-нибудь случится…

— …Стой.

Ощутив дурное предчувствие, я по привычке быстро огляделся по сторонам и тут же остановился.

— Что случилось?..

— Тихо.

Я понизил голос, и он, видимо, тоже почуяв неладное, тут же крепче сжал посох.

«И почему все маги так и норовят напомнить Двальки?»

Мысль мелькнула на секунду, но сейчас было не до неё, так что я сосредоточился на входе в пещеру.

「Был тут.」

「Ли Бэкхо, великий кореец.」

Старая надпись, которую я заметил в прошлый раз.

А под ней теперь было вырезано ещё кое-что — то, чего раньше здесь не было.

「Rafdonia’s king, Mother fucker.」

Фраза, которую любой игрок, хоть немного посидевший в Ghost Busters, не мог не знать. В сообществе она уже давно стала почти мемом.

Кто это написал, и так ясно.

Ли Бэкхо, гадёныш. Наверняка нацарапал от скуки по дороге назад.

— Э-это же…!

— Ты знаешь, что это за письмена?

— …Насколько мне известно, это письмена злых духов. А теперь я смотрю… и понимаю, что надпись выше тоже сделана одним из их языков.

Не в силах сказать прямо, что речь об игроках, ГМ поспешно принялся выкручиваться.

В другое время я бы, пожалуй, с невинным видом задал ему пару неловких вопросов и ещё немного поиздевался, но сейчас, увы, было не до этого.

— Как бы там ни было, здесь уже кто-то был. Уходим отсюда.

— Простите?..

— Ничего хорошего не будет, если мы с ними столкнёмся. Нежелательно, чтобы в городе узнали, что я выбрался наружу.

— А…

На деле я сказал это лишь потому, что сам не хотел пересекаться с ублюдками Ли Бэкхо, но ГМ, не зная подоплёки, покорно кивнул.

И потому…

Мы молча переглянулись и начали медленно пятиться назад.

Туда же, откуда пришли.

Один шаг.

Второй.

Третий.

Я быстро отходил, уже собираясь развернуться, как вдруг—

— ААААААААААААА!!!

Из глубины пещеры донёсся мужской вопль.

На визг это было не слишком похоже.

Хотя, если точнее…

— БЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ!!

Скорее уж крик человека, которого распирает от ярости.

И, что хуже всего, этот крик, многократно отразившийся эхом, стремительно приближался—

— Слышишь меня?! Ты же где-то рядом! Слышишь или нет?!

В следующий миг из пещеры, вылетев с такой скоростью, что глаз едва успевал за ним, выскочил какой-то мужик.

«…Ли Бэкхо?»

Ну да. Орал именно он.

Но тут же возникла новая проблема…

— Только попадись мне, а? Вот только попадись, и я тебя…

Ли Бэкхо вылетел из пещеры, на полном разгоне резко подпрыгнул вверх —

и…

— ……

— ……

встретился взглядом с нами обоими.

Его тело, которое ещё секунду назад будто собиралось взмыть в небо, как реактивный самолёт, тут же беспомощно плюхнулось обратно на землю.

— …Э? А почему господин барон с ним?

На лице Ли Бэкхо застыло совершенно нехарактерное для него замешательство.

Впрочем, этой растерянности хватило ненадолго.

Уже в следующую секунду лицо у него скривилось так, будто перед нами вылез настоящий злобный дух.

— Только не говорите… это вы вдвоём натворили…?

Вы вдвоём натворили?

Я уставился на него с самым невинным видом, и тогда Ли Бэкхо заорал уже в открытую, с неприкрытым раздражением:

— Хватит строить из себя идиотов! Это вы вдвоём разнесли действующий магический круг?!

Это ещё что за бред?