Выживая в игре за варвара (Новелла) Том 1 Глава 724 Отмеренный срок (3)

Что же на самом деле задумал Король-основатель, требуя, чтобы я убил канцлера?

«Потому что силами одного лишь королевского дома убить канцлера невозможно?»

Нет. Быть того не может.

Я-то, прошедший мятежную ветку в игре тысячи раз, лучше кого бы то ни было знал, насколько огромна мощь королевского дома.

«Тогда, может, он просто хотел спихнуть работу на меня, а свои силы поберечь?»

Хм. Эта версия получше предыдущей, но всё равно звучит не слишком правдоподобно.

Я ведь не какой-нибудь надёжный решала, с которым королевский дом уже не раз проворачивал дела. С их стороны просто не было смысла идти на такой хлопотный ход.

«Он ведь даже продержал меня здесь целую неделю ради этого...»

Объяснить всё одной лишь прихотью или развлечением не получалось. В конце концов, для Короля-основателя время ценнее всего.

Значит, пока разумнее свести всё к двум вариантам.

«Либо у него есть причина, по которой он сам не может тронуть канцлера».

Либо...

«Либо есть выгода, которая возникнет только в том случае, если канцлера убью именно я».

Конечно, пока это были всего лишь мои догадки. Ни зацепок о той самой «причине», ни намёка на «выгоду» у меня ещё не было...

— Смотрю, ты вдруг крепко задумался?

В этот момент Король-основатель, будто подгоняя меня с ответом, заговорил снова, и я наконец вышел из своих мыслей.

Да и какой у меня вообще был выбор?

— Сделаю, чего уж. Этот ублюдок мне и так не нравился.

— А, из-за того случая, значит...

Хм. Того случая?..

— Скажу сразу: к тому делу я не имел никакого отношения. Канцлер действовал самовольно.

Похоже, он говорил про экспедицию в Айсрок. Выходит, королевский дом и без того примерно понимал, что мы об этом думаем.

— Так что свою жажду мести направь туда, куда следует.

После этих слов отношение к королевскому дому у меня, конечно, не смягчилось.

Даже если всё это канцлер провернул сам, власть такого масштаба ему всё равно дал именно королевский дом.

Я из тех, кто считает, что попустительство и бездействие — тоже соучастие.

«...Хотя если он говорит правду, то на душе и правда становится чуть легче».

Соучастие соучастию всё же рознь.

Наверное, это можно считать смягчающим обстоятельством.

Не такая ненависть, чтобы идти напролом, рискуя жизнью.

Хотя, может, я просто так рассуждаю потому, что ненависть к королевскому дому не слишком-то помогает выживать в этом мире.

Так или иначе.

— Ну, на этом разговор...

— Подождите.

Когда Король-основатель уже собирался развернуться к аппарату жизнеобеспечения, я поспешно его окликнул.

Было кое-что, что я хотел спросить напоследок.

Хотя ответит ли мне этот мужик — вопрос отдельный.

— Там внизу.

— ...

— Что было заперто там, внизу?

На мой вопрос Король-основатель какое-то время просто молча смотрел на меня.

— Стоило делу подойти к концу, и у тебя опять укоротился тон.

Э...

Я сказал это не специально, но всё равно просто бесстыдно промолчал и уставился на него взглядом, требующим ответа.

Ответ последовал лишь после короткой паузы.

...Строго говоря, это был даже не ответ.

— Откуда ты узнал, что там вообще что-то заперто?

Вместо ответа — вопрос.

Я немного поколебался, но всё же решил сказать честно:

— Оттуда донёсся голос. Просил вытащить её. Умоляла девочка — на вид лет десяти.

И потому я сделал вполне логичный вывод.

Что той десятилетней девочкой может быть земная ведьма.

— ...Вот как.

— Так что с ответом?

И на этот раз Король-основатель не заговорил сразу. Он снова задумался — по-настоящему глубоко.

Настолько трудно ответить на этот вопрос?

Похоже, да.

Иначе после всего, что я сказал, он не стал бы по-прежнему уходить от прямого ответа.

— Бьорн Яндель. Ты ничего не знаешь. Ни о том, каким образом этот мир вообще ещё держится. Ни о том, на какие жертвы идём мы ради этого мира.

— ...

— На этом разговор окончен. Остальное обсудим заново, когда всё это закончится.

Ха. И это всё?

От этой пустоты внутри мне захотелось окликнуть его ещё раз, хоть что-то выжать из него напоследок, но в итоге я так и не сделал ни шага.

Потому что стоило мне только чуть податься вперёд...

— Его Величество сказал: на этом разговор окончен.

Рыцарь выхватил меч и преградил мне путь.

— ...

Раз уж Король-основатель никак не отреагировал на его поступок, значит, разговор и правда закончился.

Так что я просто остался стоять и пялиться вперёд, как пёс, у которого из-под носа увели добычу.

*шурх.*

У меня на глазах Король-основатель без малейшего смущения разделся, полностью обнажился и привычным движением вошёл в аппарат.

*виииин.*

Вскоре с гулом заработавшей машины в странной жидкости пошли пузыри, а стоявший внутри Король-основатель медленно закрыл глаза — и на этом всё закончилось.

«Похоже, он и правда спит...»

Аудиенция, показавшаяся и короткой, и бесконечно долгой одновременно, подошла к концу.

---

— Иди за мной.

Досмотрев, как Король-основатель входит в аппарат и засыпает, я снова поднялся наверх вслед за высокомерным рыцарем. А затем в зале аудиенций, который теперь почему-то казался пустым, услышал неожиданное:

— Король-основатель заранее велел мне исполнять любые твои требования и по мере сил содействовать тебе.

О, вот как...

Выходит, он не собирался с самого начала просто швырнуть меня одного против канцлера, без ничего.

— Чего ты хочешь?

На этот вопрос у меня был готовый ответ.

— Досмотрю то, что смотрел раньше.

— ...Сейчас подготовлю.

После этого я снова принялся смотреть ту запись, которую мы не успели досмотреть.

Хотя, разумеется, времени терять было нельзя...

— Можно включить ускорение?

— Я увеличу скорость.

Запись пошла сразу в восьмикратном ускорении.

Вот только закончилась она куда раньше, чем я ожидал.

Хотя, если подумать, сама запись и с самого начала была не такой уж длинной...

— А вторая часть?..

— Её нет.

— То есть это всё?..

Видеозапись о том, как клан «Анабада» вёл оставленных на передовой исследователей и пробивал им путь, оборвалась на моменте, когда мои товарищи прорвали линию фронта и добрались до святилища варваров.

Причина была простой.

— Наш противник знает королевский дом лучше, чем кто бы то ни было.

— И что с того?

— Раз уж они заранее подготовили способ уйти от наших «глаз», то и провернули этот жалкий номер.

Судя по его дальнейшему объяснению, запись удалось сделать с помощью какого-то стратегического оружия королевского дома, но в тот момент канцлер применил некую уловку и его нейтрализовал...

— Король-основатель полагал, что уже этого будет довольно, чтобы ты встал на колени.

К слову, тут он промахнулся.

На колени я пал ещё до того, как досмотрел до этого места.

«Так... и что теперь?»

Немного подумав, я первым делом спросил у рыцаря его имя — и тот заметно дёрнулся.

— ...Не вижу причин, по которым мы с тобой должны представляться друг другу.

О. Это ещё что?

Я ведь просто не хотел и дальше звать его рыцарюгой.

Я ухмыльнулся.

Раз уж он так повёл себя, как варварский воин я не мог это просто спустить.

— Это что ещё такое! Собрался ослушаться королевского повеления?

Я гаркнул на него так, будто был мастером из уся-романа, отчитывающим ученика, и взгляд рыцаря тут же стал таким, словно перед ним сумасшедший.

Впрочем, к таким взглядам я уже привык.

Хотя на этот раз мне было даже немного обидно.

— Разве не ты сам сказал? Наш милосердный и мудрый государь велел исполнять любые мои требования и всячески мне содействовать.

Я любезно всё ему разжевал, и рыцарь, сперва фыркнув так, будто это был полный бред, постепенно начал смотреть всё более растерянно.

«А? Нет, погодите. Он ведь и правда такое сказал. Тогда если я откажусь, получится, что я ослушался приказа?»

Сбой, вызванный чрезмерной преданностью королю.

В конце концов рыцарь тяжело вздохнул и всё-таки сам назвал своё имя.

— ...Астаротта Берун.

Хм. А имя-то, вопреки ожиданиям, вполне обычное.

Раз уж он так упирался, я даже подумал: может, оно знаменитое настолько, что даже я должен был его знать. Но нет.

«Тогда чего он так дёрнулся?»

Неужели ему просто настолько не хотелось представляться какому-то варвару вроде меня?

— Астаротта... Красивое имя. И звучит приятно.

Я бросил это будто невзначай, как приманку.

И, похоже, сорвал джекпот.

— Моё имя вовсе не звучит по-бабьи.

— А я этого и не говорил.

— ...

Похоже, до него с запозданием дошло, что он только что сам всё за себя договорил, и Астаротта тут же замолчал.

— В любом случае раз уж так вышло, давай поладим. Надеюсь на тебя, Элизабет.

— ...Не Элизабет, а Астаротта.

— А, извини. Перепутал.

Похоже, он наконец понял, что я просто над ним издеваюсь, и после этого окончательно ушёл в молчание.

Впрочем, не то чтобы это было особенно важно.

Такие мелкие слабости тоже прекрасно помогают захватывать инициативу — одно из достоинств варвара.

— ...Ладно. И что ты собираешься делать дальше?

Он настолько явно попытался сменить тему, что это было видно любому. Но дальше мучить его я не стал.

Ну а что?

Я же не психопат.

Издеваться над человеком стоит только тогда, когда на то есть причина.

И да, сейчас как раз...

— Пока не знаю. Но одно ты должен сделать.

— Говори.

— Сначала приведи Рейвен.

С её характером у неё сейчас, наверное, душа уже в пятках.

---

Рикардо Люхенпраха.

Глава Оркулиса, человек, которого обычно называют «Мятежником».

Маркиз, до недавнего времени знавший этого человека лишь по донесениям разведки и чужим рассказам, испытал странное чувство, когда наконец увидел его собственными глазами.

«...Мятежник».

Несомненно, после этого раза грозное прозвище, закрепившееся за тем человеком, исчезнет.

Неважно, чем всё кончится — успехом или провалом.

Потому что носителем этого прозвища будет уже не он.

«...Нет».

Хотя если всё закончится успехом, то таким прозвищем его уже вообще никто не назовёт.

Ведь тогда никто не посмеет бросить вызов государственной власти...

«...Похоже, мыслей у меня и правда стало слишком много».

Маркиз заставил себя вновь сосредоточиться на мужчине, стоявшем перед ним.

Неужели тот явился к нему именно сейчас, в момент, когда делался первый шаг великого плана?

— Слышал, ты просил встречи наедине. Если есть что сказать — говори без обиняков.

Когда маркиз первым открыл разговор, стоявший перед ним мужчина тоже медленно разомкнул губы.

Коротко. Чётко. Как и всегда, в его духе.

— На передовой видели Бьорна Янделя.

— ...Понятно. Спасибо, что сообщил. Остальное я выясню сам.

Слишком уж прямолинейный доклад.

Маркиз какое-то время молчал, затем кивнул, и мужчина, будто решив, что больше сказать нечего, развернулся и вышел из комнаты.

*тук, тук.*

Лицо маркиза осталось таким же, как всегда, но пальцы, беспрестанно постукивавшие по столу, выдавали его тревогу.

— Бьорн Яндель...

Он надеялся, что тот погиб, когда рухнула тюрьма.

И всё же, конечно, на такое рассчитывать не стоило.

— В итоге опять он...

Особого удивления не было.

Поначалу этот человек казался ему просто назойливой помехой. Но, возможно, где-то в глубине души он чувствовал это ещё тогда.

Что однажды настанет такой день.

Что именно этот человек может стать главной помехой в исполнении великого замысла.

*тук.*

Сердце маркиза тяжело ударило в груди.

Но это ничего не меняло.

Тот миг, которого он больше всего не хотел, всё же наступил.

— Всё должно идти своим чередом.

Теперь оставалось лишь довериться судьбе.