Я, Архидемон, взял эльфийку-рабыню в жёны. И как же мне её любить? (Новелла) Том 13 Глава 2.5 Первый удар в сражении должен быть эффектным.

Вернувшись в церковь, Курока обнаружила, что жизнь там кипит, как в улье. Впрочем, это было неудивительно. В пределах дневного перехода от города внезапно появилась огромная армия.

"Телепортационная магия такого масштаба. Наверное, они несколько месяцев потратили только на одно это заклинание."

Вторжение ещё не началось, но они уже были в состоянии войны.

— Мистер Шакс, разберитесь со всем здесь. Я пойду доложу леди Шастиль.

— Куроске.

Уже собираясь убежать, она вдруг услышала голос Шакса и остановилась. В его тоне было что-то непривычное, и это на мгновение её удивило.

— Что такое? — спросила она.

— Эм… просто… не перенапрягайся, ладно?

— Разве это не вы вечно перенапрягаетесь?

Её это правда волновало. Он не любил драться, но постоянно получал ранения, пытаясь её защитить. Неужели он не понимал, как сильно она беспокоится, наблюдая за этим? Может, что-то случилось во время разговора с Заганом? Как бы там ни было, она знала, что он искренне переживает за неё. И хотя она сама постоянно волновалась за него, ей не хотелось, чтобы Шакс испытывал то же самое. Поэтому она честно кивнула.

— Хорошо. Буду перенапрягаться, только если вы рядом.

— Да ну тебя…

— Хи-хи. Я побежала.

С этими словами она поспешила к Шастиль.

"Будет проще, если она сейчас в своём обычном состоянии…"

Впрочем, Курока сомневалась, что Шастиль способна впасть в режим плаксы в такой ситуации. А значит, предоставление доклада будет крайне трудным.

— Всем Ангельским Рыцарям быть готовыми выступить в любой момент! Остальным — организовать эвакуацию жителей! Немедленно отправьте запрос о подкреплении в Разиэль!

Войдя в кабинет, Курока сразу услышала, как Шастиль без остановки выкрикивает приказы. Лицо у неё было настолько суровое, что её привычная плаксивая натура казалась выдумкой. Но стоило ей заметить Куроку, как выражение чуть смягчилось.

— Курока, ты вернулась.

В рабочем режиме Шастиль была твёрдой и решительной, но всё равно не смогла скрыть облегчения в голосе. Её лучшая подруга Нефтерос исчезла, а Барбатос сейчас, скорее всего, не отвечает. Нефи тоже покинула Кианоидес со своей собственной миссией.

На плечи этой девушки легла обязанность защитить жителей города перед лицом армии, почти в сто раз превосходящей её собственные силы. Для семнадцати- или восемнадцатилетней девушки это была чудовищная ноша. И всё же на её лице не было видно ни следа этого давления. Её воля была прочна, как сталь.

Она и правда обладала качествами человека, способного вести за собой других, — тем, чего самой Куроке отчаянно не хватало.

— Прошу прощения за то, что вернулась так поздно, леди Шастиль, — ответила Курока с мягкой, благодарной улыбкой. — Курока Адельгейд прибыла с докладом.

Слегка поклонившись, она окинула комнату взглядом. Здесь находились Трое Рыцарей Лазурного Неба и несколько священников. С рыцарями не было никаких проблем, но она не могла передать слова от Архидемона перед священниками. Ей хотелось покончить с докладом как можно скорее, но это задерживало дело.

— Не беспокойся о них, — с улыбкой сказала Шастиль, заметив её взгляд. — Они из Фракции Объединения.

— Понятно. Тогда вкратце—

Обычно подобные вести приносил Барбатос, но сейчас тот был слишком занят, исполняя приказы Загана. Курока быстро пересказала ситуацию. Она рассказала, что они обнаружили убежище Шер-Хана, в процессе взяли под стражу Дексию, и что Архидемон Заган принял девушку под своё покровительство. После этого она сообщила о смерти Архангела Вальякки. Шастиль застыла, широко распахнув глаза.

— Не может быть… Кто-то настолько сильный, как лорд Вальякка… погиб?

Куроке казалось, будто она врёт, и от этого сердце болезненно сжималось.

"Хотя технически я не соврала…"

Заган и Шакс не раз подчеркнули, что ответственность за смерть Вальякки следует возложить на Шер-Хана. В конце концов, убил себя он сам, так что нельзя было утверждать, что это сделала Курока. И всё же именно она подготовила почву для его гибели.

— Ты можешь рассказать… как прошли его последние минуты?.. — дрожащим голосом спросила Шастиль, пытаясь скрыть потрясение.

— А… эм… он сражался храбро до самого конца.

Именно такой ответ заранее подготовил для неё Шакс.

"А вот это уже откровенная ложь…"

На деле тот издевался над беззащитной девочкой и уже собирался её убить, а как только дело дошло до драки, то его победили в тот же момент, когда он коснулся своего меча. Теперь же ей приходилось представлять этого отвратительного человека, которого она ненавидела всей душой, каким-то героем. Курока сжала ткань у груди, мучимая угрызениями совести. Шастиль же, видимо, расценила этот жест как скорбь, а затем прикрыла рот рукой и заплакала.

"Похоже, Шастиль никогда в нём не сомневалась…"

Не зная, что этот человек строил козни за её спиной, Шастиль искренне оплакивала его смерть. Курока не осмелилась усугублять её плохое настроение и вместо этого продолжала чувствовать себя крайне неловко.

— А что с его телом? — спросила Шастиль, немного взяв себя в руки.

— Прости, мы оставили его в Фео. Но мы забрали его Священный Меч и передали лорду Гиниасу.

— Гиниасу? Вы встретили и лорда Галахада?

Только сейчас Курока поняла, что не закончила доклад.

— Верховный Архангел Гиниас Галахад Второй и Архангел Стелла Дикмайер сейчас находятся в Кианоидесе. Однако…

Дальше она рассказала, что оба получили тяжёлые ранения в бою, умолчав о Нефтерос.

— Невероятно… Даже Стелла оказалась побеждена?

Шастиль прекрасно знала, насколько сильна Стелла. Пусть формально та занимала лишь второе место среди Архангелов, сочетание силы мага и Ангельского Рыцаря фактически делало её сильнейшим действующим рыцарем Церкви. Шастиль покачнулась, словно её настиг приступ головокружения.

— Каково их состояние сейчас? — спросила она, заставляя себя продолжить разговор.

— Мы доставили их в церковь. Господин Шакс занимается их лечением, так что угрозы для жизни нет.

Шастиль с облегчением выдохнула, после чего повернулась к трём рыцарям.

— Двое из вас отправляйтесь проверить их состояние. Возможно, это всё равно что подгонять раненых, но сейчас нам нужен любой, кто может держать меч.

Копейщик и щитоносец тут же выбежали из кабинета. До сих пор всё шло гладко, но доклад Куроки ещё не закончился.

“Я же не могу просто умолчать о леди Нефтерос и сэре Ричарде, да?..”

Заган запретил ей говорить о Нефтерос, но хотя бы сообщить, что тёмная эльфийка не вернётся, она была обязана. Курока глубоко вдохнула и сразу перешла к сути.

— И ещё, насчёт леди Нефтерос и сэра Ричарда…

— Т-ты что-то знаешь?! Только не говори, что они?..

Шастиль переживала за Нефтерос сильнее всех. Её пропажа тяжёлым грузом давила ей на сердце. Но она не решалась заговорить об этом сама. И теперь, стоило Куроке произнести её имя, Шастиль тут же ухватилась за возможность узнать, что случилось с её дорогой подругой.

— Сэр Ричард находится в тяжёлом состоянии после атаки Архидемона Бифронса. Нам кое-как удалось сохранить ему жизнь, но его состояние нестабильно, поэтому Архидемон Заган укрыл его у себя.

— Ты сказала… Бифронс?..

При упоминании этого Архидемона Шастиль напряглась. Бывший хозяин Нефтерос, создавший её как гомункула по образу Нефи, был источником всех несчастий, выпавших на долю бедной девушки. Подавив любые эмоции, Курока продолжила доклад с бесстрастным лицом.

— Бифронс преследует леди Нефтерос. Леди Нефи и её мать отправились за ними. Сейчас она не может вернуться сюда, однако причин для беспокойства нет.

Ей пришлось упомянуть Нефи. Но хватит ли этого, чтобы Шастиль ей поверила? Та долго смотрела на неё. Курока считала, что в такие моменты Шастиль бывает довольно пугающей. Сейчас она выглядела спокойной, собранной и невероятно проницательной — полной противоположностью своей обычной плаксивой натуре. Курока была уверена, что Шастиль понимает, что она что-то скрывает. Вопрос был лишь в том, что именно из ею сказанного Шастиль посчитает ложью.

— Нефи и леди Ориас отправились её спасать? — спустя некоторое время спросила она ледяным голосом.

— Они отправились за ней.

В комнате повисла тишина. Все, кроме двух девушек, нервно сглотнули.

“Вот что значит глава Фракции Объединения. Полуправда её не устраивает.”

Курока вспомнила, как Шакс просил её не переусердствовать. Видимо, что-то произошло во время его разговора с Заганом. И, возможно, эти слова относились и к этой встрече с Шастиль.

Шастиль знала, что Нефтерос в опасности. Ещё она знала, что Нефи и Ориас отправились её спасать. И теперь в её глазах стояла явная враждебность — она понимала, что Курока скрывает правду о положении своей подруги. Стоило Куроке хоть немного ослабить концентрацию, и по её лицу наверняка потёк бы холодный пот. Но она понимала: если Шастиль заметит хотя бы одну каплю, то начнёт вытягивать из неё всё до последней детали. Их напряжённая дуэль взглядов длилась всего несколько секунд. Наконец Шастиль вздохнула.

— Хорошо. Я поверю твоим словам, Курока.

— Большое спасибо.

Курока изящно поклонилась и в это время незаметно выдохнула.

“Как же это было жутко…”

Шастиль часто называли плаксой и добродушной дурочкой, но сейчас Курока увидела в ней хладнокровие, напоминающее Загана. Просто до сих пор обстоятельства никогда не загоняли её в такое положение. Если эта девушка что-то решала, то добивалась своего любой ценой.

И Курока теперь хотя бы немного понимала почему.

“Тот, кто добр ко всем, вовсе не обязательно любит всех одинаково.”

Эта девушка дорожила своей подругой сильнее, чем кто-либо другой. И потому в голове Куроки зародилось сомнение.

“Она ведь должна быть необходима для спасения леди Нефтерос. Тогда почему?..”

Нефтерос впала в отчаяние, когда у Ричарда вырвали сердце прямо у неё на глазах. Теперь её тело захватило чудовище. Разве не Шастиль была единственной, кто мог вернуть её назад и вновь дать ей желание жить? И всё же Заган решил не втягивать её в это. У него явно был собственный план, и Курока верила, что он спасёт Нефтерос. Но ситуация всё равно оставалась для неё совершенно непонятной.

— На этом мой доклад окончен, — сказала Курока.

— Понятно. Прости, что не даю тебе времени на отдых. Подготовься к выступлению.

— Есть, мэм.

В этот момент за дверью послышались торопливые шаги.

— Леди Шастиль.

В кабинет вошёл один из Ангельских Рыцарей, отправленных проверить состояние Гиниаса и Стеллы.

— Торрес, как они? — спросила Шастиль.

— Лорд Галахад пришёл в сознание и готовится к бою. Раны госпожи Дикмайер не смертельны, однако она всё ещё не очнулась.

Стелла приняла на себя прямой удар от «Нефтерос». Благодаря этому Курока и остальные спаслись, но сама Стелла получила ранения куда серьёзнее, чем даже Гиниас. Она потеряла слишком много крови. Оставалось лишь гадать, очнётся ли она до окончания битвы. Шастиль нахмурилась, осознав, что сильнейший боец Церкви выбыл из строя.

— И ещё, лорд Галахад упомянул кое-что тревожное… — продолжил копейщик.

— Что именно?

Копейщик на мгновение замялся, а затем неуверенно произнёс:

— По его словам, Священный Меч лорда Вальякки исчез.

И Шастиль, и Курока ошеломлённо распахнули глаза.

— Что это значит? — спросила Курока.

— Именно то, что я сказал, — ответил копейщик. — Когда он очнулся, меча рядом уже не было. Райан остался искать, но Священный Меч это не та вещь, которую может быть трудно заметить.

— Не может быть… — покачала головой Курока. — Когда мы доставили их сюда, он точно был у лорда Гиниаса. Мистер Шакс ведь был рядом. Он ничего не заметил?

— Лекарь? Нет, похоже, он тоже ничего не знает.

Человек с навыками Шакса никак не мог не заметить, как у него под носом крадут что-то подобное. Да, остановить мага вроде Барбатоса он бы не смог, но сам факт кражи наверняка бы заметил.

— Получается, Священный Меч ушёл сам?.. — растерянно пробормотала Шастиль, опуская взгляд на меч у себя на поясе.

— Что вы имеете в виду?.. — спросила Курока.

Она слышала, что у Священных Мечей есть собственная воля — вероятно, из-за заключённых внутри серафимов, — но никогда не слышала, чтобы они двигались сами по себе. И тут Куроку внезапно осенило.

— А, точно. Разве нельзя просто спросить того, кто у вас под ногами?

Было непонятно, слушает ли он их сейчас, но тень Барбатоса оставалась открытой. Если Шастиль спросит, он наверняка ответит. По крайней мере, так думала Курока.

— Под ногами?.. Э-э-э… н-н-н-ну… он сейчас… как бы… немного… — забормотала Шастиль.

— Мм?.. Что-то случилось? Если хотите, я могу между делом отрубить ему голову.

“Хмм, а ведь Шастиль и правда совсем о нём не упоминала всё это время.”

Ненависть Куроки к магам заметно ослабла, но Барбатос всё ещё оставался худшим из них. Стоило Шастиль только пожелать — и Курока с радостью прикончила бы его.

— Н-Нет, я не это имела в виду! В-всё в порядке! Всё хорошо, так что не надо… — поспешно сказала Шастиль. Правда, по ней совершенно не было видно, что всё в порядке. — В-в любом случае, забудем пока про Священный Меч. Сейчас главное — оборона города.

С точки зрения Церкви это был уже второй пропавший Священный Меч. Первым стал Метатрон Рафаэля. Ситуация была настолько серьёзной, что могла пошатнуть саму основу Церкви, но решение Шастиль всё равно оставалось верным. И как раз в тот момент, когда все уже собирались вернуться к своим обязанностям, у двери вновь послышались торопливые шаги.

— Л-леди Шастиль, беда!

В комнату ворвался щитоносец из троицы рыцарей. Сейчас он должен был искать пропавший Священный Меч, но, похоже, ему было не до этого.

— Что ещё случилось? — спросила Шастиль.

— Архидемон!

Какой именно Архидемон? Немного отдышавшись, мужчина выпалил невероятную новость:

— Архидемон Заган лично отправился атаковать вражескую армию!

— Что?!

Архидемоны действительно могли в одиночку уничтожить армию в десять тысяч человек. Но лишь если использовали магию и хитрость на полную. В лобовом столкновении маны просто не хватило бы.

— Нет, погодите… Заган, наверное, и правда способен перебить все десять тысяч голыми руками… — серьёзно пробормотала Шастиль.

Этот Архидемон был настолько чудовищно силён, что она вполне могла в это поверить. И тут Курока вспомнила, что забыла кое-что передать.

— Ах да, прошу прощения. Я забыла передать вам сообщение от Загана.

— Какое сообщение?

От всего происходящего у Шастиль уже буквально шли круги перед глазами.

— «Я выиграю вам день. Подготовьтесь как следует», — сказал он.

Когда они посмотрели в окно, оказалось, что уже наступил рассвет. Всю ночь вражеская армия тихо подвергалась скрытым атакам. Но всё это происходило за кулисами. Настоящая битва ещё даже не началась. Лишь когда в движение пришёл Архидемон, занавес наконец поднялся.

И первым ударом этой войны стало яростное нападение самого Архидемона Загана.