Я был бы добр, если бы ты изменилась (Новелла) Том 1 Глава 58

— Мне? – переспросила Хейзел у слуги.

— Что-то не так? – уточнил юноша.

Внезапно она вспомнила слова Ахиллеона, когда тот поймал это существо. Наследный принц намеревался оставить его себе.

— Его Высочество приказал передать добычу принцессе.

Когда слуга озвучил это, Хейзел коснулась своего лба.

— Верните это Его Высочеству.

— Что? Но это…

— Заберите. Его Высочество поймал это существо. Запрещено забирать или получать добычу другого игрока.

— Не совсем так, – возразил слуга, подмигнув и указывая на другие шатры, где расположились знатные дамы. – Всё это принесли мужья и отдали своим жёнам.

“Как же сильно они их любят…”

Дамы с гордостью взирали на трофеи, разложенные перед их палатками. Лисы, барсуки, соболи и прочие крупные и мелкие животные, сваленные в кучи, демонстрировались так, словно были выставлены на показ.

— Значит, помимо охоты здесь проводятся и такие состязания.

Слова слуги не были лишены смысла. Все трофеи, добытые мужчинами, могли послужить удовлетворению желания их жён и возлюбленных похвастаться перед обществом.

Перед шатрами известных дам также находилось множество даров, преподнесённых рыцарями. В существах с особенно пышным мехом уже угадывались будущие дамские украшения, которые будут украшать благородные шеи, обувь и даже одежду.

— Принять зверя, пойманного на охотничьем турнире, – великая честь, моя госпожа. Отправить его обратно – немыслимо…

Хотя финал фразы остался неясен, Хейзел смогла уловить намёк слуги. Отказ от предложенной добычи означал пренебрежение искренностью человека, который охотился и прилагал к этому усилия. Правильным было принять этот дар с добрым сердцем, а не демонстрировать свою гордость.

Даже если дарителем был наследный принц империи.

— Понятно… – пробормотала Хейзел, снова вытирая лоб.

Среди подношений, лежавших перед шатром принцессы, были и те, что она видела впервые.

— А это что за зверь? – спросила Хейзел, разглядывая лису с огненно-рыжим мехом. Хвост этого существа выглядел благородно и идеально подходил для ношения в качестве шарфа или украшения для шляпы.

— Это от наследного принца Сизифа, – гордо ответил слуга.

— Принц Сизиф не любит охоту…

Лицо Хейзел внезапно застыло, услышав это неожиданное имя.

— Тем не менее, для поимки такого трофея требуются значительные усилия. Я слышал, все, кто сопровождал принца, были удивлены. Думаю, и Вам бы понравилось. Вы ведь весьма искусны в охоте…

— Разве это не должно было быть передано Лоретт?

— Нет, я уверен, что этот дар предназначен первой принцессе. Я даже уточнил, поскольку лис было две.

— Он охотился ради неё… – Хейзел в недоумении прикусила губу.

Сизиф был благородным человеком, который не мог заставить себя убить даже кролика. Причина была очевидна: он испытывал к ним жалость. Да и мелких зверьков часто отпускали, ведь они даже не считались за трофей.

“Но как же он смог поймать такую лису, чтобы подарить мне?”

— Но этот волк – самый крупный зверь, пойманный сегодня, – вновь восхитился слуга, измерив длину волка, распростёртого перед Хейзел. – Возможно, вожак стаи. Он отличается по качеству от другой добычи. Сегодняшний победитель – принцесса Хейзел!

Девушка ощутила, как всё больше глаз устремляется в сторону её шатра.

У других участников тоже были замечены один или два довольно крупных волка, но они не шли ни в какое сравнение с тем, которого поймал Ахиллеон. Этот был просто огромен.

— Спрячьте его. Особенно морду… – Хейзел указала на открытые глаза волка.

— О, Вы испугались, потому что вспомнили, как в Вас стреляли? – Слуга улыбнулся и накрыл морду волка тканью, словно понимая принцессу. – Некоторые вещи пережить сложнее, чем мы думаем? – продолжил слуга, глядя на девушку.

— Что-то случилось? – Когда Хейзел ответила вопросом, мужчина указал на один из шатров: её дядя Бредан сидел на земле и плакал.

— О…

Это зрелище напомнило принцессе, что Ахиллеон застрелил любимую птицу её родственника.

— Мне позаботиться о Ваших дарах?

Хейзел кивнула на слова слуги, который не знал, чем себя занять.

— Я пойду.

Принцесса направилась к шатру дяди.

— О, Боже мой!

Все услышали отчаянные причитания Бредана Консеса.

Он продолжал смотреть на мёртвую птицу, обнимая её тушку. Люди, находившиеся поблизости, с печалью наблюдали, как рыдает известный человек. Теодор стоял рядом, глядя на брата-близнеца и думая о том, как жалок Бредан.

— Ты поднял шум из-за дохлой птицы? – с цинизмом спросил Теодор, на что его брат лишь крепче прижал к себе тело птицы.

— Что ты понимаешь! Какой же ты бесчувственный… – начал говорить он, поднимая голову.

— Что? – лицо Теодора, и так бледное от природы, мгновенно залилось краской.

Несмотря на то, что они были близнецами, они совершенно не походили друг на друга.

У Теодора было худощавое тело и заострённые черты лица, в то время как Бредан обладал более здоровым видом: пухлое лицо и живот, которые привлекали внимание многих. В результате, когда близнецы стояли рядом и обменивались колкостями, они создавали довольно захватывающее зрелище для окружающих.

— Неужели она настолько особенная? – Спросил Теодор, едва сдерживая свой гнев, поскольку все взгляды были направлены на них.

История о том, как Миэлла была выведена с территории охотничьих угодий королевским рыцарем, уже распространилась, и ситуация стала для двух братьев семьи Консес весьма затруднительной.

— То, как я дорожил ею…

Теодор забрал птицу, словно больше не желая видеть слёзы Бредана.

— Выбрось то, что уже мертво, – Теодор, сжимая крылья птицы, бросил её своему слуге. Едва сопровождающий поймал птицу, как Бредан выхватил тушку из его рук.

— Эта птица моя! Как ты смеешь её трогать?!

— Бредан! Ты, проклятый… – Высокие, резонирующие ноты наполнили опустевшее место.

Зрелище того, как мужчины дерутся из-за птицы, было весьма забавным, поэтому тут и там можно было увидеть людей, сдерживающих смех.

— Успокойтесь, дядя, – с улыбкой попросила Хейзел своего родственника, подходя к мужчинам.

— Принцесса, – Теодор заметил её первой и потому поклонился.

— Дядя Бредан, должно быть, смерть твоей любимой птицы душераздирающа.

— Какой смысл говорить? Кто вообще посмел запечатлеть пулю пистолета в теле этой милой птицы…

Теодор быстро вдохнул. Принцесса заметила, что другие дворяне, которые слушали Бредана, начали переглядываться. Почему-то дядя не знал, что Ахиллеон был главным виновником гибели хрупкой пернатой.

— Его наверняка проклянут. Человека, который убил эту хорошую птицу…

— Бредан! – в конце концов, Теодор закричал в голос. Если бы он продолжил, Хейзел пришлось бы быстро ретироваться, потому что девушка не знала, что ещё было бы сказано мужчиной.

— Я попрошу похоронить мертвую птицу в солнечном месте, дядя Бредан. Перестань плакать. И я подарю тебе что-нибудь более красивое и подходящее для охоты.

— Вы сможете это сделать? – спросил Бредан, приподняв лицо, полное слёз.

— Конечно. Такую птицу нелегко достать, но это вовсе не невозможно, – Хейзел быстро достала носовой платок и стёрла слёзы, пролитые мужчиной.

— Тогда…

Принцесса быстро подала сигнал, воспользовавшись тем, что рука дяди была ослаблена из-за того, что он обнимал птицу. Слуги подбежали и, наконец, забрали несчастное животное.

— Что с ним не так… – Когда Бредан поднял голову на бормотание Теодора, Хейзел улыбнулась.

— Ты такой добрый, дядя. Пожалуйста, пойми. – Девушка старалась успокоить своих дядюшек-близнецов, которые были слишком разными, учитывая их индивидуальные наклонности и вкусы. – Давайте зайдём внутрь и поговорим.

— Посмотрите на принцессу и скажите ей спасибо!

— Брат, ты единственный, кто оказался в безопасности благодаря принцессе. – ответил Теодор своему близнецу, сжав зубы. Мужчина отвернулся и хотел уже отправиться к себе, но был остановлен Хейзел. – Я не хочу оставаться с ним. Позвольте мне поговорить с Миэллой.

Теодор был окончательно рассержен; он пошёл в шатёр рода Консес с другой стороны.

— Ну и хорошо! Ваше присутствие здесь не нужно! – прокричал Бредан ему вслед.

— Вставайте, дядя, – Хейзел, наконец, смогла подтолкнуть мужчину в палатку, помогая ему встать.

Пока слуга подавал чай, принцесса продолжала улыбаться, поощряя своего дядю.

— Везде есть глаза, поэтому будьте осторожны.

Бредан отпивал из своей чашки не без смущения и понимания, какого шума он сейчас навёл.

— Вы действительно преподнесёте птицу? – тихо спросил он.

— Конечно, – улыбнулась Хейзел.

_______________________________