Я стал сильнейшим с никудышным навыком «Ненормальное состояния», сокрушая всё (Новелла) (LN) Том 13 Глава 4 Переломный момент

Глава 4: Поворотный момент.

(П.Р. Воспоминания о реинкарнации безработного.)

Касима Кобато, после перемещения в лабиринт, первой воссоединилась с Асаги Сэндзё.

Когда они встретились, лицо Асаги выражало нечто неописуемое.

— А-а… Птичка…

Кобато смогла лишь пробормотать извинения:

— П-прости…

Да, она прекрасно осознавала, что среди группы прорыва она была самой слабой. Это было очевидно.

Неудивительно, что если первым союзником, с которым она столкнулась, оказалась именно она, это не внушало никакой уверенности.

Однако вскоре после этого им удалось объединиться с Дико Прекрасным Императором.

Кроме того, его подчиненный, Честер Олдо, уже был при нем.

Те, кто попал в лабиринт с близким порядковым номером, с большей вероятностью должны были встретиться. Этот принцип действительно сработал.

Но Асаги по-прежнему демонстрировала неоднозначное выражение лица:

— М-м, SR… Если уж говорить о роскоши, то хотелось бы хоть SSR, не говоря уже об UR… Хотя по сравнению с играми, где права есть только у высшей редкости, эта игра еще ничего.

Было совершенно непонятно, что означают эти буквы. И что такое «права»?

Но, судя по ее интонации, она хотела объединиться с кем-то более сильным — вероятно, именно такой смысл был вложен.

Тем не менее, Кобато была очень рада.

Дико Прекрасный Император был силен. Тока тоже упоминал его как боевую единицу высокого уровня. И, что самое главное, он не был ей незнаком.

Среди группы прорыва были люди, с которыми она была едва знакома.

Что уж говорить, когда встречаешь такого человека?

Даже в такой момент, из-за своей застенчивости, она волновалась, и это немного ее раздражало.

Четверка двинулась в направлении замка, как и указывал Тока.

Эно — город, в котором она тоже провела некоторое время.

Казалось, Дико Прекрасный Император также хорошо помнил карту.

Хотя все превратилось в лабиринт, они вряд ли собьются с направления.

Святые тела, преграждавшие путь, были уничтожены Дико Прекрасным Императором и Честером.

Однако за это время они не встретили других союзников.

Но Дико Прекрасный Император, казалось, не слишком беспокоился:

— Если мы продолжим приближаться к замку, то рано или поздно кого-нибудь встретим.

Так он сказал.

Участники прорыва были разделены на передовые и последующие группы.

Асаги анализировала следующим образом:

— В передовой группе больше отборных бойцов, поэтому их меньше, чем в последующей. Учитывая размер столицы и запутанную структуру этого лабиринта, то, что мы вчетвером смогли объединиться согласно теории лабиринтов, — это уже чудо, не так ли? Та самая «чудесная встреча с тобой», о которой заставляли слушать до смерти в поп-музыке Японии эпохи Хэйсэй.

По пути дыхание Кобато начало сбиваться. Тогда Асаги предложила сделать передышку.

— Птичка нас задерживает, так что давайте немного отдохнем в том здании. Внутри, похоже, не тронуто эрозией и все в порядке. Хе-е, бесполезно большая грудь стала обузой, ничего не поделаешь. Птичка, тебе в разных смыслах тяжело бежать, правда?

Кобато снова извинилась:

— П-простите…

Но Дико Прекрасный Император и Честер не выразили особого недовольства. Казалось, им было все равно.

— Не нужно извиняться. Если мы подождем здесь, возможно, встретимся с остальными.

— Вот, сладкий чай!

Асаги принесла с собой флягу.

Похоже, она также захватила с собой маленькие чашки для всех. Отличная подготовка.

Но… сладкий чай в таком месте.

Пока Кобато пила чай, она чувствовала, насколько это диссонирует с текущей ситуацией.

Асаги всегда была такой, вспоминала она.

Даже после прибытия в этот мир, она всегда сохраняла хладнокровие. Не терялась. Более того, с течением времени казалось, что ей даже нравится.

Она смотрела на чашку чая, умещавшуюся в ее ладонях.

В отражении на поверхности воды было видно ее собственное беспомощное лицо.

… В каком-то смысле она была беспечна.

Взять с собой флягу с чаем… ведет себя так, будто отправилась на пикник.

Держа чашку в обеих руках, Кобато спросила:

— … Асаги, вам не страшно?

— Мм? Конечно страшно, своим талантом.

— Н-нет, не это…

Тогда глаза Асаги потемнели.

Ее губы слегка расслабились, но были плотно сжаты.

Она не терялась, но иногда… у Асаги Сэндзё были именно такие глаза.

— Если уж говорить о страхе, то скорее не враг, а ненадежные бездарности из своих, нет? Во всех мирах и во все времена нет ничего страшнее бездарного союзника. Ключевое слово — «ненадежные». Из-за своей половинчатости их нельзя просто отбросить.

— Про… простите…

— А?.. А-а, да, Кобо тоже была такой.

— Э?

Кобато подумала, что сейчас говорят о ней.

Но, кажется, человек, о котором вспомнила Асаги, был не Кобато.

— Что ж… по крайней мере, у Кобато есть некоторое самосознание, так что еще ничего.

Закончив короткий отдых, Кобато и остальные снова двинулись в сторону замка.

▽

А сейчас… Касима Кобато и остальные вошли в одну из комнат.

Комната с очень высоким потолком. В этом пространстве наверху были видны отверстия проходов.

Там была лестница, ведущая на верхние ярусы, и, похоже, в тот проход можно было подняться.

В этом пространстве находились они.

Здесь они наконец встретили кого-то, кроме себя.

Женщина, находившаяся в комнате, улыбнулась.

— Ой-ой, давно не виделись.

Асаги подняла руку и легко поздоровалась:

— Привет, давно не виделись.

(… Что?)

С Кобато и её группой столкнулась… Вициус.

Богиня Арайона медленно открыла глаза:

— Ну что ж… предателей, не знающих благодарности… давайте перебьём всех разом.

Дико Прекрасный Император и Честер быстро приготовились к бою…

— А-а, погоди секунду.

Остановила их Асаги.

Вициус отменила начало движения.

— Ой-ой-ой? Что такое, Асаги? Мм? Неужели… неужели вы собираетесь умолять о пощаде?! Все вчетвером падёте на колени, склоните головы и будете молить о жизни?! А?! Вы покажете мне земной поклон?! Прекрасная история! Можно мне ожидать этого?!

— М-м, — Асаги скривила губы. — Так сильно боишься?

— Мм? Да? О чём вы? Разве речь не об этом? Вы серьёзно? Вообще-то, это неуважительно, не так ли? Или… это вы боитесь? А?

— Нет, просто Мимори…

— А-а-а? Кто это тако-ой?

— Он — «неизвестность». Хи-хи, даже будучи богиней, вы тоже боитесь неизвестности, да? Ну, это и правда страшно. Противник за пределами понимания — это страшно, угу. Начинать нужно с осознания.

— М-м… Асаги, вы отчаянно хотите спастись? А — не подходите ближе, пожалуйста? Вы, наверное, целитесь в тот уникальный навык, да? А-а, страшно-страшно. Герои — это сборище подонков, которые всегда предают.

Кобато удивилась.

Вициус знает об уникальном навыке Асаги Сэндзё?

Асаги наклонила голову:

— М-м? Значит, ты так хорошо понимаешь мой уникальный навык? То письмо, которое я тайно отправила с армейским магическим голубем… Вициус, ты его прочитала? Асаги рада.

Кобато… растерялась.

(Асаги… что?)

Отправила письмо Вициус?

Какое письмо? Когда?

— Но… я же не написала всё в отправленном письме, нет? Тактика маленьких порций. Потому что если выложить всё, то ценность Асаги исчезнет.

— … Э-это вы, Асаги. Вы… неужели это всерьёз? В конце концов, то письмо тоже было частью вашей хитрости, чтобы обмануть меня, верно?

— Нет-нет-нет, если бы это было несерьёзно, я бы не передавала ценную информацию нашего лагеря. Была же информация, которую Вициус не знала, да? Ну как? Смогла ли ты свериться с некоторыми ответами после вторжения мятежников в лабиринт?

— …………

Вициус не ответила на вопрос и молча смотрела на Асаги, словно что-то взвешивая.

Тем временем Кобато спросила:

— А… Асаги… это неправда, да?

Судя по всему, для Дико Прекрасного Императора это тоже было как гром среди ясного неба:

— Что это значит, Асаги? Неужели…

— Угу, это самое «неужели».

Асаги усмехнулась.

— Я думаю перейти на сторону Вициус сейчас.

— ! Это же… а, Асаги, зачем?! Зачем…

— Э? Потому что хочу сражаться.

— Сражаться… — э?

— Если точнее, м-м… потому что очарована, наверное?

Асаги скрестила руки и кивнула, словно подтверждая что-то внутри себя.

— Это же здорово. Хидзри, может, ещё смогла бы это вытерпеть… но это уже нет. Я наблюдала и убедилась. Действительно здорово — он. Я… на этой доске… в этой игре…

Асаги сказала:

— По-настоящему захотелось померяться силами с Мимори Токой.

(Померяться силами…?)

Что вообще говорила Асаги?

Кобато совершенно не понимала. Или её мозг отказывался понимать.

Асаги приблизилась к Вициус, держась лицом к Кобато и остальным.

Было видно, что Дико Прекрасный Император колеблется.

Возможно, он раздумывал, стоит ли атаковать Асаги сейчас или нет.

Казалось, Вициус испытывала то же самое.

На самом деле Кобато больше беспокоилась об этом.

Не убьёт ли её теперь Вициус? Однако:

— Погоди, Асаги, не подходите, пожалуйста? Вы грязная.

Вициус отшатнулась, как будто избегая микробов.

Асаги развернулась и встала лицом к Вициус.

— Жестоко. Такая реакция, с налётом традиционной травли, и Асаги даже немного шокирована? В другом мире, и вдруг здесь появляется наша традиционная культура! Слишком уж жестоко, Вициус… уа-а.

Асаги откровенно делала вид, что плачет. Это показалось Кобато немного похожим на игру самой Вициус.

— Это… вы серьёзно меня дурачите?

— Ой-ой, ну что вы? Нельзя называть «дурацкими» то, что вы делали в прошлом, госпожа богиня. Знаете, что такое гигантский бумеранг?

— … Чего вы на самом деле хотите?

— Ну я же сказала — я хочу стать твоей союзницей, разве нет? Ты в порядке?

— М-м, не понимаю. Вообще, вы всё время предаёте то одну сторону, то другую, ваши действия всегда были бессмысленными.

— Моей первоочередной целью до сих пор было оседлать победившую лошадь и как-нибудь пройти эту игру. Но сейчас этот приоритет понизился на одну ступень. То есть появилась другая первоочередная цель.

— Прио… что вы сказали?.. Ладно. М-м, я готова немного выслушать… но какова сейчас ваша цель? Чего вы хотите?

— Потому что, я же только что сказала. Я хочу сразиться с Мимори, имея в распоряжении некоторое количество фигур.

— У вас к нему что-то личное?

— Э?

Пожав плечами, Асаги спокойно ответила:

— Нет, ничего личного.

— А?

— Более того, я даже испытываю к Мимори уважение, угу. Он довольно выдающийся для своего возраста.

— Тогда тем более нет смысла враждовать с этим дерьмовым мухом. Я убью вас.

— Хи-хи… не стоит разбрасываться сильными словами. Наоборот, это делает тебя слабее. Действительно, как сказал бы один капитан.

— Однако Дико Прекрасный Император настроен весьма враждебно, понимаете? Если он будет противиться при поимке, я могу разозлиться и, возможно, прикончу его в порыве гнева…

— А, это не проблема.

Асаги повернулась, оказавшись рядом с Вициус. Тем не менее, Вициус сохраняла настороженность, держась на расстоянии, чтобы Асаги не применила свой уникальный навык. — Я дала этим троим выпить замедленное парализующее зелье.

Кобато застыла в изумлении: — …Что?

— Если оставить их так, они рано или поздно перестанут двигаться.

С выражением человека, которого перехитрили, Дико Прекрасный Император исказил своё прекрасное лицо. — Этот чай…

Асаги указала на него правой рукой, сложенной в форме пистолета: — Бинго.

Честер взглянул на Дико Прекрасного Императора. — В-ваше величество…

Дико Прекрасный Император закусил губу и пристально уставился на Асаги. — Черт… но где ты…

— По пути сюда мы ведь заезжали в Монрой? — … Монрой?

— Угу. Я заранее знала о таких местах, как арены кровавых боёв. Не только там, я, как учёная Асаги, изучала страны этого континента. И тогда я обнаружила довольно интересные слухи. О том, что замедленное парализующее зелье давали гладиаторам перед их последним боем.

Асаги дунула на кончики пальцев руки, сложенной в форме пистолета. — Если популярный боец начинает говорить что-то вроде «я ухожу на пенсию», то организаторам нужно искать нового, так? Тогда, во время последнего боя уходящего гладиатора, ему тайно дают выпить специальное парализующее зелье. Под предлогом ритуала перед последним боем. И заставляют проиграть — умереть. Тогда противник, убивший популярного бойца, который не смог показать свою настоящую силу, унаследует славу убитого и станет следующим… вот это самое. Ключевой момент в том, что непопулярных гладиаторов отпускали на пенсию нормально, так что они не обязательно умирали в последнем бою. Довольно умные организаторы, думаю я. Ха-а… если бы администрация того мобильного приложения, которым я занималась в том мире, управляла бы так же умно… Типичный случай «материал был хорош», вот это…

«А-а, если я буду отклоняться от темы, богиня снова скажет, что я тяну время», — подумала Асаги, возвращаясь к делу. — А, кажется, время проявления эффекта парализующего зелья можно варьировать с помощью состава. У вас состав с немного более поздним проявлением эффекта. Кстати, я тоже пила чай с тем же зельем, так что я тоже скоро онемею и не смогу двигаться. Противоядие вроде как у меня в кармане, но если бы я выпила его по пути, вы бы странно заподозрили.

Кобато мелко дрожала: — За-зачем… зачем такое… мы же ещё не знали, с кем встретимся…

— Ну, я уже тогда думала о сражении с Мимори… и поскольку замок Вициус уже был близко, я подумала, что пора, и привела это в исполнение. Я всё же до последнего сомневалась, знаешь ли. Что ж, если бы поняла, что ошиблась, то честно призналась бы и извинилась. И если бы там мой план предательства раскрылся, то председатель до последнего не позволил бы меня убить, правда? Как и в нашей прежней стране. Если за преступление ждёт мягкое наказание, то выгоднее совершить его.

— … Асаги.

Дико Прекрасный Император произнёс с долей самобичевания: — Для меня… выпить тот чай было знаком того, что я доверяю тебе.

— Наивный… Цуинэ. Сладкий, как выпитый чай. Хотя выглядишь круто, на самом деле ты хороший человек, Дико Прекрасный Император.

Дико Прекрасный Император… улыбнулся. Это была улыбка человека, что-то принявшего. — Тока… говорил, что ты не предашь. Я поверил в это… в слова моего первого друга. И это результат… остаётся только принять.

— Благородно. Хорошо, Цуинэ.

— Однако… я не говорил, что принимаю твоё предложение. Из-за себя, поверившего тебе, возникла эта ситуация. Я просто признаю это.

— М-м, понятно. Но если будешь говорить такие сырые слова, страшная Вициус убьёт тебя, знаешь? Асаги не может позаботиться о самоуничтожающемся типе, который не принимает протянутую руку. Делай что хочешь.

И Дико Прекрасный Император, и Честер приготовились к бою. Но… ни один из них не мог атаковать. Возможно, ещё до атаки они уже понимали. Что не смогут победить Вициус в бою. Возможно, именно потому, что они оба сильны… именно потому, что могут в какой-то мере измерить силу Вициус. Они понимают, что враг непреодолим.

Асаги наклонила голову и улыбнулась: — А, Кобато, ты уже согласна на условие? — Э…

— Птичка, просто веди себя тихо, пока ситуация не успокоится, и всё.

— Асаги…

— Цуинэ и Честер… если хотите умереть, пожалуйста, как хотите. Ведь можно свободно выбрать, выпить красную пилюлю или синюю. А-а… пилюля уже принята! Попыталась сказать что-то умное и облажалась! Тэхэ-перо.

Честер уставился на Асаги: — Черт… Аса… ги…

В этот момент: — … Тогда других…

Вициус заговорила. Во время всего разговора она, казалось, всё время о чём-то размышляла. — Остальных можно всех убить… и что бы я ни делала, вы не будете возражать, да?

Асаги, услышав вопрос, ответила: — Угу, мне всё равно.

Кoбaто, слёзы струились по её щекам, затаила дыхание.

Хидзри… Ицуки.

Мимори.

Все остальные в классе, кто не был в группе Асаги…

Люди, что сражались внутри и снаружи этого лабиринта…

Аяка Саго тоже?

— Асаги… нельзя так… само собой разумеется, что нельзя…

— Хи-хи… Кобо, эти слова неуместны, не так ли? Прямо сейчас они совершенно неуместны…

— Э…?

— Потому что ты думаешь, что я, возможно, выиграю. Поэтому ты так отчаянна, верно?

— !

— Ну… в общем, это так и есть, Вициус.

Асаги перевела свой взгляд на Вициус:

— Даже Кобо на подсознательном уровне думает, что я, возможно, смогу победить даже эту армию мушиного короля. На самом деле, думаю, это только я. Я одна, кто может нарисовать путь к победе против Мимори Токи на этой доске.

— М-м… откуда у вас такая уверенность? Простите, но вы что, такой великий стратег?

— Ну, стратег… немного по-отику, наверное, близость моря? И что в этом другом мире, пожалуй, только я могу погрузиться на такую же глубину, как и тот парень. Тёмных людей много, но море у меня и Мимори немного отличается.

— М-м, не очень понимаю эту метафору.

— Даже Вициус не до конца понимает, поэтому я могу придумать стратегию, которую ты не сможешь вообразить.

— М-м, как-то чувствую, будто меня заколдовывают… —

— Что? Всё ещё думаешь, что я могу предать, или что-то в этом духе, скучное?

Асаги… сказала с лёгким раздражением:

— Ты же не ребёнок… пора бы уже повзрослеть, Вициус.

Дзик.

На лбу Вициус вздулась вена.

Она стояла напротив и смотрела на Асаги молчаливым, убийственным взглядом.

— Так на каком основании я могу тебе доверять? И вообще, с самого начала ты слишком развязна, дерьмовый сопляк.

— Поэтому я и говорю — быстрее отруби мне эти руки в качестве страховки, дерьмовая старуха.

Асаги ответила с таким же холодным и острым взглядом, как у Вициус.

— …………

Но почти сразу Асаги улыбнулась:

— Хи-хи, ну же, ну же? Если не поторопишься, может прийти страшный король мух? Время на исходе! Быстрее.

— … — Пф.

— О?

— Пф-ха-ха-ха-ха!

Вициус рассмеялась. И затем:

— Понятно, понятно… Похоже, я несколько недооценивала тебя, Героиню Асаги Икусаба. Не думала, что найдётся такой полезный Герой… я немного раскаиваюсь.

— О, похоже, сработало?

Вициус взяла правую руку Асаги своей левой.

— Ты… немного похожа на меня.

— О-о… вот оно, течение, где старый сильный персонаж признаёт главного героя… — о?

Правая рука Асаги… была прижата к левой груди Вициус.

Не Асаги протянула руку.

Вициус сама направила её.

— Ну же, Асаги Икусаба… попробуй.

Вициус расширила глаза и усмехнулась.

— Сейчас, когда ты касаешься, ты можешь активировать, верно? Твой тот уникальный навык, способный на великий переворот. Ну же, сейчас самый подходящий момент?

Асаги прищурилась и скривила губы в виде перевёрнутой буквы «V».

— Нет, я же говорю, не собираюсь.

Щёлк.

Вициус тонко разрезала щёку Асаги правой рукой, превращённой в лезвие.

Но Асаги… не дрогнула ни на йоту.

Более того, она даже не пошевелилась. Даже не моргнула.

— ………… Удивительно. Асаги, вы… не боитесь смерти.

— Это не смерть. Для меня это всего лишь конец игры.

Дзик. Асаги показала дерзкую улыбку.

— На самом деле, он уже наложен… но [Королева Пчелиная Блокада Боли] — это действительно идеальная способность для меня. Знаешь, я не боюсь смерти, но боль — это немного неприятно. Большинство тех, кто хочет совершить самоубийство, но не может, — это из-за этого, правда? Хочешь умереть, но не хочешь болезненного или мучительного процесса. Для счастливой цели смерти путь, состоящий из боли и страданий, — это главное препятствие. Этот навык мастерски устранил его. Страха нет.

— В таком случае, Асаги, — продолжила Вициус. — Тот уникальный навык, способный на великий переворот… вы правда не хотите использовать его сейчас?

— Ну я же говорю, как ещё я буду играть с Мимори без силы Вициус?

— …………

На этот раз…

Асаги сама отпустила руку.

Затем она указала пальцем на свой висок:

— Я хочу сразиться с Мимори здесь. Но, как видишь, моя боевая способность ничтожна. Поэтому мне нужны сила Вициус, святых слуг, армии святых тел.

— … У вас правда есть шанс на победу?

— Ну-у… вероятность победы в лучшем случае чуть меньше 60%… нет, чуть больше 50%, наверное?

— Ой-ой, снова какая-то неоднозначная вероятность. Что ж… если это не пустые хвастовства, то в этом есть доля правды.

— Не стоит переоценивать, но тот король мух — непростой противник. Остальное будет зависеть от количества и качества наших фигур… кстати, сколько у нас вообще фигур сейчас?

Вициус вернула правую руку в обычную форму и выпрямилась.

— Эта информация нужна вам прямо сейчас?

— Мм? Можно и потом, неважно.

— …………

Немного помолчав, Вициус заговорила:

— … Из трёх святых слуг Ёмибито уже не в порядке. А Арс, кажется, в состоянии полной остановки, так что на него тоже особо не рассчитывать. К сожалению, похоже, в нормальном рабочем состоянии только Ворумганд. И даже этот Ворумганд, если говорить о проблемах как о фигуре, имеет некоторые проблемы…

— Ээ? Уже двое из святых слуг, что ли, не годятся? Ха-а, армия короля мух и правда сильна. Понятно, почему Вициус подумала о том, чтобы положиться на мою силу.

— Кроме того…

— Примерно столько-то действующих святых тел в лабиринте, да? И ещё армия особых святых тел для отправки на небеса, находящаяся в неактивном состоянии под землёй… так?

— … Наверное, так. Ваша проницательность немного пугает.

Асаги постучала кончиком мизинца по своему виску:

— Без такой проницательности — способности расширять воображение — будет трудно переиграть того король мух, да? Хотя, если Вициус и этот Ворумганд довольно сильны в бою, то остальное зависит от характеристик святых тел, мяу.

— И… я уже хочу спросить: как вы собираетесь победить?

— Мм? Конкретного плана нет.

— А-а-а?

— Ну, в какой-то степени нужно менять действия в зависимости от ситуации и места. И этот король мух пугает именно своей идиотской гибкостью. Вот в чём дело. В результате тщательного расследования нашей съёмочной группы выяснился удивительный факт… тот король мух, он так предвосхищает события и двигает всеми, но при этом его способность реагировать на месте тоже ненормальна… Правда, интересно? «Противнику не в чём упрекнуть» — это как раз об этом.

— Не время оценивать противника… я спрашиваю о пути к победе.

— Раздавить их проще, чем кажется.

— О-о?

— Стоит только раздавить Мимори Току — останется только немного доставить хлопот Такао Хидзри, а с остальными можно как-нибудь справиться.

— … Правда?

— Сэрас без Мимори вряд ли будет функционировать. Похоже, у неё есть что-то вроде болезненной зависимости, поэтому не думаю, что она сможет нормально действовать после потери Мимори Токи. Мунин-мама тоже, хоть и использует запретные заклинания, но её применение всё равно завязано на Мимори. Нарушающий правила слайм тоже не будет угрозой без Мимори как пользователя. С Аякой я как одноклассница справлюсь легко… да и у нас есть карта Кобато. Дико Прекрасного Императора вы видите — уже разобрались. Оставшаяся снаружи лабиринта принцесса Неир тоже не будет такой угрозой по сравнению с Мимори. Маленькая Рокиэра, тоже из божественного рода, как и Вициус, похоже, потеряла большую часть сил и участвует только как советник, так что она тоже зависит от Мимори и других боевых сил.

В этот момент:

— … А?

На лице Вициус появилось выражение человека, столкнувшегося с неожиданным фактом.

— Роки… эра? Вы только что сказали Рокиэра? Асаги… в письме такого не было, верно?

— Угу. Поэтому я и сказала. В качестве страховки я не написала всю информацию.

— …………

Вициус с недовольным выражением слегка прищурилась на Асаги.

Но затем её лицо стало задумчивым.

— … Понятно. Тогда всё сходится… Не то чтобы неизвестный мне божественный род прибыл отдельно… а та дерьмовая Эла каким-то неизвестным мне способом создала клон… покинула Ньянтан и Эно и проникла в ваш лагерь. Вот как оно было… та белая Кастануки.

— Ну, вот так вот, — продолжила Асаги. — Хотя общие силы кажутся в невыгодном положении, стоит лишь раздавить одного Мимори Току, как противник окажется в состоянии, близком к полному развалу.

— Хидзри тоже будет проблемой?

— По сравнению с Мимори — лёгкий противник. Хидзри не может стать таким же отморозком, как Мимори. Такао Хидзри знает отморозков. Но не может пасть и стать одним из них. Если знаешь, что противник идёт, не сходя с пути, то для меня он не враг. Способов справиться — сколько угодно.

— … Асаги.

— Мм?

— Жаль, что вы не показали мне эту свою истинную сущность раньше.

— Ну, Вициус похожа на человека с расстройством личности, страшно. Слишком сильное эго, поэтому ты плохо управляешься с людьми.

— ………………………

— Молча давить с улыбкой — это тоже твоя черта! Ой-ой-ой, вы в порядке?

— … Провоцируете, да? Возможно, в этом вы похожи на меня.

— Ой, как приятно! Тем более что мы похожи в использовании методов промывки мозгов. Или, скорее… Кобо, пора уже перестать плакать? Ты всё время хнычешь, это реально раздражает…

Кобато…

Уже ничего не могла сделать.

Силы… не было.

— Асаги… хлюп… за-зачем… хлюп… зачем так… так…

Ей было жалко себя, что она могла только слушать разговор Асаги и Вициус, плача.

Но… она могла только плакать.

Вициус горько усмехнулась:

— Ой-ой… если подумать, Касима всегда была такой, да? Совершенно беспомощной… хи-хи, но разве не хорошо? Вас так выделяет Асаги. Да, не волнуйтесь. Как и было оговорено в условиях, я выберу вас в качестве тех, кого оставлю в живых.

— … Асаги.

— Мм? Что такое, Птичка?

Кобато сложила руки у груди. Как будто защищая себя… своё сердце.

Хотя слёз уже стало меньше.

Она всё ещё тихо всхлипывала.

— … Асаги… вы… не хотите вернуться в наш мир…?

— Ха-а… опять об этом? Ну… что там делать, в таком месте?

— …………

— Хотя перечислять примеры и долго рассуждать тоже не хочется, так что оставлю это… но это же адская страна для всех, кроме тех, кому повезло с родительским гача. Есть идиоты, которые говорят, что в мировом масштабе мы живём хорошо, но это не так. Это всё равно что сказать человеку, который в ужасном шоке от смерти любимого питомца: «По сравнению с войной смерть питомца — это ерунда». Это разные вещи. Нет воображения.

Асаги вздохнула.

— Ну, для таких, как я, это весьма занимательная страна. Несмотря на свою привлекательность… воздух здесь всё же тяжёлый. Нет внезапных потрясений, словно от стихийных бедствий, но ощущается, будто шелковой тканью медленно душат, и кислород неуловимо иссякает. Чувствуешь, как однажды замечаешь, что кислород закончился, и умираешь. Даже я, будучи ещё подростком, наблюдала и думала: «Ах, это недолго продержится». И вообще, таким, как Кобо, разве не будет трудно жить в таком положении? А-а… но раз уж тебе повезло с лицом и телом, то, используя это, ты, возможно, сможешь продержаться. Пока можно использовать молодость как оружие.

— Асаги.

— Да, пожалуйста, Касима Кобато.

— Давай… поиграем вместе.

— … Что? Кобо… совсем рехнулась?

— Я… люблю… наш мир…

— Действительно цветущий луг. И что значит «поиграем», «поиграем». Забавно.

— Я… может, и не разбираюсь в таких сложных вещах, как устройство мира… но если вернёмся, давай вместе поищем разные хорошие места… разные, интересные вещи… Я… хочу стать ещё ближе с Асаги! Хочу узнать Асаги получше…!

— … Что это? Собираешься апеллировать к чувствам, играя на жалости?.. Паршиво.

— Пусть паршиво — но я хочу подружиться с Асаги! Услышав такое от Асаги, я хочу попробовать! Разные вещи, которые мне нравятся… давай сделаем их вместе, а потом ты решишь! Это не… плохо… наш мир… не такой уж… плохой… у-у-у…

Кобато снова… бесстыдно разревелась.

— Значит, ты прожила счастливую жизнь, Птичка.

— Поэтому я тоже хочу… узнать мир, в котором жила Асаги! Я… я-я…

Хи-хи, — улыбнулась Асаги.

— Что ты можешь понять во мне?

— Я не понимаю… поэтому и хочу узнать…

— Беспокоит, правда, мешает. Что ж… мне, пожалуй, и не нужно возвращаться в тот мир… в этом мире больше свободы, а в том я вдоволь насладилась игрой с ограничениями. Я гарантирую тебе выживание, так что и ты, Кобо, закончи свою жизнь в этом мире вместе со мной — точка.

— Ой-ой… как холодно, Асаги.

С улыбкой вмешалась Вициус.

— Э? Серьёзно? А я-то думала, что весьма здоровая и добрая… — Мм?

Асаги нахмурилась. Казалось, она внезапно что-то заметила.

— А?

— Ой? Асаги… что такое?

— … Кошка?

— Да? Э? Что вы сказали? Кошка?.. Где?

Асаги сделала вид, что задумалась.

— М-м? Что такое…?

Плача, Кобато тоже удивилась.

Асаги прикрыла рот рукой, на её лице было… сомневающееся выражение.

Что вдруг случилось?..

— Даже если открыть крышку, кошки нет… я точно это вижу… угу… нет, правда…?

— ?

Вициус тоже наклонила голову.

Кобато тоже была в замешательстве.

Она, казалось, ни с кем не разговаривала.

По содержанию… тоже было непонятно, о чём она говорит.

Не было никакой связи.

— Кошка уже ушла. Кошка уже исчезла… то, что её нет, уже наблюдаемо… раз её нет, значит, я уже свободна… — А? Почему? Кошка уже должна была исчезнуть…

Будто внимательно что-то проверяя:

— В моих… глазах…

Глаза Асаги сузились.

— Кошка всё ещё видна?

Смысл… был непонятен.

Вообще. Не было ни связи, ни… даже если попытаться прочитать это как предложение, невозможно было найти в нём намерения или смысла. Возможно, для Асаги это были значимые слова…

Но, по крайней мере, для Касимы Кобато… было совершенно непонятно, что говорит Асаги.

(Асаги…? Что вы…)

— М-м… что это?

— Э-это… вы в порядке?

— … А-а, извини, ничего. Кстати, Вициус.

— Да.

— Этот святой слуга Ворумганд — он полезен?

— Он определённо силён. Ворум… возможно, вы, Асаги, сможете использовать его лучше.

— Тогда для начала давай встретимся с этим святым слугой Ворумганд. Или… ты не двигаешься отсюда, потому что знаешь, что он приближается?

— ……… Откуда вы это знаете? Это уже начинает казаться жутким.

— Мяу, значит, Вициус действительно может это как-то узнать. Ну, в случае бедствия тоже лучше не метаться зря, да. Что ж… если этот Ворум идёт к нам, давай немного подождём здесь. Как? За это время, может, обсудим стратегию вдвоём, Вициус.

— Да, пожалуй… я ещё мало слышала о том, как именно победить Мимори, так что хотела бы узнать об этом немного больше. И ещё… мне интересен мир, в котором живут вы, Асаги, и другие. Хотя это, наверное, уже после битвы.

— Мимори… Что ж, как я уже сказала, действия зависят от ситуации, но [Королева Пчелиная Слабость]… в его случае, способность всегда делать лучший ход… наоборот, является слабостью…

— А?

— —, … А?..

То, что произошло в поле зрения…

(… Что?)

Кобато не успевала осознать.

Асаги коснулась руки Вициус… и активировала.

Тот уникальный навык.

Рука Королевы Пчелы коснулась руки богини.

И ввела богиню… в сферу своей слабости.

Особенно непонятным было то,

что сама Асаги, использовавшая его, казалась почему-то удивлённой.

— ……… Ха-а-а.

Вициус тяжело вздохнула.

— Асаги… что это значит? Судя по вашему виду… это похоже на какую-то ошибку? Объясните.

— … Почему?.. А?

С растерянным, потерянным выражением лица Асаги смотрела на свою ладонь.

И тогда сразу же…

— Чёрт… вот оно что…! Чёрт!

Асаги развернулась на каблуках, повернувшись спиной к Вициус, и побежала к Кобато. И закричала.

— Если парализующее зелье ещё не подействовало до конца — атакуй, Дико Прекрасный Император! Вициус!

Асаги Сэндзё.

С лицом, полным невиданной досады.

— Чёрт… кошка всё ещё была! Чёрт, а я-то! Ты что, мираж? Ах, чёрт! Всё испорчено! Всё!

С абсолютно несвойственным ей выражением лица, налитым убийственной яростью, Асаги уставилась на Кобато…

— Это из-за тебя, Кобато.

Дико Прекрасный Император колебался.

Но это длилось… всего несколько мгновений.

Активировав способность Экскалибрура, он бросился вперёд.

Поравнявшись, Дико Прекрасный Император бросил на Асаги один взгляд. Но…

— Честер! Я поручаю тебе их двоих!

Отдав приказ, он мгновенно вернул взгляд вперёд.

Дико Прекрасный Император, сопровождаемый десятком перовидных световых клинков, бросил их вперёд — и сам атаковал Вициус.

— … Понятно. Это… слишком ослабляет. Действительно, сила, способная низвергнуть даже этого бога… кроме запретных заклинаний Запретного Рода и навыков наложения статусов Токи Мимори… это… угроза для Вициус.

Вициус превратила руку в лезвие и вышла на встречный бой.

Дико Прекрасный Император перерезал атакующее лезвие Вициус.

Эскадрилья парящих световых клинков Экскалибрура прошла через Вициус.

Тело богини было рассечено, брызнула белая кровь. Вициус цокнула языком.

— Не только не могу полностью избежать атаки такого уровня, но кожа рвётся так легко… — !

Вициус позволила парящим световым клинкам поразить себя.

Похоже, она сосредоточилась на защите от атак самого Священного Меча, которые могли быть смертельными.

Восстановив отсечённую руку, она снова превратила её в лезвие и вышла на встречный бой.

Звук скрещивающихся лезвий.

Асаги, подбежавшая к самому Кобато, перевела дух и посмотрела на сражающихся двоих.

— Асаги…

— А-а… если подумать, то да.

Игнорируя присутствие Кобато, Асаги сказала:

— Согласно предварительной информации Хидзри, кровь Вициус должна быть красной.

— Э?

— Надо было догадаться. А я-то… промахнулась. Слишком много оправданий, но… я была так рада возможности сразиться с Мимори Токой, что немного расслабилась. Что ж, ладно, что [Божественное Рассеивающее Заклинание] не подействовало на мой уникальный навык…

Асаги тихо вздохнула.

— То, что не отрубила мне руки… и то, что позволила моей руке коснуться своей груди, даже если это было испытанием… если подумать, это слишком беспечно. Но если эта Вициус с белой кровью — клон… запасной, то и эта беспечность объяснима. Чувство опасности совершенно разное в игре, где после смерти остаются предметы и можно возродиться, и в игре с полной потерей всего.

Сравнение с игрой было непонятно.

Значит, та Вициус была… подделкой.

Но… Кобато волновало кое-что другое.

— … Э-это… Асаги, вы…

— Если бы не ты…

Тут Асаги, «А, точно», — прижала подушечку пальца к своему носу.

— … То, что Мимори Тока сказал Дико Прекрасному Императору, что я не предам, — значит, он предвидел это? Если подумать сейчас, подсказки действительно были, но… чтобы учесть даже подсознательные желания… просто великолепно, Мимори Тока. Чёрт… хотелось бы сразиться с ним, используя Вициус и её фигуры… ха-а… — А ты что? Ты что-то хотела сказать?

— Э-это… вы с самого начала так планировали, да?

Асаги пожала плечами, уклоняясь от ответа:

— Предоставляю вашему воображению.

— …………

Ранее Асаги сказала.

«Если парализующее зелье ещё не подействовало до конца»…

Значит… дать им выпить зелье, вероятно, правда.

После того как обманом атаковала Вициус, она собиралась дать им противоядие?

С самого начала… всё это было так запланировано?

— Нет, не думаю.

Это предательство по отношению к Вициус, вероятно, было вызвано непредвиденной «аварией».

У Кобато было такое чувство, что это так.

Но… она не могла спросить больше.

Не могла добиваться.

… И потом,

(Асаги сказала, что это из-за меня… что это значит…)

О, — Асаги подняла бровь.

— Молодец, Цуинэ.

Удар Дико Прекрасного Императора рассек тело ложной Вициус по диагонали.

Защита со стороны ложной Вициус с этого момента начала стремительно рушиться.

Регенеративная способность ложной Вициус не успевала за непрекращающимися атаками Дико Прекрасного Императора.

— Хи, хи-хи… дерьмовые сопляки… жаль, что это не оригинал…?

Сказав это, ложная Вициус показала жуткую улыбку.

Но вскоре ложная Вициус перестала регенерировать и начала растворяться.

Дико Прекрасный Император посмотрел на исчезающие следы тела ложной Вициус:

— Жаль, что это был не оригинал.

Затем он повернулся к Асаги:

— Асаги, правда ли, что противоядие…

— … Или нет.

Взгляд Асаги был направлен в одну точку комнаты. Кобато тоже невольно посмотрела в ту сторону.

— А.

И поняла.

У входа в комнату… в руке, сжимающей обломки черепицы, камня — нет, железа?..

Ворумганд.

Она сразу догадалась по внешним характеристикам.

Ложная Вициус говорила, что он приближается.

Но… он был совершенно незаметен.

Конечно, возможно, это из-за того, что она — Касима Кобато.

Но и трое остальных, похоже, не заметили его, пока не увидели.

Дико Прекрасный Император попытался принять стойку.

Возможно, он думал стать щитом для Асаги и других — Честер двинулся.

Но он был быстр. Невероятно.

Слишком быстр. Всё… не успевало.

— Вум!

Бросок.

Ворумганд швырнул то, что держал в руке.

Выпущенные из белой руки святого слуги, они, словно картечь, превратились в обломки, обладающие скоростью пуль… и обрушились на находившихся в комнате.

(А-а…)

Кобато.

Предчувствие закралось в её душу.

Умру.

Чувство неминуемой смерти.

«Так вот каково это — так явно осознавать», — мелькнула мысль.

«Так вот что значит — понимать так рано…»

— Тук.

Что-то.

Толкнуло тело Кобато.

— — А? —

В поле её зрения.

Была Асаги, оттолкнувшая Кобато.

Её глаза были распахнуты.

Словно и она сама удивлена своими действиями…

— Э-э-э… Асаги-са…

— Бум.

Раздался странный звук.

Пробитие?

— Пробитие.

Это осознание пришло с запозданием.

От чего девушка вздрогнула.

Как в кино, когда внезапно показывают шокирующий кадр…

— Асаги…?

Обломки, прошедшие сквозь Асаги… и освободившиеся.

Вонзились в стену.

(Сейчас… она защитила меня…?)

Честера отбросило.

Но, возможно, потому что обломки ударили в доспехи, он избежал смертельного ранения.

Дикий Прекрасный Император…

— … Н-гхх.

Его правая нога ниже колена была оторвана.

Вероятно, обломки перерезали её.

Но… даже в таком состоянии Дикий Прекрасный Император показал готовность сражаться.

Активировав способность Священного Меча, он призвал те парящие световые клинки.

— Честер… возьми Асаги и беги! И Кобато, помоги ему…!

— Хруст.

— Гх, у-у…!?

Ворумганд наступил ногой на руку Дикого Прекрасного Императора.

Возможно… запястье руки, державшей меч, было раздроблено.

Однако, прежде чем на него наступили, Дикий Прекрасный Император выпустил парящие световые клинки.

Но Ворумганд даже не пытался уклониться.

На нём не осталось ни единой царапины.

Честер побледнел и закричал:

— Ваше Величество-е-е!

— Дурак! Не обращай на меня внимания, уходи! Ты тоже один из моих подчинённых, посвятивших мне жизнь! Это приказ императора, Честер!

— — ! … !

Сделав лицо, готовое распасться, и стиснув зубы… Честер устремился к Асаги.

Кобато… из последних сил.

Асаги… Асаги… нужно унести…

Она жива, правда? Жива — Асаги?

Навык исцеления… уровень низкий, но я научилась им пользоваться!

Навык исцеления может лишь облегчить боль, остановить кровотечение…

— У…

Всего за одно мгновение.

Ворумганд встал перед Честером и остальными.

Священный Меч уже был отброшен ногой далеко в сторону.

Поэтому Дикий Прекрасный Император больше не мог двигаться… и не мог атаковать.

Честера сбили с ног и отбросили.

Он врезался в стену и упал вперёд.

И, уперевшись руками в землю:

— Кх, фу…

Выплюнул кровь.

Процесс, как его отбросило… Кобато не смогла осмыслить.

Настолько огромный святой слуга был быстр.

— … А.

Кобато опустилась на колени.

Не убежать.

Этот… святой слуга…

Даже такой человек, как она, понимал.

Этот святой слуга… ничего не позволит.

И вот… он идёт убивать.

Кобато… обняла Асаги, словно защищая её.

Неосознанно она так поступила.

Хотя не могла.

Потому что подумала: «Нужно защитить».

Я…

— Асаги.

Асаги, казалось, была без сознания.

Но… сердце ещё билось.

Она жива.

— Я не знаю почему… даже если бы вы сказали, что это из-за меня, с таким лицом… я…

Кобато очень мягко, с добрыми глазами, произнесла:

— Я рада, что вы вернулись к нам как союзница… спасибо.

И Касима Кобато…

Чистыми, без единого облачка глазами, прямо посмотрела на Ворумганда.

Всё ещё держа на руках Асаги.

Она думала, что обязательно будет дрожать.

Но, как ни странно, дрожи не было.

Почему-то не было и страха.

Даже казалось, что это может быть неплохим концом.

— И ещё… прости, что я обуза. Что я вялая Птичка… и из-за этого вы защитили меня… правда, прости… … … хоть это и ничем не искупит…

Я…

— До самого конца… я буду с Асаги.

Она сжала руку Асаги.

Ведь я здесь.

Так что, по крайней мере… в конце — вместе.

Правда?

— … Чёрт.

Ворумганд, смотревший сверху вниз, цокнул языком.

— Хоть вы и вторгшиеся, но придётся убивать даже такое… чёрт, тут даже не до смеха…

Но прости, — Ворумганд приготовился.

— Не могу пойти против фактора Вициус… так что, по крайней мере, безболезненно, одним ударом — — — —

— Бит.

Нечто, похожее на паутину.

Прилипло к стене.

Слишком толстое для нити.

Скорее уж… канат.

Это произошло позади Ворумганда.

Да… она вспомнила.

Как в цирке, канат, по которому канатоходец ходит на высоте.

Ниже, чем тот образ, полупрозрачный канат тянулся по диагонали вниз.

В этой комнате был высокий потолок. Вверху, куда вела лестница, тоже был проход.

Из того прохода… выпрыгнули трое.

Будто притянутые тем канатом, прилипшим к стене.

Или будто прилипший канат…

Притянул троих, бывших в том проходе…

— … А-а?

Почувствовав неладное позади?

Ворумганд отреагировал.

(А-а…)

Лицо Кобато исказилось.

Мимори.

— «Запретное заклинание связывания — —

К королю мух.

Сэрас Ашрейн и Мунин цеплялись за него.

Будто увлечённые боковой инерцией, трое вылетели в воздух.

Действия Ворумганда… были быстры.

Когда он успел повернуться?

К тому моменту, как Кобато осознала, он уже прыгнул и перешёл в атакующую стойку.

— — [Наделение Тёмной Свойством] — —

Сэрас Ашрейн, развернувшая Происхождение Снаряжения, взмахнула световым мечом.

Тяжело, с гуань, отбив атаку Ворумганда…

— — освобождение…!

Трое врезались в стену.

Ворумганд, оказавшийся неподалёку, ринулся вперёд.

Его убийственная аура, достойная описания «напряжённая, словно одержимость духа», витала вокруг.

Втягивая внутрь тела выпущенные цепи… белый архангел, подобный богу войны, начал атаку.

□

Устранение бесполезного.

Голос Ворумганда был уже не слышен.

Белый падший бог.

Сосредоточившись на устранении препятствий, он действовал исключительно с целью уничтожения.

Словно переключился режим.

— [Пара… ЛАЙЗ]!

— Хруст… Дзик.

Алая кровь хлынула,

разбрызгиваясь.

Но… Ворумганд не остановился.

— … Сэрас!

Король выкрикнул имя рыцаря.

В его голосе была вся вера, которую он питал к своему рыцарю.

И на зов короля… рыцарь откликнулся.

— Да!

Белый, рёв.

Последний архангел и… полное Пробуждение Снаряжения.

Сильнейший воин и сильнейший фехтовальщик обменивались ударами.

В кровавом тумане взмах могучей длани белого архангела, словно разрушительной дубины.

Световой меч эльфийской принцессы-рыцаря встретил его, чтобы — — —

Врезаясь, рассекая воздух.