Я стал тираном в оборонительной игре Том 1 Глава 788 Король демонов и ведьма (2)
Ранее в Я стал тираном в оборонительной игре...
В своём втором воплощении женщина жила сломленной.
Пропасть между первой жизнью и нынешней оказалась неподъёмной. Она пала духом.
Однако муж и сын проявляли такую заботу, будто склеивали её по осколкам.
Их преданность, их ангельское терпение возвращали её к жизни день за днём, и к закату лет женщина вновь обрела тихое умиротворение.
Она отошла в мир иной среди тех, кого любила.
— Благодарю вас, мой дорогой. Спасибо, сынок. Благодаря вам обоим моя жизнь… поистине была благословенной…
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
И регрессия повторилась.
...
Снова тот самый день.
Лето. Та самая хижина, где её отец совершил самоубийство, перерезав вены.
Дрожа, женщина вглядывалась вглубь хижины. Её взгляд не отрывался от гор рукописей и заметок, оставленных отцом.
И тогда она постигла.
Дело, унаследованное ею от предков, от отца… оказалось столь же неизбежным, как и это проклятие.
Всё равно ведь время бесконечно. Жизни – тоже.
Оставив позади тело своего отца, она медленно вошла в хижину.
И столкнулась лицом к лицу с наследием предков, пришедшим вместе с проклятием.
Особым умом женщина не блистала, а её исследования не торопились раскрывать ей суть.
Вся третья жизнь ушла лишь на то, чтобы разобрать и постичь записи отца и предков.
Но плоды всё же были. По крайней мере, теперь она кое-как понимала всё, до чего они успели дойти.
— Внешние божества силой своей раздвинули грань между жизнью и смертью, между миром живых и миром мёртвых, и через зияющую брешь начали вторгаться в этот мир…
Эта брешь и стала промежуточным рубежом между жизнью и смертью. Потусторонним берегом.
Миром духов.
Внешние божества посадили в этом искусственном пространстве древа избранных ими рас и позволили им укорениться.
— Эти древа пускают корни в мир духов, а их стволы проникают в мир живых; силу извне, воспринятую из мира духов, они проводят сюда…
Таков был принцип магии.
И причина, по которой пользоваться магией могли лишь избранные расы.
Тут у женщины возник вопрос.
— Тогда почему внешние божества даровали древа рас… древа-хранители лишь некоторым народам?
Ответ прозвучал у неё за спиной.
— Потому что сейчас идёт «война рас» — Игра Гибели.
— …?!
Женщина в ужасе обернулась. Перед ней предстал Король демонов — как всегда, с мерзкой, кривой усмешкой.
— Поздравляю, добралась. С такой-то тупой головой — почти чудо.
Король демонов насмехался, но женщина не стала огрызаться и спросила о том, что её волновало.
— «Война рас»? «Игра Гибели»? Что это означает?
— Этот мир выбрали в качестве игровой площадки внешние божества.
Король демонов охотно принялся объяснять.
— Они создали пространство под названием Мир Духов и через него начали вторгаться в наш мир. Развлекались им на разные лады; одна из таких забав и есть «война рас».
— …
— Каждый внешний бог дарует понравившейся расе силу, благословение и милость магии… а потом наблюдает, как избранные расы сражаются, уничтожают друг друга и исчезают.
Женщина с сомнением спросила:
— И это… им весело?
— Конечно. Представь: холм кишит муравьями. Несколько муравьиных армий враждуют, и ты выбираешь одну из них.
— …
— Ты поддерживаешь её, подкидываешь ей силы и видишь своими глазами, как после отчаянной битвы она захватывает власть над всем холмом. Редкая забава сравнится с такой.
Перед игрой трансцендентных существ всё живое в этом мире и впрямь было не более чем муравьём.
Женщина не заметила, как задрожали её плечи.
— То, что моя жизнь повторяется, — тоже одна из таких забав?
— Вот теперь мозги, кажется, зашевелились. Верно.
Король демонов кивнул.
— В трагедиях целых рас, государств и миров, конечно, есть своё удовольствие, но истинный вкус трагедии раскрывается, когда наблюдаешь вблизи, как рушится один человек.
— …
— И ты — одна из таких трагедий. Твои предки из поколения в поколение плели вашу судьбу и продали её.
Он хихикал, словно тень, обретшая человеческий облик.
Женщина внимательно всмотрелась в него и осторожно спросила:
— Кто вы… на самом деле?
— Я — посредник.
Неожиданно Король демонов ответил без утайки.
— Когда-то я был наблюдателем, таким же, как те внешние боги. Но эта сцена, набитая трагедиями, так пришлась мне по душе, что я сам спрыгнул на неё. Падшее Созвездие.
— …
— Праздное зло, которое доносит все эти трагедии за пределы сцены.
Она не поняла всего, что он сказал. И всё же смутно почувствовала.
— Поэтому, прошу, покажи мне занимательную трагедию. Свою собственную — новую и мучительную.
Он был могущественным, злым, запредельным.
И всё равно почему-то казался ей жалким.
Те, кто мог черпать радость только из таких трагедий…
Почему-то вызывали у неё жалость. Почти сострадание.
Минуло четвёртое существование, и к пятой жизни женщина смогла постичь все исследования предков.
А также свести в стройную теорию результат, к которому отец пришёл в самом конце.
— Если украсть ветви у древес-хранителей четырёх великих рас и привить их друг к другу…
Безумные каракули отца под её рукой превратились в ясную, выверенную теорию магии. Женщина вслух произнесла вывод, к которому пришла.
— Можно создать древо-хранитель, не склоняющееся ни к одной из сторон. А хозяином этого древа-хранителя зарегистрировать нас, людей…
Именно это и пытался осуществить предок, первым получивший проклятие регрессии.
Человеческий вид был слишком незначительным и слабым, чтобы быть избранным внешними богами. Чтобы вырваться из пут нынешнего рабства, у людей оставался лишь один путь — похищение пламени магии.
— Ты правда думаешь, что это возможно?
Сзади раздался голос, полный насмешки.
Король демонов уже стоял рядом, заглядывая ей через плечо в записи.
— Древа-хранители каждой расы охраняются лучше, чем любая крепость. Они являются не только национальными сокровищами, от которых зависит судьба их народов, но и ключевыми фигурами в войнах между расами, за которыми пристально наблюдают все внешние боги, собравшиеся на этой игровой площадке.
— ...
— И как же обычная женщина, принадлежащая к человеческому роду, собирается украсть ветвь такого дерева?
Женщина с горечью улыбнулась и поднялась из-за стола.
— Я смогу. Ведь у меня есть бесконечное время.
— Ты непременно сломаешься. Согнешься под тяжестью и рассыплешься. Впрочем, на это тоже будет весьма интересно посмотреть…
— И самое главное.
Перебив Короля демонов, женщина твёрдо произнесла:
— Теперь я хочу сделать это сама.
Раньше она не жаловалась на свою судьбу.
Ей было достаточно тихих дней, проведённых в маленькой деревне рядом с теми, кого она любила.
Но чем глубже она погружалась в исследования, унаследованные от предков, чем яснее видела истинное лицо этого мира… тем шире распахивались её глаза.
Жизнь в деревне, казавшаяся мирной и благодатной, на самом деле была жизнью рабов, находящихся под надзором других рас.
Поборы, избиения, обращение как со скотом — всё это началось с её рождения, и поэтому никогда не казалось ей чем-то необычным.
Но когда пришло прозрение, прежний мир изменился до неузнаваемости.
Урожай, который отбирали каждую осень. Молодые мужчины, которых забирали для участия в чужих войнах. Правители, появлявшиеся каждый сезон, чтобы бить, ломать и демонстрировать свою силу…
Женщина больше не могла молча наблюдать за этим.
— В сложных вопросах я не сильна… но одно я знаю точно.
Собирая свои вещи, она говорила так, будто произносила клятву.
— Я не хочу передать своему ребёнку жизнь раба.
— ...!
— Я отправляюсь в путь. Если стучать, то рано или поздно какая-нибудь дверь да откроется, верно?
Это уже не было делом, доставшимся от предков.
Это была её собственная, непоколебимая воля.
На спину женщины, уходившей без малейших колебаний, Король демонов смотрел молча.
— ...
И выражение его лица слегка изменилось.
Женщина собрала свою поклажу и покинула дом.
И тут…
— Мама?
Проснувшийся сын, сонно потирая глаза, вышел следом за ней.
— Ты куда?
— ...
Женщина долго смотрела на своего маленького сына, и в её взгляде таилось слишком многое. Затем она опустилась перед ним на корточки и нежно погладила его по голове.
— Прости, сынок.
— А?..
— Но однажды ты поймёшь маму.
Все слова, которые рвались наружу, она глубоко запрятала внутри.
И заставила себя улыбнуться.
— Ты обязательно поймёшь.
Так женщина отправилась в свой путь.
Долгий путь — за пламенем магии, которое нужно было похитить.
Она терпела неудачи бесчисленное количество раз.
Едва она приближалась к дереву, как её поражала стрела. Едва касалась ветви, как срабатывала ловушка. Её кололи копьями, подвергали пыткам, обезглавливали, бросали на растерзание псам.
Щелк. Щелк. Щелк.
Сотни жизней повторились.
Женщина изменила свою тактику. Она решила завоевать расположение нужных ей рас и таким образом приблизиться к древам-хранителям.
Для человека, презираемого как представитель рабской расы, это было почти невыполнимо, но она не сдалась.
Щелк. Щелк. Щелк.
И снова повторились сотни жизней.
Теперь ей удавалось добывать по одной ветви древа-хранителя от каждой расы.
Но в одной жизни можно было успеть совершить лишь ограниченное количество действий.
От точки регрессии до самой смерти она оттачивала свой маршрут так, чтобы собрать по ветви каждого древа-хранителя.
Было недостаточно просто украсть их: нужно было ещё не вызвать погоню — или научиться от неё ускользать.
Путь был жестоким, долгим и казалось, что ему не будет конца.
Щелк. Щелк. Щелк.
Снова сотни жизней.
Нет, тысячи? Или, быть может, уже десятки тысяч?
Она давно перестала вести дневник, который некогда заполняла в каждой своей жизни. Теперь женщина действовала, руководствуясь опытом, врезавшимся прямо в её тело.
Внутри неё горело странное желание, которого она и сама не могла до конца понять. Оно не позволяло ей остановиться и заставляло сражаться дальше.
— ...
Король демонов, который всегда смеялся у неё за спиной, также претерпел изменения.
Чем дальше она продвигалась, ведомая своей несгибаемой волей, тем меньше насмешки оставалось на его лице. Постепенно он начал смотреть на её путь с уважением.
И вот — всё это в теле обычного человека.
После бесчисленных попыток…
Она наконец раздобыла ветви всех четырёх древ-хранителей.
К тому времени её волосы полностью поседели, а спина согнулась так, что она уже не могла выпрямиться.
И состарилось не только тело: сама её душа была истерзана и растрескалась от изнурительных испытаний.
Но она всё-таки достигла своей цели.
— ...
Женщина смотрела на четыре ветви, которые держала в руках, и её глаза были полны такого глубокого чувства, для которого не найти слов.
Эвергрин, Эверблу, Эверред, Эверголд…
Вечнозелёное древо эльфов, коралловое древо русалок, кленовое древо зверолюдей, Золотая Ветвь дворфов.
Вернувшись в заброшенную хижину у озера, женщина начала прививать четыре ветви друг к другу, чтобы создать новое древо.
Теория была выстроена идеально. За бесчисленные жизни, прожитые в уме, она провела её проверку множество раз.
И тут...
Вспышка!
Это сработало.
Четыре ветви, привитые друг к другу, слились в одно целое дерево, и женщина, поражённая, смотрела на полупрозрачный саженец в своих руках.
«Поздравляю.»
Король демонов, появившийся, как всегда, из ниоткуда, говорил на удивление мягко.
«Я не ожидал, что ты действительно сможешь добиться этого... Признаю. Ты совершила великое дело.»
«...»
«Ну же. Заверши то, о чём ты так долго мечтала.»
Женщина медленно вложила свою волю в дерево, ещё не освещённое ни одной расой.
И возжелала.
«...Пусть и моя раса получит свет магии...»
Тогда прозрачная ветвь, лишённая каких-либо отличительных черт, начала меняться.
Изнутри её заполнила чернота, по коре прорезались острые шипы. Один из них пронзил ладонь женщины, впитывая её кровь.
«Ах...!»
Увидев, каким стало древо-хранитель человеческой расы, женщина выдохнула, почти всхлипнув.
Так, впервые, родилось Вечночёрное древо Эверблэк.
Прижимая к груди колючий саженец, женщина разрыдалась.
«Я справилась... я справилась, отец...»
Дело, начатое предками, было завершено.
Теперь человечество получит свет магии. Теперь им не придётся жить в рабстве.
На исходе своего пути женщина улыбалась счастливо.
Но...
Как всегда, мир не собирался подчиняться её желаниям.
«Ведьма!»
«Из-за тебя мы все погибнем!»
«Казнить её! Мы должны доказать, что ни в чём не виноваты!»
Центральная площадь деревни, где она родилась и выросла.
Привязанная к эшафоту, женщина растерянно озиралась.
На хворост, сложенный у её ног. На односельчан, бросавших в неё камни.
И...
«...»
На постаревшего сына, который смотрел на неё из разъярённой толпы с лицом, полным отчаяния.
Встретившись с ним взглядом, женщина задрожала.
Почему?
Почему всё обернулось именно так?..
«Разве я не твердил тебе снова и снова?»
Король демонов стоял у неё за спиной и тихо прошептал:
«Твоя жизнь не может быть ничем иным, кроме трагедии...»