Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1304 А что это между вами двоими?

Императорские Владения Ужао — край дивной красоты и духовной силы.

Эти земли не касаются тверди земной, раскинувшись среди облаков; этот мир лежит вне инь и ян, веками храня в себе покой и чистоту. Духовный ветер овевает плывущие облака, изумрудные пики пронзают небеса, а радужные мосты, перекинутые через небосвод, вторят затихающим вдали крикам журавлей.

Об этом заоблачном рае в древних книгах внешнего мира сохранилось немногое — лишь несколько туманных строк:

«Древние ценили ветер, снег и лунный свет, а нынешние не ценят древних. Опершись о горы, словно о дождь, можно узреть вершины былых времен».

Загадочно и непостижимо — вот и все, что было известно людям об Императорских Владениях Ужао.

Предания гласили, что, войдя в этот мир, можно ощутить самую плотную духовную энергию во всей вселенной. Время от времени здесь проносились бесхозные потоки Святой силы, омывая и очищая душу.

Говорили, что, застав в этих землях духовный дождь, человек мог войти в состояние Просветления, узреть частицу древней мощи, овладеть толикой силы ветра и значительно продвинуться в своем развитии.

Но сегодня в этом заоблачном раю свежий ветер наполнился скорбью, а воздух — горечью.

Даже плывущие облака, касавшиеся вечнозеленых вершин, казалось, плакали, сопереживая вселенской печали.

— У-у-у…

Внезапно из Божественных чертогов на Горе Восьми Сторон в Императорских Владениях Ужао раздался скорбный святой глас, эхом прокатившийся по всему миру.

Каждый, кто слышал его, чувствовал, как сердце сжимается от тоски, но в то же время понимал: это знамение, которое является лишь тогда, когда за пределами владений погибает Полусвятой из рода Жао.

Но…

Если Полусвятой из клана Жао путешествует по миру, у кого хватит дерзости его убить?

В одно мгновение Императорские Владения Ужао охватили паника и гнев. В воздухе запахло грозой.

На Горе Восьми Сторон, миновав сумрачный лес, на тропу вышел человек.

Необычайно красивый мужчина был одет в зеленый халат, распахнутый на груди и перехваченный у живота поясом цвета синего нефрита. В вырезе виднелись рельефные мышцы и нефритовая кожа, а его тело переливалось святым сиянием, придавая ему поистине божественный вид.

Он на мгновение прислушался, тут же стер с лица скорбь и, слегка приподняв бровь, с легкой усмешкой произнес:

— Прошу прощения, я, кажется, пришел немного не вовремя и застал… семейные неурядицы, которые не принято выносить на публику?

Он держался совершенно расслабленно, будто прогуливался по собственному саду. В руке он вертел невесть где сломанную зеленую веточку и небрежно рассекал ею воздух со свистом.

Каждое его движение было преисполнено естественного ритма Дао и особой, неописуемой прелести, а тело окутывала струящаяся Святая сила.

— Вынужден извинить господина Юэ Гунли, я и сам не знал, что сегодня такое произойдет, иначе ни за что не стал бы приглашать вас сегодня на гору, — сказал стоявший рядом человек, опустив голову, но в его взгляде все еще читался шок.

Он был из клана Жао, и в его обязанности входил прием гостей из четырех других Тайных Царств Святых Императоров.

Жао Буку, часто имевший дело с внешним миром, лучше других понимал, что означает этот погребальный звон Падения святого.

Насколько ему было известно, из представителей клана Жао на Континенте Священного Духа сейчас находилась только Жао Яояо, не считая того чужака, которого клан уже давно вычеркнул из своих рядов.

Жао Яояо… Необыкновенный талант, Глава-распорядитель Алых Одежд, одна из Семи Бессмертных Меча.

Совсем недавно из Божественных чертогов донесся звон меча, возвестивший о ее становлении Святым Меча.

Обладая такой силой, да еще и нося фамилию Жао… Что же за катаклизм должен был произойти во внешнем мире, чтобы Жао Яояо пала?

— Если не ошибаюсь, умерла Жао Яояо, верно? Какая одаренная девушка, очень жаль…

Мужчина, которого назвали Юэ Гунли, повел глазами и, кажется, что-то сообразил. Он с любопытством спросил:

— Жао Буку, Святой Император Ванцзэ не допустил бы, чтобы с Жао Яояо что-то случилось. Скажи-ка мне честно, почему она погибла?

Жао Буку замер на вымощенной синим камнем тропе, ведущей к Божественным чертогам. Он по-прежнему не поднимал глаз и сохранял невозмутимый вид, но прекрасно расслышал недобрый интерес в расспросах этого члена Клана Луны.

Он усмехнулся и с сокрушенным видом покачал головой:

— Я тоже безмерно скорблю об этом Падении святого.

— Но от случайностей никто не застрахован. Жао Яояо путешествовала по миру, где есть люди и поталантливее нее, а значит, и риск велик.

— Святой Император Ванцзэ не может вечно за ней приглядывать. Взять хотя бы тех же Десять Почтенных Престолов — у многих из них хватило бы и смелости, и сил, чтобы сразить святого.

Услышав это, Юэ Гунли громко расхохотался. Его смех разнесся далеко по тропе, заставив нескольких членов клана Жао неподалеку недовольно нахмуриться.

В час Падения святого кто смеет так развязно хохотать у подножия Божественных чертогов?

Наконец, вдоволь насмеявшись, Юэ Гунли унял смех и скривил губы:

— Жао Яояо давно пора… кхм-кхм, не будем об этом.

Он сменил тему:

— Все ведь не так, Жао Буку? Можешь не пытаться меня обмануть. Святой Император Ванцзэ наверняка вмешался!

— Святой Император Ванцзэ много лет пребывает в уединении. Нам, младшим, не пристало гадать, вмешивался он или нет, — невозмутимо ответил Жао Буку.

— Вовсе нет! За появлением Острова Пустоты следили все Пять Великих Кланов Святых Императоров… Жао Буку, меня тебе не обмануть. Аватар мысли Святого Императора Ванцзэ был на Острове Пустоты!

— А? Вот как? — седеющий Жао Буку поднял голову с легким удивлением.

— А ты хорош притворяться, — Юэ Гунли с улыбкой покачал головой, но в его голосе прозвучало изумление. — Поразительно! Святой Император Ванцзэ вмешался, но потерпел неудачу, и Жао Яояо все равно убили… Не означает ли это, что его величество был серьезно ранен в той битве и не смог защитить ее? Хм, как интересно…

— Господин Юэ Гунли, ни в коем случае не смейте строить догадки о помыслах Святого Императора! — черты лица Жао Буку исказились от страха.

— Смотри, я говорю такое, а меня до сих пор не покарали, — красивый мужчина развел руками и улыбнулся, и в глазах его мелькнул лукавый огонек. — Значит ли это, что я могу воспользоваться ситуацией и…

— Юэ Гунли! — услышав это, Жао Буку мгновенно похолодел. — Мы относимся к вам как к почетному гостю и потому не одергиваем, но не вынуждайте клан Жао…

— Напасть на меня? — Юэ Гунли надул губы и, заложив руки за голову, откинулся назад. Он беззаботно пошел вперед, говоря на ходу:

— Перестань притворяться, Жао Буку. Думаешь, я не вижу тебя насквозь?

— Очевидно же, что со Святым Императором Ванцзэ что-то случилось. Ведь на Острове Пустоты все устроил Ба Цзуньань. Святой Император Ванцзэ мог и не знать, что это за человек, но ты-то должен быть в курсе, а?

— Хех, из-за этого типа моя сестрица до сих пор сидит в Ледяной Тюрьме. Я его вдоль и поперек изучил.

— Раз действовал Ба Цзуньань, а Остров Пустоты — это, считай, его задний двор, то Аватар мысли Святого Императора Ванцзэ… неужели его уничтожили?

Тут Юэ Гунли прикрыл рот рукой и изумленно вскрикнул:

— Да не может быть! Неужели Аватар мысли Святого Императора Ванцзэ не уничтожили, а захватил Шэньюй Цинши? Вот это уже серьезно!

— Мы оба знаем, на что способен Шэньюй Цинши. Если он захватил Аватар мысли и сможет воздействовать на Истинное тело…

— Ого!

Юэ Гунли так широко раскрыл рот, что, казалось, мог проглотить целый кулак. Его прекрасные черты исказила преувеличенная гримаса, и он с азартом продолжил:

— А что если я, воспользовавшись случаем, приведу сюда Клан Луны, мы нападем на Императорские Владения Ужао, прихватим парочку ваших божественных артефактов, а потом еще и схватим несколько нежных и милых дев из рода Жао…

— Юэ! Гун! Ли! — прорычал Жао Буку, сгорая от ярости.

— Шучу, шучу, хе-хе, — Юэ Гунли помахал рукой у рта, его глаза превратились в смеющиеся полумесяцы, как у лиса. Он хлопнул Жао Буку, этого мастера Великой Пустоты, по плечу и указал на нефритовую подвеску у него на поясе.

— Светится. Тебе сообщение!

— Дай-ка угадаю. Наверное, хотят обсудить Падение святого Жао Яояо и то, как скрыть ранение Святого Императора Ванцзэ?

— Хм-м, скорее всего, тебе велят немедленно меня выпроводить и явиться в Божественные чертоги… Хе-хе, я так вовремя пришел! Отвечай скорее.

Жао Буку глубоко вздохнул. Гнев душил его, но он не смел и слова сказать, лишь молча снял с пояса нефритовую подвеску.

Этот лис характером точь-в-точь как его сестра!

Одна, презрев все правила, влюбилась в ничтожество с Континента Священного Духа и даже тайно родила от него дитя.

Другой, пользуясь своей безнаказанностью и статусом одного из преемников правителя Императорских владений Ледяного Дворца, творит что вздумается, не боясь даже отпускать шуточки в адрес Святого Императора.

Но Жао Буку мог лишь молча сносить обиду.

Юэ, Бэй, Хуа, Жао, Дао — этот порядок был установлен давно.

Ныне, после уничтожения Семьи Лэй, даже Клан Дао немного укрепил свои позиции.

Клан Жао был вынужден отойти на второй план, что уж говорить о соперничестве с кланом Луны, который с древних времен и по сей день неизменно занимал первое место среди Пяти Великих Кланов Святых Императоров.

— Динь.

Едва Жао Буку активировал нефритовую пластину, как у него в глазах помутилось, и он обнаружил, что пластины в руке нет.

— Ты!

Он гневно обернулся.

Как и ожидалось, этот не знающий удержу лис Юэ Гунли уже прижал пластину к уху и, навострив свои острые ушки, затаив дыхание, прислушался:

«Падение святого Жао Яояо. В божественном сознании Святого Императора Ванцзэ произошли изменения.

Пост Главы-распорядителя Алых Одежд в Совете Десяти Священного Зала временно свободен. Вопрос о представителе клана Жао в нынешнем поколении будет обсуждаться дополнительно…

Через время, равное сгоранию одной благовонной палочки, Императорские Владения Ужао будут закрыты для внешнего мира.

Всем собраться в Божественных чертогах Восьми Сторон на совет. Явиться по получении сообщения без промедления».

Дослушав, Юэ Гунли состроил весьма многозначительную мину.

Он отнял пластину от уха и, прикрыв рот рукой, издал целую серию ехидных «о-о-о».

— Подумать только, подумать только!

— Я угадал! Святой Император Ванцзэ ранен?

— Юэ! Гун! Ли! — Жао Буку сжал кулаки. — Ты разгневал мой клан…

— Держи! — Юэ Гунли облизнул губы, его глаза заблестели. Он в мгновение ока сунул нефритовую пластину в рот Жао Буку и взмыл в воздух, на лету бросая:

— Не волнуйтесь, я сохраню в тайне ранение Святого Императора Ванцзэ… Раз он даже Жао Яояо спасти не смог, значит, рана серьезная, а-а~

— Я никому из Пяти Великих Кланов Святых Императоров не расскажу, даже своим из Клана Луны… Жао Буку, напиши за меня гарантийное письмо, подпиши моим именем, а если что — отвечать будешь ты.

— Кстати, этот ваш захудалый мирок мне наскучил. Я поборюсь за место Главы-распорядителя Алых Одежд. Я ведь Полусвятой, по силе подхожу. Вы, клан Жао, просто проголосуйте за меня.

— Не бойтесь, это не угроза и не сделка. Решайте сами, можете и против проголосовать.

— А я полетел к сестрице, Ба Цзуньань пришел ее спасать, ха-ха-ха… Вот же малец! И ведь осмелился!

Жао Буку смотрел на стремительно тающий вдали силуэт, вытащил изо рта нефритовую пластину и задрожал от гнева и холода.

Юэ Гунли!

Этого типа, как и Юэ Гунну, следовало бы запереть в Ледяной Тюрьме их Императорских владений Ледяного Дворца. Невыносимый!

Но, как назло…

В Клане Луны, кроме его неисправимой сестры, больше всего баловали именно его.

Во всех огромных Императорских Владениях Ужао, пока не вмешается Святой Император Ванцзэ и пока он никого не убьет, Юэ Гунли мог хоть на голове ходить, ведь за его спиной стоял Клан Луны.

Сила была не на его стороне.

Жао Буку оставалось лишь проглотить обиду и, сжимая нефритовую пластину, спешить к Божественным чертогам с тяжелым сердцем.

Он так и знал, что от визита этого типа не будет ничего хорошего. Еще и явился под предлогом давнего приглашения, выставив все так, будто это его собственная инициатива.

Выходит, Императорские владения Ледяного Дворца послали его выведать, насколько серьезно ранен Святой Император Ванцзэ.

Теперь все пропало.

Мало того, что Императорские Владения Ужао окажутся в невыгодном положении в грядущих сделках по ресурсам…

Так еще и этот лис, скорее всего, отберет у них доходное место представителя Пяти Великих Кланов Святых Императоров во внешнем мире.

— Проклятый Юэ Гунли!

… …

Горный хребет Юньлунь.

Один взмах меча завершил бой, и половина Диаграммы сокровенного смысла Пути Меча исчезла в разломе пространства.

Одинокая, гордая и непреклонная черная фигура, убив, не оставила следов. Ее остаточный образ истаял, покинув этот мир.

Цветы сливы опали.

А остаток сознания Жао Яояо, не оказавший ни малейшего сопротивления, и вовсе бесследно исчез.

— У-у…

Даже неодушевленный мир скорбел вместе со всеми.

И лишь плач меча, раздавшийся из глубин души, заставил всех очнуться:

— Жао Яояо… Падение святого!

Ни единого шанса на возрождение. Погиб не Аватар полусвятого и не Аватар мысли.

По-настоящему, во плоти, пала прославленная на весь мир Первая дева меча, одна из Семи Бессмертных Меча, Глава-распорядитель Алых Одежд!

— Не может быть, бессмертная Жао пала?

— Ее убил Сюй Сяошоу? Я помню, он был на уровне Врожденного, ведь так? Во время ночной битвы в столице он был на этом уровне.

— Мастер! Он тогда уже прорвался на уровень Мастера! Не оскорбляйте мое Сокровище Шоу!

— Ты в своем уме? Как Мастер может сразить святого?

На это возразить было нечего. Мастер действительно не мог убить святого. Даже обладатель королевского престола не мог.

Чтобы сразить святого, даже с учетом возможности боя на более высоком уровне, нужно быть как минимум на пике Великой Пустоты, верно?

Но ведь и Жао Яояо была гением, способным сражаться с теми, кто превосходил ее по уровню!

А сила, которую только что продемонстрировал Сюй Сяошоу, явно превосходила уровень Мастера…

Сила Сокровенного Смысла в том ударе меча, если и не превосходила уровень святого, то, по крайней мере, была сравнима с отчаянной предсмертной атакой какого-нибудь старейшины из великого клана!

— Значит, это был не Сюй Сяошоу!

— Вы все с ума сошли! Такое владение Искусством меча сердца… это был Мэй Сыжэнь из Семи Бессмертных Меча. Я своими глазами видел, как господин Сыжэнь достиг уровня святого в Небесном Городе.

— О? Своими глазами? И ты, на уровне королевского престола, смог живым вернуться из Небесного Города?

— Хех, ты кого тут недооцениваешь? Я видел!

— Вы все ошибаетесь. Я из Южного Региона и могу вам точно сказать: Жао Яояо сразил прославленный Дедуля Шоу из Святых Рабов. Он, между прочим, уже на пике Великой Пустоты!

Тут же поползли слухи. Одни говорили, что Сюй Сяошоу просто превзошел себя, другие — что в него вселился Призрачный зверь-Полусвятой, третьи — что это был Мэй Сыжэнь, принявший чужой облик после достижения уровня святого.

Но как бы то ни было, тысячи людей своими глазами видели, как человек в облике Сюй Сяошоу сразил мечом Жао Яояо, одну из Семи Бессмертных Меча.

Теперь имя Святого Раба, Святого Раба Сюй Сяошоу, прогремело на весь мир.

Даже безымянный меч в его руке, которым он сразил святого, обрел ореол легенды.

Кто-то говорил, что черный Свирепый клинок мог быть только Юсыцзянем, кто-то — что это был Демонический меч Демонический Владыка Десяти Тысяч Оружий. А кто-то вспомнил, что еще во времена Духовного Дворца Тяньсан у Сюй Сяошоу был личный меч, который по всем характеристикам подходил под тот, что сразил Жао, и даже позволял использовать Искусство Обратного Управления Мечом.

Тот меч звали Сокрытая Скорбь, и он был всего лишь девятого ранга.

Духовный меч девятого ранга сразил Жао Яояо… Такое могло случиться лишь в мифах из мифов, в легендах из легенд.

— Сокрытая Скорбь, Сокрытая Скорбь… Три года скрывала скорбь, а обнажившись, сразила бессмертную одним ударом.

— Небеса Бога Меча, Небеса Бога Меча… Каждые тридцать лет рождается новое поколение, и в каждом — гений!

— Ба Цзуньань из Восточного Региона, Сюй Сяошоу из Восточного Региона… Ц-ц-ц, этот старик чует, грядет новая эра!

Среди бесчисленных споров Юй Чживэнь, уже вернувшаяся к своему месту у Духовного зеркала, растерянно прошептала:

— Сюй Сяошоу, это ты?

Старейшина Юй, стоявший рядом и все еще не оправившийся от внезапного появления Ба Цзуньаня в древнем свитке, вздрогнул от ее слов.

— Рыбка, что ты сказала? Кто этот человек?

— Сюй Сяошоу, я тебе о нем рассказывала…

— Сюй Сяошоу? Ты его знаешь? Сколько ему лет?

— Он… мой ровесник…

Старейшина Юй замер. Глядя на свою любимую правнучку, которая, казалось, была не в себе, он ощутил странное чувство.

Он никогда не видел, чтобы его Рыбка так теряла самообладание из-за постороннего.

Сколько гениев было на Священной Горе Сломанного Османтуса, но Юй Чживэнь скользила по ним взглядом и тут же забывала. В своей гордыне она никого не ставила вровень с собой.

А этот Сюй Сяошоу…

Старейшина Юй на миг замешкался. Он даже забыл, что на его глазах только что убили чужачку Жао Яояо. В голове роились совсем другие мысли:

«Этот Сюй Сяошоу и впрямь силен, но твой взгляд, это выражение лица…»

— А что это между вами двоими?

(Конец главы)