Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1424 Искусства Золотых Врат уступают Пути, разделение Инь и Ян отделяет душу от плоти
— Сюй… Сяо… шоу…
Когда с губ Дундун сорвалось это имя, произнесенное мужским голосом, все застыли как громом пораженные.
Нефритовая табличка раба в руках Чжу Икэ не убила ее.
Напротив, из-под ног Дундун хлынул сияющий Свиток Небосвода.
Внезапно вырвавшаяся на волю Святая сила не только обратила в пыль Лавку шкур «Гадкий Кабан» и отбросила всех, кто был внутри.
Она сравняла с землей несколько соседних улиц, разрушив бесчисленные магазины и лавки, а все прохожие на них бесследно исчезли.
Это было место, принадлежавшее миру смертных, где даже землетрясение внушало бы ужас, но сейчас здесь проявилась мощь Полусвятого, присущая лишь Миру Очищения Духа.
Поле битвы практиков и мир простых людей – в один миг между ними пролегла непреодолимая черта!
— Дао… Цюн… цан!
И Ли Фугуй, и Чжу Икэ, и Тетушка Сян с А Яо – все по сияющему Свитку Небосвода, по заполнившим небо узорам рун Дао Небесных Тайн узнали прибывшего.
Но способ, которым явился Дао Цюнцан, казался… странным?
Он не появился лично, ведь источником всего этого разрушения была… Дундун!
— Нет…
— Я…
— А-а-ах!
Лицо Дундун исказилось в мучительной, безумной гримасе.
Она, казалось, хотела еще что-то сказать, но ее хрупкое тело изогнулось в неестественной позе, и она не смогла вымолвить ни слова.
Тело ее было обращено вперед, а голова вывернута назад.
Взгляд расфокусировался – она смотрела на Тетушку Сян, но будто бы и на саму себя.
В глазах ее блеснули слезы, но в то же мгновение в них промелькнули бесчисленные древние иероглифы.
— …Божественное… сошествие…
Едва прозвучали эти прерывистые, нечеткие слова…
…раздался гул. Свиток Небосвода полностью материализовался, и Священная Сфера окончательно сформировалась.
Пространство и законы Дао, казалось, были отрезаны от мира за ее пределами.
Дрожь Дундун прекратилась.
На ее лице появилась улыбка, а из тела начали исходить руны Дао Небесных Тайн и звездный свет.
Да, именно «исходить»!
Безумно сплетающиеся узоры быстро слились в расплывчатый человеческий силуэт, который шагнул прямо из тела Дундун.
И когда он перешел из иллюзии в реальность…
Он обрел плоть!
Дао Цюнцан, сжимая в руке Синань, в нефритовой короне и парчовом халате, походил на небожителя, сошедшего с небес, – его облик был исполнен неземного изящества.
Тсс-с!
Стоявшая позади него Дундун внезапно распалась на мириады древних иероглифов, которые подхватил и развеял ветер.
Тетушка Сян замерла.
А Яо, заливаясь слезами, прикрыла рот рукой и рухнула на землю, обмочившись от ужаса.
Ли Фугуй почувствовал, как по коже у него пробежал мороз, а ноги затряслись. При всем его опыте он не мог понять, что это была за способность.
«Одержимость Призрачным зверем, захват тела или что-то еще?»
Чжу Икэ внешне оставался спокоен, но в душе истошно вопил, взывая к Дедуле Шоу:
«Дедуля Шоу, спаси!!»
Как здесь оказался Дао Цюнцан?
Я ведь всего лишь раздавил табличку раба, так почему он вышел из тела Дундун?
Даже самые жуткие проклятые искусства из Земель Греха в Южном Регионе вряд ли могли сотворить столь леденящую кровь сцену!
— Кх-кх-кх…
Ли Фугуй, игравший роль старого лавочника, тоже рухнул на землю. Колени его дрожали, и он не мог вымолвить ни слова от страха.
Осознав, что сейчас он всего лишь обычный человек, он отбросил всякую мысль о сопротивлении. Ему хотелось лишь одного – остаться простым смертным и выжить.
Краем глаза заметив, что А Яо обмочилась, Ли Фугуй тоже не сдержался.
Умник Ли Фугуй в панике совсем позабыл…
Явившись, Дао Цюнцан смог полностью очистить улицы от прохожих, создав поле битвы.
Причина, по которой он сам остался здесь, была очевидна.
Ли Фугуй об этом не подумал. Он лишь сокрушался.
Этот мерзавец Чжу Икэ не только притащил сюда Дао Цюнцана, но и в самый ответственный момент забрал у него Дедулю Шоу.
Если бы Дедуля Шоу сейчас был в его теле, у него была бы хоть какая-то уверенность…
«Не паникуй, просто задержи его. Выиграй немного времени», – столь ожидаемый Дедуля Шоу на самом деле паниковал еще больше, но, не раздумывая, тут же отдал приказ Чжу Икэ.
Он прекрасно помнил, что первыми словами Дундун перед тем, как рассыпаться в прах из древних иероглифов, было его имя, произнесенное голосом Дао Цюнцана.
Значит, Дао Цюнцан знает, что он здесь?
Но как такое возможно?
Его духовное сознание пришло из Абрикосового мира и переместилось из тела Ли Фугуя, даже не соприкоснувшись с воздухом. Как его могли обнаружить?
— Так ты и есть тот позёр-старый даос?
Чжу Икэ быстро воспрял духом.
Голос Дедули Шоу в его сознании звучал невероятно уверенно, в нем чувствовалось то самое спокойствие, когда даже гора, рухнувшая перед тобой, не заставит тебя изменить цвет лица.
Как второй номер в достопочтенном Первом Павильоне под Небесами, Чжу Икэ решил, что ему тоже следует держаться уверенно.
Какой-то Дао Цюнцан! Всего лишь!
— А ты, значит, Чжу Икэ? — Дао Цюнцан щелкнул пальцами, и в его руке появился мягкий женский лиф толщиной в три пальца. С улыбкой спросил он в ответ:
— Это твое?
Чжу Икэ вскинул бровь – ему тут же нашлось что сказать:
— Мне очень любопытно, как тебе удалось за одну ночь найти изъян в моей безупречной работе?
Дао Цюнцан смерил его насмешливым взглядом:
— Оставь свое любопытство при себе.
Чжу Икэ резко втянул воздух.
И что, черт возьми, мне на это отвечать?
Дедуля Шоу, научи, что ему сказать! Как мне тянуть время!
Дао Цюнцан легко покрутил в руке Компас Небесных Тайн, и, бросив эту фразу, продолжил неторопливо смотреть на Чжу Икэ:
— Я, глава дворца, поначалу думал, что вероятность того, что в тебе скрывается воля, духовное сознание или особое воплощение Сюй Сяошоу, лишь пятьдесят на пятьдесят.
— Но ты начал тянуть время…
Помолчав, Дао Цюнцан перевел взгляд на обмочившегося вдалеке лавочника и, пожав плечами, улыбнулся:
— Раз так, можешь отправляться в путь.
Зрачки Ли Фугуя сузились.
Дао Цюнцан решил, что Дедуля Шоу не во мне, только потому, что Чжу Икэ заговорил первым? Что за логика!
Нет! Я же сейчас простой смертный, за что на меня нападать…
Свист!
Не дав ему и секунды на размышление, Компас Небесных Тайн в руке Дао Цюнцана шевельнулся, и из него вырвался луч звездного света, оборвавший мысли Ли Фугуя.
Искусство Великого Уничтожения!
Это сияние было самым прекрасным, что Ли Фугуй видел за всю свою жизнь.
Он так и сидел с раскинутыми ногами и мокрыми штанами, даже не помышляя о сопротивлении.
Разве мог какой-то агент разведки превзойти в скорости реакции одного из Десяти Почтенных Престолов?
Сейчас Ли Фугуй жалел лишь об одном…
Не надо было повторять за А Яо!
Из-за этого его смерть выглядела совершенно бесславной: будто Дао Цюнцан сначала до смерти напугал его, а потом унизительно прикончил.
— Подмена Небес!
В решающий миг брови Чжу Икэ взлетели вверх.
Он даже не успел нащупать камень в кармане и просто оторвал и с силой метнул первую фалангу своего большого пальца.
Брызнула кровь.
Фаланга исчезла.
В отличие от Дао Цюнцана, которому для сотворения техники нужно было потратить драгоценное мгновение на то, чтобы повернуть Компас Небесных Тайн, искусству Чжу Икэ не требовалось даже ручных печатей. Он начал вторым, но ударил первым!
Бум!
Раздался взрыв.
Звездный свет Искусства Великого Уничтожения обратил в пыль и сустав пальца, и землю под ним.
А Ли Фугуй, от которого несло мочой, ошеломленно обнаружил себя в руках Чжу Икэ, охваченный трепетом от того, что чудом избежал смерти.
Кап-кап-кап…
Желтоватой жидкости, кажется, стало еще больше. Она стекала по штанинам на землю, и от Ли Фугуя несло по всему телу.
Чжу Икэ брезгливо отвернулся, явив миру свой идеальный профиль, и произнес глубоким, чарующим голосом:
— Ли Фугуй, я великолепен?
Ли Фугуй на миг опешил, а затем лягнул ногой, пытаясь заехать этому мерзавцу по лицу куском дерьма.
— Так это и впрямь Подмена Небес. В тот день ты именно этой техникой подменил Тетушку…
Глаза Дао Цюнцана загорелись.
Но не успел он договорить, как почувствовал, что зрение в левом глазу пропало, а к губам подступил тошнотворный запах. Его голос оборвался на полуслове.
Дао Цюнцан застыл. Проведя рукой по лицу, он увидел на ладони горсть чего-то черно-желтого.
«…»
В этот миг мир погрузился в мертвую тишину.
Тетушка Сян рухнула на землю, в полнейшем потрясении глядя на Чжу Икэ, словно увидела его впервые.
Даже Цзиньжэнь внутри старого Чжу едва не лишился чувств.
Он давно знал, что люди из Южного Региона не признают ни законов, ни небес, но не предполагал, что Чжу Икэ может быть настолько беспринципным. Это было просто за гранью добра и зла.
Вонючий удар Ли Фугуя не достиг Чжу Икэ. Вместо этого в руке у Чжу Икэ оказалось глазное яблоко, а Дао Цюнцан был осквернен.
— Искусство Воровства Золотых Врат будет прославлено мною!
Чжу Икэ расхохотался и, сдернув с лица маску, явил свой истинный облик – вороватую физиономию с бегающими глазками.
Он указал на Дао Цюнцана с измазанным нечистотами лицом и выглядел как торжествующий мелкий пакостник… нет, он не выглядел, он им и был!
Чжу Икэ издал дикий вопль, раздавил в руке глазное яблоко и безумно прорычал:
— Если сегодня Чжу суждено умереть, и Золотые Врата, и история запомнят мой подвиг – ты, Дао Цюнцан, проиграл моему искусству!
Вокруг по-прежнему царила гробовая тишина. Казалось, никто еще не оправился от этой внезапной атаки.
Но, ко всеобщему удивлению, Дао Цюнцан, придя в себя, не разгневался, а достал чистую воду и спокойно умыл лицо.
Он все так же мог поднять голову и говорить с улыбкой:
— Нет…
— Отныне в Пяти Регионах не будет никаких Золотых Врат, а в истории – этой записи.
Чжу Икэ похолодел, почувствовав, как Свиток Небосвода разворачивается у него под ногами.
— Подмена Не…
Он поспешно попытался действовать.
Но в этот миг с девятых небес грянул величественный святой глас:
— На колени!!
Грохот!
Внутри Священной Сферы длинная улица на десять ли провалилась под землю.
Ли Фугуй ничего не почувствовал. Тетушка Сян ничего не почувствовала. А Яо ничего не почувствовала.
Чжу Икэ не успел договорить, как ощутил, будто на его плечи обрушилась вся Священная Гора Сломанного Османтуса. Ужасающее давление ударило с небес, разрывая кожу на его лице.
Бам!
Колени врезались в землю, голени разлетелись на куски.
Искусство Великого Подавления заставило Чжу Икэ пасть на колени.
Но этот чудовищный гнет был лишь началом. Спустя мгновение он заставил его удариться лбом о землю, словно в мольбе о прощении.
Бум!
Когда его голова врезалась в землю, во все стороны полетели обломки камней. Чжу Икэ ощутил волну мучительной боли, его лицо превратилось в кровавое месиво.
Он ослеп, а раздробленный нос перекрыл дыхательные пути.
Ему даже показалось, что позвоночник, шея и череп разделились на три части – их, должно быть, разорвало этим невыносимым давлением.
— А-а-а-а-а!
Из горла Чжу Икэ вырвался яростный крик сопротивления.
Его тело окутал звездный свет, и слабая аура Силы Изначального Истока, поднявшись, казалось, на долю дюйма приподняла нависший над ним небесный гнет.
— Так и есть…
Дао Цюнцан на самом деле совсем не злился.
Сердце воина подобно недвижной глади древнего колодца: ни брань, ни сквернословие не могут вывести его из равновесия, ни боль, ни искушения не могут поколебать его волю.
Этого Дао Цюнцан достиг еще в юности.
Его заботили лишь детали боя, и, внимательно наблюдая, он, конечно же, заметил появление ауры Шу Цзу.
Именно этот момент дал Чжу Икэ короткую передышку. Он разорвал рукав, вырвав окровавленный клочок ткани, и с силой подбросил его в небо.
— Искусство Великого Уничтожения!
Разве Дао Цюнцан позволил бы Искусству Воровства Золотых Врат снова сработать?
От этой штуки было слишком трудно защититься, к тому же скорость применения техник у Чжу Икэ была непревзойденной в этом мире.
Луч звездного света тут же метнулся вперед, чтобы испепелить кровавый лоскут и пресечь Искусство Золотых Врат в зародыше.
— Тьфу!
Чжу Икэ сплюнул кровавую слюну, и на его изуродованном лице проступила на удивление живая насмешка:
— Кто смеет баловаться техниками в присутствии старого Чжу?
— Прыжок на Бумагу!
В одно мгновение звездный свет Искусства Великого Уничтожения исчез, исчез и Дао Цюнцан, исчезла и вся Священная Сфера.
Ли Фугуй, Тетушка Сян и А Яо почувствовали, как ужасающая аура поля битвы вокруг них полностью рассеялась.
Подняв глаза, они увидели…
Чжу Икэ лежал ничком на земле, держа в руке кровавый лоскут, из которого с недоумением выглядывал нарисованный одноглазый человечек – Дао Цюнцан.
А Искусство Великого Уничтожения, так и не вырвавшись наружу, бесконечно растягивалось в двумерном пространстве кровавой ткани, так и не пересекаясь с внешним миром.
— Ты настолько силен?!
Ли Фугуй в потрясении подскочил к нему и торопливо протянул Пилюлю Восстановления Тела. Его глаза покраснели – то ли от умиления, то ли от чего-то еще.
Когда он был в одной команде с Фэн Сяосэ и Чжу Икэ на Острове Пустоты, он считал того просто одним из ничем не примечательных темных культиваторов Южного Региона.
Когда он использовал Чжу Икэ в Городе Юйцзин, зная о его «подвигах» в Первом Зале Греха, Ли Фугуй решил, что в нем есть кое-что примечательное.
По крайней мере, от его Искусства Воровства Золотых Врат, которого никто раньше не видел, с первого раза было не защититься.
Но теперь!
Увидев, что старый Чжу на самом деле настолько силен, что может поймать в ловушку Полусвятого Дао Цюнцана, пусть и ненадолго, Ли Фугуй позеленел от зависти.
Мы оба на уровне Великой Пустоты, как он может быть настолько силен!
Значит, он все это время притворялся слабаком и скрывал свою истинную силу?
Это было хуже смерти…
Но Чжу Икэ было не до шуток. Проглотив пилюлю и кое-как восстановив искалеченное тело, он стер с лица кровь и мрачно произнес:
— Времени нет!
— Будь у меня Сила Изначального Истока, я бы еще мог побороться, но, к сожалению, я владею лишь ее аурой…
Он опустил взгляд на кровавый лоскут и усмехнулся:
— Сейчас я смог лишь застать его врасплох. Надолго мне его не удержать.
— Бегите… А впрочем, я сам вас отправлю.
Он торопливо сунул руку в карман, достал три окровавленных камня и вдруг замер.
Его взору предстала невероятная картина: внутри кровавой ткани Дао Цюнцан даже не пытался вырваться из ловушки.
Вместо этого он сел, скрестив ноги и закрыв глаза. Вокруг него заструилась рифма Дао – он пытался мирным путем установить связь со Священным Путем Континента Священного Духа.
— Твою мать! Вот же псих!
Чжу Икэ не сдержался и выругался.
Наконец-то он увидел, какая пропасть лежит между ним и Десятью Почтенными Престолами!
Обычный человек, оказавшись в такой ловушке, стал бы в панике перебирать все возможные способы выбраться?
Силовой прорыв, обходные пути…
Все что угодно!
Но какой здравомыслящий человек решит, будучи запертым внутри вражеской техники под пристальным взглядом противника, сесть и начать медитировать, погрузившись в Просветление?
— Ты же умрешь! — с горящими глазами воскликнул Ли Фугуй, но смотрел он уже не на Дао Цюнцана, а на камни в руке старого Чжу.
— Но от тебя здесь все равно никакого толку, — Чжу Икэ отвел взгляд. На душе у него, как ни странно, было легко. Он отстранил руку старого Ли, зная, что боевая мощь этого парня на уровне Дундун.
— Но…
— Не волнуйся, моя жизнь покрепче твоей будет!
Сказав это, Чжу Икэ явил на ладони несколько пространственных колец, принадлежавших Ли Фугую, которые тут же исчезли.
Ли Фугуй сразу замолчал. Действительно, если они останутся, то будут лишь обузой.
Дедуля Шоу ведь в теле старого Чжу…
Может, у него есть шанс выжить?
Чжу Икэ больше не колебался. Он одновременно подбросил три камня в воздух, подменив их на другие, что лежали в восьмидесяти ли отсюда, и зафиксировал цель на троих перед собой.
— Подме…
Донг!
Он вдруг почувствовал, как его сознание помутилось.
В глубине разума будто раздался глухой, странный звук.
Техника еще не была завершена, но Чжу Икэ, опустив взгляд, увидел, что его тело застыло на месте.
А Ли Фугуй, Тетушка Сян и А Яо все еще ждали Подмены Небес, не замечая ничего странного.
Что это…
Чжу Икэ внезапно осознал, что его душа покинула тело!
Но… как?
Свист, свист, свист…
Издалека неслись фигуры в белых одеждах.
Среди них были воины уровней Отсечения Дао и Великой Пустоты. Вскоре они образовали кольцо окружения.
Впереди отряда из призрачной дымки материализовался юноша.
Он был одет в простую серую одежду. В его глазах таились призрачно-зеленые огоньки в форме мечей, а тело окутывала леденящая, мертвенная аура.
Сложив два пальца, он с величайшей серьезностью держал их перед грудью. Выражение его лица было предельно сосредоточенным, словно он столкнулся с величайшим врагом своей жизни.
Тсс-с!
Из тела Чжу Икэ во все стороны ударили потоки призрачно-зеленой энергии меча.
Тсс-с!
Его душу, насильно извлеченную из тела, тоже пронзили видимые глазу потоки призрачно-зеленой энергии меча.
— Призрачное искусство управления душой: Разделение Инь и Ян!
(Конец главы)