Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1567 Генерал Божественной Мощи с Алебардой, Рисующей Дракона: побоится ли он Золотого Куя?
С тихим шипением ослепительно-белый свет, подобный цветку Белого Солнца с лепестками неправильной формы, расцвел в пустоте, ярко вспыхнул и угас.
Силуэт внутри постепенно истаял. Вскоре кристалл размером с кулак упал вниз и, канув в пространственную рябь, бесследно исчез.
Ни крика. Ни скорби небес и земли.
Пораженный техникой «Отвергнутый Небесами», Святой Тени даже не понял, было ли это иллюзией Второго мира или происходило наяву. Совершенно беззащитный, он, как и следовало ожидать, оказался полностью отвергнут законами этого мира.
От тела – к духу, от духа – к воле!
— Тень…
Все уставились на темное пятно на земле. В памяти зияла пустота, словно из нее выпал какой-то крайне важный фрагмент.
Это слово, «тень», — неужели оно означало не только тень, но и указывало на кого-то конкретного?
Но как они ни старались, вспомнить, кто это был, не получалось. Он словно всегда жил во тьме, и никто не знал ни его лица, ни способностей, ни голоса… ничего. Невидим при жизни, и даже тела не оставил после смерти.
С тихим гулом пространство перед Водяным снова исказилось.
Вслед за статусами Шестиконечного Святого, Госпожи Змеи и Кун Туна в его руках оказался еще один Статус Полусвятого.
Не считая двух, что позволили Безрукавому и Бай Чжоу достичь святости, Водяной, едва прибыв на Восемнадцатое небо Божественных руин, заполучил уже семь Статусов Полусвятого.
На Острове Пустоты вся их операция, спланированная от начала и до конца, принесла всего три…
И один из них, принадлежавший Цзян Буи, был, по сути, незапланированным бонусом — тот сам напросился.
Водяной поправил на носу золотую звериную полумаску и лишь криво усмехнулся.
Он молча убрал статусы, втайне недоумевая, почему учитель Сюй Сяошоу, будучи здесь, доверил хранение Статусов Полусвятого ему, постороннему.
Поразмыслив, он вдруг вспомнил: «Кажется, я все еще великий старейшина Первого Павильона под Небесами?»
«Но разве это не было какой-то несущественной шуткой?»
Сжимая в руках семь Статусов Полусвятого, Водяной чувствовал, что шутка зашла слишком далеко. Похоже, его силой затащили на пиратский корабль Первого Павильона под Небесами.
Однако, оглядевшись, он увидел вокруг одиннадцать пойманных в ловушку полусвятых, а вдобавок к ним — Святого Войны Тайцзай Цы, который на удивление глубоко погрузился во Второй мир и никак не мог из него выбраться.
Водяной невольно перевел взгляд на виновника всего этого — Девятихвостого гиганта!
«Но если у этого пиратского корабля такой капитан… — подумал он, — то, может, оно и к лучшему?»
В отличие от нынешнего, угасающего Ба Цзуньаня.
Этот был невероятно жесток!
— Все еще не очнулся, мяу?
Второй мир уже давно развеялся, а Святой Войны Тайцзай Цы все еще упивался прекрасными воспоминаниями, не в силах вырваться.
Девятихвостый гигант помахал ему рукой, но тот даже не взглянул в его сторону.
Увидев это, Сюй Сяошоу опешил.
«Насколько же прекрасным должно быть прошлое Тайцзай Цы, раз он так не хочет просыпаться?»
— Не хочешь просыпаться?
— Тогда не просыпайся никогда!
Сюй Сяошоу не собирался упускать такой шанс. Девятихвостый гигант тут же обрушил ладонь на неподвижную фигуру, намереваясь превратить ее в кровавое месиво.
БУМ!
Сомнений в исходе не было.
Перед лицом абсолютной силы, даже если Тайцзай Цы и обладал Родословной Бога Войны и Доспехом Бога Войны, раз он не сопротивлялся…
Ладонь гиганта обрушилась вниз.
Пространство, законы Дао и сама земля — все обратилось в пыль.
Тайцзай Цы превратился в кровавую кашу, размазанную по ладони Девятихвостого гиганта, — жалкое месиво, как от раздавленного комара.
— Отлично…
— Алебарда, Рисующая Дракона, теперь моя!
Кончиками пальцев Девятихвостый гигант подцепил огромную, в тысячу чжанов, алебарду.
Алебарда, Рисующая Дракона, была иссиня-черной с красным, инкрустированная золотыми узорами, словно ее обвивал ало-золотой дракон. Он извивался до самого наконечника, где изрыгал из пасти свирепое острие. По бокам от него располагались лезвия в форме полумесяцев, образуя тяжелое, угловатое и внушительное навершие. Между острием и лезвиями были вставлены две золотые жемчужины с драконьим узором, до краев наполненные яростной энергией. Эти две жемчужины и были «глазами» дракона, завершающими его образ.
Оружие окутывала яростная аура трех смешанных, но отчетливых цветов — алого, золотого и черного. Оказавшись в руке Девятихвостого гиганта, алебарда начала яростно вырываться, словно не желая мириться с таким унижением.
— А-а-аргх! — раздался едва слышный, но свирепый драконий рык, потрясший до глубины души.
Но ее хозяина больше не было. Разве могла Алебарда, Рисующая Дракона, вырваться из хватки Сюй Сяошоу?
— Какая мощная алебарда! — Сюй Сяошоу восхищался ею все больше, особенно узнав, что она может увеличиваться в размерах вместе с хозяином.
Предельный гигант был слишком огромен.
Раньше Сюй Сяошоу не мог им управлять и с трудом наносил даже простые удары.
В то время ему и в голову не приходило давать Предельному гиганту оружие.
В конце концов, если кулаки и так могли все сокрушить, зачем нужно что-то еще?
Но теперь все изменилось.
Увидев «Путь небес Шэнь И, что с Гегемоном в руках сокрушил столпы Божественных чертогов», Сюй Сяошоу понял, насколько важно оружие!
Если Предельный гигант был ядром силы, то оружие — ее проводником.
Форма, качество, духовность — все это определяло мощь высвобожденной силы.
Огненный Питон был силен.
Юсыцзянь тоже был очень силен.
Но они подходили лишь для изящных мечников, парящих в воздухе и с помощью элегантного Древнего искусства меча и поэтических названий вроде «Западный ветер, иссушающий снег» заставляющих врагов хвататься за горло.
Становясь Предельным или Девятихвостым гигантом, Сюй Сяошоу, сжимая в руках эти два клинка, никогда в первую очередь не думал о Древнем искусстве меча.
Удар гиганта сам по себе был сравним с атаками первого, а то и второго уровня, а если добавить к этому взрыв Драконьей жемчужины, то и превосходил их.
В такой ситуации использование Древнего искусства меча, за исключением решения каких-то особых проблем, казалось медленным, глупым и неуклюжим.
Нужно было тяжелое оружие: дубина, копье, алебарда… или даже щит. Щит, Сокрушающий Равновесие, о котором говорил Небесный Предок, тоже входил в список рассматриваемых вариантов.
В бою нужно было действовать по одному принципу:
«Напролом!»
Крушить, рубить, бить… но только не наносить легкие, как перышко, удары мечом по горлу. Это совершенно не вязалось с образом Предельного гиганта.
Вообще-то, Божественное копье Сяо тоже подходило под все эти критерии.
Божественное копье Сяо, утерянный божественный артефакт со Стелы Утраченных Узоров, было вполне достаточно по силе.
Вот только его предыдущего владельца, Тэн Шаньхая, убил Цзян Буи, причем их конфликт был спровоцирован интригами самого Сюй Сяошоу.
Сражаться этим копьем было бы дурной приметой, поэтому он от него отказался.
После того как Озверение, Сокровенный Смысл жизни и Диск Дао Намерения достигли девяноста процентов, Сюй Сяошоу уже мог в здравом уме управлять Предельным гигантом и даже применять Древнее искусство меча, древние боевые искусства и духовные техники. Тогда-то он и начал искать более подходящее оружие.
И вот, сегодня…
— Хороша алебарда, ох, хороша, — Девятихвостый гигант зачарованно поглаживал яростное оружие, еще не соразмерное его телу, словно ласкал возлюбленную.
Чтобы проверить мощь этой алебарды, он пошел на крайние меры.
Когда Тайцзай Цы нанес свой удар, он даже отказался от превращения в Предельного гиганта и решил принять атаку, усиленную силой Бога Войны, на свое физическое тело.
Сила была очевидна: с помощью Алебарды, Рисующей Дракона, Тайцзай Цы одним простым рубящим ударом смог сокрушить Неподвижного Короля Мудрости.
Это было невероятно мощно!
Сюй Сяошоу провел пальцами по древку, и в его голосе зазвучала нежность:
— Алебарда, Рисующая Дракона, даже имя твое словно создано для меня.
— Ты, обладающая силой дракона и столь живым духом, как ты могла стать придатком к силе Бога Войны?
— Я даже боюсь представить, какие муки и страдания ты терпела до нашей встречи…
А-а-аргх!
Алебарда, Рисующая Дракона, яростно задрожала в ответ.
Когда ее ласкает чужак, это и вправду невыносимая мука… «Проснись! Хозяин мой! Проснись, возьми меня и размозжи голову этому кощунственному созданию с девятью уродливыми хвостами!»
— А-а-аргх! — взревела Алебарда, Рисующая Дракона. Она внезапно вырвалась из хватки Девятихвостого гиганта, обратилась в тень дракона и сама устремилась к его голове.
Шлеп.
Девятихвостый гигант с легкостью поймал маленькую игрушку.
— Ого, ты еще не вступила в мои Врата Шоу, а уже подхватила дурные привычки, как Сокрытая Скорбь, Юсыцзянь и Огненный Питон?
— Я! Наследник Предка Драконов! Я владею Силой Дракона-предка и обладаю Драконьей жемчужиной — символом чистейшей родословной!
— А ты, Алебарда, Рисующая Дракона, хочешь и дальше служить этому боевому псу из Северного Региона, Тайцзай Цы? Не желаешь оставить тьму… тьфу, перейти на сторону света?
Сказав это, Девятихвостый гигант изверг из пасти огромную Драконью жемчужину.
В этот миг содрогнулись даже Божественные руины.
Водяной, Бай Чжоу и остальные подняли глаза и увидели, что в этой Драконьей жемчужине таилась поистине ужасающая энергия.
Она делилась на два слоя.
Верхний слой занимал один процент объема жемчужины и содержал в себе множество самых разных сил:
Духовная эссенция, Мысль-меч, Святая сила, Сила Дракона-предка, Сила Небесного Прародителя, аура силы Злого Бога, Сила Пепельного Сияния, сила Трехдневного Леденящего Бедствия…
Их было слишком много!
Там можно было найти даже следы Яда Софоры Госпожи Змеи — настоящий винегрет.
А ниже…
Нижний слой Драконьей жемчужины, занимавший девяносто девять процентов ее объема, был целиком заполнен Силой Небесного Прародителя!
В отличие от Силы Небесного Прародителя из верхнего слоя, используемой в повседневных целях, сила в нижнем слое почти затвердела.
Она была сгущена и сжата до предела.
Вся Сила Небесного Прародителя из верхнего слоя не источала и доли той устрашающей ауры, что исходила от нижнего.
«Это…» — Водяной замер, и в его голове пронесся ураган мыслей.
«Постой, Сюй Сяошоу, так это Драконья жемчужина или Небесная? Как распределение силы может быть настолько неравномерным?»
«И к тому же…»
«Откуда в мире может существовать Сила Небесного Прародителя такого качества и в таком количестве?»
«Если бы ты сказал, что это изначальная Святая сила, хранящаяся в Священном Зале и Священном Дворце, это было бы еще понятно…»
«Погодите!» — мысль Водяного внезапно прояснилась.
Он вспомнил, что Сюй Сяошоу, этот смутьян, умудрявшийся за месяц вляпаться в десять тысяч историй, однажды целый месяц проспал на Острове Пустоты.
«Наследник Небесного Предка!»
В этот миг Водяной осознал истинную ценность титула наследника Бога-Прародителя, который был на ступень выше наследника Святого Императора.
«Так значит…»
«С тех пор как Сюй Сяошоу очнулся на Острове Пустоты, никто так и не смог заставить его использовать эту часть силы? Максимум, на что его хватало, — это Предельный гигант?»
«А что насчет того раза с Дао Цюнцаном?» — нахмурился Водяной, но тут же нашел ответ. — «В тот раз он не то чтобы не хотел ее использовать — он просто не мог».
— А-а-ау… — после появления Драконьей жемчужины голос Алебарды, Рисующей Дракона, стал тише и нежнее, словно у котенка, который уже отчаялся ждать, но вдруг увидел вернувшегося хозяина.
Она прекратила всякое сопротивление.
На самом деле, она давно чувствовала, что в теле этого гиганта, ее будущего хозяина, течет сила, которая подходит ей гораздо больше.
В отличие от силы Бога Войны, которая делала ее яростной, неуправляемой и могущественной, эта новая сила, подобно весеннему бризу и теплому дождю, обещала медленное и гармоничное развитие.
И в то же время, при необходимости…
Если ее подстегнуть Силой Небесного Прародителя такого качества и в таком количестве, что хранилась в Драконьей жемчужине!
Алебарда, Рисующая Дракона, даже представить себе не могла ту ошеломительную картину, где она возвышается над всеми десятью великими Оружиями-способностями, попирает ногами девять высших божественных артефактов и сокрушает пять великих артефактов Хаоса!
— Ау… — снова тихо позвала она.
В этом зове было сомнение — она не могла подчиниться новому хозяину, пока ее прежний не пал, это противоречило гордости и достоинству десяти великих Оружий-способностей.
Но в нем была и надежда — в отличие от людей, оружию постоянно нужен хозяин, нужно питание славой. Оно вечно мечется между «самоуничижением» и «борьбой с ним».
Для знаменитого оружия быть с хозяином и без него — два разных состояния.
Никто не хочет оказаться на Стеле Утраченных Узоров под красивым названием «утерянный божественный артефакт», а на деле стать отвергнутым эпохой реликтом.
Так было с Юсыцзянем.
Так было и с Алебардой, Рисующей Дракона.
— Я все понимаю, все до капли.
Сюй Сяошоу, конечно же, легко прочитал эмоции алебарды.
Благодаря начальной Трансценденции Дао его Диска Дао Намерения он мог сопереживать воле любого одухотворенного предмета.
Из этого зова он понял, что единственным препятствием между ним и Алебардой, Рисующей Дракона, был…
Тайцзай Цы!
— Проклятье, почему ты еще не сдох окончательно?
— Я настолько силен, что ты должен был от страха испустить дух!
Девятихвостый гигант яростно топнул по Духовному диску Дао, и его глаза вспыхнули призрачным светом меча в поисках души Тайцзай Цы.
Но не нашел.
— Я так и знал, я его до смерти напугал.
Активировав Диск Дао Намерения, Девятихвостый гигант снова обыскал все вокруг в поисках малейших следов воли Тайцзай Цы.
И снова безрезультатно.
— Какого черта…
Сердце Девятихвостого гиганта необъяснимо похолодело. Он опустил взгляд на свою ладонь и с трудом разглядел на кровавом пятне следы силы Бога Войны.
Он подцепил Алебарду, Рисующую Дракона, и соскреб остатки плоти Тайцзай Цы.
— Тайцзай мертв, да здравствуют Врата Шоу!
Девятихвостый гигант высоко поднял алебарду, свысока глядя на мир с Аурой, Поглощающей Горы и Реки:
— Подчиняйся или умри!
«Неужели я ошиблась?»
Потрясенная божественной мощью гиганта, Алебарда, Рисующая Дракона, на мгновение даже усомнилась, не была ли та слабая связь, что она все еще чувствовала со своим прежним хозяином, всего лишь иллюзией.
Но Сюй Сяошоу это не волновало. Сначала нужно было сделать дело.
Соединив Диск Дао Намерения с Единением с Небесами, он легко нашел узы воли между алебардой и Тайцзай Цы. Огромная рука гиганта скользнула по древку.
Хрясь!
Связь была разорвана.
Не забыта, а стерта, окончательно и бесповоротно уничтожена.
— Подчиняйся или умри.
Когда эти суровые слова прозвучали снова, Алебарда, Рисующая Дракона, уже не чувствовала ни капли силы того, кто носил фамилию Тайцзай.
Она трепетно склонила навершие и поднесла всю свою духовность в дар, ожидая принятия.
Клятвы на крови не потребовалось.
Сюй Сяошоу с помощью Искусства созерцания меча направил свою волю и соединил ее с алебардой, мгновенно ощутив слияние их драконьих сил.
— А-а-аргх! — издала Алебарда, Рисующая Дракона, пронзительный драконий рык. Под напором безбрежного океана силы ее древко начало стремительно расти.
Вскоре она стала выше самого Девятихвостого гиганта.
Слияние Сил Дракона-предка активировало драконьи узоры на алебарде, ее дух обрел форму и проявился в виде ало-золотого дракона, обвившего древко и перекликаясь с ало-золотой чешуей Девятихвостого гиганта.
БУМ!
Алебарда содрогнулась, и мир содрогнулся вместе с ней.
Внизу одиннадцать святых монархов, Водяной, Бай Чжоу и остальные смотрели вверх, потрясенные до глубины души.
— Идеальное сочетание! — прошептал Бай Чжоу. — Словно созданы друг для друга, даже цвета так гармонируют.
— Святой Войны? — Цэнь Цяофу не переставал качать головой. — Вот это настоящий Святой Войны… нет, его можно было бы назвать даже Богом Войны, если бы он еще открыл Путь небес из Шести Путей древних боевых искусств.
— Открыв Шесть Путей, он сможет сразиться и с Шэнь И, — с таким же вздохом добавил Старейшина Сан.
Водяной искоса взглянул на него.
«Ого, перестал притворяться? Наконец-то соизволил открыть глаза? Незнающий человек подумал бы, что ты прячешь какие-нибудь Зрачки клана Лэй!»
— Чего-то не хватает…
Водяной цокнул языком, глядя на обезумевшего гиганта, который стоял с алебардой, хохотал в небо, а потом начал размахивать ею с проворством обезьяны, придумывая на ходу «Технику алебарды, раскалывающей небеса». Он чувствовал какую-то пустоту у себя за пазухой.
И тут он понял, чего не хватает.
— Сюй Сяошоу, хватит играть, где Статус Полусвятого?
Да, Статус Полусвятого Тайцзай Цы Сюй Сяошоу ему еще не передал.
«Получен вопрос. Очки пассивности +1».
Как только в его сознании всплыло это сообщение, Сюй Сяошоу, услышав голос Водяного, замер с алебардой наперевес, подобно Генералу Божественной Мощи:
— Его нет. Вероятно, я раздавил его своей ладонью.
Лицо Водяного потемнело.
«Ты раздавил Статус Полусвятого? Значит ли это, что на Континенте Священного Духа теперь на одного полусвятого меньше? Если так можно, то пусть Святой Войны Тайцзай Цы раздавит еще несколько статусов, и тогда на континенте действительно не останется никого сильнее Великой Пустоты? Вот это настоящая клетка!»
— Не шути, быстро отдай мне Статус Полусвятого, — потребовал Водяной.
— Его правда нет.
— Дедуля Шоу, прошу, даруй мне Статус Полусвятого.
— Ха-ха-ха… — Сюй Сяошоу был в восторге. — Но его нет.
Водяной понял, что что-то не так.
Сюй Сяошоу не стал бы так шутить. Он действительно не нашел Статус Полусвятого!
А раз так, значит, Тайцзай Цы на самом деле не умер?
Но если это так…
— Как ты можешь так беззаботно веселиться?
Водяной запаниковал и принялся осматриваться, но не нашел и следа Тайцзай Цы. Даже его тела нигде не было.
Постойте!
Тела нет?
Водяной резко уставился на Девятихвостого гиганта.
Сюй Сяошоу не был глупцом. Такая самоуверенность… Водяной с нетерпением ждал ответа.
И он увидел, как гигант в драконьей чешуе, сжимая Алебарду, Рисующую Дракона, окутанный ало-золотым сиянием, чья аура сотрясала небеса, презрительно бросил:
— Его? И чего мне бояться?
БУМ!
Едва прозвучали эти слова, как из ниоткуда в расколотой пустоте начала собираться густая черная энергия Призрачного зверя.
Сгущаясь вокруг останков Тайцзай Цы, она образовала огромное черное облако, которое росло и ширилось с каждой секундой.
Вскоре оно стало размером с самого Предельного гиганта!
— Что это такое…
Все святые вокруг побледнели от ужаса.
Даже Водяной, Старейшина Сан и остальные поспешно отступили, не веря своим глазам.
Столько энергии Призрачного зверя они не видели за всю свою жизнь!
— Это…
Бай Чжоу безвольно осел на свою винную тыкву. Его прекрасные глаза расширились, а зрачки бешено задрожали, словно он увидел нечто неописуемое.
— Ты, ты!
— Нет… подожди… ты, ты…
Он в шоке указывал на черное облако и даже хотел подойти поближе, будто что-то узнал.
— Что «ты»? Бежать не собираешься, смерти ждешь? — подскочил к нему Водяной, схватил за руку и потащил назад.
— Отпусти меня!
— Ты знаешь этого Призрачного зверя?
— Чушь собачья, я — глава Серого Дворца Сюйюэ!
— Так кто это?
Спрашивая, Водяной не отпускал Бай Чжоу и, оттащив теряющего самообладание товарища на десять тысяч ли, наконец, вырвался из основной зоны поражения призрачной энергии.
БУМ!
В гигантском черном облаке вспыхнули золотые искры, и бесчисленные незримые оковы, сковывавшие его, лопнули сами собой.
Словно из черной яичной скорлупы вот-вот должно было вылупиться некое существо.
— Куй! — выдохнул наконец побелевший Бай Чжоу, и все Святые Рабы замерли.
— Куй? — растерянно посмотрел на него Цэнь Цяофу, ожидая объяснений.
Но Бай Чжоу, словно лишившись дара речи, оцепенев, смотрел на золотое чудовище, вылуплявшееся из черного облака.
ТРЕСК!
ГРОМ!
В пустоте засверкали молнии и завыл ураганный ветер, словно наступил конец света.
Цэнь Цяофу почесал в затылке. Увидев, что этот парень совсем обезумел от страха, он повернулся к Водяному.
Водяной слегка покачал головой, давая понять, что он, глава Ночной Кошки, ничего не знает.
Тогда они оба посмотрели на всезнающего, до облысения начитанного главу Фэньцинь.
Старейшина Сан был потрясен не меньше, словно на его глазах воскресло нечто невероятное. Он произнес дрожащим голосом:
— Тао Поглощения, Песок Изгнания, Белочешуйный колдун, Серая Тень Сюй, Гу Пустого Духа, Золотой Куй… Прежде чем у каждого из них появилось человеческое имя, мир называл их так — «Шесть Основателей Сюй»!
P.S. Благодарность читателю за щедрую награду для Юэ Гунну! Хм… Кажется, она еще не появлялась? Может, выйдешь поздороваться?
Юэ Гунну: «Я уже появлялась, в экстра-главе про малыша Кун Туна~»
(Конец главы)