Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1683 Зажатый меж двух огней смиренный посланник и ненавистный небожитель, что ищет света во тьме ночной
«За меня… живи…»
«Просто… будь в порядке…»
Чей это голос? И о чем он говорит?
Почему в Ай Цаншэне живет эта чужая мысль? Неужели Дао Цюнцан и на него повлиял, как на Фэн Юйцзиня?
Или это был Дао Цюнцан в женском платье? Они что, такие затейники?
Прикрываясь щитом, Сюй Сяошоу отступил над море, пока не покинул зону действия «Лишения мысли». Стряхнув с себя наваждение под шум волн, он помотал головой.
«Это не обязательно Дао Цюнцан…»
Он вдруг вспомнил историю об Ай Цаншэне, которую ему когда-то рассказал Ли Фугуй.
Прежде чем стать императором Цаншэном, защитником Пяти Регионов, он, только вступив на путь воина, повстречал девушку, которая тоже лишь начинала свой путь. Ее звали Лэй Сяосяо.
Они вместе вошли в древние руины, но судьба их ждала разная: Ай Цаншэн обрел Лук Греха, а Лэй Сяосяо погибла, перед смертью передав ему Око Великого Дао.
Неужели дело в этом? Тот голос принадлежал Лэй Сяосяо?
Значит, «Лишение мысли» и впрямь нацелено не на «человека», а на саму «мысль»?
И в определенном радиусе оно может затронуть все мысли, что есть в человеке, — и его собственные, и чужие…
Более того, в зависимости от силы и настойчивости этой мысли, человек в настоящем может стать носителем мыслей человека из прошлого? Временные рамки для нее не преграда?
«Что-то вроде одержимости призраком?»
Сюй Сяошоу задумался, пытаясь через этот голос — будь то Дао Цюнцан в женском платье или Лэй Сяосяо — найти способ победить Ай Цаншэна.
Но быстро понял, что размечтался.
Воля одного из Десяти Почтенных Престолов несокрушима. Разве может на нее повлиять какой-то незначительный отголосок прошлого?
Даже если у Ай Цаншэна и Лэй Сяосяо была какая-то душераздирающая история, сейчас пёс Ай был явно настроен против него. Он не поверит ни в какие «коварные замыслы».
Он так мастерски умеет ловить момент для удара.
Как его можно обмануть?
Даже если бы Сюй Сяошоу всего лишь хотел по-дружески предупредить: «Эй, пёс Ай, а в тебе, кажется, чей-то голос звучит, а?»
Кто бы ему поверил?
Сюй Сяошоу и сам себе не верил!
Шу-ух… шу-ух…
Морские волны, вздымаемые яростным ветром, меняли форму, но не могли сдвинуть Предельного гиганта ни на шаг.
Цзиньжэнь, почуяв неладное, давно уже применил «Искусство Исчезновения» в сочетании с «Отрешенным от мира» и покинул поле боя.
Сюй Сяошоу, наблюдавший за ним глазами Цзиньжэня, видел, как Ай Цаншэн, отбросив его девятью стрелами, неторопливо завершил складывать печати:
— Запретное искусство! Семя Искусства: Предел-Темница — Снятие печати, третий уровень!
Вокруг его тела заструились рунические узоры темницы. С шипением они начали таять, и вместе с ними таяло само пространство.
Его аура взметнулась к зениту, способная подавить целый регион.
Воссозданное тело просто сидело на вершине разрушенной Пустынной горы, будто на священном престоле, и источало безграничное давление.
Тяжесть!
Невыносимая тяжесть!
Его физическое тело было уничтожено дважды, но Око Великого Дао каким-то образом осталось невредимым.
Сейчас он поднял взгляд и посмотрел через море. Сюй Сяошоу, даже в облике Предельного гиганта, почувствовал, будто на каждое его плечо взвалили по священной горе — он едва мог дышать под этой ношей.
«Нельзя с ним больше драться!»
«Это ведь только третий уровень Снятия печати. Позёр-старый даос в своих донесениях говорил, что у него их как минимум шесть…»
Если третий уровень таков…
То шестой просто невообразим!
Сюй Сяошоу внезапно вспомнил, с чего все началось.
Он ведь с самого начала не хотел драться с Ай Цаншэном именно сейчас.
Сразиться можно, но время неподходящее.
Старейшина Сан еще даже не появился, так с чего мне тут с псом Аем бодаться, подыгрывая его безумию?
И еще!
Я же очки навыков распределял, как я вообще оказался на поле боя?
Пять Небесных Упадков выскочил из ниоткуда — это он хотел все испортить? Он мне помогает или вредит? Неужели я и вправду надумываю лишнего, и ему просто нужен был Статус Полусвятого Цинь Дуаня и Цю Гу?
— Старейшина Чжун, вы там в зрителях отсиживаетесь?
— Неужели вы появитесь, только когда Ай Цаншэн разнесет на куски весь Восточный Регион?
Находясь в Восточном Регионе, вдали от влияния Жемчужины Кровавого Мира, Сюй Сяошоу вдруг ощутил, что голова его прояснилась.
Он отправил мысленное сообщение Чжун Юаньцзы через Нефритовый талисман Мира Абрикоса.
Далеко отсюда, на руинах Священной Горы Сломанного Османтуса, Чжун Юаньцзы подскочил от неожиданности, когда в его голове раздался голос Сюй Сяошоу.
Он рефлекторно отпустил воротник Фан Вэньсиня и отшатнулся на несколько шагов назад, заодно увеличив дистанцию и с божественным посланником Цзю Цзи.
Его глаза забегали. Убедившись, что никто не обратил на него внимания и уж тем более не услышал голоса в его голове, он украдкой выдохнул с облегчением.
«Что он творит?!»
«Почему он связывается со мной именно сейчас?»
«А что если кто-нибудь заметит… Ай Цаншэн на передовой, а я тут в тылу с врагом якшаюсь?»
Но Чжун Юаньцзы быстро опомнился, поняв, что его паранойя излишня.
«Стоп, а чего это я боюсь?»
«Я честен, и мне нечего бояться. Я же не сговаривался с Сюй Сяошоу. С тех пор как он дал мне этот талисман, я ни разу не был в его мире. Какие ко мне могут быть претензии?»
Глядя в Зеркало передачи Дао и слушая безостановочные комментарии Фэн Чжунцзуя, Чжун Юаньцзы заметил, что Предельный гигант замер.
А на Пустынной горе император Цаншэн, активировав «третий уровень», казалось, тоже пришел в себя и прекратил бездумные атаки.
Точнее, под действием «третьего уровня» Ай Цаншэн был теперь уверен, что сможет отреагировать на любую внезапную атаку Сюй Сяошоу, а потому вновь обрел хладнокровие.
«Неужели Сюй Сяошоу уже настолько вырос?»
«Даже Ай Цаншэну приходится использовать третий уровень Снятия печати, чтобы сохранить право голоса в бою с ним…»
Чжун Юаньцзы внутренне содрогнулся и, не смея больше медлить, ступил на свою Диаграмму Великого Дао. Последовательно совершая пространственные скачки, он переместился к Межрегиональной телепортационной формации на границе Центрального и Восточного Регионов.
— Держите.
Он протянул Кристальную карту, не обращая внимания на ошарашенные лица воинов Божественной Стражи, которые явно хотели задать ему пару вопросов.
Божественный посланник стихий Чжун Юаньцзы одним взмахом руки расчистил пространство вокруг.
Избавившись от лишних свидетелей, он привычно запустил Межрегиональную телепортационную формацию.
— Подождите, я уже в пути!
Одновременно он торопливо ответил Сюй Сяошоу через Нефритовый талисман Мира Абрикоса:
— Вы только не деритесь!
Забавно.
Сам Божественный посланник стихий, мастер пространства, вынужден добираться до места с помощью Межрегиональной телепортационной формации.
Но другого выхода не было!
У Чжун Юаньцзы была лишь Диаграмма Великого Дао пространства, но не Сокровенный Смысл. Владеть всеми стихиями не означало в совершенстве владеть каждой из них.
Он не мог, подобно Е Сяотяню или Сюй Сяошоу, с легкостью фиксировать Пространственные узлы, разбросанные по всему континенту, и, используя их как опору, свободно перемещаться между Пятью Регионами.
Все, на что он был способен, — это короткие, частые, быстрые пространственные скачки. Множеством таких прыжков он мог бы поскорее добраться до Восточного Региона.
Но так было легко заблудиться.
От Центрального Региона до Восточного было слишком далеко.
Божественный посланник стихий изучал стихии, а не географию. Чжун Юаньцзы редко выходил из дома и совершенно не знал ориентиров вроде знаменитых гор или великих рек.
Можно было бы попробовать по-другому: переключиться на стихию света — скорость света огромна, и он в мгновение ока преодолел бы расстояние между двумя регионами.
Но это в теории.
На практике же не каждый мог носить титул «Свет Мира Очищения Духа». Чжун Юаньцзы пробовал много раз… и тоже блуждал!
А если забрести в какую-нибудь запретную зону в море, будет еще хуже: придется тратить время и силы на бой, чтобы выбраться, а потом снова блуждать, искать дорогу, снова блуждать, снова искать…
Слишком хлопотно!
По сравнению с долгими телепортациями, долгими поисками дороги, огромным расходом Святой силы, которую приходилось восполнять дорогущими пилюлями… Межрегионационная телепортационная формация даже для Божественного посланника стихий была самым экономичным, выгодным и удобным выбором.
Изобретения Дао Цюнцана и впрямь очень полезны!
…
— Появился!
— Это он, наш Божественный посланник стихий, старейшина Чжун Юаньцзы!
Голос Фэн Чжунцзуя, пронизанный удивлением, разнесся из Зеркал передачи Дао по всем Пяти Регионам:
— Я как раз удивлялся, почему старейшина Чжун так спешно покинул Священную Гору… то есть, ее руины.
— Оказывается, он отправился на передовую в Восточный Регион!
— Вот оно, удобство стихии пространства! Как же быстро! Хотя… почему он так долго появлялся?
Неважно!
Долго — это лишь по сравнению с Дедулей Шоу, который мгновенно перемещался между Центральным и Южным Регионами.
На самом деле Чжун Юаньцзы, хоть и потратил некоторое время, уложился всего в десяток вдохов-выдохов.
Ему нужно было лишь телепортироваться к формации, переложить самую энергозатратную часть пути на творение Главы Дворца Дао, а затем, выйдя из нее, быстрыми короткими скачками добраться до центра поля боя. Проще простого.
Тем временем в Центральном Регионе неуловимые члены Клана Фэн оказались еще проворнее Чжун Юаньцзы и уже установили Зеркало передачи Дао поблизости.
Фэн Чжунцзуй взял на себя трансляцию и, глядя на старейшину Чжуна, чей облик разительно отличался от того, что был мгновение назад, странным тоном прокомментировал:
— Старейшина Чжун… переоделся!
— Его головная повязка… кхм, очень красивая!
— Цвет его одежды и повязки… ну, нельзя сказать, что они совсем не сочетаются!
Наконец Фэн Чжунцзуй не выдержал и, не в силах скрыть усмешку, добавил:
— Когда мне лень наряжаться, я выхожу из дома примерно в таком же виде, только еще шляпу надеваю.
Зрители перед Зеркалами передачи Дао по всем Пяти Регионам испытали смешанные чувства.
Появившийся Божественный посланник стихий избавился от своего неряшливого образа, в котором предстал на фоне битвы на Священной Горе, и было видно, что он «тщательно» подготовился.
Его желтая бандана с ромбовидным узором действительно выражала яркую индивидуальность.
По крайней мере, она скрывала его всклокоченные волосы, которые он, видимо, пытался привести в порядок перед выходом в эфир, но в итоге понял, что дело безнадежно.
Его новый лазурный халат, на котором не было ни единой заплатки, тоже выглядел весьма величественно, если не считать складок, оставшихся от долгого лежания в сундуке.
Если смотреть на него выше шеи, то он походил на молодого, пылкого и мятежного разыскиваемого преступника из Южного Региона, по одному виду которого было ясно, что он отправил на тот свет немало врагов.
А если ниже — то на обычного старца.
Чжун Юаньцзы, чей образ был полон вопиющих противоречий, словно его собрали из разных пазлов, но он каким-то чудом ожил, смело встал между Предельным гигантом и Ай Цаншэном в режиме «третьего уровня».
Руки за спиной.
Выражение лица — само спокойствие.
Он, должно быть, знал, что Зеркало передачи Дао сейчас направлено на него. Прочистив горло, он не произнес ни слова, а вместо этого вскинул рукава.
Вжух!
Вокруг него возникли десять огромных световых сфер, представляющих золото, дерево, воду, огонь, землю, свет, тьму, ветер, гром и лед.
Десять шаров сдерживали внутри себя невероятно мощную, яростную энергию. Их переливающееся сияние делало титул «Божественный посланник стихий» поистине могущественным.
Если бы только позади не возвышался Предельный гигант, а впереди не стоял Ай Цаншэн в режиме «третьего уровня».
Честно говоря…
Это смахивало на дешёвую пародию на выход Главы Дворца Дао.
Но было видно, что он очень старался.
Фэн Чжунцзуй долго сдерживался, прежде чем проглотить готовые сорваться с языка комментарии. Он больше не смел говорить что попало.
Язык мой — враг мой.
Он уже усвоил этот урок на примере Полусвятого Цинь Дуаня.
— Господа, послушайте совета этого посланника, остановитесь, — произнес Чжун Юаньцзы. Он был доволен собой — он сделал все, что было в его силах.
Он был не так уж богат.
Жалование Четырех Божественных Посланников было невелико, а все излишки он тратил на изучение стихий, причем результаты своих исследований публиковал бесплатно.
Из-за этого Чжун Юаньцзы не мог позволить себе даже одноразовый диск для межрегиональной телепортации — предмет роскоши из Небесной Мастерской.
И он не был так уж силен.
Для обычных мастеров Очищения Духа Божественный посланник стихий был невероятно могуществен, владея всеми стихиями и свободно переключаясь между ними, он казался непобедимым.
Но по сравнению с Сюй Сяошоу и Ай Цаншэном у него не было даже Сокровенного Смысла, который дал бы ему право вступить в бой.
Зажатый между «Предельным гигантом» и «Семенем Искусства: Предел-Темница — Снятие печати, третий уровень», Чжун Юаньцзы не мог избавиться от гнетущего чувства собственной неполноценности, даже явив миру свое лучшее творение — «Сферу Десяти Элементов».
Он вновь ощутил, каким ничтожным может быть Полусвятой.
На пути Очищения Духа ему, даже если он посвятит этому всю жизнь, вероятно, никогда не догнать этих двоих.
И все же он пришел один…
Разве не для того, чтобы стать фоном для этой великой битвы, сыграть роль второго плана, превратиться в посмешище?
Но он все равно пришел.
Кто-то должен был выйти вперед и замолвить слово за этих двоих, загнавших себя в угол, и за весь мир.
— Дедуля Шоу, пора остановиться.
— В этой битве победителя в ближайшее время не будет.
— Но всего несколько ваших небрежных ударов уже разрушили Священную Гору Сломанного Османтуса, погубили бесчисленных зверей в море, обрушили горные хребты, перекрыли реки…
Чжун Юаньцзы провел рукой по воздуху.
В пространстве появилось изображение ближайшего города:
— Вы же не собираетесь драться там, верно?
Насмешливые возгласы в Пяти Регионах постепенно стихли.
Особенно когда кто-то в ужасе увидел свое собственное испуганное лицо в этом пространственном зеркале.
Закончив обращаться к Предельному гиганту на море, Чжун Юаньцзы повернулся к Ай Цаншэну и тяжело вздохнул:
— Император Цаншэн, вам тоже нужно остыть.
— Драться не запрещено, но нельзя делать это на континенте. По правилам, битвы уровня королевского престола и выше должны проходить в отдельном пространстве.
— Вам как минимум нужно развернуть Священную Сферу или сражаться в другом измерении, или в Мертвом море… э-э, нет, в Тайном Царстве Святого Императора… э-э, тоже нет…
Чжун Юаньцзы поджал губы и поспешно замолчал.
Он знал, что не умеет говорить: чем больше скажет, тем больше ошибок наделает. Нехорошо будет, если он случайно раскроет план.
Он также понимал, что Ай Цаншэн наверняка понял, что он хотел сказать. В конце концов, он посмотрел то на одного, то на другого и снова вздохнул:
— Этот старик знает, что у него нет такого веса.
— Но я все же осмелюсь, рискуя своей старой репутацией, попросить вас обоих оказать мне услугу. Предыдущая договоренность была очень хороша…
Он указал на Предельного гиганта:
— Вы отправляетесь в Мертвое море и действуете самостоятельно.
Он указал на Ай Цаншэна:
— А вы отправляйтесь в Южный Регион или оставайтесь прямо здесь, в Восточном Регионе, и ждите. Когда он закончит, мы… вы… сможете действовать.
Чжун Юаньцзы снова поджал губы, чувствуя, что опять сболтнул лишнего, и неловко добавил:
— В общем, здесь драться нельзя.
— Я имею в виду то, что имею в виду. Даже в великой пустыне Западного Региона драться лучше, чем в остальных четырех регионах…
— Эм, я не то чтобы презираю Западный Регион, просто там людей меньше…
— Ох, и я не говорю, что раз людей меньше, то можно драться, просто… А-а, ну вы поняли.
Как же трудно!
Чжун Юаньцзы впервые понял, как сложно говорить на камеру перед всеми Пятью Регионами!
Как один из Четырех Божественных Посланников, он должен был учитывать чувства жителей Западного Региона, пусть их и немного, и в то же время заботиться обо всем континенте.
У него не было решимости Ай Цаншэна, который мог пожертвовать меньшинством ради большинства.
И не было несгибаемой воли Сюй Сяошоу, который мог игнорировать общественное мнение и идти к своей цели.
Он был из тех, кто пытается усидеть на двух стульях, но не имеет таланта находить компромиссы. Зажатый между двух огней, он чувствовал себя неловко и не мог внятно выразить свои мысли.
Просыпаясь по ночам, он хотел отвесить себе пару пощечин, терзаясь мыслью, почему у других все получается, а он, кроме как изучать стихии, ничего не умеет, да и в этом не смог постичь даже Сокровенный Смысл. А все остальное — и подавно. И это называется Божественный посланник?
Да он и собачьего дерьма не стоит!
Чжун Юаньцзы закрыл глаза, через три вдоха открыл, коснулся своей желтой банданы и с лучезарной улыбкой тихо произнес:
— Окажите этому посланнику услугу, хорошо?
…
Город клана Фэн, Южный Регион. Первая смотровая площадка.
Дао Цюнцан, опустив веки, молча смотрел на застывшую в натянутой улыбке фигуру Чжун Юаньцзы на экране.
Его неловкость была видна невооруженным глазом.
Дао Цюнцан долго смотрел, не выказывая никаких эмоций.
Когда он перевел взгляд на толпу под смотровой площадкой, там, где раньше царил шум, теперь стояла такая тишина, что было слышно, как падает иголка.
И тишина воцарилась не только на Первой смотровой площадке в Городе клана Фэн.
Перед Зеркалами передачи Дао по всем Пяти Регионам все как по команде замолчали.
— Почему мне как-то… не по себе?
Фэн Чжунцзуй смог вымолвить хоть слово лишь спустя долгое время.
Мгновение назад это было так смешно, а теперь у него отчего-то защипало в носу.
Так что же происходит?
Все смеются над Чжун Юаньцзы?
Или же… каждый из нас — Чжун Юаньцзы?
Ведь Божественный посланник стихий уже стоит на вершине континента, так почему он ведет себя так униженно!
«Старейшина Чжун, будьте увереннее…»
Фэн Чжунцзуй так хотел выкрикнуть эти слова.
Но он понимал: перед Дедулей Шоу в облике Предельного гиганта и императором Цаншэном, активировавшим третий уровень Снятия печати, кто угодно потерял бы уверенность!
…
— Раз старейшина Чжун просит, я, конечно же, первым окажу уважение.
После мертвой тишины, длившейся больше десяти вдохов, Предельный гигант над морем внезапно исчез. Даже Щит, Сокрушающий Равновесие, был убран.
Дедуля Шоу продемонстрировал предельную искренность. Казалось, раз уж здесь Чжун Юаньцзы, ему было совершенно все равно, если пёс Ай воспользуется моментом и подстрелит его парой стрел.
— Я уже говорил, что в Первом Павильоне под Небесами для старейшины Чжуна всегда найдется место. Это предложение бессрочно.
Чжун Юаньцзы до этого момента чувствовал себя вполне свободно.
Но после этих слов он растерялся и не знал, куда себя деть. Его взгляд метнулся было к Зеркалу передачи Дао, но он с трудом себя сдержал.
Нельзя смотреть… то есть, нельзя паниковать… Нет, а чего я вообще паникую? Я же не сговаривался с врагом…
— Я погорячился.
К счастью, император Цаншэн вовремя пришел на помощь.
Под ним невесть откуда снова появилось кресло-каталка из османтуса. Отложив Лук Греха, он запечатал рунические узоры Семени Искусства: Предел-Темница.
Одна печать.
Вторая.
И третья!
Сила была вновь запечатана.
Ай Цаншэн вернулся в свое обычное состояние, словно ничуть не боясь, что Щит, Сокрушающий Равновесие, снова врежется ему в лицо и превратит в мясной фарш.
Фух…
Чжун Юаньцзы с облегчением выдохнул.
Раз уж оба проявили такое уважение, он не мог допустить неловкой паузы и поспешно замахал руками:
— Нет-нет-нет, это не вина Дедули Шоу, и, конечно, не вина императора Цаншэна.
— Я давно говорил, что нужно остерегаться Жемчужины Кровавого Мира. Это корень всех бед, предвестник смерти!
— Во всем виновата Жемчужина Кровавого Мира. Давайте вернемся к нашему плану и будем действовать… э-э, то есть, просто будем действовать как обычно, да, как обычно.
План? Неужели тот самый «План Шестнадцать»?
Даже мастера Очищения Духа по всем Пяти Регионам поняли, что слова старейшины Чжуна, так или иначе, были ловушкой для Дедули Шоу.
Камера Зеркала передачи Дао сфокусировалась на нем.
Дедуля Шоу лучезарно улыбался, словно ничего не понял, или же понял, но ему было совершенно все равно.
«Неудивительно, что он смог стать Дедулей Шоу…»
Пока толпа размышляла об этом, из невидимой точки, к которой было привязано Зеркало передачи Дао, внезапно донесся призрачный голос:
— Запретный ход жертвоприношения духа.
Этот голос…
Всех пробрал холод до костей. Они узнали его. Это был голос Пяти Небесных Упадков!
Фэн Чжунцзуй вздрогнул.
Главное Зеркало передачи Дао тут же переключило картинку на великую пустыню Западного Региона.
Но в пустыне был лишь песок. Там уже никого не было.
Чжун Юаньцзы оцепенел.
Мгновение назад Пять Небесных Упадков был на западе континента, за два региона отсюда, а теперь, едва его голос отзвучал, он уже появился на востоке, в Небесах Бога Меча, совсем рядом.
Как он так быстро?!
Это быстрее, чем одноразовый диск для телепортации через два региона!
Появление Пяти Небесных Упадков в Восточном Регионе потрясло не только Сюй Сяошоу, Ай Цаншэна и Чжун Юаньцзы.
Даже мастера Очищения Духа Восточного Региона, особенно те, что жили в городах неподалеку от поля боя, запаниковали.
Только не подходи!
Ай Цаншэн схватился за Лук Греха, и тетива слегка задрожала.
Он действительно хотел действовать по плану, шаг за шагом разбираясь с Сюй Сяошоу и Святыми Рабами, но, похоже, реальность этого не позволяла?
Пять Небесных Упадков не позволял?
И Жемчужина Кровавого Мира тоже?
— Нет!
— Не стреляйте пока…
В самый напряженный момент Пять Небесных Упадков, презираемый всеми, поднял свою безвольно висевшую, словно у марионетки, голову.
Под маской его глаза были тусклыми и безжизненными.
Казалось, его душа, его жизнь, все его существо уже было принесено в жертву.
Но он, словно бессмертный таракан, упрямо пытался отыскать в темноте хоть искорку света, даже если это вызывало у зрителей глубинное отвращение, а у прохожих — желание его растоптать.
— Император Цаншэн, этот старик хотел бы кое-что сказать.
— Вы оказали ему уважение. Не могли бы вы заодно оказать уважение и мне?