Я загружен пассивными навыками (Новелла) Том 1 Глава 1704 Дао, помоги мне призвать Святого Предка — один станет двоединым в битве со Святым Императором
Козырем Дедули Шоу оказался… Глава Дворца Дао?
Но ведь они совсем недавно сошлись в смертельной схватке у Серого Дворца Сюйюэ в Южном Регионе!
И что, теперь они снова друзья?
И вообще, что это за дружба такая, которая заставляет пойти на всё ради друга прямо перед лицом Святого Императора Ледяного Дворца?
Разве Глава Дворца Дао на такое способен?
Да это же очевидная подстава, ловушка!
— Дедуля Шоу… — Фэн Чжунцзуй, сжимая Зеркало передачи Дао, уже не находил слов. Всё это выглядело слишком абсурдно.
Такая явная ловушка… не говоря уже о том, что Глава Дворца Дао вряд ли бы на это купился, так он бы и не справился, даже если бы ввязался. И неужели Святой Император Ледяного Дворца так легко попадётся на эту уловку? Неужели он будет выбирать между Дедулей Шоу и Главой Дворца Дао?
Фэн Чжунцзуй подумал, что будь он на месте Святого Императора, никто бы не смог повлиять на его решение.
Я заберу их обоих!
Увы, Фэн Чжунцзуй не был Святым Императором Ледяного Дворца. Он сейчас находился в положении, из которого даже спины Дедули Шоу не мог разглядеть — как ему было постичь истинные замыслы Сюй Сяошоу?
Когда с небес снизошёл святой свет и высоко над Священной Горой Сломанного Османтуса начал медленно обретать форму смутный, призрачный лик, Сюй Сяошоу не проявил ни капли любопытства.
Он не собирался ждать, пока Святой Император Ледяного Дворца закончит создавать своего аватара, воплощение воли или любую другую из своих бесчисленных техник явления. У него и в мыслях не было меряться с ним силами — в конце концов, он был всего лишь слабаком, неспособным одолеть даже Ай Цаншэна.
Он быстро швырнул А Сы в Абрикосовый мир, с помощью Искусства духовного созвучия передал позёру-старому даосу мысленное «Береги себя» и, обратившись к свету, к Пяти Регионам, распростёр объятия:
— А-а-ах…
— Мир… забудь меня…
…
— А?
Дао Цюнцан падал в Южную Бездну, и его эмоции бурлили. Он мысленно изрыгал проклятия в адрес кое-кого, полагая, что мгновение назад всё должно было быть именно так. Но в один миг объект его гнева исчез. Он почувствовал себя рыбой, выброшенной на мелководье Южной Бездны, — рыбой, забывшей, что разъярило её несколько вдохов назад.
В его разуме прозвучал сигнал тревоги, и система выдала заключение, но имя в нём показалось совершенно бессмысленным:
«Сюй Сяошоу».
Кто такой Сюй Сяошоу?
Едва эта мысль промелькнула у него в голове, как рука Дао Цюнцана сама собой дёрнулась и извлекла нефритовую табличку. В тот же миг его второй мозг передал сообщение:
«Информационная сводка: Сюй · Сяо · Шоу. Вне зависимости от серьёзности текущей ситуации, прочитать немедленно!»
Что за чертовщина?
Даже имя разделили, чтобы слоги не сложились в единое целое и не вызвали аномалию?
Такая дотошность… Дао Цюнцан остро ощутил, что, должно быть, попал под действие чрезвычайно мощного наведения забвения. Но кто мог превзойти его собственное понимание Пути памяти уровня Трансценденции Дао и повлиять на него? И кто этот человек, которого не может запомнить даже Путь памяти, из-за чего приходится готовить столько уловок, чтобы при срабатывании забвения пробудить воспоминания самым примитивным способом?
— Сюй Сяошоу… — с интересом пробормотал Дао Цюнцан.
Неужели этот Сюй Сяошоу сильнее Десяти Почтенных Престолов?
Он приложил нефритовую табличку ко лбу, и едва его божественное сознание коснулось её, как издалека донёсся едва слышный, призрачный зов:
— Дао… Цюн… Цан!
Этот зов, обращённый к нему по полному имени, пробудил всё, что было связано с «Сюй Сяошоу», — все нити, оборвавшиеся с его исчезновением. Дао Цюнцан внезапно вспомнил, что сейчас его главный враг не Сюй Сяошоу, а Святой Император Ледяного Дворца.
— Проклятье!
— Да кто такой этот Сюй Сяошоу, чтобы так издеваться надо мной!
Дао Цюнцан наконец вспомнил, что он был на полпути к спасению, спасаясь бегством, но его прервал собственный, заранее заготовленный механизм. Он, конечно, не смел игнорировать предупреждение, оставленное им самим до того, как он попал под действие забвения. Дао Цюнцан знал, насколько он осторожен. Если он прибег к такому окольному пути для восстановления памяти, значит, дело было чрезвычайно важным.
Он поручил своему второму мозгу читать информацию о Сюй Сяошоу из нефритовой таблички, а сам тем временем быстро восстановил в памяти, почему в момент опасности он решил бежать именно в Южную Бездну.
Южная Бездна — это небесный пруд, она мне поможет!
— Святой Император, погодите, я хороший человек!
Дао Цюнцан камнем ринулся в Южную Бездну, устремляясь в её глубины, и в панике выпалил такую чушь, в которую и сам не верил. На самом деле он заранее приготовил речь о том, что лишь временно покинул Священную Гору, чтобы тайно внедриться в Южный Регион, но по сути своей он всё ещё человек Императорских Владений Цяньши, его сердце принадлежит Пяти Великим Кланам Святых Императоров и он желает поддерживать добрые отношения с Императорскими владениями Ледяного Дворца.
Но времени не было! Категорически не хватало времени на такие длинные тирады!
— Я — первая Посланница Пути под началом Цяньши, лучшая после поражения Дао Сюаньцзи.
— Святой Император, прошу вас, дайте мне сказать лишь слово! Не нападайте первым, дабы не навредить дружбе наших кланов.
Глубоко под водой взорвалась волна, и Дао Цюнцан, собрав своё божественное сознание в сгусток, послал его ввысь. Его голос дрожал, но он пытался договориться. Он был уверен, что Святой Император Ледяного Дворца не воспримет это как угрозу. В глазах тех, кто стоит на вершине, всё выглядит иначе. По сравнению с такими вещами, как «обожествление» и «раздел Императорских Владений Ужао», он сам, пусть и пользующийся в Пяти Регионах огромной славой, для Святого Императора Ледяного Дворца был лишь мелкой креветкой в Южной Бездне, не представляющей никакой угрозы.
Непостижимый богам и демонам Дао Цюнцан впервые произносил такие слова, даже не видя лица врага. Можно было только представить, насколько серьёзно он относился к Святому Императору Ледяного Дворца.
Тот не ответил, что, конечно, означало молчаливое согласие. Однако он не бездействовал. Создав смутный лик высоко над Священной Горой Сломанного Османтуса в Центральном Регионе и обратив своё внимание на Континент Священного Духа, он понял, что выбрал неверное место. И тогда он направил луч святого света из Центрального Региона в Южный, прямо туда, где пытался укрыться Дао Цюнцан, которому негде было спрятаться.
…
«Одно слово!»
«У меня есть время только на одно слово!»
Дао Цюнцан стремительно мчался в леденящих душу глубинах Южной Бездны. Он что-то искал, а его мозг работал на пределе, готовый вот-вот взорваться. Но, похоже, удача была на его стороне. Именно в этот момент его второй мозг закончил читать всю информацию о Сюй Сяошоу.
«Сюй · Сяо · Шоу, Духовный Дворец Тяньсан…»
«Сюй · Сяо · Шоу, Белый Грот…»
«Сюй · Сяо · Шоу, Остров Пустоты…»
«Сюй · Сяо · Шоу, Божественные руины…»
Всё, включая текущие события, было восстановлено из нефритовой таблички в виде текста, дополненного звуком и изображениями. Каждый раз, когда возникал риск коснуться чувствительной темы, Дао Цюнцан заранее прерывал связь, не позволяя «Сюй · Сяо · Шоу» ассоциироваться с «Сюй Сяошоу». Таким образом, словно выстраивая биографию незнакомца, он восстановил запутанное прошлое, связывавшее его, Дао Цюнцана, с великим мастером Пути Забвения «Сюй · Сяо · Шоу».
Когда Дао Цюнцан наконец дочитал сводку, его лицо позеленело.
Сюй Сяошоу — враг всей моей жизни!
Не раздумывая ни секунды, он предал этого негодяя, взревев во весь голос:
— Есть вор по имени Сюй · Сяо · Шоу, чьё владение Путём Забвения достигло Трансценденции Дао! Он бросил вызов Святому Императору Ледяного Дворца, а затем скрылся, облив грязью меня! Святой Император может издать указ, запрещающий и обращающий вспять Путь Забвения! Это вернёт мне доброе имя и явит всем истину!
Святой свет опустился на Южную Бездну. Волны замерли, морские звери затаили дыхание. Гробовая тишина над морем продлилась лишь мгновение, а затем небеса озарились величественным сиянием. В этот миг перед взором всех жителей Пяти Регионов, и даже в их сознании, развернулся золотой свиток. На нём было начертано восемь иероглифов, лаконичных и указывающих на саму суть Великого Дао:
«Забвение в Пяти Регионах запретить, Великому Дао — вспять обратиться».
…
«Получен испуг. Очки пассивности +1».
В Южном Регионе не было Зеркала передачи Дао, но Сюй Сяошоу, благодаря оставленной на Дао Цюнцане «грязной» ментальной метке для подслушивания, услышал его слова. Он тут же понял: он слишком часто использовал «Отрешенного от мира» перед Дао Цюнцаном, и тот нашёл слабое место. Этот парень никогда не был простаком. Раньше, даже если он что-то и замечал, то не мог вспомнить ничего, что связано с Сюй Сяошоу. Но теперь он эволюционировал!
«Проклятье, позёр-старый даос, чтоб тебя…» — Сюй Сяошоу не успел до конца излить свои проклятия, как мир перед его глазами изменился.
Святой свет пролился на Пять Регионов, великая сила накрыла континент. Когда в его поле зрения вновь развернулся давно знакомый золотой свиток, Сюй Сяошоу, находившийся под двойным эффектом Искусства Исчезновения и «Отрешенного от мира» и собиравшийся насладиться зрелищем, не на шутку испугался.
— Золотой Указ Святого Императора?
— Нет, братец Гунхань, как ты мог поверить этому позёру-старому даосу на слово? Ты что, с ума сошёл?!
Воспоминания о том, как Ба Цзуньань с помощью Золотого Указа Святого Императора обрушился на Остров Пустоты и изменил расстановку сил в Пяти Регионах, были ещё свежи. Сюй Сяошоу не мог не отнестись со всей серьёзностью к указу, который сейчас развернул Святой Император Ледяного Дворца. Он не верил, что его Искусство Исчезновения и «Отрешенный от мира» смогут противостоять силе Святого Императора. В конце концов, в Божественных руинах даже только что пробудившийся Суйин смог сопротивляться наведению и едва не свёл на нет всю эту комбинацию, а заодно и его самого.
Однако…
Неужели Святой Император Ледяного Дворца на Континенте Священного Духа действительно сильнее только что пробудившегося Суйина? По правде говоря, он всего лишь Святой Император, а Суйин — Злой Бог! Настоящий бог!
Цепляясь за последнюю надежду, Сюй Сяошоу решил рискнуть. Он мгновенно отменил Искусство Исчезновения, возник перед Фэн Чжунцзуем, влепил ему пощёчину и спросил:
— Кто я?
Фэн Чжунцзуй опешил от удара и, собираясь ответить, запнулся:
— Шоу… Шоу…
«Не верю! Как ты можешь меня знать?»
Сюй Сяошоу тут же метнулся к Бэйбэй:
— Кто я?
Бэйбэй тоже застыла:
— А ты кто такой?
В этот момент Золотой Указ Святого Императора в небе свернулся, полностью запретив Путь Забвения и вернув все стёртые воспоминания. К Бэйбэй тут же вернулась память обо всех унижениях, которые ей пришлось пережить. Её личико напряглось, она ткнула в Сюй Сяошоу пальцем и, скрипя зубами, прошипела:
— Сюй Сяошоу, тебе конец!
— Тебе точно конец, посмотрим, как ты теперь будешь сеять хаос!
Шлёп.
Её щека дрогнула. Она тоже получила пощёчину от Дедули Шоу.
— А-а-а!!
…
Сюй Сяошоу, не обращая внимания на бессильную ярость маленькой Бэйбэй, после своего разоблачения одним прыжком взмыл в небо и прокричал:
— Дао Цюнцан, мы же договаривались идти плечом к плечу, как ты мог предать меня в такой ответственный момент? Думаешь, это поможет тебе выйти сухим из воды и заставит Святого Императора Ледяного Дворца забыть о твоей Блокаде Небесных Тайн?
— Юэ Гунхань! — затем он гневно указал на небеса. — Да, это я! Всё это сделал я, Сюй Сяошоу, и мой друг Дао Цюнцан тут ни при чём! Если есть смелость, то давай, обрушься на меня одного!
Зрачки Фэн Чжунцзуя дрогнули. От услышанного у него закружилась голова, и он едва не упал. Это было слишком ужасно. Значит, Дедуля Шоу сначала обманом скрылся, намереваясь свалить всю вину на Главу Дворца Дао. А теперь, когда его раскрыли, он силой привязывает себя к нему? Дедулю Шоу и впрямь лучше не злить! Знакомство с ним для Главы Дворца Дао было поистине «счастьем», накопленным за пять жизней, которое он целиком скормил Пяти Небесным Упадкам — одна сплошная череда несчастий.
— Грохот!
В ясном небе ударил гром. Похоже, Святой Император Ледяного Дворца и впрямь был не промах, и ему было всё равно, как Дедуля Шоу пытается его подставить и с кем себя связывает. Находясь в Южном Регионе, он понял, что Сюй Сяошоу обвёл его вокруг пальца при первой же встрече. Он, находясь за целый регион отсюда, собрал безграничную Силу Святого Прародителя, обратил её в гигантскую, заслоняющую небо длань и просунул её сквозь пространственный разлом к Священной Горе Сломанного Османтуса.
— Длань Святого Прародителя! — в ужасе выкрикнул Фэн Чжунцзуй.
Духовные нити, которыми Дедуля Шоу управлял им, словно марионеткой, мгновенно оборвались под чудовищным давлением. Лишившись опоры, Фэн Чжунцзуй рухнул на землю, разбив голову в кровь.
Вокруг, словно град, посыпались с неба один за другим Полусвятые. Не в силах выдержать давление Длани Святого Прародителя, они бесславно падали на землю. Бэйбэй с глухим стуком воткнулась головой в каменистую почву. Её верхняя часть тела полностью ушла под землю, оставив снаружи лишь две коротенькие ножки, торчащие, словно два белых стебля лука.
Этот удар был поистине ужасающим. Глядя на искажённое, расплывчатое изображение в Зеркале передачи Дао, все в Пяти Регионах могли лишь догадываться, насколько чудовищным было давление в центре битвы! Все вокруг пали. Их даже не коснулись, их просто придавило остаточной волной. Но Дедуля Шоу не упал!
Он стоял на вершине Священной Горы, попирая руины, гордый и несокрушимый! Под Дланью Святого Прародителя жалкий Сюй Сяошоу уровня Отсечения Дао был ничтожнее муравья. Но он не только стоял, он ещё и собирался сопротивляться. Встречая обрушивающуюся на него длань, Дедуля Шоу вскинул руки и взмолился:
— Дао-гун, помоги мне!
…
Дао-гун? Это что, прозвище Главы Дворца Дао? Жители Пяти Регионов замерли в недоумении. Неужели Глава Дворца Дао настолько могущественен, чтобы помочь Дедуле Шоу пережить это испытание?
— Только не зови меня! — взмолился про себя Дао Цюнцан. Он уже скрылся в Южной Бездне и жалел лишь о том, что не взял себе имя подлиннее, хотя бы из восемнадцати иероглифов — может, тогда Сюй Сяошоу не смог бы его призвать. Он и не думал драться, он хотел лишь укрыться. А помочь Сюй Сяошоу… «Да будь ты счастлив!»
Но Сюй Сяошоу было всё равно, поможет ли Дао Цюнцан. Он осмелился дождаться, пока Длань Святого Прародителя приблизится к самому его лицу, и лишь тогда его взгляд изменился. Он стал яростным, страстным, полным пафоса, почти превратившись в Цао Эрчжу. Он отчаянно закричал:
— Да, как в тот раз!
— Как тогда, когда мы бились с Суйином! Давай сражаться плечом к плечу, Дао Цюнцан!
Как в тот раз? Пять Регионов были в замешательстве. Да как же это было?!
Дао Цюнцан тоже был на грани безумия. Сюй Сяошоу так вжился в роль, что он сам начал сомневаться — может, он всё напутал, и тогда Триединый Цюнцан использовал тело не Цао Эрчжу, а Сюй Сяошоу?
— Бум!
В самый последний момент, словно Дао-гун и впрямь помог ему, тело Дедули Шоу озарилось величественной аурой, не уступающей по силе Силе Изначального Истока. Эта мощь была так велика, что сумела на долю секунды остановить Длань Святого Прародителя. Воспользовавшись этой краткой передышкой, Сюй Сяошоу молниеносно взмахнул невидимой кистью и с помощью Мастерства Рисования изменил ауру Силы Небесного Прародителя на ауру Силы Святого Прародителя.
— Точно так же, как ты одолжил мне Силу Святого Прародителя тогда!
— И в этот раз мы снова вместе!
С этим рёвом он, подняв щит, взмыл ввысь. Впервые полностью высвободив всю мощь Драконьей жемчужины, он без промедления обратился в Предельного гиганта. В то же мгновение Мастерство Рисования преобразило Предельного гиганта в образ Святого Предка — тот самый, который Дао Цюнцан призывал в Божественных руинах, чтобы обмануть Суйина.
И вот что увидели Пять Регионов… Когда Длань Святого Прародителя уже готова была раздавить Дедулю Шоу, тот лишь крикнул «Дао-гун, помоги мне!», и с небес снизошёл святой свет, чтобы помочь ему. Он взмыл ввысь, окунулся в этот свет и стал Святым Предком!
— Что?! — зрачки Фэн Чжунцзуя готовы были лопнуть. — Дедуля Шоу… стал Святым Предком?
Пять Регионов тоже замерли в недоумении. Неужели это помощь Дао-гуна позволила ему на мгновение стать Святым Предком?
Времени на раздумья не было! Святой Предок схватил свой щит… хм? А, да, точно, Святой Предок схватил свой Щит, Сокрушающий Равновесие, и со всей силы врезал им по Длани Святого Прародителя, что неслась к нему.
— БАМ!
Этот удар расколол небеса на десятки тысяч ли, покрыл трещинами Зеркало передачи Дао и выбил все мысли из голов жителей Пяти Регионов. Единение с Дао обратилось в прах. Грохот был слышен по всем Пяти Регионам. Даже в Восточном Регионе, в Кургане Погребённых Мечей, ощущалась дрожь.
Когда вакуум в центре битвы исчез, и всё озарилось сиянием Силы Изначального Истока, жители Пяти Регионов смогли наконец увидеть исход этого столкновения. Длань Святого Прародителя была полностью уничтожена! Мгновенный Святой Предок тоже рассыпался в прах! Но посреди этого великолепного, сказочного потока света появился Дедуля Шоу со щитом в руке. Он запрокинул голову и издал дикий рёв, словно выплёскивая всю кипящую в нём ярость. Он согнулся в дугу. Он вскинул руки. И пусть Зеркало передачи Дао треснуло, Пять Регионов отчётливо услышали его разрывающий душу крик. От этого крика волосы вставали дыбом, а сердце уходило в пятки:
— Не смей недооценивать узы, что связывают меня и Дао Цюнцана, братец Гунхань!
…
— Пха!
Глубоко в море Дао Цюнцан закашлялся кровью. Он чувствовал себя так, словно из него вырвали душу, и всё тело обмякло от бессилия.
Всё кончено.
Теперь, даже если он прыгнет в Южную Бездну, ему уже не отмыться.